[Окигари-кобоси – японская традиционная кукла. Игрушка, сделанная из папье-маше, представляет собой игрушку, которая под воздействием собственного веса, возвращается в вертикальное положение, если её опрокинуть.

Сарубобо – традиционный японский амулет в виде куклы без лица.

Акабэко – красная игрушка в виде коровы, символ региона Айдзу в префектуре Фукусима.]

* * *

В одном из городков Святого королевства Милис, на оживлённой улочке, немного в стороне от главной дороги, раздавался звонкий голос мальчишки:

— Подходите, подходите! Гляньте, чего у меня тут доброго!

Перед ним на циновке лежали каменные фигурки. Одни изображали животных с нарочито забавными пропорциями, другие — людей. Цены были невысокие: почти любую из этих поделок мог себе позволить ребёнок на карманные деньги.

Но среди них выделялась одна — аккуратно вырезанная статуэтка, стоявшая на самом виду. На ней был изображён мужчина с настороженным взглядом, держащий в руке копьё. Эта работа стоила столько же, сколько средняя семья в Милисе тратила за целый месяц.

— Глядите сюда! — кричал мальчик. — Статуя редчайшего представителя племени супердов!

Эти слова заставили прохожих остановиться.

В этом мире суперды были символом страха. Родители пугали ими детей: «Будешь плохо себя вести — суперды придут и съедят тебя!». Они сами когда-то слышали это в детстве.

Однако никто их никогда не видел. Все знали лишь, что у тех — изумрудные волосы и красный камень во лбу. Некоторые учёные даже утверждали, будто суперды — вовсе выдумка.

И всё же слова мальчишки привлекли внимание: любопытство сильнее страха.

— Так это, значит, суперд? — спросил крупный мужчина с широкой спиной, присев перед прилавком. По виду — торговец.

Мальчишка тут же подскочил к нему, оживлённо жестикулируя: «Совершенно верно, сэр! Хоть всё и вырезано из одного камня, перед вами подлинная статуэтка суперда!» — на лице его играла улыбка — слишком широкая, слишком приторная, будто нарочито неискренняя.

Торговец нахмурился. «Вот же пройдоха», — подумал он. Мальчик, конечно, не имел дурного умысла, но старый купец сразу почуял подвох.

«Мал ещё, а уже жулик, — усмехнулся он про себя. — Пора проучить».

Указывая на статуэтку, торговец повысил голос — Ну, раз это суперд, где же изумрудные волосы? Цвет камня-то одинаковый. Как можно утверждать, что он настоящий?

Купец был уверен: стоит ткнуть мальчишку в противоречие — и тот тут же запнётся.

Однако неприятная ухмылка не исчезла. Мальчик лишь замахал руками: 

— А вот и нет, сэр! Я как раз ожидал, что вы это скажете, — и потому привёл с собой самого настоящего суперда!

— Что?!

Пока торговец стоял ошеломлённый, мальчишка обернулся к переулку и крикнул: 

— Выходи, Руиджерд! Пора показать себя!

Даже прохожие остановились в ожидании.

Из тени вышел мужчина — точь-в-точь как на статуе: острый взгляд, копьё, одежда — всё совпадало. На лбу сверкал красный камень, а на голове… лежала шевелюра из сверкающих зелёных водорослей.

Водорослей.

Море было недалеко, достать их несложно — но кто, скажите на милость, носит водоросли на голове?

— Может, вы сейчас думаете: «Да ну! Это же водоросли!» — громко провозгласил мальчик. — Но погодите, не спешите возмущаться!

Он подпрыгнул и сорвал «волосы» с головы мужчины. Под водорослями оказался полностью лысый череп. Даже брови были сбриты, отчего красный камень во лбу блеснул ещё ярче.

Толпа зашепталась. Мальчик же, не теряя задора, продолжал: 

— Вы вероятно воскликните: «У этого суперда нет волос! Да что же с этим миром не так!».

Он поднял статуэтку, и, выкрикнув: «Но это статуэтка не подделка! Она изображает настоящего суперда!», — ловко снял с неё «волосы» из камня.

Теперь лысая фигурка была неотличима от стоявшего перед всеми мужчины.

— Ну что, сэр? — повернулся мальчик к купцу. — Всё ещё считаете, что статуя подделка?

Торговец остолбенел. По его мнению, ни статуэтка, ни мужчина не имели отношения к реальным супердам — но отрицать сходство было бессмысленно.

Толпа же приняла это за шутку и весело расхохоталась.

И тут торговец понял: это не обман, а представление. Мальчик привлекает внимание, устраивая шоу, чтобы собрать публику к своему прилавку.

«Хитрый малец… Но что он рассчитывает этим добиться?» — подумал он.

Ведь город стоял на землях Святого королевства, где вера Милиса сильна, а часть священников призывала изгнать всех демонов. Статуэтка суперда могла вызвать смех — но вряд ли продавалась бы, стоит об этом узнать «изгоняющим». Мальчик выглядел смышлёным… значит, это не случайно.

Взгляд купца упал на другую фигурку: 

— Хм… парень, а это что за штука?

Перед ним стоял игрушечный предмет в форме яйца, с нарисованным чернилами личиком. Внизу у него было круглое основание.

— А, это «неваляшка», — ответил мальчик. — Смотрите, если толкнуть — она всё равно встанет обратно.

Он лёгким щелчком опрокинул игрушку, и та, покачавшись, вновь поднялась.

— Ого! — купец оживился. — Вот это занятно!

Толпа тоже заинтересованно зашепталась, наблюдая за «неваляшками».

И тут купец понял: «Ага! Статуэтка суперда — просто приманка. Главная цель — продать вот эти безобидные игрушки. Умно. Не жульничество, а настоящая торговая стратегия.»

— Понимаю, понимаю. Забираю свои слова обратно, — сказал он. — Настоящий суперд, как ни крути.

— А я ведь говорил! — радостно воскликнул мальчик.

Купец поднял одну неваляшку: 

— Куплю её в знак извинения.

— Э? Эм… конечно! Приятно иметь с вами дело!

Хотя он и совершил продажу, радости на лице мальчика не было. Ну, понятно, — решил купец, — этот малец специально делает вид, будто хочет продать дорогую статую, чтобы люди брали остальное.

— Ну что ж, удачи тебе в делах, — сказал он напоследок.

— Спасибо, сэр! Возвращайтесь!

Купец отошёл, бросив взгляд через плечо: у прилавка уже толпились новые покупатели. 

«Хм… неплохая идея. Попробую как-нибудь и сам» — решил он.

К вечеру мальчик — Рудеус — распродал всё подчистую. Не осталось ни одной неваляшки окиагари-кобоси, ни безликих кукол сарубобо, ни игрушечных красных коров акабэко. Он думал продажа только одной статуэтки будет выглядеть жалко, поэтому он и сделал все те игрушки.

Один лишь предмет остался лежать без покупателя — статуэтка Руиджерда. Та самая, которую он больше всего хотел продать.

— Что, не так уж она и хороша? — пробормотал Рудеус, присев на корточки и подперев щёки руками.

Руиджерд, стоявший рядом, перевёл взгляд с мальчика на статуэтку: 

— Водоросли, — сказал он.

— Водоросли, да?.. — кивнул Рудеус.

Пожалуй, в следующий раз стоило найти для парика что-то получше.

Так они и сидели, молча глядя, как над улицей медленно садится солнце.