Всё было в точности так, как и ожидалось.

— Ха-ха-ха! Преподаватель Зиэль! Я вернулся!

Вж-жух!

Огромный, словно медведь, студент понесся вперед всем телом и...

Фьють

Зиэль просто уклонился.

— Кху, как и ожидалось! Вы быстры!

— Я почувствовал угрозу для своей жизни, студент Контус Хопель.

Контус отряхнулся и поднялся на ноги так непринужденно, будто ничего не произошло.

— Ты стал еще крупнее.

— Хе-хе. На каникулах я много ел и много тренировался!

— Твои рефлексы притупились. Снова начни их оттачивать.

— Есть, Преподаватель!

Гилберт, ошеломленный этой удивительной картиной, замер на месте.

«Это еще что такое?»

Контус перевел взгляд на Гилберта.

— А вы кто?

— Это ассистент, который с этого семестра будет обучать вас вместе со мной. Его зовут Гилберт.

— О! Значит, вы ассистент! А меня зовут Контус Хопель! Я самый выдающийся среди первокурсников! В первом семестре я даже занимал пост «Лидера» на Обменном турнире.

Рука, больше напоминающая медвежью лапу, плавно протянулась вперед. Гилберт в замешательстве ответил на рукопожатие.

«Его габариты и правда внушают трепет».

Он был головы на две выше Гилберта, а ширина плеч просто поражала.

«Достоин быть лидером».

К сожалению, Гилберт, не знавший истинной натуры Контуса, ошибочно принял его за образцового и выдающегося студента. К тому же его внимание привлек меч на поясе юноши.

«Выглядит довольно старым».

Неужели у его семьи проблемы с деньгами? Или это семейная реликвия? Судя по тому, что при нем был и другой меч, версия с бедностью отпадала.

— Преподаватель, я с нетерпением жду занятий в этом семестре! В прошлом семестре я невероятно вырос благодаря вам!

— Верно. Ты хорошо постарался. В этот раз будет так же.

— Как и ожидалось от Преподавателя! А вы знаете? Все с ума посходили, пытаясь записаться на ваши курсы!

— Вот как.

— Если бы Анна Пешуа не подсказала мне, я бы ни за что не успел. Все ломанулись записываться именно к вам, без всяких исключений.

Судя по всему, доверие студентов было безграничным.

«Как и ожидалось от Старшего брата!»

— В общем, я успел записаться на оба предмета!

— Ясно.

— В этот раз я тоже буду лидером?

— Нет.

— Но... но почему?!

— На двух курсах, за которые я отвечаю в этот раз, лидер не требуется.

Контус заметно расстроился. Однако уже в следующее мгновение его лицо снова просияло!

— Кстати, Преподаватель. На каникулах я прошел через череду невероятных тренировок!

— Вот как.

— Да! Мы с отцом без конца тренировались на плацу, а когда неподалеку обнаружили руины, я даже отправился в экспедицию!

— Экспедиция в руины, значит.

— Благодаря этому за два месяца я так подкачался и улучшил свое мастерство владения мечом! И вот, пришел на ваши занятия.

— Хорошая работа. На лекциях проверим, насколько ты продвинулся.

— Есть! Ах да, Преподаватель. В тех руинах я кое-что нашел...

Он достал тот самый старый меч, который Гилберт приметил ранее.

— Посмотрите. Удивительная вещь, правда?

— Он старый.

— Старый, но антикварный, понимаете?

— Он выглядит просто старым.

— А мне нравится!

Контус не сдавался ни при каких обстоятельствах. Если только речь не шла об Анне Пешуа.

— Но Преподаватель, этот меч не вынимается из ножен. Не похоже, чтобы он заржавел... Даже моей силы не хватает.

— Если твоей силы недостаточно, значит, на то есть другая причина?

— Вот и я о том же! Если даже я не могу его вытащить, значит, на него наложено какое-то невероятно мощное заклинание? Я принес его, надеясь, что вы, возможно, что-то знаете.

Гилберт взял меч и принялся его изучать.

— Он старый, но если посмотреть внутрь, реакции окисления нет, Старший брат.

— Старший брат?

— Это титул, которым я его называю.

— О, Старший брат! Я тоже буду вас так называть!

— Не будешь. Называй меня «Преподаватель», студент Контус Хопель.

— Ну почему-о!

— Потому что ты не мой подчиненный.

— Ага! Тогда я тоже хочу быть вашим подчиненным!

— Нет.

Будь Контус его подчиненным, им пришлось бы видеться часто, а Зиэль всё еще немного опасался этих «медвежьих» таранов. Тем временем Гилберт продолжил:

— Дело не в ржавчине... А, вот здесь, на стыке ножен и гарды, есть печать. Следы плавления и затвердевания под воздействием маны. Вот, смотрите.

— Ассистент, а вы отлично разбираетесь!

Гилберт так и расцвел от гордости.

— Ты молодец, Гилберт.

— Хе-хе, рад быть полезным.

— Но зачем этот меч запечатали?

— Этого я и сам не...

— Ты не молодец, Гилберт.

— ...

Гилберт на мгновение замялся, а затем ответил:

— Если снять печать, блокирующую этот зазор, его можно будет открыть довольно просто.

— Вот как. Но раз его запечатали, значит, была причина.

— Обычно... либо не хотят, чтобы мечом пользовался кто-то другой, либо это что-то вроде демонического меча...

— Демонический меч!

Глаза Контуса азартно блеснули. Зиэль немедленно осадил его:

— Твой пульс резко участился, студент Контус Хопель.

— Но Преподаватель, он сказал — демонический меч!

— Это лишь предположение. Ничего не подтверждено.

Зиэль взял меч и осмотрел его. Из-за плотной печати он ничего не чувствовал.

«Любопытно».

Осматривая меч со всех сторон, Зиэль спросил Гилберта:

— Как снять печать?

— Если отнести к эксперту, получится. Для такой печати нужно найти скрытый внутри контур.

— Контур. Как у сейфа.

Как только он закончил фразу, Зиэль на мгновение активировал ману. И секунду спустя...

Щелк

— О... открылось.

— Преподаватель, как и ожидалось...

Ножны и гарда разошлись, и меч обнажился...

— Старший брат!

Тревожно выкрикнул Гилберт. Вместе с клинком из ножен вырвался густой фиолетовый дым!

«Защита студентов — главный приоритет».

Слова Зиэля мгновенно всплыли в памяти Гилберта. Ведь он говорил это буквально вчера: в любой ситуации защита учеников превыше всего.

— Ложись, студент Контус!

Прежде чем дым успел распространиться, Гилберт бросился на Контуса и повалил его на землю.

«Старший брат!»

Гилберт, снедаемый тревогой, прижал Контуса к земле, прикрывая собой.

— Преподаватель!

Под громкий крик Контуса Зиэль на мгновение скрылся в фиолетовом мареве. Когда дым рассеялся...

— С-старший брат? Вы в порядке?

Гилберт вскочил на ноги. Зиэль не упал. Он всё так же спокойно стоял.

— Старший брат?..

Зиэль, рассматривавший обнаженный меч, повернул голову.

— В чем дело?

— А... э... вы в порядке?

— Со мной всё хорошо. Я не стал уклоняться, потому что не почувствовал угрозы.

— А...

Какое облегчение. Сердце Гилберта готово было выпрыгнуть из груди.

— Гилберт, у тебя тоже сильно участился пульс.

— Потому что я волновался! Конечно!

— Вот как. Было о чем беспокоиться.

— Фиолетовый дым, внезапно вырывающийся из меча — это же ненормально!

Но как он, черт возьми, узнал, что пульс участился?

— Но это...

Гилберт посмотрел туда, куда попал фиолетовый дым, и вздрогнул. Это была цветочная клумба. Цветы и трава мгновенно завяли.

«Это какое-то проклятие, похищающее жизненную силу?»

Он определенно не знал, что в мече скрыто нечто подобное. Неужели кто-то специально запечатал меч, чтобы причинить вред тому, кто найдет его в руинах и обнажит?

«Но Старший брат цел».

Это было и огромной удачей, и большим сюрпризом одновременно.

— Вы точно в порядке, Старший брат? Трава и цветы на клумбе...

— Я в порядке. В теле нет никаких отклонений.

Метод дыхания работал исправно, головокружения не было, внешних повреждений тоже. Зиэль действительно был в норме. Даже сам Зиэль был немного удивлен.

«Должна быть причина, по которой я с самого начала не почувствовал угрозы».

Даже без активации Метода дыхания Полярной ночи пять чувств Зиэля были запредельно обострены. Сочетание этих чувств позволяло ему распознавать угрозы, и дым, вырвавшийся из меча, не показался ему опасным. Поэтому он и не стал уклоняться.

Но, глядя на клумбу, он видел: трава и цветы, задетые дымом, иссохли.

«Даже если впрыснуть яд, он должен подействовать хотя бы на время».

Зиэль использовал бесчисленное множество ядов, а во время тренировок ему делали инъекции для выработки иммунитета. Но даже если сопротивляемость возрастает, само воздействие всё равно происходит. Просто детоксикация идет быстрее. В этом же случае...

«Это не яд».

Значит, проклятие? Но почему оно не подействовало? Есть ли какие-то изменения в организме...

— Ах.

Зиэль кое-что вспомнил.

— Старший брат, может, всё-таки что-то не так..!

— Нет, дело в другом.

Сердце Короля Некромантов! Всего несколько дней назад он очистил оскверненную ману, заключенную в Сердце Короля Некромантов. И сделал это напрямую своим телом! Осквернение тоже называют своего рода проклятием. Тогда...

«Неужели я выработал сопротивляемость и к этому?»

В процессе прямого очищения оскверненной маны собственным телом?

«Вероятность высока».

Это было неожиданное приобретение. Спустя 600 лет... Подумать только, такая польза проявилась после очистки маны Короля Некромантов, когда-то погрузившего континент в пучину страха. Конечно...

«Это значит, что с Методом дыхания Полярной ночи я смогу стать еще сильнее».

И всё благодаря Методу дыхания Полярной ночи, которым владел только Зиэль. С другой стороны, Гилберт, не знавший всей правды, не находил себе места и снова переспросил:

— В-вы точно-точно в порядке, Старший брат?

— Да.

— Правда?

— Да.

— Нет, на всякий случай, давайте сходим в лазарет и...

— Я в порядке.

Зиэль отмахнулся от беспокойства Гилберта и посмотрел на Контуса. О нем на мгновение забыли во всей этой суматохе.

— Студент Контус Хопель. Ты в порядке?

Основной удар дыма принял на себя Зиэль, но пострадал скорее Контус. Он ободрал локоть, когда Гилберт повалил его на землю.

— Да это заживет, стоит только слюной помазать!

— От этого только риск инфекции вырастет. Иди в лазарет и прими надлежащие меры.

— Да всё норм...

— Будешь упрямиться — я позову студентку Анну Пешуа.

— Я мигом!

Контус внезапно спохватился:.

— Э-это... Преподаватель. Мне жаль.

— Нет.

— Я правда не знал, что там такая штука...

— Ты не знал, и никто здесь не знал. Нет нужды извиняться за неведомое.

— Угу.

— Иди лечись.

— Но...

Контус замялся на месте. Зиэль немного подумал и понял, почему тот медлит.

— Тебе больше не нужно извиняться.

Успокоить студента! Это и есть долг преподавателя, и то, что должно быть сделано по праву...

— Тот... меч мой.

— Ах.

Зиэль вернул оружие. Контус побрел прочь, сжимая в руках зазубренный старый меч. Его плечи, если смотреть со спины, мерно вздымались.

«Он что, в восторге?»

Глядя на удаляющуюся громадину, Гилберт пробормотал:

— Кажется, здесь много... уникальных студентов, Старший брат.

— М-м.

Что такое «уникальность». Зиэль решил, что ему стоит снова заглянуть в библиотеку.

— Кстати, Старший брат. Я заходил в аудиторию, и, кажется, магические куклы начали прибывать одна за другой.

— Они обещали доставить их к сегодняшнему дню. Нужно немедленно всё проверить.

— Да. Вы ведь говорили в прошлый раз, что настроите каждую куклу согласно данным каждого отдельного студента?

— Да.

50 магических кукол. Из них 40 станут спарринг-партнерами, адаптированными под уровень каждого ученика. Остальные 10 — в резерве.

«Он выглядел таким величественным. Кто бы мог подумать, что у такого джентльмена подобное хобби».

Подумать только, увлекаться игрой в куклы, чем обычно занимаются дети, а чаще девочки. И как подобает профессору факультета магии — даже наряжать этих дорогущих магических кукол в платья!

«Ну, благодаря этому... мы внедрили невообразимый метод тренировок».

На самом деле магические куклы настолько дороги, что их «эффективность» крайне мала. Начальная стоимость, услуги профессионалов для настройки, расходы на ремонт... Поэтому другие профессора факультета Меча использовали их крайне редко — либо в очень ограниченных масштабах, либо только на Обменном турнире всего факультета.

Но Зиэль арендовал целых 50 штук разом!

«Как и ожидалось от Старшего брата. В следующий раз он что, магов из Академии магии завербует?»

Перед Гилбертом рисовалось блестящее будущее их организации.

«Подождите. Но у организации до сих пор... нет названия?»

Похоже, самое важное ему еще не сообщили. Как раз когда Гилберт из любопытства уже собрался спросить...

— Опять идет.

— А?

— На этот раз нам лучше вообще уйти отсюда.

— Да? Кто идет?

— Студентка, которая не отстанет, если её оставить одну.

Услышав слова Зиэля, Гилберт, не понимая причины, поспешил за ним. А мгновение спустя...

— Черт, говорили же, что он где-то здесь...

Каникулы кончились. Появилась Селия Рихарт, изнывавшая от невозможности увидеть Преподавателя Зиэля целых два месяца. От неё за версту разило дорогими духами.