— Какие новости? — быстро моргнула Ариэль, выдавая свое недоумение.

Виета почесала щеку и ответила:

— Ах, миледи прибыла на день позже господина и не знала об этом. Лорд получил императорский указ, как только прибыл в поместье. Его Величество Император собирается прибыть, чтобы проинспектировать Рейч. Поэтому господин сейчас находится в Рэйче.

При упоминании названия незнакомого места Ариэль наклонила голову набок.

«Рейч. Где-то я уже слышала это название».

— Ты имеешь в виду свободный торговый порт на востоке?

Свободный торговый порт Рейч. Это был величайший порт Империи, который ни в чем не испытывал недостатка. Виета кивнула, и ее глаза загорелись.

— Да. Его Величество выразил желание временно остановиться на вилле, принадлежащей графу в Рейче... Это сильно заняло лорда.

Ариэль решила, что он намеренно избегает ее, так как они не виделись друг с другом с момента прибытия в особняк, но с облегчением выдохнула, узнав, что это не так. Ариэль вспомнила об отношениях между графом Янселем и императором.

— Я слышала, что Его Величество и граф поддерживают близкие отношения. Это весьма любопытно. Консулы обычно не в лучших отношениях с императорской семьей.

— Что ж, у Государя превосходная проницательность. Я слышала, что отношения с остальными двумя консулами нельзя назвать хорошими. Кроме того, господин — единственный человек, который имеет хорошую репутацию, как с точки зрения Сената, так и Консультативного Совета.

Виета гордо выпрямила талию, излагая те сведения, которые ненароком почерпнула, наслушавшись разных сплетен.

Сенат был собранием знати, а доверенные вассалы императора составляли Консультативный совет. Эти две фракции с самого начала ладили друг с другом не лучше, чем масло с водой, поэтому Бертвальд Янсель, умело лавировавший между двумя конфликтующими сторонами, стал выдающимся человеком. Возможно, именно благодаря этому умению ему удалось получить статус самого молодого консула.

С точки зрения Ариэль, эта информация не была удивительной, поскольку в замке герцога часто ходили слухи о графе Янселе.

— Если он выполняет приказ Его Величества Императора... я не скоро смогу увидеть его в особняке.

Коснувшись ручки своей чашки, Ариэль вспомнила фигуру графа Янселя.

...Темно-красный.

В отличие от прекрасной внешности, которую она видела в своих снах, чувства, которые он испытывал по отношению к ней, были окрашены в красный цвет, напоминающий зловещую кровь. Если бы ей нужно было выбрать оттенок, который был ей наиболее знаком, она бы без колебаний выбрала красный.

Красный цвет... именно так выглядели люди, ненавидящие Ариэль.

Самой ранней сценой, которую она могла вспомнить из своего далекого детства, была та, где все смотрели на нее с красной аурой в груди. В то время она считала, что все люди — красные. Со временем цвета сменялись на желтый, белый или нежно-розовый, и тогда она осознала, что красный цвет свидетельствует о негативных чувствах, направленных на нее.

Но... мужчина ненавидел ее так сильно, что все его тело было окрашено в красный цвет. Было ли это потому, что он не желал этого брака, однако, взвесив все за и против, не имел другого выбора, кроме как принять ее в качестве своей невесты?

«Так вот почему он меня ненавидит?»

Даже поразмыслив над этим вопросом, она не смогла найти ответ. Тем не менее, тот факт, что она не увидит человека, с которым у нее были натянутые отношения, немного успокоил ее сердце. Этот бесцеремонный человек только и делал, что странно смотрел на нее во время их случайных встреч, но никогда не заговаривал первым.

У них не было общих тем или интересов, так что ему, вероятно, просто нечего было ей сказать. В конце концов, этот брак основан на выгоде их семей, так что даже если между ними не будет никакой привязанности, это не будет огорчением.

... Правильно. Лучше нам не встречаться.

Ариэль с легким сердцем наслаждалась чаем, собираясь с мыслями. Вкус апельсина, распространяющегося во рту, был очень освежающим.

* * *

Словно в подтверждение звания свободного торгового порта, туда-сюда курсировали величественные галеоны и небольшие каравеллы, выстраивавшиеся в очередь, чтобы войти в северо-восточный порт Рейча.

На рынке, расположенном вдоль порта, говорили на иностранных языках люди самых разных национальностей, а на прилавках были выставлены фирменные блюда и редкие товары из каждой страны; всюду скрещивались руки, распространяя новую культуру.

Несмотря на царящую здесь суету, в порту Рейча строго соблюдались установленные правила, и он обладал особой безудержной привлекательностью, как и подобает прозвищу «Галереи континента». В квартале от этой суетливой сцены находится улица Ропер-Рейч, застроенная банками и административными офисами торговых компаний.

Среди всех этих зданий, демонстрирующих богатство с помощью великолепных декоративных элементов, больше всего выделялся офис многонациональной торговой ассоциации «Спейд». Шестиэтажное здание также служило социальным клубом и банком, что делало его похожим скорее на элитный салон, чем на офис.

«Куда бы ни ступила ваша нога, все станет вашим».

Под табличкой, на которой было выгравировано знаменитое изречение Муче, морского первопроходца, одетые в униформу служащие подтвердили личность гостя и вежливо поклонились.

— Вы прибыли, господин телохранитель?

Мужчина с грозным взглядом и по-медвежьи крупным телосложением бесстрастно кивнул. Это был Вион Сикнехид, вассал графства, который часто следовал за графом, подобно тени, и служил его телохранителем.

— Где граф? В кабинете?

— Он в кабинете со своим адъютантом.

Как правило, Бертвальд чаще работал в здании правительственной канцелярии, а не в кабинете «Спейда». Его официальный статус — Имперский комиссар Рейча. Однако те дела, которые должны были вестись негласно, часто решались именно здесь, чтобы соблюсти секретность.

— Только что прибыл новый указ, который был отправлен в канцелярию. Графу доставлен предмет, который лежит перед вами...

Вошедший в помещение служащий принес плоскую коробку размером примерно в две пяди. Коробка была обтянута бархатом, что придавало ей роскошный вид. Держа ее наготове, Вион направился дальше в офисное здание.

Трехъярусная люстра в центре круговой лестницы излучала свет ярче полуденного солнца. Это объяснялось щедрым использованием лучших камней накаливания, которые постоянно излучали сияние. Будучи вассалом графа с самого детства, ему бы следовало уже привыкнуть к тому, что Янсели тратят свои деньги без разбору, но виной тому могло быть скромное происхождение Виона.

Вион окинул незаинтересованным взглядом висящие на стене картины и керамику и постучал в дверь кабинета.

— Граф, это Вион.

Когда он открыл дверь, его встретил резкий запах чернил и старого пергамента. В глубине заставленной ящиками и книжными шкафами комнаты, скрестив руки и направив взгляд на своего помощника, расположился имперский комиссар Рейча и владыка Пахара Бертвальд Янсель. Его помощник, Шейн Вайс, также молча смотрел на Бертвальда. Мрачная атмосфера, витавшая между ними, тяжело опустилась на плечи Виона.

«Что случилось?»

Пока Вион колебался, стоит ли входить в кабинет, где царила такая мрачная обстановка, Бертвальд обернулся на дверь.

— Его Величество отменил инспекцию.

Его тон был настолько спокойным, что трудно было поверить, что именно этот человек трудился не покладая сил почти всю последнюю неделю. Шейн же, напротив, стукнулся головой о стол и потряс кулаками, словно в припадке.

— Если он собирался отменить встречу, то должен был сказать об этом заранее! Несколько дней назад у моей невесты был день рождения!

Вион задумался, кого утешить первым, после чего подошел к Шейну и похлопал того по спине. Однако Шейн лишь отмахнулся от него, сказав:

— Если ты мне сочувствуешь, лучше дай денег.

Вион толкнул стул, на котором сидел причитающий Шейн, и перевел взгляд на Бертвальда. Его господин, скрестив руки, отрешенно смотрел в окно. Сузившиеся глаза под растрепанными платиновыми волосами казались темнее, чем обычно. За подготовкой к встрече с императором он не спал как следует уже несколько дней, так что его раздражение не было бы небезосновательным, поскольку все затраченные усилия казались напрасными.

— Императорский указ, объявляющий о намерении Его Величества проинспектировать Рейч, был издан совершенно неожиданно... Почему же его отменили?

Шейн глубоко вздохнул и ответил вместо господина:

— Вторая принцесса повредила ногу.

— Принцесса Куделайя?

При упоминании имени принцессы Бертвальд слегка нахмурился. Не заметив реакции графа, Шейн продолжил сетовать:

— Верно. Поговаривают, что Его Величество решил проинспектировать Рейч именно по просьбе второй принцессы. Она произвела на меня плохое впечатление еще с того момента, как стала преследовать графа! Не ведет ли она себя так потому, что теперь он женат на герцогской принцессе?

Вторая принцесса, которая уже давно выбрала себе в мужья Бертвальда, постоянно предлагала ему вступить с ней в союз, как только она достигнет совершеннолетия.

Император же, который очень любил свою дочь, поддерживал эту идею, а часть сената, желавшая любыми способами удержать молодого консула в узде, рассчитывала сделать его зятем императора и, в конечном счете, добиться ухода графа Янселя с политической арены.

Но Бертвальд отверг предложение принцессы, выбрав печально известную слепую принцессу Ариэль Эгиду. Самовлюбленной принцессе наверняка было бы трудно смириться с тем, что мужчина, которого она уже сочла своим, женился на подобной неполноценной женщине.

— Судя по характеру второй принцессы, она не оставит эту затею просто так. Однако станет затруднительно, если все так и продолжится... Неужели нет другого выхода?

Бертвальд сдвинул брови, придав лицу загадочное выражение, по которому было непонятно, улыбается ли он или нет.

— Именно, — глухо обронил Бертвальд, слегка покусывая нижнюю губу и глядя в окно, — постепенно это становится все труднее переносить. Как же мне разобраться с этим...

Вион и Шейн одновременно побледнели. Они ожидали увидеть обеспокоенность или раздражение, но в действительности услышали предложение, полное убийственного намерения: «Как же мне избавиться от этого?»

Шейн понял, что ляпнул что-то лишнее, и уже собирался исправить свои слова, но наблюдавший за ними Бертвальд не удержался и усмехнулся:

— На этот раз я сделаю вид, что ничего не слышал. Все в порядке, просто отправь им письмо.

— Что следует написать?

— Разве не очевидно? «Я искренне надеюсь, что с принцессой все хорошо, и буду с нетерпением ждать следующего визита Его Величества».

Закончив говорить, Бертвальд устало потер глаза, и откинулся на спинку кресла. Из-за внезапного указа императора о проведении инспекции он больше недели не мог нормально отдохнуть. И хотя предположение Шейна о том, что поездка императора на юг была связана с принцессой, в какой-то степени было правдой, это не являлось единственной причиной Его Величества.

Основной целью визита императора к Бертвальду была не обзорная экскурсия по стране. Ему нужны были новые виды оружия, которое использовал флот, а также секретная информация о взаимодействии между кораблями и дворянами.