Первый учебный день первокурсников Киджена подошел к концу.

Перед уходом домой профессора, ведущие первый курс, собрались в комнате отдыха. Попивая чай, они обсуждали новобранцев.

— Мейлин Вильенн превзошла все ожидания. Представляете, в первый же день приготовила яд Шаниф! — Воодушевленно произнес один из них.

— Кровь – великая вещь, не так ли? Все семеро детей из их семьи на редкость одаренные.

— А как вам официальный наследник Башни Слоновой Кости?

— О, Серна? Тут и говорить нечего. Понятно, почему в Башне в ней так уверены.

— Что скажете о Шателе Маэре? — Подал голос другой коллега. — Бытует предубеждение, что полувеликан в магической части слабоват по сравнению с физикой, но этот парень хорош во всем.

— Эй, профессор, не вздумайте уводить у меня Шателя!

— Ха-ха, посмотрите на него. Уже ведет себя так, будто это его личный студент.

— Вы же знаете правила: любые предварительные контакты в период защиты студентов – это нарушение.

Профессора обменивались шутками и вели скрытую борьбу за таланты, продолжая разбирать по косточкам каждого новичка.

— Послушайте, профессор Бахиль.

Профессор Проклятий Бахил, который смаковал чай с закрытыми глазами, едва заметно кивнул, показывая, что слушает.

— У вас же сегодня был урок А-класса? Ну и как всё прошло?

— Что именно вы имеете в виду? — Уточнил Бахил.

— Ой, только не надо прикидываться. Я про того парня, первого особо принятого, которого госпожа Нефтис выбрала лично.

Бахил поставил чашку на стол и мягко улыбнулся.

— На моем занятии он проиграл поединок со счетом 10:1. Пока не могу сказать, обладает ли он выдающимся талантом.

— Хм… неожиданно. Всё-таки статус первого особо принятого обязывает. Неужели в нем нет совсем ничего особенного?

Вопрос был настойчивым, но Бахил лишь вежливо улыбнулся в ответ.

— У него хорошая выносливость. На первом же уроке он выдержал Изнеможение целых девять раз.

— Ого, девять раз?

— Выносливость – качество важное, но для первого номера как-то маловато.

Раздался щелчок.

Дверь в комнату отдыха распахнулась. Вошел профессор созыва Арон. Как всегда, со всклокоченными волосами, он лениво шаркал шлепанцами по полу.

Сдержанно кивнув коллегам, он направился к вешалке за своим пальто, демонстрируя полное отсутствие интереса к общим разговорам.

— Кстати говоря, — начал Бахил.

— Старший Арон, у вас ведь тоже сегодня был урок А-класса.

Все взгляды обратились к Арону. Тот с бесстрастным лицом надевал пальто.

— Ну и что.

— Первый особо принятый. Каким он показался вам?

Внезапно все присутствующие уставились на Арона с горящими глазами. На него давило немое требование немедленно высказаться.

Арон тихо вздохнул и ответил своим фирменным вялым голосом:

— Непробиваемый посредник. Но у него хватило креативности, чтобы создать оригинальный брак.

— …

Пока профессора шумно обсуждали услышанное, лишь уголок рта Бахила хищно дернулся вверх.

«Неужели наш старший сейчас напустил туману?»

Бахил часто работал с Ароном в полевых условиях и знал его характер лучше других. Если бы студент ему действительно не понравился, он бы не стал так витиевато выражаться.

Непробиваемый посредник. Креативность в создании брака.

В устах Арона это звучало как высшая похвала.

«… Становится всё интереснее».

Мальчик, которого выбрала Нефтис и которого приметил этот придирчивый Арон.

Бахил почувствовал, как его догадки насчет Симона превращаются в твердую уверенность.

— Послушайте, старший.

Если так, то война уже практически началась.

— Ваше прошлогоднее заявление о том, что вы больше не планируете брать прямых учеников… Оно всё еще в силе?

— …

Арон, собиравшийся выйти, резко замер.

Другие профессора тоже замолкли, глядя на него. В комнате отдыха внезапно воцарилось наэлектризованное напряжение.

— П-профессор Бахиль… — шепотом попыталась урезонить его сидящая рядом женщина-профессор, но Бахил лишь продолжал улыбаться, ожидая ответа. И когда Арон уже собрался заговорить…

Щелк!

— Всем приветики!

Внезапно в комнату семенящей походкой влетела девочка с серебристыми волосами.

— Госпожа Нефтис!

При её появлении цвет профессуры Киджена, те, кто вертел судьбами материка, разом склонились в глубоком поклоне.

— Вы пришли, — Бахил первым подошел к ней, поприветствовав как истинный джентльмен. Затем он достал что-то из своего кармана и протянул ей.

Это было шоколадное мороженое.

Во всем Киджене только Бахил постоянно носил с собой в подпространстве с замораживающей магией порцию мороженого – исключительно на случай встречи с Нефтис.

— Ах, серьезно! Я же просила не относиться ко мне как к маленькой! — Проворчала она, но при этом мигом выхватила сладость из рук Бахила.

— Забота о десерте для леди – это тоже добродетель джентльмена.

— Хм, болтать ты мастер.

Нефтис откусила кусочек. Её щеки тут же порозовели, а лицо приобрело блаженное выражение, как у обычной девчонки её возраста.

Видя это, некоторые профессора прикусили губы. Никто не смел вслух признать великую Ведьму Смерти милой – это было бы верхом богохульства.

— Присаживайтесь сюда, госпожа Нефтис, — один из профессоров поспешно подготовил место. Нефтис, ухватившись за подлокотники кресла, которое было ей великовато, с кряхтением вскарабкалась на сиденье.

— Оп-ля! Ну, какими оказались первокурсники в первый день?

Она ела мороженое и слушала, а профессора наперебой докладывали о своих впечатлениях.

Чаще всего упоминали не столько проверенных талантов вроде Серны или Шателя, сколько студентов с блестящими оценками – Мейлин и Гектора из А-класса или Каэза из Б-класса.

Нефтис внимательно слушала, кивая.

— Да, хорошо, очень хорошо! Если возникнут проблемы – докладывайте, а сегодня первый день, так что расходитесь пораньше и отдыхайте.

— Есть!

— Госпожа Нефтис.

Именно тогда подал голос Арон, до этого хранивший молчание.

— Я бы хотел поговорить с вами с глазу на глаз.

Глаза остальных профессоров округлились от удивления.

Конечно, статус профессора Киджена позволял просить аудиенции у ректора, но так прямолинейно требовать личной встречи решались редко.

— М-м, ладно, — Нефтис с улыбкой спрыгнула с кресла. Арон поклонился и последовал за ней к выходу.

«В своем репертуаре – рубит сплеча».

Бахил, вновь усевшись и закинув ногу на ногу, улыбнулся.

«Только вот госпожа Нефтис вряд ли расскажет вам всё так просто, старший». \* \* \*

Первый день в Киджене подошел к концу.

Симон, Дик и весь А-класс под руководством слуги направились к общежитию.

Но тут возникла заминка.

Из-за того, что последняя трехчасовая лекция по Созыванию затянулась, А-класс прибыл позже всех, и большинство мест в комнатах уже было занято.

Стандартная комната была рассчитана на троих.

Симон и Дик планировали заселиться вместе, но в оставшихся комнатах уже успели занять по два спальных места.

— И-извините, на втором этаже тоже нет комнат, где свободны хотя бы две кровати, — смотритель общежития то и дело кланялся. Видя, как он потеет и извиняется, хотя его вины тут не было, Симон замахал руками.

— Всё в порядке, вам не за что извиняться.

Симону было немного неловко, когда человек старше него вел себя настолько подобострастно.

Впрочем, в иерархии Киджена студенты стояли выше слуг. К тому же большинство учащихся были знатными дворянами, так что нижайший тон персонала был делом привычным.

Дик, которому такая ситуация была знакома, скрестил руки на груди.

— На третьем и четвертом этажах тоже нет подходящих вариантов?

— …Да, боюсь, на других этажах ситуация похожая.

Смотритель показал список второго этажа. Свободные места были разбросаны по одному в разных концах коридора.

Симон и Дик переглянулись.

— Что думаешь, Симон?

— Давай на всякий случай проверим другие этажи, а потом решим.

Пока они советовались, послышался резкий окрик:

— С дороги!

Раздался глухой удар. Смотритель, налетев на чей-то багаж, повалился на пол. Студент с каштановыми волосами, толкавший тележку, недовольно нахмурился.

— Ну и что ты застыл? Сказано же – прочь с пути!

— П-простите, пожалуйста!

Упавшая женщина поспешно склонила голову, а стоящий рядом приятель студента издевательски прыснул. Шатен осмотрел свой багаж и скривился.

— Вот ведь. Из-за тебя тут вмятина осталась. Кто за это ответит?

— Виновата! Простите меня!

— Да плевать мне на твои извинения. А ну пошли со мной.

Она уже начала подниматься с виноватым видом, когда вперед шагнул Симон.

— Послушай.

Шатен замер.

— Вообще-то я сейчас разговариваю с этим человеком.

— …Чего?

Глаза смотрителя округлились. Каштановолосый студент издал сухой смешок.

— И было прекрасно видно, что ты толкнул её специально, — добавил Дик, с усмешкой вставая рядом с Симоном.

— …Вы что, бессмертные? Какого черта вы лезете не в свое дело?!

— Эй-эй, погоди! — Приятель судорожно вцепился ему в плечо и что-то зашептал на ухо.

— Да это же он! Тот самый первый особо принятый, который клятву в большом актовом зале давал!

— …А?

Студент внимательно вгляделся в лицо Симона, и его кожа тут же приобрела землистый оттенок.

Его зрачки заметались, как при землетрясении. Обернувшись к ни в чем не повинному смотрителю, он буркнул:

— Кхм! В следующий раз будьте осторожнее! Пошли!

Глядя на их поспешное бегство, Дик расхохотался, схватившись за живот. Симон, тоже сдержанно улыбнувшись, протянул руку упавшей женщине.

— Вы целы?

Она, густо покраснев, приняла помощь Симона и поднялась.

— …С-спасибо вам большое за помощь.

— Не стоит благодарности, это пустяки.

— Меня зовут Лена! Если вы собираетесь осмотреть верхние этажи, я вас провожу. Возможно, я смогу быть полезной.

— О, вы бы нас очень выручили.

Так они втроем поднялись выше. Лена действовала оперативно: расспросила коллег и вскоре повела их на четвертый этаж.

— На четвертом этаже осталась всего одна комната с двумя свободными местами! — На бегу сообщила Лена. Симон и Дик едва поспевали за ней.

— Есть свободная комната?

— Да, вам повезло! Номер 409 изначально планировался как четырехместный, поэтому он просторный, с отличным видом, да и центральная лестница рядом – идеальное место! Никогда бы не подумала, что там окажется сразу две свободные койки.

Вскоре они замерли перед дверью комнаты 409.

Лена сверилась со списком имен на двери и…

— Ах…

Её лицо мгновенно помрачнело.

— Что случилось? — Спросил Симон.

Она обернулась и, виновато улыбаясь, предложила:

— М-может, всё-таки поищем в другом месте? В 412-й и 413-й свободно всего по одной кровати, но они хотя бы рядом…

— С этой комнатой что-то не так?

На вопрос Симона она лишь хмуро кивнула и указала на табличку с именем.

— …Кажан Эдвальт. Он учился здесь и в прошлом году.

У Дика глаза полезли на лоб.

— Не может быть, это же общежитие для первокурсников. Второкурсники заезжают только в следующем месяце.

— Студент Кажан остался на второй год. Говорят, из-за каких-то серьезных проблем его оставили на повторное обучение, и теперь он снова начинает с первого курса.

— Хм.

Дику это показалось крайне странным.

Киджен никогда не церемонился со студентами. Обычно за проблемы с дисциплиной или неуспеваемость просто исключали без лишних слов, а тут – второй год? Случай из ряда вон выходящий.

Симон снова уточнил:

— А какова причина?

— Я всего лишь сотрудник общежития, так что деталей не знаю. Но среди комендантов о нем ходят дурные слухи… Поговаривают, что его соседи часто ходили в синяках или слезно умоляли о переселении.

Стало ясно, почему именно здесь пустуют два места. Слегка струхнувший Дик покосился на Симона.

— Симон… Может, ну его? Пойдем в другую…

— Я просто зайду поздороваться. От этого же ничего не будет?

С этими словами Симон постучал и вошел внутрь. Дик в ужасе последовал за ним.

Комната и впрямь была просторной. Одна двуспальная кровать, две односпальные, личные столы и шкафы для каждого.

Из окна открывался вид на корпуса Киджена, горы и долину. Лена не соврала – место было элитным.

У одной из стен вещи уже были разложены. На верхнем ярусе кровати кто-то лежал, укрывшись белым одеялом с головой.

— Стой, Симон! — Прошептал Дик. — Ты же слышал Лену! У этого парня явно несносный характер!

Симон глубоко вздохнул и заговорил.