△▼△▼△▼△

Нацуки Субару стоял под открытым небом, его взор прояснился.

Субару: [――――]

Луг изумрудно-зелёного цвета простирался до самого горизонта.

Освежающий ветерок колыхал цветы, в спокойствии, противоположном любой буйности, дикости. Луг продолжался за горизонтом, почти заставляя его верить, что покой будет длиться вечно.

Прищурившись, ослеплённый этой сценой, Субару с тяжёлым вздохом развернулся.

Он увидел небольшой холмик. На его вершине располагался белый зонтик и стол. Они гармонировали с прекрасной атмосферой луга.

Ступив на холм, он без спешки поднялся по склону. На столе, очертания которого постепенно становились всё отчётливее, стояла чашка чёрного чая, от которой поднимался пар. Сладкий аромат, мешаясь с нежным ветерком, исходил от чая и пирожных.

Под каждый его визит готовились разные пирожные. «Удивительная преданность», – подумал он с восхищением.

Хотя, вообще-то, он осознавал, что обе эти вещи были лишь бутафорией, которая появлялась по щелчку пальцев хозяйки чаепития.

Как бы то ни было.

Субару: [Тц.]

У стола стояло два стула, оба не заняты.

Несмотря на то, что он был званым гостем, отсутствие хозяйки, которая его пригласила, заставило Субару нахмуриться. Он цокнул языком, гадая, чего она хочет.

Затем он взял чашку со стола и смело поднёс её к губам. И, обвив своим языком парящую янтарную жидкость, быстро проглотил её.

Делая глоток за глотком, он выпил всё содержимое чашки.

Субару: [Оэээээ!]

???: [Подожди, подожди, подожди?!]

Он тут же выплюнул только что выпитый чёрный чай.

Горячий чай капал с его губ и носа, яростный кашель Субару заставил кого-то крикнуть необычным, взволнованным голосом.

???: [Это, безусловно, очень грубо?! Плеваться чаем, который кто-то приготовил для тебя, прямо после того, как ты его выпил, это слишком!]

Субару: [Кхэ-кхэ... п-прости. Я не нарочно... оэээээ!]

???: [Даже если не нарочно, это не делает ситуацию лучше для меня! Начнём с того, что тебе не нужно было пить мой чай в таком измученном состоянии...]

Субару: [Но ты бы не появилась, если бы я этого не сделал...]

Он сдержал рвотные позывы, хрипло дыша. Слова Субару погрузили собеседника в молчание. Вытерев рот и глаза рукавом, Субару посмотрел на девушку перед собой.

Субару: [――――]

Перед ним стояла великолепная юная леди, её тело было окрашено исключительно в белый и чёрный цвета.

Белые волосы, лишённые насыщенности, чёрные глаза, будто поглощающие все тени в мире, и угольно-чёрное платье, облегающее её стройную, гибкую фигуру. Обладательница внешности, которая попадала под описание красавицы, ангела, а также суккуба или дьявола.

Субару: [Ехидна.]

Услышав имя, названное с трудом дышащим Субару, юная леди — Ехидна, прищурила глаза.

Она нахмурила свои чёткие брови и медленно покачала головой.

Ехидна: [Я, конечно, рада, что ты так искренне стремишься выполнить своё обещание, но… похоже, ты умер каким-то ужасным образом и на этот раз.]

Субару: [Я же уже говорил. Не бывает лёгкого способа умереть.]

Ехидна: [Думаю, что так и есть. Это была оговорка с моей стороны. Я хочу согласовать свой тип мышления с твоим, насколько это возможно, но… в этом у меня нет опыта, если понимаешь.]

Субару: [――――]

Субару стиснул зубы, сдерживая кислое выражение лица. В ответ на его слова Ехидна пожала плечами и нежно погладила Субару по спине.

«Довольно необычное проявление заботы», — подумал он, но, будучи благодарным, ничего не сказал. Он продолжал сильно кашлять в течение минуты, сидя на коленях, пока не пришёл в себя.

Некоторое время спустя и разум, и тело Субару, наконец, успокоились.

Шок от резни, произошедшей незадолго до этого, несколько прошёл, и казалось, что изорванная и изуродованная душа Нацуки Субару возвращается к своей первоначальной форме.

Хотя он и осознавал, что эта регенерация была неравномерной и некачественной.

Субару: [Прости. Я, наконец, успокоился.]

Ехидна: [Вот как. Я рада. Что ж, позволь мне приготовить вторую чашку чая…]

Субару: [――――]

Ехидна: [Это просто шутка, знаешь ли. Я видела, что ты с благими намерениями. Значит, не буду настаивать. Хоть это и не бессмысленное развлечение, как понимаешь.]

Остановив руку, поглаживавшую его по позвоночнику, Ехидна встала и щёлкнула пальцами.

В тот же миг чай, который Субару повсюду расплескал, а также испорченные пирожные и стол, исчезли, и вместо них появились новые. Похоже на сон или иллюзию – нет, на самом деле, это и есть нечто подобное, поэтому происходящие события действительно заслуживали звания чудесных.

Ехидна: [Сейчас.]

Затем Ехидна села на стул, находящийся по другую сторону стола. Она поставила оба локтя на стол и подпёрла подбородок ладонями, подняв глаза на Субару, тёплым взглядом поприветствовала его.

Размышляя о том, чего она хочет от него, смотря таким взглядом, Субару вздохнул.

Субару: [Я знаю, тебе не нужно мне говорить.]

С этими словами Субару сел на стул напротив ведьмы, поглядел на чашку чая, которая снова появилась, как и пирожные, беспомощно поднес её к губам.

Наблюдая за этим, Ехидна слегка покраснела и улыбнулась.

Ехидна: [Хм, очень хорошо. Я рада, что ты стал значительно более покладистым, Нацуки Субару.]

Субару: [Почему ты так хочешь заставить меня пить свои телесные жидкости, злобная ведьма?]

Глядя на беззаботную улыбку Ехидны, Субару скривил губы, чувствуя что-то отвратительное вместо ощущения безвкусного чая без запаха.

Это был мир грёз, построенный на кладбище ведьмы жадности — ведьмы, которая уже скончалась, приняв форму за пределами смерти. Это было чаепитие, невозможное в реальности.

Изначально невероятное, уединённое пространство, воплощающее свидание ведьмы и её контрактора.

* * *

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

* * *

Если заметите какие-то ошиПки в тексте, прошу сообщать о них в комментариях

* * *