Глава 5

Хотя ещё даже не наступила середина зимы, женщина была одета в такое толстое пальто, что казалось, будто на ней не одежда, а одеяло. Распустив свои тёмно-синие волосы, которых он раньше здесь не видел, она пристально смотрела в землю.

«Нужно бы вырвать сорняки…»

Мальчик хотел пройти мимо, но именно там, где стояла женщина, сорняков отчего-то оказалось особенно много. Он осторожно приблизился к ней. Судя по одежде, женщина не походила на аристократку. Те дворяне, которых он знал, носили яркие наряды с драгоценностями и всегда ходили в окружении слуг. Они не надевали таких пальто, похожих на одеяло.

— Простите, я… собираюсь вырвать сорняки.

— …Хорошо.

Она посмотрела на Джохана. Её тёмно-синие глаза, одного цвета с волосами, казались холодными и неприступными. Женщина молча поднялась и сделала два шага назад. Джохан, хоть и подозревал, кто она такая, наклонился, чтобы заняться сорняками.

— Ты ведь Джохан?

Мальчик вздрогнул, едва успев вырвать один сорняк. Прежде чем он успел спросить, откуда она его знает, женщина продолжила:

— Мне о тебе рассказывала Мирине.

— А…

Похоже, эта женщина — знакомая Мирине.

— Она говорила, что ты очень хорошо вырываешь сорняки?

— А… Да.

— И ещё сказала, что ты умный. Говорила, что ты хороший старший брат и что ты ей нравишься.

«Она меня хвалит?»

Несмотря на её сухой тон, слова звучали тепло и ласково. Не обращая внимания на его замешательство, женщина вдруг снова присела рядом с ним.

«…От неё приятно пахнет».

Не аромат духов, как у аристократов, а смесь запахов сладкого сливочного масла и лечебных трав. Где-то он уже чувствовал этот запах раньше.

Пока мальчик пытался вспомнить, женщина вдруг полезла рукой в карман пальто и спросила:

— Любишь картошку?

— Что?

Она достала из кармана завёрнутую в платок картофелину. Картошка была горячей, только что сваренной — от неё даже шёл пар. На картофелине был надрез, и в нём лежал кусочек сливочного масла.

— Сейчас не весенняя картошка, но и эта тоже вкусная, знаешь ли?

«А».

«Ешь картошку, ешь», — мальчик наконец вспомнил, где уже ощущал этот аромат. Этот запах он чувствовал в прошлом, когда были живы его бабушка и мама. Запах бабушки, варившей на кухне травяные отвары от простуды, и запах мамы, пекущей хлеб, исходили теперь от незнакомой женщины.

— Очистить тебе? У меня есть ещё чай с корицей.

Отказать ей было невозможно — уж слишком дружелюбно она себя вела.

* * *

Разговор с Джоханом оказался довольно приятным. Отчасти потому, что я специально не раскрыла ему, кто я такая, но главным образом потому, что, угостив его горячей картошкой и сняв верхнее пальто, я сумела разговорить его.

«Хотя он по-прежнему осторожничает, и ближе мы не стали».

Даже используя свой опыт преподавателя, мне не удалось полностью разрушить стену, которую он воздвиг вокруг себя. В частности, он категорически отказался заходить внутрь отдельного корпуса, поэтому нам пришлось довольствоваться тем, что мы ели картошку, сидя на садовой скамейке. Однако моя попытка не прошла даром.

— Извините… можно мне снова прийти к вам?

Когда я сказала, что каждую среду утром буду здесь, мальчик спросил, можно ли ему приходить в то время, поскольку это как раз день, когда он обычно занимается сорняками.

— Конечно. Я приготовлю картошку.

Не знаю, понравилась ли ему картошка, или ему просто не хватало тепла взрослого человека, но Джохан застенчиво улыбнулся и кивнул.

«Умный мальчик».

Я не знала, что происходит за пределами замка, в поместье Лейтон, поэтому решила нанять Джохана, чтобы он помог мне разобраться в ситуации.

«Как-никак, теперь я старшая госпожа Лейтон, надо бы знать, что происходит в моих владениях».

Заодно и Джохану дам какую-никакую работу. Я уже собиралась вернуться в отдельный корпус, радуясь предстоящей встрече на следующей неделе, как вдруг заметила, что к саду направляется мужчина. Увидев его ровную походку и высокий рост, я поняла, что это дворецкий из главного здания, тот самый, который сопровождал меня к Хелене.

— Старшая госпожа, как поживаете?

— Хорошо. Что случилось?

Неужели Хелена прислала его, чтобы выполнить своё обещание? До новогоднего приёма оставалось ещё около двух месяцев.

— Госпожа передала сообщение, поэтому я явился вместо неё.

— Хелена, видимо, очень занята?

— Да. Она просит проявить великодушие и простить её.

Другими словами, Хелена не хочет лично обсуждать со мной каждую мелочь. Я её понимаю: она готова соблюдать приличия как невестка, но не хочет сближаться со мной.

«Хотя бы не грубит».

То, что вместо обычного слуги она отправила своего доверенного дворецкого, уже проявление уважения.

— Говори.

— Через неделю состоится небольшой приём в честь заслуг маркграфа.

Я уже догадывалась, о ком идёт речь — о западном маркграфе.

— Госпожа не сможет присутствовать по приглашению из столицы, поэтому…

— Значит, мне нужно пойти вместо неё?

— …Госпожа рекомендовала вас, надеясь, что вы привыкнете к светскому обществу Запада.

Если говорить прямо, то я просто замена. Конечно, можно трактовать это буквально и рассматривать как тренировку перед новогодним балом… Но вряд ли Хелене была бы настолько заботлива. Разве что она могла прочитать мне лекцию о том, как должна вести себя благородная дама, чтоб не опозорить семью Лейтон.

— Торжество небольшое, на нём будут присутствовать лишь некоторые вассалы герцога и те, кто близок к маркграфу. Это будет полезно для практики.

Что ж, опыта в светском обществе у меня и правда нет, поэтому попробовать стоило.

— Хорошо, я пойду.

Я уверенно кивнула, соглашаясь. В любом случае, выбора у меня нет. Пусть и рекомендовала, но очевидно, что если откажусь, то это повлечёт неприятности. К тому же мероприятие — небольшое, и я шла как замена, так что достаточно просто постоять в сторонке, что меня успокоило.

— Благодарю вас. Тогда я приглашу портниху и опытную в этих вопросах даму.

— Даму?

— Да. Поскольку вы впервые выходите в западное общество, вам понадобится кто-то, кто объяснит местные правила, отличающиеся от тех, к которым вы привыкли.

Другими словами, ты выглядишь недостаточно аристократично, так что тебе не помешает обучение этикету. Конечно, я не настолько наивна, чтобы обижаться на подобные намёки. Я действительно многого не знала, и обучение не повредит.

— Тогда пригласи их после обеда.

— Есть какая-то причина?

— По утрам я сонная.

Я заявила совершенно серьёзно. Учёба по утрам мне ещё в Корее порядком надоела. Дворецкий удивлённо моргнул, но быстро пришёл в себя и поклонился, соглашаясь. Так было назначено моё первое официальное мероприятие в роли старшей госпожи.

Учителем по этикету стала виконтесса Ролан, известная на Западе преподавательница этикета. Как я слышала, после смерти мужа она отказалась от управления семьёй и стала преподавать этикет, воспитав множество молодых леди. Виконтесса Ролан была автором книги «Современный этикет для юных леди», которая пользовалась стабильной популярностью даже в столице. Конечно, я её не читала.

«Если скажу, что сочувствую ей в потере мужа, она рассердится?»

Хотя её ситуация отличалась от моей, лучше не трогать больную тему и спокойно учиться. Так начались мои занятия с виконтессой Ролан, которые продлились три дня. Поначалу она делала мне замечания, но благодаря моим стараниям вскоре начала даже хвалить.

— …У вас спокойный нрав, мадам. Впечатляет, как вы не теряете самообладания даже при мелких ошибках.

— Всё благодаря вам, виконтесса.

— Конечно, есть ещё моменты, которые стоит улучшить… Но с праздничным приёмом вы справитесь без проблем. Тем более, вам не придётся танцевать.

Поскольку у меня не было партнёра, танцевать на празднике мне действительно не придётся. Для меня даже лучше. Я собиралась просто поприветствовать гостей, затем сесть за стол и спокойно провести время.

— И напоследок… Я расскажу вам, как следует вести себя даме в отношении юной леди, недавно прошедшей дебют.

Продолжая объяснять, виконтесса вдруг замолчала и приложила руку ко лбу, словно почувствовав головокружение. Вскоре она пришла в себя, но выглядела заметно измождённой.

— Виконтесса, если можно объяснить устно, может, присядем?

— …Пожалуй, так и поступим.

Я проводила виконтессу к дивану. Затем ненадолго отошла к камину и вернулась, сев рядом.

— Мадам?

— Возьмите.

На полке над камином лежали маленькие милые мешочки — грелки для рук, которыми пользовались слуги.

— Внутри камень. Если слишком горячо, заверните в платок.

— Зачем мне…

— У вас холодные руки.

Виконтесса была в перчатках, но я несколько раз замечала, как она снимала их и складывала руки вместе. Это характерно для людей с холодными руками. Она могла бы просто снять перчатки, но по этикету гость должен оставаться в перчатках. Преподавательница этикета не могла нарушить собственные наставления.

— …Благодарю вас.

Она широко распахнула глаза, словно удивляясь, как я догадалась, но затем молча приняла грелку.

— Очень уникальная грелка для рук.

— Камень принесли слуги. Я просто сшила мешочек.

— Вы купили эту ткань?

— Нет, сама сделала.

— …Для слуг?

Я кивнула.

— Да, это не так уж и сложно.