За пальто Джиан ухватилась мама Арин, Пак Суджин.

«Госпожа Джиан! Стойте… погодите!»

Джиан от испуга дернулась назад, но, узнав Суджин, сразу расслабилась.

«А, это вы, мама Арин!»

Суджин виновато опустила голову.

«Ой, я вас напугала. Простите… Я звала несколько раз, но вы не отвечали. В общем, я теперь тоже тут работаю, так что мы коллеги. Зовите меня просто Суджин».

«Ну что вы, не стоит».

Джиан покачала головой, мол, так нельзя, но Суджин замахала руками.

«В смысле не стоит? Мы же коллеги, да и вы тут моя сонбэ — так что всё нормально».

Джиан хотела возразить, но Суджин мягко улыбнулась и продолжила.

«Вы правда хороший человек, госпожа Джиан. Тут полно тех, кто задирает нос просто потому, что устроился на пару дней раньше, а вы совсем не такая. И дело не только в этом — вы же мне жизнь спасли, и вообще всегда такая добрая и внимательная…»

«Да бросьте. Я тут всего на неделю дольше вас, так что звать меня сонбэ как-то глупо».

Джиан скромно опустила взгляд и посмотрела на форму Суджин. Она была чёрной… но, в отличие от костюма Ли Сынъа с ресепшена, это было платье.

Чёрная форма… это же Хозяйственный отдел, да?

Джиан мысленно пробежалась по правилам, которые теперь знала лучше гимна.

2. Сотрудникам рекомендуется носить установленную униформу в рабочее время.

Цвет униформы отеля зависит от отдела.

Чёрные костюмы или чёрные платья с фартуками — Хозяйственный отдел.

Верх в фиолетовую полоску и такой же низ — отдел F&B.

Голубой верх и тёмно-синий низ — Технический отдел.

Охрана носит жилеты.

Если встретите сотрудника в форме незнакомого цвета, избегайте разговоров и с улыбкой покиньте это место.

Единственное чёрное платье с фартуком, которое видела Джиан, носили горничные. Рабочий день закончился, так что фартук Суджин, скорее всего, уже сняла.

Джиан осторожно посмотрела на неё.

«Судя по форме… вы теперь в Хозяйственном отделе, верно?»

«Да, всё так. Я просилась в команду F&B, у меня же есть лицензия повара, но мне отказали. Если бы я работала там, то могла бы чаще видеть вас и Арин во время обеда… Очень жаль».

Плечи Суджин поникли, будто разочарование высосало из неё все силы. Тёплое выражение лица исчезло, взгляд стал тоскливым. Хоть она и пыталась выдавить слабую улыбку, в её влажных глазах читалось не просто сожаление — там был тяжёлый осадок, что-то похожее на горе или даже отчаяние.

Джиан, глядя на неё с сочувствием, осторожно ответила.

«Раз у вас есть лицензия, думаю, вас могли бы взять помощником на кухню. Когда я устраивалась, особого опыта не требовали».

«Сказали, туда берут только избранных. Дело не в лицензиях — им нужен кто-то, кто подходит под условия».

«Условия? Впервые слышу. Что ещё за условия?»

Джиан нахмурилась. Она никогда о таком не слышала.

«Я спросила, конечно. Но они не сказали. Мол, решение сверху, не для лишних ушей. Просто я не подхожу. Да и не в том я положении, чтобы перебирать работой…»

Лицо Суджин только начало успокаиваться, но тень обречённости снова накрыла её. Джиан поспешила сменить тему.

«Так вы начинаете с уборки номеров? А живёте во Флигеле, да?»

«Да, меня поставили на уборку, комната во Флигеле. Но мы всё равно будем пересекаться, так что я буду благодарна за любые новости об Арин».

Может, это эгоистично, но Джиан подумала: то, что Суджин попала в Хозяйственный отдел, — это даже удача. Для неё самой.

Правила для гостей явно отличались от правил для персонала, и, возможно, у разных отделов они тоже свои. Должность Суджин могла принести ценную информацию.

Особенно учитывая, что горничные могут заходить в разные номера. Она могла бы узнать то, к чему у Джиан не было доступа.

И если собрать достаточно зацепок — побег станет реальным не только для неё. Она обязательно поделится планом с Суджин и Арин.

«Конечно. Я всегда приглядываю за Арин, не волнуйтесь».

«Спасибо вам большое, госпожа Джиан».

Поблагодарив, Суджин продолжала смотреть на Джиан, будто хотела сказать что-то ещё. Её губы приоткрылись.

«Я… на самом деле…»

Она запнулась, опустив глаза. Долго молчала, а потом снова подняла взгляд.

Её глаза блестели от слёз.

«Мне кажется, я не смогу уйти из этого отеля».

«Не говорите так. Вам нужно выплатить штраф и выбираться отсюда — Арин скоро в школу, нельзя же тут вечно сидеть».

«Да… Арин. Она должна пойти в первый класс в следующем году. Но мы оказались в таком месте, и всё из-за этого человека… он и правда бросил нас, до самого конца…»

Как только она упомянула Арин, Суджин не смогла сдержать слёз. Сдавленный всхлип сорвался с её губ.

«Я должна стараться ради неё, чтобы выбраться. Но… думаю, я не смогу. Честно говоря… я всё ещё слышу голос мужа».

«Что? В смысле… вы всё ещё слышите голоса?»

Джиан побледнела. Она думала, что заражение Суджин отступило — пятна же исчезли. Она не ожидала, что галлюцинации остались.

Суджин коротко кивнула, голос её звучал глухо.

«И не только это. Меня будто… тянет. Воспоминания путаются, я прихожу в себя и понимаю, что стою в каком-то странном месте. Но самое страшное… это чувство, что я привязана к этому месту. Будто кто-то шепчет снова и снова: нельзя уходить. Я не могу уйти. Это не реальные голоса, конечно. Просто… мысль, которая крутится в голове. Я всё думаю, может, это наказание — за то, что у меня хоть раз промелькнула тёмная мысль. Поэтому… я хотела вас кое о чём спросить».

Она прикусила губу и снова замялась. Джиан положила руку ей на плечо, чтобы успокоить.

«Спрашивайте. Расскажу всё, что смогу».

«Вы… планируете остаться и работать тут долго?»

«Что? Это… неожиданно».

Джиан моргнула, растерявшись.

В последнее время все, кажется, спрашивали её об этом — как долго она планирует остаться. Президент, Шеф Ким Тэхён, даже Чон Санъюн по-своему намекал.

Но Суджин не была такой, как они. Она всё ещё была человеком. Джиан даже представить не могла, почему она об этом спрашивает.

И к тому же они были недалеко от Главного здания. Говорить об увольнении — или о чём-то похожем — здесь было опасно.

Джиан огляделась, не скрывая напряжения. Ещё немного, и они дойдут до безопасной зоны на полпути. Если Суджин нужен серьёзный ответ, придётся подождать.

«Поговорим на ходу. Вы же знаете правила — опаздывать в общежитие нельзя».

«А? Ох, да. Конечно».

Джиан зашагала вперёд, плечи напряглись. Суджин на миг удивилась перемене в её поведении, но, кажется, что-то поняла, быстро кивнула и догнала её.

Они дошли до середины пути — места, которое Шеф назвал безопасным, где она однажды говорила с мамой и Доджуном.

Только тогда Джиан остановилась.

«Почему вы вдруг об этом спросили?»

«Потому что вы были там, когда это случилось — те ужасные вещи. Нет, правда, вы меня спасли. И даже зная, что это за место… полное монстров… мне стало интересно: вы планируете работать тут дальше или просто ждёте шанса сбежать?»

«Пока придётся остаться. Вы же читали Правила для сотрудников? Во время испытательного срока покидать отель запрещено. Когда он закончится… тогда и решу, по ситуации».

Это был самый безопасный ответ. Даже здесь, где меньше лишних ушей, никогда не знаешь, кто может подслушивать.

Джиан имела в виду, что не может уйти во время испытательного срока, даже если бы захотела. А после она твёрдо намерена попытаться — но возможен ли побег вообще, это другой вопрос.

И Суджин, которая так долго жила под контролем мужа, умела читать между строк.

«Понятно. Это… уже что-то. Я рада, что вы не решили остаться тут навсегда».

Суджин кивнула и понизила голос.

«Если этот день когда-нибудь настанет — когда у вас получится выбраться… вы заберете Арин с собой?»

Ее голос был быстрым, почти шёпотом, полным мольбы.

«Простите. Знаю, это слишком. Вы сами еле держитесь, а тут я со своими просьбами».

Но Джиан покачала головой без колебаний.

«Я не собираюсь этого делать. Вы должны сами выбраться отсюда со своей дочерью».

«Госпожа Джиан, прошу. Вы единственный человек, которому я сейчас могу доверять…»

Голос Суджин дрогнул, глаза снова начали краснеть. Но прежде чем слёзы успели упасть, Джиан прервала её — перейдя на быстрый, резкий шёпот.