Элайта толчком открыла массивную двойную дверь, на которой был детализировано вырезан лев. Дверной проём был настолько высокий, что даже двое высоких взрослых, вставших друг на друга, не смогли бы дотянуться до его верхушки.

— После вас, госпожа.

Селетина поклонилась и вступила на мягкий ковер лежавший сразу за дверью, после того как услышала приглашение горничной.

Интерьер комнаты представлял собой роскошное, просторное помещение, которое напоминало танцевальный зал. Длинный, примечательный стол был расположен посередине. Мать Селетины Мелия, её отец Балдж, сидевший напротив нее, и брат Йеннис, расположившийся рядом с ним, все, первоклассно одетые, сидели здесь в ожидании главной звезды праздника.

Несколько слуг окружило их, сливаясь с окружением.

Балдж не удержался, и на его лице расцвела улыбка, как только он заметил свою дочь.

— Селетина, с днем рождения. Ты сегодня прекрасна как никогда. Меня, твоего отца, переполняет гордость.

— Спасибо, папа.

Перебирая в руках края одежды, Селетина сделала небольшой поклон и ответила Балджу вежливой благодарностью. Он кивнул на слова дочери, выглядя удовлетворенно.

Герцог всегда желал, чтобы его дети сияли как можно ярче на своем дне рождении.

— По правде говоря, я хотел отметить событие, пригласив каждого знакомого дворянина и члена королевского рода. Разве это было бы не замечательно, если бы мы смогли показать каждому нашу милую дочурку, Мелия?

— Несомненно. Всё же это её день рождение. Но празднование в кругу родных, не менее приятно.

Взгляд девочки потемнел, увидев радостную беседу своих родителей.

Обычно, этот важный день дворянской дочери отмечали приглашением огромного числа известных лиц, но Селетина каждый год категорично отклоняет такие празднества. Ей было нелегко справляться с дворянскими обычаями, так как всю свою прошлую жизнь она провела как простолюдинка. Она так же не была очень хороша или заинтересована в бесполезных разговорах с незнакомцами.

Юная леди использовала свою болезненность как отговорку, чтобы каждый год избегать таких мероприятий, утверждая, что если она внезапно заболеет и не сможет присутствовать на нем, то день рождение без учинителя празднества оставит плохое впечатление у гостей.

— Большие вечеринки веселые, Селетина. Взрослые дарят кучу подарков. Что в этом плохого?

Сказав, Йеннис усмехнулся в ребяческой, озорной манере. В отличие от сестры, каждый год он полностью наслаждался своим днем рождения. Она конечна немного завидовала его вещам, которые ему дарили, но она бы никогда не была в восторге от подарков, предназначенных для леди. Тем не менее оружие, которое часто брат получает, совсем другой разговор.

— Йеннис, воздержись от таких грубых замечаний… Ну, Селетина, пожалуйста, присаживайся. Это твой день рождения. Мне не терпится начать праздновать.

Дочь приняла приглашение отца и, слегка кивнув, села на стул, подготовленный для нее Элайтой.

Девочка должна придерживаться поведения леди во всех своих действия, ведь она не могла забыть, что Мелия постоянно смотрит за ней.

Как только Селетина села, множество официантов зашли в комнату через заднюю дверь, неся деликатесы, после чего скрипка и пианино заиграли в унисон, словно они только выжидали момента, заполняя пространство красивой мелодией. Стол перед ней стал внезапно переполнен изысканной едой. Судя по всему, это был полноценный обед.

Это слишком роскошно для меня…

Огромная люстра, свисающая с потолка, привлекла мучительный взгляд девочки.

Тем не менее привычки — и вправду страшные вещи. Будучи дворянином, Селетина мастерски использовала столовые приборы, которые положили перед ней, чтобы вкусить непонятное лакомство.

Исключая дискомфорт главного участника, празднование проходило гладко.

Со стороны, эта сцена выглядела обычной для любой семьи.

К тому времени, как мясные блюда подали к столу, отец уже выпил несколько чашек и был в добродушном состоянии.

— Теперь, когда я задумался об этом, Селетина, есть ли что-то, чего бы ты хотела? Ты никогда ничего не просила и говорила, что ни в чем не нуждаешься. Так рассказывай. Что я могу предоставить в качестве подарка.

Селетину словно ударило молнией, от слов отца.

Пришло время… Это мой единственный шанс сказать это.

Сердце Селетины наполнилось яростным огнем решимости.

Я скажу, что не хочу ничего, но желала бы быть рыцарем взамен. Я сделаю это! Я скажу ему! Я скажу ему и сброшу этот груз с души. Десять лет. Целых десять лет я прятала свою мечту. Но теперь я выскажусь.

— Ам-м… Это…

— Что такое? Сложно сказать? Не беспокойся. Что бы это не было — я не рассержусь. Испытай меня.

Что бы это не было… Мне пообещали! Скажи это, пустоголовая. Скажи это! Почему я должна бояться матери?!

— Я… Я…

С лучезарными улыбками, родители Селетины смотрели на нее.

С другой стороны, ее брат был увлечен поеданием мяса.

— Я хочу стать рыцарем.

Мелия, стоящая рядом с ней, помрачнела, как только слова слетели с губ её дочери.