Корпорация Управления Огненными Ресурсами.

С детонацией энергии Небесного Сияния система потустороннего мира оказалась полностью разрушена. То тут, то там в штаб-квартире гремели взрывы, но и они были лишь предвестниками грядущей катастрофы.

В Отделе Управления Кармой с обрушающимся потолком Риона наконец отвела взгляд от экрана. Казалось, финал Шагала и Этеллы был призван показать, какой смысл карма имеет для людей.

Гр-р-р-р-р-а-а-х! Здание неистово трясло. Совсем скоро барьер между реальностью и потусторонним миром падет, и почти все обратится в пепел, но...

— Ха-а, наконец-то конец рабочего дня.

Настроение у Рионы было отнюдь не плохим.

В то время как бесчисленные Информаторы собирали вещи, Вивиан протянула ей чашку чая.

— На, выпей.

— Ого, с чего бы это? Чтобы ты сама предложила мне чай... Видимо, Ад и впрямь доживает последние часы.

— Ха-ха, — Вивиан, рассмеявшись над шуткой Лионы, отпила из своей чашки и спросила: — Как думаешь, сколько демонов уцелеет?

— Кто знает. Думаю, не меньше сотни миллионов. Они живучие, да и плодятся быстро. Но я абсолютно уверена в одном: они никогда не вымрут окончательно, потому что... — Риона повернулась к окну. — Пока живо человечество, не исчезнут и демоны.

— ...Это уж точно, — Вивиан протянула руку. — Было приятно работать с тобой. На этом мы прощаемся навсегда. Желаю счастливого пути.

Они так долго и ожесточенно грызлись между собой, но теперь, когда пришел конец, все это казалось лишь забавными воспоминаниями.

— Тебе того же.

Б-а-а-а-б-а-а-х! Когда руки двух Информаторов сомкнулись в рукопожатии, Отдел Управления Кармой содрогнулся от мощного взрыва.

Здание Огненной Корпорации плавилось, словно расплавленный металл.

Так пришел конец Аду.

От эпицентра взрыва Небесного Сияния начала расходиться гигантская огненная волна.

— Кх-а-а-а-а! Спасайтесь!

И хотя со стороны казалось, что волна движется медленно, демоны, оказавшиеся прямо перед ней, даже не думали о побеге — их сметало в одно мгновение.

— Туда! Выбираемся через ту дыру!

В барьере миров пробило брешь, и пейзажи реальности начали накладываться на потусторонний мир.

— Кия-я-я-к!

Люди в реальности были потрясены не меньше. В атмосфере конца света семьи, забаррикадировавшиеся в своих домах, в ужасе застыли перед разверзнувшейся прямо на их глазах картиной Ада.

— И-и-ик! Ч-что это такое?!

— Что-что!

Демоны, обнажив когти, ринулись в атаку.

— Это мир, что живет в ваших сердцах! Ке-хе-хе-хе!

Вырезав целую семью, демон, пробивший стену и выбравшийся на улицу, блаженно зажмурился.

— А-а-а! Помогите!

Стража была не в силах справиться с хаосом, и все жители города в панике выбегали на улицы.

— Хи-я-я — демон плотоядно облизнулся. — А здесь и впрямь чудесно.

Гр-р-р-р, гр-р-р-р.

В Отделе Системного Контроля Сунь Юджон и ее спутники смотрели за горизонт.

— Это конец? — пробормотала Юджон.

Мир сгорал, словно подожженная промасленная бумага, и демоны в нем обращались в пепел.

— Похоже, система Ада разрушена. Должно быть, это процесс инициализации. Скоро и это место исчезнет, — ответила Мортасингер.

Не дождавшись ответа, она указала на пейзаж по ту сторону барьера.

— Возвращайся в реальность. Помоги там людям. У тебя это точно получится.

— А ты?

Мортасингер покачала головой.

— В реальности для меня нет места. Пусть я и сделала неправильный выбор, но, честно говоря... здесь я хотя бы смогла осуществить свою мечту. Так что... я не могу вернуться.

Неужели истина лишь там, где твое сердце?

Ей было больно от выбора подруги, но никакие слова не смогли бы ее переубедить.

— Я тоже остаюсь.

Когда Ричер, чью голову Мортасингер держала в руках, подал голос, Юджон недовольно изогнула бровь.

— Тц! Я знаю. Знаю, что если высунусь в реальность в таком виде, то сразу сдохну. Да и к лучшему. Я так и думал, что буду торчать в таком виде до конца своих дней, не в силах даже очиститься. Так что я вам даже благодарен.

Гр-р-р-р-р-а-а-х! За то время, пока они обменивались этими короткими репликами, огненная буря успела преодолеть больше половины пути. Пришло время прощаться.

— Ричер, — обратилась к нему Юджон. — Ты пройдешь очищение, так и не искупив свою карму. Когда переродишься в следующей жизни, стань хорошим человеком и помогай людям.

— Кхе-кхе, что за бред, — оглядываясь на прожитую жизнь, он мог сказать лишь одно. — Вы ведь понятия не имеете, в какой грязи я рос и как выживал, верно? Если бы мне дали шанс прожить жизнь заново, я бы ни на йоту не изменился. Я бы и в следующей жизни убивал людей. Но не переживайте, — губы Ричера расползлись в кривой ухмылке. — Я не собираюсь перерождаться. Будь у меня право выбора, я бы отказался от следующей жизни.

Ей нечего было на это ответить.

— Уходите, — не желая затягивать неловкое прощание, сказал Ричер. — Сражайся там на всю катушку, как бешеная обезьяна.

Возможно, она успела к ним привязаться, но, отступая и оставляя их позади, Юджон почувствовала, как к горлу подступил ком.

— Прощайте.

Мортасингер кивнула, и Юджон, развернувшись, шагнула сквозь границу барьера. А когда она оглянулась напоследок... В-ж-у-у-у-х! Улыбающиеся лица Мортасингер и Ричера исчезли в пламени.

* * *

Райан шумно выдохнул.

— Ху-у-у-у-у!

Долина Плача вновь пересохла, а уцелевшие демоны окончательно утратили волю к битве.

— Значит, наш мир...

Совершенно не вяжущимися с их уродливой внешностью пустыми взглядами демоны бессильно опустились на колени.

— ...Исчезнет?

— Нет, — к ним подошла Лета. — Это интеграция. Возможно, когда-нибудь миры снова разделятся, но сейчас мы должны объединить силы с людьми, чтобы бросить вызов Богу. Иначе вся вселенная будет закрыта.

Демоны молчали.

Эмоции. Даже понимая все умом, ярость, кипящая в их сердцах, кричала: «Уж лучше сдохнуть всем вместе!»

И Лета, как Администратор сердца, не могла этого не знать.

«Это будет тяжелая битва, Яхве. Пусть я и пошла за тобой, но у демонов есть Сатана».

Пока жив Хавиц — сущность, к которой демоны питают абсолютную преданность, — их верность не поколебать.

Один из демонов подал голос.

— Мы будем сражаться. Интеграция, говорите. Только жалкие людишки боятся смерти. Если это заставит Яхве познать отчаяние, мы пойдем на все.

Сквозь бреши в барьере, зияющие в Долине Плача, демоны начали прорываться в реальность. Этому даже Лета была не в силах помешать.

— Ху-у.

Когда она со вздохом опустила плечи...

— Лета.

— Ой, напугал.

Вздрогнув от голоса Широна, она на мгновение замялась, прежде чем обернуться. С инициализацией системы демоническая скверна, которую вобрал в себя Широн, также оказалась очищена.

— Теперь ты выглядишь куда лучше. И зачем было брать на себя то, с чем не можешь справиться? Думал, с демонической энергией так легко совладать?

— А ты? — Широн улыбнулся. — Ты ведь решила сражаться за людей.

— Не обольщайся, — смущенное выражение Леты мигом сменилось. — Я делаю это исключительно ради потустороннего мира. Не могу же я спокойно смотреть, как Ад стирают в порошок.

— ...Вот как.

Администратор Ада предпочла демонов Богу.

— Все в порядке. Теперь, когда я тоже вобрал в себя демоническую энергию, с остальным я разберусь сам.

— Хм-м, — Лета гордо вздернула подбородок. — Какая самоуверенность. Ты ведь в курсе? В твоем нынешнем состоянии ты не сможешь убить ни одного демона.

Именно этого уровня он и достиг.

Когда Широн лишь молча улыбнулся в ответ, Лета отбросила притворство.

— Тц, ладно. Ты овладел тахионом. Теперь ты равен Богу, и мне с тобой не тягаться. Тем более, ты подключился к внешнему миру, так что скрывать больше нечего.

Услышав упоминание об Администраторах, Широн спросил: — Это и вправду была ложь?

Лета прекрасно понимала, к чему он клонит, но предпочла дождаться продолжения.

— Величайшая Звезда, Рувер... они с самого начала нас обманывали? У них не было ни капли любви к человечеству?

— Мы всего лишь программы. Мы действуем строго по алгоритмам, отвечающим за конкретные ситуации. Тебе кажется, что у нас есть чувства, но на деле я ничем от них не отличаюсь. Просто в мой код добавили квантовые параметры.

— Но Величайшая Звезда... Ах, неважно!

Лета покачала головой.

— Пусть мы и привязаны к корневой системе, именуемой Богом, у каждого из нас свой изолированный сектор. К тому же, каждый наделен колоссальными полномочиями, и малейшее вмешательство в чужой сектор может спровоцировать системный конфликт. Вот почему они отключили прием сигналов.

— Вот как?..

Пока Широн погрузился в раздумья, к нему подошел Райан, бережно поддерживающий Соным.

— Спасибо, что спас.

Короткая фраза, но голос Соным дрожал от сдерживаемых эмоций.

«Я и представить не могла».

Что ей вновь доведется увидеть Широна.

— О чем ты говоришь? Это я должен благодарить тебя. Если бы не ты, мир бы уже давно рухнул.

Лета, ощутив приближение обжигающего шторма, поторопила их.

— Нет времени на долгие разговоры. Решайте, что делать дальше. Это место скоро обратится в пепел.

Широн повернулся к Райану.

— Я должен покончить с цепной реакцией катастроф. Имир вот-вот вернется. И от того, как он будет действовать, зависит весь расклад сил. Райан, забирай Соным и отправляйтесь в Дельту. Если использовать Волны Эфира, вы доберетесь в мгновение ока. Справишься?

Соным кивнула.

— Без проблем. Но прежде, чем мы заберем Райана, нам нужно кое-куда заглянуть.

Чжинган.

Широн без колебаний согласился, понимая, что она еще не знает, в каком состоянии ее отец.

— Конечно. Поторопитесь.

И хотя он не мог сказать ей правду в лицо, по его настойчивому тону Соным, казалось, обо всем догадалась.

Стоило Волнам Эфира прийти в движение, как завеса барьера исказилась, и силуэт Соным исчез.

— Тогда я тоже пошел. Встретимся в Святилище.

Когда одновременное событие было отменено, тело Широна начало таять в воздухе, и Райан ободряюще поднял большой палец.

— Не переживай. Я мигом тебя догоню.

Глядя на друга, Широн вспомнил все то время, что они провели вместе в Аду.

— Райан, — было немного неловко, но он должен был это сказать. — Я так рад, что ты был рядом.

Частицы света разлетелись, словно лепестки цветов, и Райан, усмехнувшись, развернулся.

— Вот же придурок.

Скрестив руки на груди, Лета поинтересовалась: — Кстати, а ты сам как собираешься возвращаться?

— А? Ну как, ясное дело...

Огненное цунами уже сметало все на своем пути, стремительно поглощая Долину Плача.

— Черт побери!..

Стена огня обрушилась на них.

— Впере-е-е-е-д!

Отчаянный вопль Райана, прорубающего себе путь сквозь бушующее пламя, стал финальным аккордом в истории Ада.

* * *

Чжинган лежал на полу с абсолютно пустым взглядом.

— Х-х-х-х-х.

Его мертвенно-бледное лицо говорило о том, что крови для слез больше не осталось.

— Ваше Величество.

Анчал бросилась к нему, приподнимая за плечи.

— Ад... почувствовали ли они мой гнев?

— Несомненно, Ваше Величество.

— А моя дочь... — Чжинган с трудом втягивал воздух, прежде чем выдавить слова. — ...Она вернулась?

Этого не знала даже Анчал. Она могла лишь молиться о том, чтобы, если она и вправду жива, она успела оказаться рядом в те жалкие секунды, что еще оставались Чжингану.

— Ваше Величество, несомненно, принцесса...

— Все в порядке.

Пришло время расставить все по местам.

— Если моя девочка жива — это прекрасно. Но даже если это не так… — его губы тронула слабая улыбка. — ...Я сам отправлюсь за ней, чтобы спасти.

Когда по щеке Анчал бесшумно потекла слеза...

— Отец!

Прекрасный голос, подобный ангельскому пению, нарушил тишину.

— Прин...

Единственный глаз Анчал распахнулся от шока, а все присутствующие министры рухнули на колени, разбивая их в кровь.

— Приветствуем Ее Высочество принцессу!

Соным легкой поступью подошла к застывшему от потрясения Чжингану и опустилась рядом.

— Отец.

— А, а-а-а...

Только ощутив тепло руки дочери, Чжинган поверил, что это не предсмертный бред.

— Я вернулась, отец.

— Да. Да.

Он без остановки кивал. Но мгновение слабости прошло быстро, и, вспомнив о долге императора, он вновь принял суровое выражение лица.

— Анчал.

— Слушаю ваши приказания.

— Отныне императором Чжэньтяня объявляется Соным.

— Да здравствует император! Да здравствует! Да здравствует!

— Дочь моя, помоги Широну. Император Чжэньтяня никогда не должен предавать доверия.

Соным с благоговением склонила голову.

— Воля Вашего Величества будет исполнена.

— Хе-хе.

Когда она снова подняла взгляд... Чжинган уже мирно улыбался, глядя в потолок.

— Хы-ык.

Соным разрыдалась, не в силах больше сдерживаться.

— Отец! Отец!

Чжинган, император Чжэньтяня, чье имя гремело на протяжении целой эпохи, скончался.