Благодаря этому Екатерина поняла, почему Иосиф так грубо обращался с людьми.

На самом деле у Иосифа был ужасный говор и, стесняясь этого, он старался говорить на непривычном ему стандартном языке, поэтому избегал общения. Хотя сама Екатерина не считала это чем-то, над чем стоило смеяться, наверняка находились те, кто дразнил его из-за акцента.

— Госпожа, гляньте-ка сюда. Какая красивая поросль выросла, правда ведь? Я её, словно сокровище, берегу, но для Вас покажу.

— Похоже, это редкий сорт, которому сложно давать новые листья. Очень красиво. Где Вы собираетесь её посадить?

— Если пройти туда, то у нас есть чёрный ход. Я там уже подготовил местечко.

— Чёрный ход?

— Ага. Для слуг сделали, вот. Вам-то он, поди, не нужен.

— Понятно. Хотелось бы взглянуть на место посадки.

— Да легко! Прошу за мной!

Так Екатерина узнала, что чёрный ход со стороны внутреннего двора всегда открыт, а также выяснила расписание смены охраны у заднего входа.

Второй целью стали конюшни.

В имении Ростислава всегда держали несколько лошадей для нужд рыцарского ордена, и для Екатерины это было настоящей удачей.

«Отсюда до императорских охотничьих угодий верхом добираться не больше часа».

Вопрос с транспортом был для неё самым сложным, а возможность взять лошадь стала неожиданной находкой.

К тому же Екатерина превосходно владела верховой ездой.

— Ох, госпожа! Тут же грязь и запахи! Вам-то зачем сюда приходить?

— Я люблю животных, поэтому грязь меня не сильно смущает. Лошадей тут много, не так ли?

— А как же! Вдруг господам-рыцарям понадобится. Да вот только работы нынче нет, и они силы копят, ха-ха.

— Тогда позвольте мне взять одну на прогулку, пусть тоже разомнётся.

— Что?! Нет, ни в коем случае! Они все боевые кони, Вам будет трудно их оседлать.

— Если рядом будет кто-то, кто будет держать поводья, то проблем не будет. Да и лошади, кажется, скучают.

Когда Екатерина настояла, что делает это ради самих лошадей, конюх, смягчившись, нехотя дал своё разрешение.

— Этот конь особенно силён, видно, что энергии у него слишком много. Если госпожа его немного прогуляет, он будет только рад.

Всё шло точно по её плану.

«Если даже в конюшне этот конь так страдает от бездействия, значит, он вполне сможет добраться до императорских охотничьих угодий».

Стоило задать вопрос о том, не скучают ли лошади, и результат не заставил себя ждать.

Конечно, Екатерина сама неплохо разбиралась в лошадях, но лучше всего это удавалось конюху. Благодаря этому ей удалось заполучить лучшую лошадь, даже не прилагая усилий.

Однако даже самая хорошая лошадь может стать непокорной, если не привыкнет к всаднику.

Поэтому Екатерина каждый день ездила на ней, оправдываясь тем, что хочет научиться верховой езде.

— Если Вы не привыкли к лошадям, то для Вас это действительно должно быть в новинку! Я Вас понимаю, госпожа.

К счастью, сын конюха легко поверил в эту маленькую ложь, благодаря чему Екатерина могла спокойно ездить.

Отъезд был запланирован на следующий же день после ухода войска Ростислава.

«Прежде чем они подключаться к остальным и подготовятся к движению, у меня будут хотя бы сутки в запасе».

Но если промедлить, все её усилия окажутся напрасными.

Поэтому в четвёртую ночь после приезда королевского посланника, когда с отъезда Василия прошли сутки, Екатерина начала собирать вещи.

Впрочем, вещей у неё было немного: мешочек с кусочками сахара, незаметно утащенными во время чаепития, фляга с водой и тёплая накидка, которую можно было использовать вместо покрывала.

Для путешествия через лес важно было подобрать подходящую одежду, но этот вопрос решился сам собой — Леонид как раз пригласил торговцев, и Екатерина смогла запастись всем необходимым.

Приготовления были завершены. В комнате, помимо ровного дыхания спящего Леонида, царила тишина.

Екатерина молча смотрела на него, зная, что, возможно, больше никогда не вернётся в Ростислав.

В этой тишине её мысли вертелись вокруг их последнего разговора перед сном.

Она вспомнила его взгляд при свете догорающей свечи.

Как он смотрел на неё каждый раз, когда она отворачивалась. Его голос. Очертания лица, будто вырезанные тенями. Глаза, следившие за ней даже в темноте.

Леонид всегда смотрел на неё как на кусочек льда, вынутый из кипятка.

В его твёрдом взгляде неизменно читалось недоумение.

«Похоже, когда он узнает о моём исчезновении, снова будет смотреть на меня так же».

Как на существо, смысл которого ему не дано постичь.

Екатерина не винила его. Ведь и она сама порой чувствовала то же самое по отношению к нему.

Вот почему, услышав, что он тоже потерял родителей, Екатерина невольно спросила:

— Какой была твоя потеря?

— Какой смысл в таком вопросе?

Так сказал Леонид, но в этом и правда не было глубокого смысла.

Просто мне стало любопытно.

Ты — человек, который с рождения был окружён сиянием, полная моя противоположность. И вдруг у нас есть что-то общее.

Ты ведь никогда не жил так, как я.

Скорее всего, тебе и в голову не приходила жизнь, в которой не остаётся ничего, ради чего стоит жить, кроме смерти.

Когда ты сказал, что у тебя есть и другие заботы, помимо меня, я испытала облегчение.

Значит, даже если я отвернусь от тебя, ты не станешь таким, как я.

Поэтому пусть твоё недоумение длится вечно.

Даже перед моей смертью я хочу, чтобы ты смотрел на меня так же.

Я жила так, будто жалость к себе — это непозволительная роскошь.

Никогда не хотела, чтобы меня понимали.

Пусть ты никогда…

…не сможешь меня понять.

Екатерина бесшумно открыла окно и вылезла наружу.

Вскоре где-то у задних ворот Ростислава отдалённо прозвучал цокот копыт.

* * *

Цок-цок. Цок-цок.

Звук копыт разносился по утреннему лесу, ещё окутанному туманом.

Она выехала до рассвета, а теперь солнце уже стояло довольно высоко.

«Хорошо, что путь оказался не таким уж трудным».

Екатерина задумчиво вспомнила дорогу, сидя в седле.

Столица империи Этиэль находилась в довольно тёплом регионе, и потому стоило только выехать за город, как вскоре начался лес.

Этот лес был частью императорских охотничьих угодий. Если зайти в охотничьи угодья через дворец не представляется возможным, этот путь был единственным проходом.

К счастью, она отлично знала здешнюю местность.

По приказу Сергея ей доводилось ездить в разные места, и в этот лес она часто заглядывала на охоту.

Обычно охотничьи земли охраняли королевские стражи и лесники, но…

Сейчас ситуация изменилась.

В округе появились чудовища, на их истребление уже отправили войска. Стража вместе с лесниками не стали бы перекрывать доступ в охотничьи земли.

«Как и ожидалось».

Добравшись до границы охотничьих угодий, Екатерина слегка натянула поводья.

В лесу было тихо. Границу обозначали лишь специальные знаки, но не было ни единого патрульного.

«Я беспокоилась, что по дороге наткнусь на стаю чудовищ…»

Чудовища низшего ранга не передвигаются поодиночке. Они собираются в стаи, и хотя для Екатерина они не представляли особой угрозы, с лошадью всё обстояло иначе. Если бы лошадь впала в панику или получила ранение, это стало бы большой проблемой.

Это её тревожило больше всего. Однако, помимо двух встреч с чудовищами среднего ранга, ничего необычного не произошло.

Екатерина легко спрыгнула с лошади и зачерпнула пригоршню чистого снега. Первую горсть она растёрла о край мантии, стирая следы битвы, вторую — сунула в рот.

Леденящий холод мгновенно прояснил её мысли.

Затем она подвела лошадь к ручью, дала ей воды и немного сахара, после чего привязала к дереву.

Тихое журчание воды, шорох зверей в кустах — лес был настолько живым, что казался даже безобидным.

Кто-то посторонний и не догадался бы, что здесь обитают чудовища.

Однако Екатерина знала.

Она также знала, что ей нужно делать.

Подняв с берега камень, она отошла подальше от лошади и бросила его в проросший кустарник.

Из зарослей тут же выскочил кролик, в тот же миг Екатерина выхватила из-за пояса небольшой метательный кинжал длиной в два пальца.

Резкий визг — и клинок пронзил добычу. Алый цвет растёкся по белоснежному снегу.

Мгновенно всё живое вокруг замерло, как если бы лес задержал дыхание.

Мелкие звери исчезли, уступая место раздающимся со всех сторон утробным рычаниям. В тени деревьев, словно клубы смолы, начали проступать силуэты.

Екатерины спокойно наблюдала за ними, доставая из ножен новое лезвие.

Настало время охоты на чудовищ.