Я ещё не завела другого друга, а Лиель уже чувствует себя расстроенным.

Но это также не значит, что я не понимаю его чувств. Ведь вероятность того, что Лиель не приживётся в обществе, слишком высока. Герцогиня Марсен не обрадуется, если мальчик заведёт хорошие связи.

Не уверена, знает ли он об этом.

Так что, если всё же пойду, для него это будет выглядеть так, будто я его бросаю.

А я чувствовала бы сожаление…

Если честно, это не моя вина, но я всё же испытываю вину без причины, когда думаю о Лиеле, находящемся в имении в полном одиночестве.

— Н-нуна сказала, что больше не может проводить со мной время…

Пока я обдумывала, что сказать Лиелю, чтобы его не ранить, произнесённые им слова поразили.

— Так и сказала?

Вне зависимости от того, как сильно она занята, онни всегда заботилась о Лиеле.

Если старшая сестра, как она, сказала подобное Лиелю, значит ли это, что у неё теперь чересчур много дел?

Герцогиня Марсен перебарщивает.

Онни ведь ещё так молода…

Пока я вздыхала, Лиель закатил глаза и уставился в пол.

Следуя за своей сестрой, он не хотел быть брошенным ею.

Мне было жаль, что в будущем онни будет ещё более занята, а Лиель — более одиноким, но в целом это довольно хорошие для меня новости.

Шанс того, что Лиель не влюбится в неё, возрос!

Я прикрыла рот обеими руками, боясь что уголки неосознанно поползут вверх.

Радость и печаль вполне могут сосуществовать.

С нечистым сердцем я приняла решение и заговорила:

— Тогда я не буду ходить на приёмы.

Могут возникнуть проблемы если я не заведу связи как следующая маркиза, но я ведь всё равно поступлю в академию в будущем.

Как и Диолетта.

Думаю, я вполне смогу и тогда познакомиться с кем-то.

Впрочем, в оригинале я пошла в академию с Лиелем...

Герцогиня Марсен не разрешила ему ходить на приёмы, но отправила в академию.

Её противоречивое поведение вызывает вопросы. Что-то тут не так.

— Правда?..

Пока я вспоминала оригинал, услышала сомневающийся голос.

Несмотря на тон, лицо Лиеля было полно ожидания.

— Да.

Лиель улыбнулся моему ответу.

Смотря на его чистую улыбку, я подумала: «Скорее всего, бабушка будет не в восторге, но я ведь выросла, попадая в неприятности!»

Сейчас не время думать о другом, главное — быть так близко к Лиелю, чтобы он не заметил

отсутствия Диолетты.

Я ощутила, как позабытое чувство ответственности вновь вернулось.

* * *

— Люси, не хотела бы ты сегодня начать изучать какой-нибудь другой иностранный язык?

Я постоянно это замечаю, но Диолетта-онни сегодня невероятно прекрасна.

Как всегда, голос, говорящий мне об уроках, был добр и мелодичен...

— Ага.

Почему она помогает нам сегодня учиться?

— Онни, разве ты не занята?

Я взглянула на Лиеля, который открывал книгу на неизвестном мне языке.

Диолетта ответила, наклонив голову набок и улыбаясь:

— Не беспокойся об этом.

Онни щёлкнула меня по носу.

Я слышала, что она занята, так что не хотелось бы, чтобы сестрёнка переусердствовала.

— Я слышала, ты занята в эти дни. Не стоит заставлять себя играть с нами!

Очевидно, ей приходится это делать.

Ведь неизвестно почему, но количество дней, проводимых с нами, не уменьшилось.

Я внимательнее осмотрела её лицо. К счастью, онни не выглядела усталой.

— Люси. Ты хочешь заняться чем-то, помимо учёбы?

За кого ты меня принимаешь?

Кажется, будто я пытаюсь найти повод не учиться! Конечно, это неправда!

— Я не то имела в виду! Лиель сказал, что онни в эти дни так занята, что не может с нами играть.

— Лю-люси! Посмотри сюда!

Пока я говорила, Лиель внезапно схватил меня за руку.

— Что? Что это?

Он редко удивляется так сильно.

Волнение в голосе Лиеля и жест заставили меня повернуть голову в ту сторону, куда он показывал.

— Ты о чём? Это просто паук.

В углу потолка с паутины свешивался паучок.

Ты не боишься таких вещей, почему же так торопливо меня звал?

Я непонимающе посмотрела на Лиеля, безмолвно спрашивая. А он с широкой улыбкой ответил:

— У него на одну ногу больше, чем у других пауков.

Это была слишком глупая причина, чтобы в спешке меня звать.

— ...Видишь, вот здесь?

Я не могла видеть, и было тяжело подсчитать, учитывая, что ног было много.

— Давай попросим взрослых позже достать.

Мы всё равно не дотянемся.

И я была не особо заинтересована в паучьих ножках.

С кислым миной я вновь повернулась к онни.

Возможно, она о чём-то задумалась, потому что с пустым лицом смотрела на Лиеля.

— Онни?

— Ах… — онни подавила удивленный возглас.

Вскоре выражение лица сестрёнки смягчилось.

— Люси не стоит об этом волноваться.

Онни, говорившая что-то похожее ранее, придвинулась, и её щека коснулась моей.

Я была рада коснуться ее щёк спустя долгое время и рассмеялась.

* * *

— Лиель.

Как только Диолетта проводила Люси, она позвала Лиеля, который так и норовил сбежать к себе в комнату.

Её голос был ниже, чем обычный голос, которым она говорила с братом.

Лиель же встряхнул плечами и медленно повернулся к ней, будто был в курсе своих провинностей.

— Люси говорила ранее, что я не могу с тобой играть в эти дни... О чём это она?

Диолетта подошла к мальчику и опустилась на колени, чтобы установить зрительный контакт.

Он глотнул.

— Лиель, — вновь позвала его Диолетта.

Но Лиель упрямо не открывал рта. Девочка шумно вздохнула и тронула его лоб.

Хоть она и не услышала ответа, всё равно понимала, что он соврал Люси.

И хотела его выслушать.

— Ты солгал Люси?

Возможно, на то была причина. Поэтому лучше сначала прояснить всё.

— Люси… — наконец открыл рот Лиель, не в силах противостоять зелёным глазам напротив.

— Я слышал, что она тоже будет посещать светские мероприятия, как нуна…

— ...

— Ты на них ходишь, чтобы заводить друзей....

Он будто выдавливал из себя слова. Видимо, не хотел говорить то, о чём действительно думал.

Диолетта понимала это, но не перебивала.

— Я не хочу, чтобы Люси дружила с кем-то ещё.

В отличие от произнесённого ранее, его последнее предложение было сказано твёрдо.

Он поднял вгляд и посмотрел в глаза Диолетты:

— Если бы я сказал, мол, нуна больше не может проводить со мной время, то Люси бы ответила, что не будет ходить на приёмы ради меня…

Лиель больше не отводил взгляд своих янтарных глаз от Диолетты.

Опущенные уголки его глаз делали сам взгляд жалостливым, но слова, что произносил мальчик, были просчитаны наперёд.

Диолетта подавила вздох.

— Лиель, у тебя ведь будет возможность ходить с Люси, так почему…

— Я знаю, что не смогу… — Лиель покачал головой, опровергая слова Диолетты. Меланхолия в его голосе удручала её.

— Нуна* попросит Матушку, так что…

*П/п: Диолетта имеет в виду себя.

— Нуна, нет, — Лиель снова покачал головой.

Он смотрел на неё ясными золотыми глазами, а Диолетта впервые хотела избежать этого взгляда. И сама же удивилась этому желанию.

— Но я не хочу идти; и не хочу, чтобы Люси заводила друзей.

Был ли и раньше Лиель так красноречив?

Она продолжала чувствовать себя неудобно.

Нет, это не так уж и странно. О некоторых умных людях говорят, что они были таковыми с самого детства.

Диолетта хотела отбросить свои мысли как чушь.

Да, поскольку этот ребёнок напротив с широко раскрытыми глазами был её любимым братишкой, кто бы что ни говорил.

— Прости, что я соврал… — вскоре опустил плечи и извинился Лиель.

Хоть и было странно об этом думать, Диолетта отвлеклась, чувствуя облегчение от узнавания того, знакомого ей, Лиеля.

— Не говори Люси, хорошо?

Диолетта неосознанно кивнула просьбе Лиеля.

Она уже была разжалована ложью мальчика и даже не могла сказать «нет».

— Спасибо, нуна.

Услышав её ответ, Лиель, довольный, прикрыл глаза и улыбнулся.

Это была искренняя улыбка без какой-либо подоплёки и притворства.

Так, по крайней мере, казалось Диолетте.

(П/п: фигасе)