Лисиан казался растерянным, потому что не знал, что все так выйдет.

– Прошу прощения! Я не знала, что мис Эрика так слаба. Я не ожидала, что у нее пойдет носом кровь от легкого щелчка, чтобы убрать жука...

Некоторые аристократы ошеломленно взглянули на меня.

Их взгляды значили:

«Так мы услышали не пощечину, а легкий шлепок?»

Я не смогла удержать силу под контролем, так что это была не пощечина, а просто что-то на нее похожее. Что я могу сделать? Я уже ее ударила.

– Ты сейчас надо мной потешаешься! – Лисиан рассвирепел, когда я стала вести себя бесстыдно.

– Невозможно. Я прежде делаю, потом думаю. Я бросилась на нее просто потому, что увидела жучка на лице.

– Что?

Я знаю... Это нелепое оправдание. Но мне не приходило на ум никакого вранья, и было бы даже хуже указывать на то, что Эрика оскорбляла Стеллу. Я не могу тратить время попусту и волноваться из-за такого, так что просто буду плести все, что в голову придет!

«Ну, я понесу наказание, но может, Грандиэль что-то с этим сделает».

Я не била Люпинус, я только ударила Эрику по лицу – такую же горничную, так что мы могли решить это как внутреннюю проблему императорского дворца.

Раз так, тогда Грандиэль обязательно положит этому конец. Присутствие Грандиэля как официального чита успокаивало. Я не стала думать о последствиях и начала тупо говорить:

– Только что на щеке Эрики был жучок. Я ударила ее, чтобы поймать его, но я не знала, что Эрика окажется настолько слабой.

– А теперь так...

– Я тоже это видела. – Чей-то голос прервал Лисиана. Это была Стелла, которая до сих пор стояла с опущенной головой.

* * *

(ПОВ Стеллы)

– Ты аристократка. – Лицо императрицы постепенно поблекло у Стеллы перед глазами, но ее голос она помнила четко. – Никогда, нигде не забывай, что ты королевских кровей.

– Да, матушка.

Ее пронзительные, как острое шило, слова засели глубоко в сердце Стеллы. С самого детства императрица полоскала Стелле этим мозг и, когда она уже стала сознательной, то вот в какого человека превратилась.

Хотя я и не хотела этого. Тогда никто не обращал внимания на мое поведение. Это был милый мир, где мне все прощали.

Но Стелла, утеряв влияние после смерти императрицы, в мгновение ока оказалась в бездне. Она в детстве встретилась с презрением, безразличием и насмешкой.

«Я устала от этого, надоело».

Когда аристократы замечали ее в обществе, они начинали разговаривать, игнорируя Стеллу и пытаясь похвастаться своим влиянием.

Но я не могла сбежать.

Ведь тень покойной императрицы над ней была слишком мрачна.

«Не забывай, что ты – член королевской семьи, никогда, нигде».

Эти слова застряли у нее в голове и стали кандалами, сковывающими ее. Поэтому Стелла была еще более одержима славой былого.

«Все вернутся, когда я опять стану самой знатной».

Так что Стелла пыталась как-нибудь выйти замуж за Эллекса. Не считая императорской семьи, самым родовитым в империи был герцог.

Однако в реальности это было не так просто. Эллекс никак не показывал, что хочет обручиться со Стеллой, а дворяне игнорировали ее, будь она принцессой, будь она аристократкой.

Даже Эрика, которой Стелла открыла сердце и доверилась, изменилась в мгновение ока.

– Да. Ее Высочество Стелла приказала мне выяснить начет слухов и трендов светского общества.

Стеллу окружили смех и издевки. И она не могла поднять головы. У нее кровь полилась в противоположную сторону, а желудок заурчал. Она хотела немедленно сбежать отсюда.

– Вы приказали Мейри сделать это, пока меня не было?

«Нет, никогда...Я не делала... Я... я просто хотела быть счастливой».

Как все так вышло? Стелла не могла ответить.

«Прошу... кто-нибудь, спасите меня».

Я закрыла глаза и стала искренне молиться, умоляя господа выручить меня из этого ужаса.

*Бах!*

Затем я услышала звук столкновения плоти. Когда я подняла голову, лицо постоянно улыбающейся Мейри было напряжено, а Эрика повернула голову в сторону.

На мгновение мне вспомнились слова Мейри:

«Так не поискать ли нам сместе? Кого-то, кто будет по-настоящему заботиться о принцессе.»

Стелла задумалась: может, у нее уже получилось найти?

* * *

– Что вы имеете в виду, Ваше Высочество?

Когда Лисиан переспросил ее непонимающим тоном, Стелла без колебаний ответила:

– Я тоже видела жучка на щеке Эрики. Вы не поняли?

Когда Стелла резко указала на это, Лисиан на мгновение прикусил губу, прежде чем отступить:

– Но, принцесса. Мы так и не узнали правду о сережках. Они обе – горничные принцессы, так что я понимаю, что вы не станете принимать сторону ни одной из них, но поведение Мейри только что было неосторожным.

– Да, они обе мои горничные. – Когда Стелла шагнула вперед, банкетный зал, где вовсю болтали, притих. – Так что я понесу ответственность.

Под множеством взглядов Стелла без стыда гордо объявила:

– Люпинус Арман. Я сама приношу вам извинения. Мне жаль, из-за моих горничных поднялась шумиха. Я пришлю компенсацию в поместье графа.

Ни один аристократ не открыл рта, но все они были потрясены словами Стеллы. Извинение от гордой Стеллы!

– И к тому же, вам есть что еще сказать?

Впервые Стелла ощутила достоинство своей благородной крови. Даже дворяне, высмеивавшие ее, не смогли заговорить или хотя бы улыбнуться.

Тяжелое молчание обрушилось на банкетный зал.

– Леди Люпинус согласна с этим? – Это Лисиан стал исправлять ситуацию.

– Что? Да. Я удовлетворена всего лишь тем, что нашла свои драгоценные сережки. Мне жаль, что закатила такую сцену на чаепитии маркиза.

– Ничего не поделаешь, если пропадает что-то дорогое. Я все понимаю... – Сказал Лисиан.

Мрачная обстановка улетучилась, пока между этими двумя шла беседа, и вокруг снова стало тепло.

– И найти виновника...

– Итак, все, у нас была небольшая проблема, но, надеюсь, вы великодушно нас поймете. Прошу, проведите остаток времени с наслаждением. – Стелла попыталась сказать насчет виновника, но Лисиан заговорил громче, чтобы заглушить ее голос.

Из-за этого ситуация запуталась, так что не удалось рассказать правду о том, кто же украл сережки. Даже аристократы как будто согласились.

Как он и планировал, никого не волновало, как Эрика, которой на месте не было, взяла сережки. Для них это было просто минутным развлечением. Эрика не получит никакого особого наказания, если все вот так спустить с рук.

Это было поспешным выводом, достойным концом для такой шумихи. Другие аристократы, наблюдавшие за происходящим, переключили внимание на другую тему, вероятно, потеряв интерес к прискорбному происшествию.

Люпинус вернулась на свое место и стала болтать с дворянами из одной с ней фракции так, словно ничего не случилось, и Лисиан тоже вернулся на место и продолжил разговор с дворянами средних лет.

«Черт побери, мне следовало бы сдержать себя».

Я должна была последовательно рассказать правду о случившемся, не давая Эрике пощечины. Просто я разозлилась и все испортила.

– Мейри, ты в порядке? – Я как раз винила себя, когда Дафни незамеченной подошла ко мне. Ее глаза были полны беспокойства.

– Дафни... – Когда я ее увидела, у меня подкосились ноги.

Я не думала, что нервничаю, но, полагаю, так оно и было.

– Ух ты, из-за чего шум? Почему Эрика опять так себя повела?

Она знала, что я ничего не крала, ведь все время я была с ней. Однако Дафни не поняла, зачем Эрика это сделала.

Не в силах сказать правду, я просто горько улыбнулась и осмотрелась кругом. Суета улеглась, и только стол, где сидела Стелла, был погружен в молчание.

«Проигрыш».

Хорошо, что я разрушила план Лисиана, но я ничего не выиграла. Я даже не смогла сказать, что Эрика – шпионка маркиза и только вредит репутации Стеллы.

Каковы бы ни были ее намерения, Эрика взяла сережки, вот почему все это и случилось. Лисиану не хотелось поднимать из-за этого шум, так что другие аристократы тоже позволили ему ходить вокруг да около, но они не могут не сплетничать за спиной, что это Стелла виновата, что не обучила служанок как надо.

– Я хочу вернуться. – Это Стелла первой нарушила молчание.

Когда она встала, аристократы за одним столом с ней с облегчением вздохнули, и Дафни первой отошла, сказав, что вызовет для Стеллы экипаж.

– Принцесса, мне жаль, то из-за меня вы пережили что-то неприятное. – Когда мы попытались сбежать из сада, к нам подошла Айрис.

Среди присутствующих здесь аристократов только Айрис относилась к Стелле как к члену королевской семьи. Стелла не стала закрываться от нее, как будто и она это почувствовала.

– Это не ваша вина.

– Дело в том, что я как хозяйка не смогла все уладить. Я ни за что не допущу такого в следующий раз.

– Да, с нетерпением жду следующего раза. – Коротко попрощавшись с Ирис, Стелла направилась к карете.

Пройдя какое-то расстояние в молчании, я осторожно заговорила:

– Мне жаль, принцесса.

– Почему ты извиняешься?

Я не ожидала от Стеллы такого ответа. Я думала, что она станет ругать меня или что-то в таком роде.

Она больше всего ненавидела, когда ее игнорировали в светском обществе. Но сегодня благодаря мне и Эрике ее обсмеяли, и я честно думала, что опять получу пощечину.

– Это... вас унизили на чаепитии из-за меня...

Когда я помешкала, она безразлично ответила:

– Ты не нарочно.

Ее голос был спокоен, ни следа гнева. С самого начала чаепития Стелла не могла сдержать гнева. Уловив, что ее игнорируют, посередине она ушла, а теперь казалась такой спокойной.

Я не могла видеть ее лицо, потому что шла позади.

– И ты дала Эрике пощечину... – Стелла остановилась, поколебалась немного и продолжила. – Это было ради меня!..

Стелла нервно закричала, хотя почему-то казалось, будто она скрывает смущение.

«У Стеллы, на удивление, есть милые черты».