«Разве в словах «питайтесь хорошо» есть какой-то плохой смысл?»

Арундель стало немного обидно. У него словно стоял кривой фильтр на ушах на все её слова.

― Ваше Величество император ― мой супруг. Для жены естественно беспокоиться о своем муже. Пожалуйста, не поймите меня превратно, ― бесстыдно произнесла Арундель, стараясь не обращать внимание на свое трепещущее сердце под его кровожадным взглядом.

Сион некоторое время пристально смотрел на неё, а затем вышел, с грохотом захлопнув дверь. Неудивительно, что стеклянная дверь немного треснула.

«Серьёзно, ну и характер у него».

Когда Сион вышел, ноги Арундель задрожали. Быть человеком действительно невероятно.

«Но мне, наверное, стоит быть благодарной, что он исчез, не сказав ничего, только свирепо посмотрел».

Она коснулась ладонью лба. Хотя его взгляд был таким свирепым, словно сегодня кто-то обязательно умрёт, он ушёл молча. Она попыталась найти в этом положительные стороны.

У императрицы Иллеаны была несчастная жизнь. В конце концов, даже семья бросила её, если бы Иллеана действительно прошла через такое, её сердце было бы разбито, и она бы удовлетворила извращённые желания Сиона.

Тяжело и протяжно вздохнув, Арундель снова начала ждать вечера. Её план не изменился ― она по-прежнему собиралась встретиться с сестрой императрицы Иллеаны. Но для начала ей нужно выяснить, где она жила.

Арундель ждала, когда за окном стемнеет.

― Я принесла ужин.

― Входи.

Горничная, к которой приставал рыцарь, выглядела очень встревоженной после того, как в прошлый раз узнала, что Арундель, спасшая её, была императрицей. Войдя с тележкой с едой, она была бледная и покрыта холодным потом.

― Ты знаешь меня, верно?

Глаза горничной забегали из стороны в сторону.

― Я… Я!..

Горничная сложила маленькие руки вместе и склонила голову. Она упала ниц перед Арундель.

― Простите меня, Ваше Величество!.. Я заслуживаю смерти за свое преступление. В то время я не знала, что передо мной Её Величество императрица и проявила неуважение!..

Арундель подняла распластавшуюся перед ней горничную.

― Как тебя зовут?

― …Что?

― Я спросила, как тебя зовут.

Горничная выглядела встревоженной ― она произнесла:

― Белль… Ваше Величество.

― Белль, так в чём ты провинилась передо мной?

― Я не узнала Её Величество императрицу и не поздоровалась, что было грубостью с моей стороны!..

Арундель коротко вздохнула.

― Всё в порядке. Ведь это я надела капюшон, чтобы меня никто не узнал. Как ты, возможно, уже поняла, я здесь заперта.

Белль, похоже, немного успокоилась. Арундель украдкой улыбнулась, глядя на неё.

― И ты мне кое-что должна, верно?

― Что? ― удивлённо переспросила Белль.

― Я спасла тебя в тот день. От того мерзкого рыцаря.

― Ах, спасибо вам большое за это!

― Ты голодна?

Белль растерянно посмотрела на неё. Арундель снова улыбнулась.

― Ты мне кое-что должна, поэтому я хочу, чтобы ты мне помогла.

Белль выглядела очень неловко. Она, конечно, поблагодарила её за спасение в прошлый раз, но это было другое. Среди работающих при императорском дворе горничных постоянно циркулируют различные слухи, для них это своеобразный забавный круговорот информации. Среди них особенно много было историй об императрице Иллеане, которая сейчас стояла перед Белль.

Поскольку её редко видели за пределами её дворца, то слухи, которые рассказывали везде, разрастались и превращались в легенды. Конечно, все они были плохими.

Поскольку у императрицы не было церемонии коронации, то её редко узнавали аристократы, а число горничных, посещавших её дворец, было крайне ограничено. У одной из служанок было слабое здоровье, поэтому её заменила Белль. Ещё до того, как она принесла императрице Иллеане еду, она наслушалась разных мер предосторожности. Не разговаривать с императрицей. Стараться избегать зрительного контакта. Выполнять свою работу как можно скорее и сразу же уходить, и так далее. Поэтому она не могла поверить, что императрица просит её о помощи. Белль находилась в затруднительном положении.

― Я понимаю, что это трудно. Я заглажу свою вину перед тобой, как только ситуация улучшится.

Арундель взяла Белль за руку. Горничная была удивлена её поведением.

― Ваше Величество! Зачем вы взяли руку такой ничтожной слуги!..

Даже аристократы с низкими статусами избегали прикасаться горничных, поэтому Белль понятия не имела, что делать, когда тебя берёт за руку второй по важности человек в Империи.

― Я никогда не причиню тебе вреда!.. ― сказала Арундель, жалобно открывая свои большие глаза.

Белль зажмурилась, услышав эти слова. Казалось, что она глубоко задумалась.

― Нет. Ваше Величество спасла меня, поэтому, конечно, помочь вам будет правильно.

Услышав ответ Белль, Арундель мысленно возликовала. Но на её лице появилась лишь лёгкая улыбка.

― Спасибо, Белль.

― Чем я могу вам помочь? ― решительно спросила горничная, определившись.

«Хм, но что мне ей сказать?»

Если подумать, то Белль явно покажется странным, если она вдруг спросит о том, где находится дом императрицы Иллеаны. Ведь теперь она была ею, а не Арундель. Будет странно, если императрица Иллеана начнёт спрашивать информацию о самой себе.

Когда Арундель не сказала ей, что надо сделать, Белль посмотрела на неё с подозрением. Посмотрев на лицо горничной, на лице Арундель появилось выражение, что она что-то придумала.

― Я слышала, что моя семья переехала.

― Переехала?

― Да, ты же знаешь, кто моя семья?

На вопрос Арундель Белль медленно кивнула. Она не могла не знать, даже если бы захотела. Сейчас слухи о разрыве отношений императрицы Иллеаны и её семьи были самыми обсуждаемые при императорском дворе и среди знати. Поговаривали, что граф Данкельд отрёкся от императрицы. И теперь императрица Иллеана просит узнать адрес, куда переехала семья, которая её отвергла. Горничной было любопытно, но она не смела спрашивать о таком.

― …Вы хотите узнать адрес, куда они переехали?

― Да, мне нужно кое с кем встретиться.

При словах Арундель Белль посмотрела на неё сочувствующим взглядом. Императрица Иллеана и правда была очень несчастным человеком. Несмотря на то, что она была императрицей, она не могла покинуть свой дворец, и ходили слухи, что даже император очень редко её навещает. А затем от неё отреклась семья, и она хотела с кем-то из них встретиться. Белль подумала про себя, какая императрица несчастная.

«Что ж, пока Белль ищет информацию, я могу немного расслабиться».

Когда горничная вышла из спальни, она почувствовала облегчение. Арундель хотела расспросить Белль о Сионе, но не стала, потому что подумала, что это может вызвать подозрение. Естественно, когда они сблизятся с горничной, она спросит у неё всё.

*****

Голубой лунный свет лился в окна. Сион в этом свете был элегантен и прекрасен, как бог луны. Ослепительные платиновые волосы, которые едва касались плеч, ниспадали на его лицо. Но его взгляд, устремлённый куда-то, были темны, как глубокая ночь.

«Да как она посмела».

Императору Сиону пришлось задержаться в кабинете до поздней ночи из-за работы, но он думал не о делах, а о том, что произошло днём. До обеда с императрицей у него было хорошее настроение. Его немного раздражали глупые аристократы, потому что он хотел как можно скорее рассказать императрице Иллеане забавную новость. Исказится ли её белое, как лист бумаги лицо? Или её прекрасное лицо будет залито слезами?

В конце обеда он сообщил ей новость, которую подготовил.

― Сегодня приезжал граф Данкельд.

Граф Данкельд внезапно посетил императорский кабинет без предварительной договорённости, сказав, что хочет получить аудиенцию.

Граф Данкельд изначально продал императрицу на условиях, что её мерзкая и презренная семья не будет появляться. Граф любил азартные игры и ночные развлечения, поэтому тратил много денег. Проблема в том, что он также включен в список западных аристократов, которые должны были помочь востоку.

«― Ваше Величество, прошу вас, всего один раз!.. Если мы отправим помощь на восток, моя семья обанкротится!..»

«―Забавно. Почему я должен это делать?»

В тот момент, когда он собирался отвернуться, граф Данкельд упал на колени и взмолился:

«― И… Иллеана… Нет, я отрекусь от Её Величества императрицы».

Сион посмотрел на графа Данкельда с холодным выражением лица. Сообразительный и хитрый мерзавец знал, кем для него была императрица Иллеана.

«Она моя, и полностью принадлежит только мне. И я буду медленно разрушать её».

Чтобы сделать это, она должна была остаться совершенно одна. Конечно, запертая во дворце, словно птица в клетке, императрица уже была близка к этому состоянию, но Сион хотел добиться совершенства. И хитрый граф Данкельд понял, что у него на уме.

Что старший брат, что младший. Это действительно была грязная кровь. Однако у него не было причин отказываться от столь привлекательной сделки.

«― Хорошо. Я согласен на сделку».

На губах Сиона появилась улыбка.

*****

―...Вот как.

Человек, который должен был сделать этот день радостным, похоже, был не очень впечатлен.

― Запомни хорошенько. Теперь у тебя есть только я.

Ну, это не имеет значения. Теперь она совершенно одна. Теперь ей больше некуда бежать, и некому её принять.

― Не пропускайте приёмы пищи и хорошо питайтесь.

В этот момент его улыбающееся лицо исказилось.

― Ваше Величество император ― мой супруг. Для жены естественно беспокоиться о своем муже. Пожалуйста, не поймите меня превратно.

Он смотрел на её лицо, задаваясь вопросом, не издевается ли она над ним, но, что странно, она выглядела почти искренней. Что еще более нелепо, так это то, что он не смог больше сказать императрице ни слова и ушёл.

Лицо Сиона скривилось, когда он, сидя в кабинете, вспомнил о том, что произошло днём.

«Супруг? Мы с тобой не в таких отношениях. Ты просто моя собственность, не более чем игрушка».

Сион говорил ей это сотни раз, но не мог понять, почему в тот момент потерял дар речи.

«Если подумать, разве у тебя был такой характер?»

Он провёл тщательное расследование ещё до того, как женился. Императрица Иллеана была очень тихой и мягкой, неизвестно, была ли она такой от рождения или стала из-за обстановки в семье, которая находилась на краю разорения.

Сколько слез она пролила, когда они ехали сюда. Эти слёзы действительно наполнили его ожиданием. Они редко виделись, но она всегда отводила глаза и очень мало говорила. Кроме того, было забавно видеть, как она слегка дрожит каждый раз, когда он стоял напротив неё.

Но теперь императрица Иллеана выглядела словно другой человек. Смотрела прямо ему в глаза и не отводила взгляд. Сколько людей так уверенно смотрели ему в глаза?

Тук-тук~

Услышав стук в кабинет императора поздно ночью, Сион перестал думать и посмотрел на дверь.