«…Китти…Китти…»

Я звала её дрожащим голосом. [Хотя я знала, что Китти уже мертва, всё равно не могла в это поверить…]Точнее, я не хотела верить, что это сделал Кассиусс Бруденелл.

«Я убил её.» — спокойно произнёс Кассиусс.

Его слова звучали как беспощадное заявление, отрицающее даже малейшую надежду. В смятении я перевела пустой взгляд на тело Китти. Хотела закрыть её широко открытые глаза, но не решилась даже прикоснуться к её лицу.

Я была не способна сделать даже это…               

Кассиусс бросил кинжал на пол и шагнул ко мне.

«Эвелин.»

«Не подходи.» — выкрикнула я, инстинктивно отползая назад.

«Не…не подходи ко мне!»

«Прости меня за то, что я убил твою любимую служанку».

Его извинения прозвучали низким, ровным тоном. Я подняла на него взгляд, полный ужаса. Моё тело сковал такой страх, что я не могла даже заплакать.

«Почему…Почему ты это сделал?»

Я хотела знать причину. Какую бы он ни назвал, я надеялась услышать хоть какое-то объяснение.

Ответ Кассиусса прозвучал медленно:

«Она тронула твои украшения.»

«Ты убил её из-за этого?» — закричала я, резко встав с пола.

Мои ноги дрожали, устоять было нелегко, но я не обратила на это внимания.

«Эвелин, ты можешь упасть.» — его заботливый тон только усилил моё негодование. [Он только что убил человека и теперь беспокоится, что я могу упасть?]

«Она была моей служанкой. Даже узнав, что ты нанял её, я оставила её рядом с собой.»

Кассиусс молчал.

«Если ты решил тронуть кого-то из моих людей, мог бы хотя бы предупредить меня. Я бы сама решила, уволить её или наказать. Но убить…»

Только когда слёзы скатились по моим щекам и упали на колени, я поняла, что плачу. Чем яснее становилась ситуация, тем сильнее я не могла сдержать слёз. Незаметно для себя я разрыдалась.

«Ты обещал! Ты обещал, что перед тем, как убить, будешь говорить мне. Но почему…почему именно Китти? Скажи, почему она?!»

«…Прости.» — произнёс он тихо.

«Уходи из моего дома!» — выкрикнула я, не сдерживая слёз.

«Ты здесь не приглашён. Уходи! Немедленно!»

Кассиусс молчал.

Даже опустив голову, я чувствовала его пристальный взгляд.

«…Понял.»

«И никогда больше не появляйся передо мной!»

Он не ответил.

Глухие шаги стихли, и только тогда я решилась выйти из комнаты. Я боялась, что, если выйду раньше, снова столкнусь с ним.

Как только я покинула это кровавое помещение, ноги подкосились, и я рухнула в коридоре.

«Хх…хххуек…»

Когда Кассиус был рядом, страх парализовал меня, и я не могла даже всхлипнуть. Теперь же рыдания сотрясали всё моё тело.

«Хху… хуу…»

Я вспомнила, как впервые встретила Китти. Тогда её настойчивость, несмотря на моё холодное отношение, казалась мне раздражающей и утомительной. Но всё изменилось, когда она поехала со мной в приграничную деревню. Без Китти, которая помогала мне справляться с реальностью и поддерживала меня, я бы сломалась гораздо раньше.

[…Мне не стоило возвращаться.]

Какими бы ни были слова Гермиони, я понимала: я знала всё это с самого начала.

[Даже если бы наш гражданский брак с Кассиуссом был признан, его можно было бы оспорить, объявив ничтожным. Но я вернулась…Я сама пошла к нему. И теперь…]

[Это моя вина.]

[Я не должна была выпускать Кассиусса из комнаты. Он бы выбрался сам, но не так быстро.]

[Китти умерла из-за меня.]

Даже уйдя далеко от той комнаты, я всё ещё ощущала в воздухе запах крови. Опустившись на пол, я спрятала лицо в коленях. Хотелось просто исчезнуть.

«Юная леди!»

«О Боже, вы ранены?»

«Кровь…Юная леди, скажите что-нибудь! Сара, зови врача! Быстрее!»

К счастью или нет, меня нашли проходившие мимо слуги.

«…Не нужно.»

Мой голос был хриплым.

«Это не моя кровь…Китти мертва.»

***

Убийца так и не был найден.

Я не стала говорить, что Китти убил Кассиусс Бруденелл. Он наверняка уже уничтожил все улики. Любая попытка обвинить его выглядела бы как безумие.

«Юная леди, выпейте что-нибудь. Пожалуйста, ваши родители очень беспокоятся.»

«Уходите.»

Новые служанки хлопотали вокруг меня, но это только раздражало. Я закрыла глаза.

Теперь я знала одно:

[Мне нужно любым способом заключить кровную клятву.]

Это было необходимо, чтобы защитить мою семью, себя и потомков Офелии. Но видеть Кассиусса я больше не хотела.

«Эвелин, ты спишь?»

«…Мама.»

Мама вошла в комнату лёгкой походкой.

«Ты плохо выглядишь.»

Я молчала.

«Ты что-нибудь ела?»

Я снова не ответила.

«Я знаю, что ты убита горем из-за смерти Китти. Но мы найдём убийцу. Как только его личность будет раскрыта, я отомщу. Тебе не о чем беспокоиться.»

Я посмотрела на маму.

Её лицо, холодное и прекрасное, было наполнено искренним беспокойством. Но её обещание было невыполнимым. Даже если личность убийцы станет известна, отомстить ему она не сможет.

«…Прости.» — сказала я тихо.

«Всё хорошо.» — ответила мама, подходя ближе.

Она села рядом, и её голос стал тёплым и спокойным:

«У каждого бывают такие моменты, дорогая. Просто у тебя они наступили чуть раньше.»

Слёзы внезапно подступили к моим глазам.

Мы с матерью были моложе друг друга всего на каких-то двадцать лет.

[Что она думала, когда увидела дочь бывшей жены, чьей репутации приписывали дурной характер? А потом, когда я стала Эвелин Гарнейд…Наверное, она нередко задавалась вопросом, как это я, её дочь, вдруг ушла в путешествия, оставив всё позади.]

И теперь, оглядываясь назад, я осознавала: возможно, даже её попытка отправить меня в психиатрическую больницу была не чем иным, как попыткой помочь.

«Мы с отцом хотим только одного, чтобы ты была счастлива.» — произнесла мама мягко.

«Раньше я так не думала.» — сказала я, сама не понимая, почему позволила себе это сказать.

«Ты выдала меня за него только потому, что это принесло пользу нашей семье, не так ли?»

«Глупая!» — в её голосе вдруг прозвучал гнев.

«Кто продолжит наш род? Ты, Эвелин! Какая же тут может быть выгода для нашей семьи? Подумай хорошенько.»

«Но если я выйду замуж…Даже если я наследую титул графа, моими обязанностями будет прежде всего забота о герцогстве.» — возразила я.

Мама лишь усмехнулась.

«Я никогда не думала, что моя дочь окажется настолько неспособной, чтобы не совмещать эти две обязанности.»

«…Я уже несколько раз пыталась убежать.»

«Ну что ж, считай это кратким бунтом. Но в итоге ты вернулась, не так ли?»

Она положила свою холодную ладонь поверх моей руки. Однако я почувствовала в этом жесте не холод, а тепло.

«Ты — моя дочь. Как бы ни сложились обстоятельства, ты всё равно остаёшься моей дочерью.»

Я почувствовала, как в горле встал комок.

Эти слова, наполненные искренностью, заставили сердце сжаться.

Но я знала: я не настоящая Эвелин Гарнейд. Настоящая, та, которую звали злодейкой, погибла бы задолго до этого момента.

[Ты была любима, Эвелин.] — подумала я.

Но я не чувствовала вины.

[В оригинальной истории семья Гарнейд пала бы в нищету, а их судьбы обратились бы в руины. Но, оказавшись в этом мире, я спасла их. Граф и графиня Гарнейд остались живы, а Офелия избежала трагедии.]

[Разве я должна упрекать себя за то, что сделала?]

Но…

[Это мой долг перед ними.]

Я вытерла слёзы тыльной стороной ладони.

Для них я уже стала их дочерью. И даже для графини, которая изначально была не моей матерью, это значило многое.

«…Я поем.»

Незримая улыбка озарила лицо матери.

«Спасибо.»

Я взяла ложку.

Суп, который явно был приготовлен с использованием самых лучших ингредиентов, казался мне пресным. Тем не менее, я продолжала есть, видя, как мама радуется каждому моему движению.

Когда я опустошила тарелку, дверь резко распахнулась.

«Мадам!» — слуга ворвался в комнату, почти задыхаясь.

«Г-господин герцог Бруденелл мёртв…!»