Ладонь принца дотронулась до кончика пальца Джули.

Её руки предстали открытыми перед глазами Киллиана, потому что во время шитья девушка сняла свои перчатки. Джульетта ухаживала за кожей в течение двух с половиной месяцев, и на первый взгляд она казалась красиво и гладкой — однако ладони всё ещё были немного шершавыми, а на кончиках пальцев виднелись крохотные порезы.

Это были не руки принцессы Киллини, госпожи из знатного рода.

Глядя в испуганные зелёные глаза, мужчина спросил:

— Или есть какое-то другое объяснение?

Сердце Джульетты, уже упавшее в пятки, почти разрывало от беспокойства. Её дыхание сделалось прерывистым. Принц снова крепко схватил леди за руку, а затем отпустил.

Если она и в самом деле упадёт в обморок, у него будут большие проблемы.

Киллиан принялся прогуливаться по студии, делая вид, что ответы на поставленные вопросы его совсем не интересовали. Он рассеянно прошёлся рядом со свёртками ткани в углу и одеждой, висевшей на верстаке, а затем вернулся к Джульетте, которая застыла в примерочной перед зеркалом:

— Вы сами шили одежду, как бы уныло это ни звучало. Но если об этом станет известно, принцессу тут же похоронит молва: кучка подлый людей ополчится на вас, крича что-то об унижении достоинства аристократа.

— Я не занимаюсь пошивом одежды, как я могу?.. Тем не менее, уехав в глубинку дабы поправить здоровье, мне в голову пришла бизнес-идея. Только веселья ради... Как только я восстановила здоровье, то решила вместе с дебютом открыть магазин. Я говорю вам это, чтобы прояснить сложившееся недоразумение.

Джули хотела выглядеть как можно более спокойно, и даже смогла улыбнуться уголком рта. Принц смешливо покачнулся и указал на её грудь и рукав:

— Снимите нитки с платья и повторите тоже самое. Кстати, принцесса, в курсе ли вы, что в вашем рукаве торчит иголка?

Эта привычка осталась у девушки после работы в театре; она не ожидала появления Киллиана и потому забыла вытащить иглу после шитья кукольной шляпки. Когда Джули смущённо согнула руку, мужчина удержал её и лично вытащил острый инструмент:

— Это опасная привычка, так что вам лучше избавиться от неё прямо сейчас.

Передав иголку рядом стоявшей Софии, принц добавил:

— Мне кажется, за последние дни вы прибавили в весе. Выглядите здоровой. Это замечательно.

Девушка не затянула грудь корсетом и не надела своеобразное бельё с оборками вокруг плеч, чтобы скрыть пышные формы. Она думала, что в примерочной ей это ни к чему… Джульетты выкрикивала внутри себя оскорбления в адрес Киллиана, который заметил весьма интригующую разницу, и слегка отвернулась, чтобы скрыть раздражённое лицо:

— Думаю, это потому что после волнительного дебюта я чувствую себя лучше. Но немного стыдно, когда про вес говорят прямо леди в лицо.

«Его испорченная и высокомерная натура, видимо, проявляется даже несмотря на статус человека. Как он может говорить, что принцесса набрала несколько килограммов?»

Ошеломлённая действиями и словами гостя Джули некоторое время не могла нормально дышать, однако девушке очень хотелось закончить встречу. Как можно скорее.

Когда «Айрис» огрызнулась на грубое замечание, словно оно причинило боль, Киллиан обиженно надулся. И — о ужас! — следующая фраза была сказана дружелюбно и успокаивающе, что совершенно противоречило язвительному характеру мужчины:

— Наверное, сказать подобное было действительно ошибкой, но сегодняшний румянец идёт вам гораздо больше, чем бледность во время приёма. Думаю, каждый, кто бы увидел вас сегодня, счёл бы невероятной красавицей.

Джульетта бросила на него пронзительный взгляд, полный неприязни. Эта притворная доброта выглядела ещё более подозрительной. Он пытался успокоить аристократку лестью, ведь положение семьи Киллини — то, с чем стоило считаться:

— Я пришёл, чтобы попросить вас кое о чём. И искал лишь принцессу. Но… здесь много лишних глаз.

Когда принц проговорил несколько строк, которые — по мнению Освальда — всегда нравились женщинам, лицо Айрис Киллини сделалось ещё угрюмее. Поэтому он решил быстро перейти к делу. По приказу принца охранники выпроводили Софию и Амелию из комнаты. Джули была искренне раздосадована тем, как их оттаскивали, и с тревогой посмотрела на удалявшиеся фигуры:

«Я согласилась на это опасное задание, потому что ему в голову взбрело сделать из меня наложницу — но он и тут всё портит!» — она ощущала ярость даже кончиками пальцев.

Ранее Джульетта не могла открыть рта, ведь являлась служанкой, однако теперь девушка играла роль принцессы Киллини, чей ранг был неимоверно высок в аристократической иерархии. Сегодня она сбросит Пятого принца с пьедестала!

«Пусть не воображает, что все женщины в мире готовы упасть к его ногам…»

Девушка кивнула ему, посылая Киллиану знак поторопиться.

Возможно, принц наивно думал, что нашёл слабое место «Айрис» и хотел надавить на это, заставив её принять ранее отвергнутое предложение…

«Как бы он ни угрожал, я должна найти способ противостоять ему.»

Раз уж его высокомерный нос пронзает небеса, не лучше снова отказать ему, упомянув ранее неподобающее поведение? Ясно, что этот мужчина не станет липнуть к той, которой он не нравится. Джульетта решила подождать, пока Киллиан выскажется, размышляя, как сильнее всего задеть гордость благородного принца:

— Я бы хотел предложить принцессе сотрудничество.

— Со…трудничество?..

Эти неожиданные слова выбили Джули из колеи; Киллиан оглянулся на Освальда — дворянин до сих пор оставался в комнате, и его глаза сияли. Разворачивающиеся события казались Филиппу такими захватывающими!

— Ваше Высочество, вам что-то от меня нужно? — спросил аристократ, как будто не собираясь уходить.

— Маркиз, в большом зале есть много чего интересного.

— И всё это я уже видел, Ваше Высочество.

Бой улыбчивого дворянина и пристально смотревшего на него Киллиана закончился поражение второго; мужчина со вздохом сдался:

— Да… ты ведь принёс эту информацию, поэтому на этот раз я тебя потерплю.

Он отказался от мысли выгнать Освальда, взял Джули за руку и повёл ту на террасу:

— Давайте присядем, ведь обсуждением может занять много времени.

Принц с безупречной вежливостью усадил девушку в кресло.

Глаза Филлипа покраснели от слёз: его господин так редко демонстрировал подобный уровень манер! Нынешнее отношение к принцессе Киллини ни в какое сравнение не шло с холодностью, которую Пятый принц источал при знакомстве с другими леди:

«Видимо, он очень хочет узнать о Джульетте от принцессы… Господин так старается…» — Филипп с грустью присел на кресло и решил, что также сделает всё возможное, чтобы помочь.

Когда решительный Освальд приземлился в кресло рядом с Киллианом, будто маркиза приглашали, принц отрезал:

— Здесь душно. Кажется, этот стол слишком мал, чтобы на одной стороне умещалось двое.

Плечи двух взрослых мужчин постоянно сталкивались:

— Ах! Вам нехорошо? Стол действительно небольшой…

Филипп вскочил на ноги и нелепо попросил прощения:

— Ваше Высочество, — обратился он к Айрис, — вы не будете возражать, если я стесню вас? Принцу очень неудобно.

— Да, всё в порядке. Пожалуйста, присаживайтесь сюда, — девушка лучше всех знала о высокомерии Киллиана, и из сострадания к маркизу указала на место рядом с собой.