Прошел почти год после решающей битвы между Морским Союзом и Империей Великого Тигра.

Чем занимался Фуга все это время? Говорить, что он ничего не делал, немного неправильно: он утвердил документы, которые ему прислала Люмьер, поручил Шукину и остальным военным поддерживать общественный порядок, а как только эти задачи были выполнены, он заботился о своей любимой жене Муцуми и их новорожденном сыне Суйге. Фуга жил как обычный человек.

Он ничего не делал, и под словом "ничего" имеется в виду то, что он не совершал никаких героических подвигов. Фуга не вел внешних войн, не бросал вызов могущественным врагам, не стремился достичь чего-то небывалого… Жил тихо, словно огонь страстей был погашен. В народе ходили слухи, что решающая битва с Морским Союзом закончилась тягостной ничьей (по сути, поражением, но так уж это преподнесли в Империи Великого Тигра), и что Фуга потерял мотивацию.

Такое положение дел приветствовалось и Люмьер, которая хотела укрепить внутреннюю политику и фундамент империи, пока это еще было возможно, и Шукиным и другими представителями старой гвардии, которые видели в этом попытку вернуть то, что он потерял за то время, которое посвятил беготне по миру. Если придет время, и Фуга снова начнет реализовывать свои амбиции, они сделают все возможное, чтобы поддержать его, но если нет, то они хотели стабилизировать страну и защитить ее мир и спокойствие.

Однако Империя Великого Тигра была слишком обширной и содержала слишком много различных ценностей разных людей, чтобы объединить их волю такой идеей. В стране было много тех, кто не мог позволить амбициям Фуги заглохнуть. Те, кто поставил свою жизнь на то, что лидер сможет перевернуть их жизнь. Те, кто потерял свою родину из-за мечты Фуги. Те, кто готов был рисковать жизнью ради его мечты. Все эти люди были разочарованы.

Веря в то, что Фуга сможет осуществить свою мечту о покорении континента, они наложили свою мечту на мечту Фуги, отбросил обиду на разрушенную родину и готовы былы отдать даже свою жизнь, чтобы следовать за мечтой героя. “Застой” Фуги был воспринят как предательство этих надежд. По этой причине после решающей битвы с Морским Союзом в разных частях Империи Великого Тигра начались восстания.

Фуга не разбирался с мятежами сам, а лишь направлял Шукина и других подчиненных для подавления. В прошлом он с удовольствием участвовал бы даже в самых незначительных сражениях. Однако то, что Фуга оставил боевые действия на усмотрение подчиненных и занимался только внутренними делами, заставило людей понять, что "мечта потеряна".

Закончилась ли эпоха Фуги? Кто возглавит следующую? Эти вопросы мучили людей. Естественно, они доносились и до Фуги Хана.

— Ха-ха-ха. Люди могут говорить, что их душе угодно. — Фуга отдыхал в комнате Муцуми и говорил так, словно это была чья-то проблема, но не его. Муцуми, напротив, спокойно улыбалась, прижимая к груди заснувшего сына Суйгу.

— Мой муж для людей как солнце. Если его вдруг скроют из виду, они запаникуют.

— Думаю, так и есть, когда я больше не выделяюсь. Я просто пытаюсь жить, как “он”.

Тот, на кого ссылался Фуга, был Сома. Потерпев неудачу в осуществлении своей мечты и потеряв свои цели, имея при этом ребенка, Фуга не знал, как жить дальше, поэтому он решил подумать о будущем, пока подражая Соме. Последний год он жил вполне нормальной жизнью: работал, поручая те дела, которые можно передать своим вассалам, и дорожил временем, которое проводил с любимой семьей.

— Ну и как? Нравится ли тебе жить как господин Сома? — Когда Муцуми с улыбкой спросила об этом, Фуга почесал голову.

— Все не так уж и плохо. Этот образ жизни…

— О, я удивлена. Думала, что тебе это рано или поздно наскучит.

— Мне некогда было скучать. Я не привык заниматься домашними делами, а с детьми приходится на удивление сложно. Суйге потребовалось много времени, чтобы не плакать при виде моего лица.

— Хах. Это так.

Муцуми захихикала, вспомнив эти моменты. Хотя Фуге приходилось вести войну с остальным миром, ему также трудно было держать на руках своего единственного ребенка. Муцуми много раз видела, как Суйга плакал, когда Фуга показывал свое лицо, и когда он пытался его успокоить, это не удавалось, и он просил свою жену помочь. Однако после неоднократных проб и ошибок плач прекратился.

— Думаю, мой муж сделал все, что мог. Так что теперь он настоящий отец.

— Ха-ха-ха! Приятно слышать.

— Но чувствую, что когда-нибудь, ему придется стать героем. — Муцуми сказала это со спокойным выражением лица.

— Сейчас он успокоился, но нельзя изменить то, каким он родился. Даже если он на какое-то время передохнет, я уверена, что снова начнет действовать. Что это будет – покорение континента или поход в Северный Мир, я не знаю. — Сказав это с таким видом, как будто она видела его насквозь, у лица Фуги изменился цвет.

— Неужели Мицуми так думает… обо мне?

— Да. Даже если ты буду подражать господину Соме и постараешься остепенится, однажды у твоей мечты снова вырастут крылья и ты опять улетишь. И когда это случится, я тоже захочу последовать за тобой.

— А как же Суйга?

— В его жилах течет наша кровь. Уверена, этот мальчик пойдет за нами.

— …

При этих словах Муцуми Фуга почувствовал, как в его груди поднялся легкий порыв. Желание, которое в данный момент еще крепко дремало со временем снова проснется. Когда это случится, он сможет снова удивить мир. Вот такое у него было чувство. Он больше не хотел сражаться с Сомой, но мир простирался дальше. Разве не романтично было бы совершить великую экспедицию в Северный Мир?

Когда Суйга вырастет до определенного возраста, тигр снова проснется. У них обоих было такое предчувствие… но этот день так и не настал.

Ваа!!!

— Что? Что случилось?

Внезапно в замке стало шумно. Издалека послышались многочисленные возгласы, похожие на приветствия и крики. Кроме того:

Дододгон! Гаган!

Раздался звук, похожий на взрыв, в воздухе запахло горелым, а из окна был виден дым. Очевидно, что-то происходит. Что-то явно происходит. Фуга встал и потянулся к своему мечу, в то время как Муцуми переоделась в одежду, в которой было легко двигаться, держа на руках Суйгу, который начал плакать. После того, как она закончила переодеваться, она спросила Фугу, держа в руках меч.

— Вражеский налет?

— Я не знаю. Единственная армия, которая может напасть так далеко, армия Королевства Фридония.

— Господин Сома не стал бы делать что-то подобное. В таком случае…

— …Измена. Кто ее возглавляет?

— Может… Мой брат.

— Ох. Я думал о том, что он может предать… Но это слишком поспешно, не так ли?

В настоящее время армия Фуга направляла войска и вассалов в различные районы страны для подавления восстаний и удержания различных территорий. Можно с уверенностью сказать, что оборона Великого Замка Хан сильно поредела. Его правая рука, Шукин, вел основные силы на запад, чтобы подавить мятежников в различных местах, а Люмьер отвечала за дальнейшее восстановление стабильности. Крахе, а также Ломбард и Йоми подавляли мятежи, вспыхнувшие на севере и востоке. Мумэй по-прежнему управлял бывшей территорией Зема по доверенности.

В имперской столице остались только он, Хашим, Касен, Гатен и Гайфуку, которые остались оборонять замок. Затем раздался торопливый стук в дверь, и в комнату, словно катясь, вбежал Касен.

— Господин Фуга! Это измена!

— Кто наши враги? — спросил Фуга Касена.

— Это генерал Крахе! Воздушные силы под его командованием совершили внезапную атаку на замок!

— Что? Крахе?!

Именно армия Крахе, которая должна была отправиться на подавление мятежа, подняла восстание. По всей видимости, Крахе тайно собирал таких яростных бойцов, как Ната, которых все больше не устраивала нынешняя бесконфликтная ситуация, и тех, кто затаил обиду из-за того, что их родина была уничтожена Фугой, и искал возможность восстать. И когда ему было приказано возглавить армию для подавления восстания, он, похоже, сплотил своих сторонников и совершили набег на замок с возглавляемой им армией. Далее Касен заявил:

— Сейчас замок защищают Хашим, Гатен и Гайфуку, но враг не только превосходит нас числом, но и удерживает небо! Это место долго не продержится! Хашим советует вам поторопится с побегом!

— …Хашим не предал нас? — Фуга был сильно поражен. Он думал, что его в первую очередь предаст коварный Хашим, но поспешность предательства имела смысл, если его совершил интуитивный Крахе.

— Касен, что с Дургой?

— …Дурга представляет угрозу для Крахе, так как он является ногами для господина Фуги. Вероятно, он подвергся интенсивной атаке…

— Проклятье, одного Дурги не достаточно…

С героем Фугой на спине, этот зверь мог показать больше силы, чем без своего всадника. И вот…

— Господин Фуга!

Касен выпустил две стрелы в окно. Они пробили входную дверь, ведущую на балкон, и попали в двух солдат, которые собирались войти в комнату с другой стороны. Видимо, кавалерия грифонов подослала убийц.

— Враг уже добрался до нас…

Услышав, как Муцуми пробормотала это, Фуга испустил слабый вздох:

— Как только я перестал двигаться, случилось это. Похоже, небеса не хотят, чтобы я был обычным человеком.