Дул весенний ветерок. С ветвей деревьев дождём осыпались цветы. Там, под сенью акации академии Белла, лицом к лицу стояли двое: мужчина с крепкой фигурой взрослого и юноша, казавшийся каким-то измождённым. Однако, несмотря на явно болезненное состояние, последний не утратил своих милых и прелестных черт лица.

Между людьми, смотрящими друг другу в глаза, вибрировало волнение.

Небо было головокружительно чистым, и при каждом вдохе душистый аромат касался кончика носа юноши. Будь в этот момент у воздуха цвет, любой мог бы поспорить, что он походил бы на распустившийся весенний цветок.

День выдался идеально романтичным, словно сошедшим с картины. Это было идеальное время для признаний. Так что юноша решил быть смелым:

— Ты мне нравишься.

Это прямолинейное признание слетело с его уст мило и свежо.

Платиновые волосы развевались на ветру. Полупрозрачная кожа сияла в лучах солнца. Розовые глаза были похожи на сладкие конфеты. С робкой улыбкой на губах, он являл собой симпатичного юношу, который, казалось, родился из всего безобидного, что есть в мире.

— С тех пор, как я впервые тебя увидел.

~Ту-дум~

Не выдержав напряжения, он опустил голову. Сердце, которое юноша открыл, сжалось, и он постучал носком ботинка по земле. На первый взгляд могло показаться, будто задняя часть его шеи покраснела...

— Рави...

Словно околдованный его прекрасной внешностью, мужчина, получивший признание юноши, позвал его по имени. Однако, как будто смущаясь, он не смог посмотреть ему в глаза.

~Кхм-кхм~

Второй человек неловко и громко кашлянул. Осторожно взглянув в сторону и слегка приподняв голову, юноша заметил, что уши мужчины слегка покраснели.

«Попался!»

Увидев четкий зелёный свет, Рави удовлетворенно улыбнулся. Порочность, которую он не смог скрыть, на секунду промелькнула на его лице, но затем юноша вновь натянул маску застенчивости.

~Фью-у-у~

Рави решил не задерживать дыхание в этот момент. Если бы мужчина увидел его таким покрасневшим, то подумал бы, что он стесняется, а значит, решил бы, что Рави симпатичный.

Но теперь же, наверное, можно перестать подбивать клинья? И вновь юноша с лицом невинного мальчика продолжил свою исповедь:

— Я ничего не могу с собой поделать, потому что думаю только о тебе!

Это была ложь. Только в этом месяце Рави успел сделать целых четыре признания. Он уже был на четырёх свиданиях с четырьмя мужчинами, и все четыре раза его отвергли. 444 — зловещее число. Поэтому он должен был как можно скорее изменить его. Однако Рави совершенно не хотелось, чтобы это признание превратилось в 555.

— А что насчёт тебя?

На этот раз он действительно хотел стать парой.

«Пожалуйста! Сгодится любой!!!»

— Ты можешь сказать мне, что чувствуешь то же самое?

Рави поднял голову, на ходу придумывая все возможные варианты, чтобы сделать самое милое выражение лица. Впрочем, он прекрасно знал, как очаровательно выглядит под тем углом, с которого на него смотрели.

Залюбовавшись лицом Рави, мужчина протянул к нему руку.

— Рави...

«Ты мне тоже нравишься». Учитывая обстановку, именно такие слова должны были прозвучать из его уст. Однако...

— Прости.

То, что слетело с губ колеблющегося мужчины, было не признанием, а извинением. Рави опустил голову, словно не в силах был взглянуть на лицо человека напротив. Рука, почти достигшая плеча юноши, опустилась, так и не коснувшись его.

А потом...

— Я, я спал с твоим хёном[1].

— ...Что!

«С кем ты спал?»

То, о чём юноша успел подумать лишь мысленно, само собой выскочило у него изо рта:

— С кем ты спал?

Голос, задавший этот вопрос, был весьма тосклив. Уголки рта Рави, до этого момента застенчиво улыбавшегося, холодно опустились. Идеальный мир, который ещё мгновение назад казался сошедшим с картины, вмиг превратился в водоворот, затягивающий на дно океана всё живое вокруг.

— Тот... тот сосед по комнате, с которым ты живешь. Ну, знаешь, тот сексуальный хён, который изучает дизайн.

Мужчина ответил сразу, без малейших признаков смущения.

«Сексуальный хён, с которым ты живешь».

В голове Рави промелькнуло лицо ненавистного ему человека. Томный красавец с яркими светлыми волосами и ясными, как небо, голубыми глазами.

«Сейр. Вот ублюдок!»

Рави стиснул зубы. Если партнером мужчины был этот человек, он знал, какой «сон» скрывался за этими словами.

— Всё в порядке. Я могу забыть об этой ошибке на одну ночь.

На краткий миг он потерял самообладание, но не более. Рави искал себе партнёров не из каких-то высоких моральных соображений. Трахался ли этот мужчина с кем-то или нет, мучила ли его за это совесть — Рави было всё равно, пока этот партнёр просто кивал и говорил, что будет с ним встречаться.

— Прости меня. Чтобы я ни делал, но ту ночь мне никогда не забыть! Я... — не догадываясь о мыслях Рави, мужчина напротив него густо покраснел, — наверное, он мне нравится.

Этот мужчина не остановился на достигнутом и признался в безответной любви человеку, который только что признался ему.

«Что?! Он тебе нравится?!»

Когда последняя нить разумных доводов оборвалась, Рави почувствовал укол поражения. Он знал, что после того, как этот мужчина провёл полную похоти ночь, не оставив на себе ни единого сантиметра чистоты, ничего другого сказать было и нельзя.

— Разве это имеет смысл? Ты флиртовал со мной. Как ты можешь влюбиться в него всего за одну ночь!

«Даже тростник более стойкий, чем ты!»

Последние слова он не мог произнести вслух, и они прозвучали в его сознании.

— Эй, это немного... сравнивать хёна с тобой... это... это другое. Он особенный, а ты... — мужчина любезно сравнивал этих двоих, как будто еще не решил, отвергнет ли он признание Рави или нет, — немного обычный.

— А?

От такой безжалостной оценки Рави растерялся.

Обычный.

Обычный.

Обычный.

Фраза, которая совсем не соответствовала ему, эхом отдавалась в ушах. В голове Рави раздался громкий и резкий звук разбитой гордости. Между тем, собеседник, завершив фразу, сказал: «Тогда до свидания» и ушел.

— ...

Он должен был бы безостановочно проклинать все вокруг, но не смог. Рави на собственном опыте ощутил, что такое потерять дар речи из-за бурного потока слов, скопившихся в голове.

~Ша-а-а~

Подул сильный ветер. Летящие лепестки ударили его по лицу.

Хороший день для признаний. Это было его собственное заблуждение о том, что все идет хорошо.

Так пятое признание Рави покатилось к чёрту.

От 444 он перешёл к 555.

* * *

~Топ, топ, топ~

Звук сердитых шагов приближался.

«Ничего другого ждать и не стои…»

Дверь распахнулась прежде, чем он успел закончить свою мысль.

— Эй!

В комнате раздался вопль, больше походивший на львиный рык.

— Хи-и-и-ик!

Взгляды мужчины и женщины, слившихся воедино на кровати, были устремлены на него.

«Посмотрите-ка на этого чёртова ублюдка!»

Едва дверь открылась, внутрь хлынул спёртый воздух и в комнату ввалился незваный гость. У Рави забурчало в животе. Было отвратительно, что ему приходится переживать настолько трудные времена, но ещё более отвратительным было то, что виновник всех его несчастий отлично проводил время.

— Так теперь для секса нужна грёбанная дырка?!

— Я... я извиняюсь!

Он не имел в виду её, но женщина, которая была частью счастливого времени ненавистного Рави человека, извинилась и поспешила скрыться.

— Что такое? Тебя опять бросили?

В отличие от своей пассии, мужчина, оставшийся на кровати, даже не моргнул. Его нисколько не беспокоила убежавшая девушка — он был просто немного раздражён. Блондин грубо вытер влажные руки о простыню и достал сигарету из прикроватной тумбочки.

— Я же просил тебя не трогать тех, кого я выбрал! Держи своё хозяйство в штанах. Я и так постоянно голодаю, или ты предлагаешь мне просто доедать слюни, которые ты оставляешь на них?!

Рави подошёл к нему сзади и начал сыпать обвинениями. Слушал ли он или нет, но светловолосый мужчина поискал зажигалку, нашёл ее и закурил сигарету. Его обнажённая грудь вздымалась и с едва слышным «фью-у-у» опускалась, выпуская изо рта дым.

— О чём ты говоришь? На ком я оставил свою слюну?

От распространяющегося белёсого дыма веки мужчины томно опустились. Он просто курил сигарету, но Рави не мог оторвать от него глаз, словно наблюдал за чем-то необычным.

{Ты обычный.}

Внезапно он вспомнил слова человека, который отверг его признание, и во рту появилась горечь. Рави не хотел этого признавать, но, глядя на этого человека, становилось очевидно, что мужчина более обаятелен, чем он сам. Однако это не давало ему права брать чужие вещи.

— Ты даже не помнишь кто?! Как ты смеешь трогать то, что принадлежит мне!

Зрачки Рави рванулись и вытянулись по вертикали от такого бессовестного поступка. Прекрасные розовые глаза пылали, словно горящие звёзды, олицетворяя гнев, который заставлял его сердце бешено колотиться. Такое выражение лица нельзя было встретить ни у одного нормального человека, сколько бы кто ни искал.

— Кто это был?

Словно откликаясь на его реакцию, глаза Сейра вспыхнули ярким голубым светом. Вокруг вертикально разорванных зрачков полыхнуло голубоватое пламя. Как только он открыл себя, воздух вокруг Рави потяжелел.

Столкнувшись с разницей в силе, с которой он никогда бы не смог сравниться, Рави вздрогнул и быстро успокоился. Потребовалось всего три секунды, чтобы его гнев утих, и он уставился в пол. Рави не стыдился этого. Для лишённого сил «маленького человека» хорошее управление гневом было единственным способом выжить.

— Нет, я имею в виду...

Конечно, его обида не улеглась так сразу, и ему хотелось продолжить спор, но Рави никак не мог вспомнить имя мужчины, которому только что признавался. Это было потому, что он запутался в том, кем был этот человек, так как Рави пытался встречаться с пятью людьми одновременно.

— Ну, помнишь! Тот, который специализируется на архитектуре! Он! У него ещё тело красивое! Высокий такой парень!

«Ой, опять имя из головы вылетело».

Пока Рави пытался приблизительно описать того человека, исходя из того, что он о нём помнил, Сейр разглядывал его так, словно ждал какого-то подвоха.

— Откуда я могу знать? В следующий раз напиши его имя у себя на лбу!

— Ты только парней не трогай! Возьмёшь на себя ответственность, если я помру с голоду?! Неужели у тебя совсем нет никаких моральных принципов?! — взорвался в конце концов Рави, пытаясь в очередной раз донести до Сейра жизненно необходимую ему просьбу. Хотя, конечно, напрасно было просить о чём-то человека, имевшего сейчас больше привилегий.

— У демонов их нет.

Как бы там ни было, но Сейр смотрел на Рави, словно задаваясь вопросом, откуда взялся этот настойчивый собачий лай. Он выпустил еще немного дыма; в его словах не было ни капли сочувствия. Потускневшие голубые глаза вернулись к своему первоначальному состоянию и откровенно демонстрировали, что он заинтересован в этом разговоре не сильнее одеревеневшего трупа.

— Грязный ублюдочный демон.

В ответ на это вульгарное оскорбление Сейр бодро парировал:

— Ага, и ты тоже.

Рави с разочарованием посмотрел на далекий горизонт. Точно... и он тоже демон. Нечисть, живущая за счёт высасывания жизненной энергии и похоти из людей. В отличие от Сейра, Рави был довольно хилым демоном, но не настолько жалким, чтобы поджимать хвост после трёхсекундного спора, как он сделал это сегодня. По крайней мере, так было до тех пор, пока они находились за пределами этого мира.

Рави отвернулся и бросил взгляд на своё отражение в зеркале. Его взору предстали глаза, запавшие из-за отсутствия должного питания в течение нескольких месяцев, и короткие платиновые волосы. Взгляд розовых глаз опустился к области груди, и с пухлых губ Рави сорвался небольшой вздох.

Пара туго перетянутых грудей делала ее похожей на мужчину в глазах любого человека. И хотя прошло уже полгода, но Рави все ещё не могла приспособиться к внешности, которую видела в зеркале.

— Спрашивается, зачем вообще нужно было класть туда такие книги?!

Всякий раз, когда она вспоминала о причине происходящего, внутри неё сам собой вспыхивал бесконечный гнев и обращался к источнику всех проблем. Книга. Все из-за этой бесстыжей книжки Сейра. Она открыла ее только единожды, и проклятая вещь сразу же целиком поглотила ее, не позволяя вырваться. Так она попала в ловушку одной из книг Сейра.

То, что она оказалась запертой внутри самой книги, не было большой проблемой. Все верно. Любой может однажды в жизни оказаться в ловушке и поселиться внутри романа.

Проблема заключалась в жанре.

Чтобы выжить здесь, Рави пришлось тщательно скрывать свою истинную сущность, потому что...

— Среди всех книг в мире, ну почему! Почему это должен быть именно яой[2]!!!?

Здесь женщины любили мужчин, и мужчины любили мужчин. Потому что это был роман жанра яой.

_______________________

[1] Хён —обращение младшего брата к старшему, также может использоваться в неформальном общении при обращении младшего члена коллектива к старшему. (Прим. пер.)

[2] В оригинале используется английское сокращение «BL», означающее дословно «boys love» («любовь между мальчиками»). Слово «яой» является синонимом, к тому же его значение всем известно, потому произошла замена. (Прим. пер.)