Селетина чувствовала себя, словно её сердце сейчас выпрыгнет из груди. Словно дух уже покинул её тело.(?)

Несмотря на то, что она все еще сидела за столом, мир вокруг внезапно закружился и этот беспорядочный водоворот начал поглощать её душу.

Уголки губ слегка подергивались, но лицо сохраняло строгое выражение.

Звуки скрипки и пианино, формировавшиеся в прекрасную мелодию, прогремели искаженными звуками хаоса.

Селетина не могла видеть свою мать, которая сидела рядом с ней, когда семья погрузилась в тишину.

Дрожь прошла по телу девочки, предостерегая о вселенском зле появившимся неподалёку.

Через несколько мгновений, ошеломленный Балдж широко раскрыл рот и разразился громогласным смехом.

— Ха-ха. Так значит ты хочешь стать рыцарем, Селетина? Что за замечательное пожелание. Несомненно, от вида очаровательной тебя, прорывающейся через поле сражения, боевой дух солдат возрастёт до недосягаемых высот. — Балдж хлопнул себя по колену и снова рассмеялся. Признание дочери, должно быть, показалось ему шуткой или, возможно, бессмысленным лепетом юного ребенка.

Несомненно, от вида очаровательной тебя, прорывающейся через поле сражения, боевой дух солдат возрастёт до недосягаемых высот.

— Отец, возможно ли для девочки, особенно для дворянской, стать рыцарем? Прежде всего сестра — слабая! — сказал Йеннис, вытирая капельки соуса со рта.

— Ха-ха-ха. Верно, тело у Селетины слабое, но всё же есть несколько рыцарей-женщин, хотя их и не очень много. Нет ничего постыдного в мечтах, ведь они ничего не стоят. — Балдж в который раз рассмеялся от души и в одно мгновенье опрокинул ещё один кубок с вином.

“Он опустошил уже слишком много…” — задумалась дочь, смотря на светлый румянец отца.

— Эта шутка была вовсе не смешна. Не правда ли, Селетина?

В то время как голос Мелии журчал в комнате, лицо девочки всё сильнее бледнело.

Холодный голос быстро вывел Балджа из опьянения, а Йеннис выпрямил свою спину. Поток холодного пота покрыл кожу Селетины.

В то же время странное напряжение распространилось среди слуг. Когда дочь герцогини должна была получить наказание за свои действия, они чувствовали ту же самую тревогу.

Было невозможно сказать, была ли аура герцогини яростной, горестной или тревожной.

— М-мелия… — Балдж испуганно посмотрел на неё.

— Селетина, в следующие четыре года ты уже выйдешь в светское общество в роли прилежной герцогской дочери. Чтобы сделать тебя первоклассной леди, нам нужно ещё очень многое вбить в тебя. А сегодня ты уже празднуешь свой десятый день рождения. Я не желаю слышать такие варварские фантазии о становлении рыцарем от своей дочери даже в качестве шутки. — слова герцогини были пропитаны холодом.

Девочка потеряла дар речи перед лицом этого безжалостного взгляда.

Но она была готова. Она была морально готова к злющим и суровым словам Мелии.

Селетина даже не думала, что от вида своей матери, категорично отвергающую её мечту, она так сильно расстроится. На самом деле в глубине души девочка верила, что несмотря на всю свою строгость герцогиня хотя бы выразит чуточку сострадание.

— Мелия, это просто детская мечта. Наверно, она просто вдохновилась сказаниями, которые рассказывала её горничная. Её пыл угаснет. Нет причины беспокоиться насчёт таких банальных вопросов.

В “этом” нет ничего банального.

Селетина не желала более слышать, как отец плохо отзывается о её мечтах.

— В “этом” нет ничего банального, даже если “это” — шутка или безнадёжная детская мечта! — прокричала герцогская дочь. Как только она встала, её стул с громким грохотом упал на землю.

Музыка пианино и скрипки прекратилась от беспокойства распространившегося среди слуг, погружая комнату в тишину.

В этой холодной атмосфере наполненные слезами, голубые глаза девочки направили свой пронзающий взгляд на мать.

С другой стороны, Мелия явно была расстроена.

— Селетина! Дочь герцога не должна шуметь во время ужина!

— Как будто меня волнует подобное! Пожалуйста, извинись за неуважение моей мечты! Ты назвала её варварской мечтой, мама!

— И что же “это”, если не варварская мечта?! Ты дворянка и должна вести себя соответствующе! Знай своё место!

— Я знаю своё место! Тем не менее моя мечта только моя! Я не обмолвилась, будто хочу стать им сейчас! Всё, чего я прошу — чтобы вы учитывали это!

— Здесь нечего учитывать!

— Можешь ли ты быть ещё более упертой, мама?! Я просто…

Птышь!

Звонкий звук заполнил комнату.

Селетина не могла понять, что только что произошло. Среди пылающего ада в её груди, появилось белый проблеск.

Но всё стало на свои места, когда она почувствовала, как её щека запылала.

Мать ударила её.

— Ха?

Мелия была строгой и заставляла Селетину проходить через суровые тренировки, но несмотря на это она никогда не поднимала руку на свою дочь.

Девочка прикоснулась к своей щеке.

Не было никаких сомнений в жгучем чувстве.

— Селетина… Я… Мне жаль… Я не знаю, что на меня нашло…

К удивлению, даже Мелия не могла поверить в то, что она только что сделала. Герцогиня переводила свой взгляд с руки на свою дочь.

“Как я могла сделать это…“ — подумала она, сожалея о содеянном.

Следующей сцену, которую Мелия увидела, была спина убегающей дочери.

Девочка игнорировала своего отца, который пытался остановить её, когда она неслась к дверям из комнаты, пытаясь остановить длинные ручьи слёз, стекающими по её щекам.

— … Селетина, — раскаивающийся голос, звавший дочь медленно растворился в комнате, оставшись без ответа.