Родиг повёл Эдвина через деревню к одному из самых больших зданий у центральной площади. Громкие голоса и хриплый смех доносились даже снаружи, и когда шахтёр толкнул дверь, стена звуков заставила Эдвина отпрянуть. Собравшись с мыслями, он последовал внутрь.

Пивнушка была доверху заполнена чумазыми шахтёрами, среди которых Родиг мастерски пробирался. На краю доски, служившей стойкой, сидел старик с взъерошенной седой бородой и горбом. Он молча потягивал пиво, наблюдая за весельем, когда Родиг подсел к нему. Эдвин, не привыкший к толпе, отставал, поэтому, когда он добрался до стойки, староста уже ждал его.

«Гоблины, да?» — спросил он вместо приветствия. Эдвин сдержал улыбку. По крайней мере, он перешёл сразу к делу.

«Боюсь, что так, дружище. Пятеро, насколько я могу судить. Может, и больше»

«Ну, это просто ништяк, правда. Опять гоббсы. Просто охренеть можно!» Он сделал большой глоток, нахмурился, затем сделал ещё один.

«У вас часто бывают проблемы с монстрами?»

«Можно и так сказать. Раньше мы видали их разок, может, два за год, а теперь, чёрт возьми, постоянно. От прошлых говнюков избавились всего пару недель назад! Шахтёрам то по боку, но охотникам нужно шляться в лес, смекаешь? А низя, их там сожрут. Нам надо слать письмо в город, шоб их с лесу убрали, а кто письмо понесёт? Просто охренеть!» — повторил он, ещё больше нахмурившись.

«Может, я мог бы тебе помочь. Завтра утром первым делом отправляюсь в Пел-Дарни, и если передашь мне сообщение, я отнесу его Гильдии»

«Ты, да? Это будет шибко мило с твоей стороны, незнакомец. На кой ляд ты ваще сюда припёрся, кстати? У нас тут нечасто бывают пришлые». Староста улыбнулся, но взгляд его был острым.

«Да ничего, правда. Хотел немного попутешествовать, подумал, что стоит съездить посмотреть на Разлом. Слышал, это невероятное зрелище, особенно здесь. Почти добрался, но дальше боюсь, когда кругом гоблины»

«Ага, енто правда, невероятное. Видал я Разлом несколько раз, правда, давненько. Вот это да, говорю, сразу видать, какой ты маленький. Как же огромен мир, вот это да, говорю. Много чудес, парень. Много всего, надо только посмотреть» Староста задумчиво улыбнулся, устремив взгляд вдаль. Через несколько секунд Эдвин неловко прочистил горло.

«Ну, я весь день путешествовал и мне действительно нужно выспаться. Если вы знаете, где я могу раздобыть еды и ночлег, я могу забрать эту заявку на награду завтра, перед уходом»

Староста моргнул и вернулся к разговору. «Да-да, звучит неплохо. Эй, Кент!» — внезапно крикнул он мужчине с другой стороны бара. «Притащи ентому парню пожрать и ключ! Еда за мой счёт. Плата за доставку». Он продолжил обычным голосом.

«Благодарю, это очень мило. Увидимся утром».

Воспользовавшись возможностью закончить разговор, Эдвин подошёл к другой стороне бара, где мрачный мужчина наливал суп из котелка на огне. Спина у него всё ещё была скользкой от пота, и на мгновение ему показалось, что староста – имени которого он так и не узнал, как он только что заметил – собирается поглубже разузнать о его прошлом. Он подготовил кое-какие подробности для своей легенды, но они не выдержали бы серьёзного расследования. Ему действительно нужно было добраться до города, где он мог бы затеряться в толпе, стать просто ещё одним случайным лицом.

Суп был, по крайней мере, лучше галет, но ненамного. Было очевидно, что большинство посетителей пришли за выпивкой, а не за едой. Тем не менее, еда была гоярчей, а Эдвин был голоден. За несколько медных монет бармен дал ему ключ, который, по-видимому, вёл в комнату в соседнем здании. Поев, Эдвин удалился туда, чтобы предотвратить дальнейшие вопросы жителей деревни о путнике. Комната была крошечной, матрас – потрёпанным, но вокруг него были стены и крыша над головой, поэтому он положил спальный мешок на кровать и почти сразу же заснул.

***

Эдвин проснулся от звуков разговоров за маленьким окном. На улице уже сгущались сумерки, солнце только что покинуло свой покой за горизонтом, начав свой дневной путь. Эдвин сел и потянулся, чувствуя себя совершенно отдохнувшим.

Одевшись, он вышел из комнаты и направился обратно в пивную. Дверь была закрыта и заперта на засов, и Эдвин остался гадать, куда девать ключ. На площади собралось несколько жителей деревни, которые начинали свой день, поэтому он спросил, где найти старосту. Как оказалось, далеко идти не пришлось: староста жил прямо через площадь, в двухэтажном здании, служившем ему одновременно и домом, и ратушей.

Открыв дверь, Эдвин чуть не сбил старика. «А, вот и ты!». Староста радостно приветствовал его. «Я как раз шёл смотреть, не встал ли ты. Я набросал письмо, не знал, когда ты хочешь уйти».

«Отлично, именно для этого я и пришёл к тебе. Я хочу поскорее отправиться в путь, я надеялся добраться туда к вечеру»

Староста рассмеялся. «Конечно, приедёшь, парень. Может, даже заскочишь в Пел-Харванд по дороге, а? Или ж ты лошадь в сумке припрятал?»

Эдвин сдержался, нахмурившись. Неужели это так далеко? Он помнил, что это двухдневное путешествие по дороге, но, конечно, смог бы добраться и за один, если бы поторопился. В конце концов, он не был нагружен багажом и его тормозили повозки. Он решил, что скоро всё выяснит сам, и решил сменить тему.

«Не мог бы ты взять мой ключ от комнаты? Я не знаю, где найти хозяина».

«Конечно, дай его сюда, я занесу его Кенту».

Повернувшись, чтобы уйти, Эдвин кое-что вспомнил. «Слушай, а ты можешь мне кое-что рассказать? Я вот думаю, почему эта деревня называется Трёхликая?»

Староста снова рассмеялся. «А, это? Подь сюды».

Эдвин последовал за стариком наружу, где тот указал на гору.

«Видишь вон тама наверху? Справа от ворот, на полпути к вершине? Вишь, как ента скала похожа на три лица?»

Эдвин проследил за указующим пальцем, чтобы найти место, о котором говорил староста, затем прищурился. «Я… ну, это, наверное, одно из них… Честно говоря, я ничего не вижу».

Староста от души рассмеялся. «Да, парень, я тоже. Всю жизнь здесь прожил, ни разу не видал там ни единого лица. Некоторые клянутся, что видали, мол, ясно ж как день, где эти лица находятся. Балаболы. Впрочем, думаю, это и неважно. Вот така история!»

Эдвин бросил на скалу последний взгляд, затем повернулся к старосте. «Ну, спасибо за гостеприимство, я пойду. Надеюсь, Гильдия быстро кого-нибудь сюда пришлёт».

«Не надо благодарностей, парень, ты помог нам с гобби и с доставкой письма. Удачи тебе, а?»

Попрощавшись, Эдвин покинул деревню, по дороге огибая стену и направляясь на юг, в лес. День ходьбы — вот всё, что отделяло его от новой жизни, которая наконец-то начнётся.