Не буду врать — я ужасно нервничал. Было утро понедельника, и я стоял, положив руку на дверь класса. Глубоко вдохнул. Л-ладно, поехали. Сегодня я свою ясную голову не забыл. Она при мне! Вот прямо здесь!

Стоило мне войти в класс, как Нанасе заметила меня и чуть приподняла руку.

— Доброе утро, Хайбара-кун.

— Ага, доброе, — ответил я, оглядываясь по сторонам.

— О, Нацуки-кун, доброе утро! — бодро помахала мне Хошимия.

— Привет, доброе.

Ута стояла прямо рядом с Хошимией. Наши взгляды встретились, и лицо Уты мгновенно стало красным, как яблоко. Когда ты так откровенно на меня реагируешь, это ужасно заразно: мне тоже сразу становится жарко. Пожалуйста, прекрати!

— Д-доброе утро, Нацу... — сказала она.

— Д-доброе.

С трудом обменявшись приветствиями, мы оба отвели глаза, а я поспешил к своей парте. Хошимия и Нанасе явно что-то заподозрили, но объясняться я оставил Уте. Ясная голова, в которой я был так уверен, снова куда-то сбежала. И бегает она, зараза, очень быстро!

Я сел, и стоило мне только немного успокоить сердце, как ко мне подошли Рейта и Тацуя.

Особенно довольным выглядел Рейта — на лице у него расплылась широченная ухмылка.

— Ты пришёл, Нацуки. Ну и... что было на фестивале? Ты ведь нам расскажешь, да? — спросил он.

— Откуда ты узнал? Ты же вроде не ходил на фестиваль, — после короткой заминки ответил я.

— У меня много друзей. Я слышал, что ты был там с Утой вдвоём.

Ну да, логично. Помимо Фудзивары и Хино, мы там видели и других людей из школы. А Рейта ещё и со всеми на короткой ноге, так что неудивительно, что до него это дошло.

— Так, значит, я слышал, Ута была в юкате. Фотку сделал? И насколько далеко у вас всё зашло? — почему-то именно Рейта начал засыпать меня вопросами без передышки.

Этот тип оживляется только тогда, когда речь заходит о чужой личной жизни!

— Да, она была в юкате, но фото мы не сделали. И никуда у нас ничего не “зашло”! — ответил я, и в тот же миг меня пронзило глубокое сожаление о том, что я всё-таки не сфотографировал Уту в юкате.

— Вот как, — протянул он.

Тацуя всё это время слушал нас с крайне серьёзным лицом.

— Тацуя, тебе в любом случае будет больно от всего, что ты услышишь, так что иди лучше вон туда, — Рейта отмахнулся от него, как от собаки.

Вот же жестокий человек! И это мой идеальный мужчина? Похоже, всё это было лишь плодом моего воображения.

— Чего?! Не неси чушь, мне не будет больно! — огрызнулся Тацуя. В своём репертуаре: стоило Рейте так его задеть, как он тут же напрягся и всем видом показал, что никуда не уйдёт и будет слушать всё до конца.

Как же неловко! Ну правда, хватит уже. И с каким лицом я вообще должен всё это рассказывать?!

Я украдкой посмотрел на Уту — Нанасе точно так же засыпала её вопросами. Расслышать, о чём именно они говорили, я не мог, но лицо Уты было ярко-красным, так что примерно догадывался.

Хошимия смотрела на меня с каким-то непонятным выражением лица. Наши взгляды встретились, и она тут же отвернулась, будто специально включившись в разговор Нанасе и Уты. На секунду мне показалось, что что-то не так, но, судя по тому, как естественно она это сделала, мы, наверное, просто случайно встретились глазами. Я просто растерялся, потому что никогда раньше не видел у неё такого выражения.

— Нацуки? Игнорировать людей нехорошо, знаешь ли, — Рейта закинул мне руку на плечо. Он веселился от души.

— Ничего особенного не произошло. Мы просто погуляли по фестивалю, как и все остальные, — пояснил я.

Я услышал, как Тацуя хрустнул костяшками пальцев.

— Серьёзно? Можно я тебя ударю? — спросил он.

— Эй! Вообще-то это ты сам сказал, что всё будет нормально, если я пойду с ней! — возмутился я.

— Ну да, но я не говорил, что не собираюсь тебя за это отмудохать. Если не хочешь получить, выкладывай всё как было!

Выбора у меня особо не осталось, так что я пересказал им наше с Утой свидание от начала и до конца.

Тацуя бледнел всё сильнее и сильнее, а потом наконец сказал:

— Я на крышу.

И ушёл.

Если ты не способен вынести правду, тогда зачем вообще заставил меня всё это рассказывать?! И потом — я ведь даже не упомянул, что мы держались за руки... А уж про поцелуй в щёку тем более умолчал! Как я вообще должен такое признать?!

— Ну, раз уж Тацуя ушёл, теперь можно перейти к самому интересному, да? — не отставал Рейта.

— Пощади... — простонал я.

К сожалению, пусть Тацую я и «победил», Рейта отступать не собирался. К тому же я слышал, как в классе Фудзивара и Хино тоже обсуждают нас с Утой. Ощущение было такое, будто прожектор направлен прямо на меня. Так вот какова цена так называемого «сладенького свидания на фестивале». И цена, надо сказать, немалая...

— Я уже сказала — мы с Нацу не встречаемся! — по всему классу разнёсся голос Уты.

Она не кричала — скорее просто старалась донести это до всех. Видимо, хотела пресечь слухи на корню. Будь я на её месте, наоборот был бы рад, что все уже сами всё за нас додумали, но Ута до мозга костей оставалась честной.

Нанасе посмотрела сперва на Уту, потом на меня.

— И что? Почему бы вам тогда просто не начать встречаться? Правда ведь, Хикари?

Когда разговор повернулся к ней, Хошимия будто заколебалась, но всё же сжала кулачки перед грудью.

— А? А, ну да... Конечно. Я буду за вас болеть.

Я натянуто улыбнулся. Понятно... Значит, она будет за нас болеть... Ну что ж, тут уж ничего не поделаешь.

Увидев, как натянуто я выгляжу, Рейта наклонился ко мне и тихо прошептал на ухо:

— Если честно, я не думал, что ты примешь приглашение Уты.

— Неожиданно. Значит, есть вещи, которые даже ты не можешь предсказать, — ответил я.

— Нацуки, ты вообще за кого меня принимаешь? Никто не может предугадать всё на свете!

Возразил он вполне разумно, но мне всё равно казалось: если кто и мог бы, то только Рейта.

— Тебе нравится Хошимия-сан, и по натуре ты человек серьёзный. Я думал, ты не пойдёшь на свидание с той, в кого не влюблён, чтобы не давать ей ложную надежду... А, понял. — Он ухмыльнулся, а потом задал вопрос, на который уже знал ответ: — Похоже, Ута тебе теперь нравится не меньше, чем Хошимия-сан?

— Если ты и так всё понял, то, пожалуйста, не говори это вслух... — Я схватился за лоб.

Я и сам уже смутно осознавал, к чему он клонит, но пытался это отрицать. А теперь, когда он выразил всё словами, мне пришлось признаться в этом хотя бы самому себе. Какой же Рейта всё-таки мерзавец!

— Ну, кого бы ты ни выбрал, я всё равно буду за тебя болеть.

— Правда? Знаешь, почему-то мне совсем не верится в твои слова, Рейта.

— Не кажется, что в последнее время ты стал ко мне слишком суров?

Эй, ну не моя вина, что тебя невозможно понять!

— Я серьёзно. Что Уту, что Хошимию-сан — кого бы ты ни выбрал, я всё равно тебя поддержу. Хотя, судя по всему, чтобы прорваться через внутреннюю крепость Хошимии, тебе понадобится гораздо больше времени. Но... —

Ага. Значит, Рейта тоже так считает? До Хошимии мне ещё очень далеко, — подумал я чуть ли не весело.

— ...тогда Миори достанется мне, да?

Изо рта Рейты только что вылетела фраза, от которой у меня едва глаза на лоб не полезли. Я аж переспросил от неожиданности, но он, похоже, говорил совершенно серьёзно.

— А? Тебе нравится Миори? — спросил я.

— Угу. В последнее время она всё чаще цепляет мой взгляд. И к тому же она часто сама ко мне подходит поговорить.

Чего? Тогда выходит, Миори уже добилась своей цели! Да что за... То есть всё это время мне вообще не нужно было так переживать за её сторону? Может, нам даже не понадобился бы никакой план с двойным свиданием.

— Ну так что, твой ответ? Ты не против?

— Э-э, тебе не нужно спрашивать у меня разрешения... Если что, я только рад! — ответил я.

Рейта пристально вгляделся в моё ошарашенное лицо. Потом наконец расслабился и пожал плечами.

— Ты ведь друг детства Миори, так что я решил на всякий случай спросить. Понимаешь, о чём я?

— Понимаю. Но друзья детства — это всё равно просто друзья...

Развитие событий оказалось слишком неожиданным, и моя голова с трудом успевала всё это переваривать. Но одно я понял точно: у Миори и Рейты чувства взаимны. Теперь им оставалось только спокойно узнавать друг друга дальше. Значит, у Миори всё-таки будет её счастливый конец! Я правда за неё рад. Как её сообщник, я, разумеется, хочу, чтобы её любовь дала плоды.

— Я тоже буду болеть за тебя и Миори, — сказал я.

— Рад это слышать. Я немного переживал.

— В смысле? Ты думал, я начну возмущаться? — спросил я, рассмеявшись. Да с чего бы! Похоже, даже Рейта временами бывает слеп как крот. Почему-то от этого мне даже стало спокойнее.

— Хм, кто знает? — Он слабо улыбнулся и похлопал меня по спине. — Пойду сниму Тацую с крыши. Скоро начнётся классный час.

И он вышел из класса.

Оставшись один, я посмотрел на Хошимию и остальных. Все три девушки смотрели прямо на меня. Нанасе поманила меня рукой, и я послушно подошёл.

— Что такое, Нанасе? — спросил я.

— О боже. Мне обязательно нужен повод, чтобы тебя позвать? Мы ведь друзья, правда, Ута? — спросила она.

— Д-да... Мы друзья, так что всё нормально, — поддержала её Ута.

Мне оставалось только кивнуть. Между нами повисла тишина. Эм... простите, но находиться в такой неловкой атмосфере у всех на глазах — это уже слишком мучительно! Надо срочно сделать что-нибудь, чтобы Ута вернулась в своё обычное состояние. Иначе я сам от неё заражусь этой странной аурой.

— Э-эм... Может, обсудим планы на летние каникулы? — предложил я.

— О-ой, точно! Мы ведь хотели поехать или в горы, или к морю! — тут же подхватила Ута.

Разговор кое-как всё же стал обычным. Ну, насколько это вообще было возможно — пусть пока и немного натянуто.

— Ага. Лично я бы предпочёл море, — ответил я.

— О-о-о, море — это здорово! Я так давно не плавала!

Разговор постепенно потёк дальше, и мы понемногу начали снова общаться как обычно. И как раз когда беседа начала набирать ход, в класс вошла наша классная руководительница.

— Так, все по местам. Не знаю, чего вы тут так развеселились, но уже на следующей неделе начинаются выпускные экзамены. Если у вас есть время болтать, лучше бы готовились!

По классу прокатился недовольный гул. Одной фразой она моментально остудила всё оживление. Я и сам уже с нетерпением ждал каникул, но от этих слов пришлось резко вернуться в реальность. Наверняка все возлагают на меня большие надежды после моего первого места на промежуточных...

Я уже собирался вернуться на своё место, когда меня окликнула Хошимия:

— Нацуки-кун.

Я повернулся к ней, но она ничего не сказала. Было видно, что она колеблется, не зная, что именно хочет произнести.

— Я тоже хочу к морю, — наконец сказала она и направилась к своей парте.

— А-а... ясно...

Интересно, она хотела сказать что-то ещё? Но долго размышлять об этом у меня не было времени. Я поспешил обратно на своё место. Как только классный час закончился, учительница оставила нас с первым уроком — математикой. Начался ещё один обычный школьный день.

* * *

Сезон дождей закончился, и наконец пришло лето. А лето, как гласят мои исследования, — это пора юности. И уж конечно, я не собирался позволить ему пройти так же безлико, как в первый раз!

Наконец-то приближались мои великолепные летние каникулы — с кучей свободного времени. Горы, море, фейерверки — стоило только подумать, сколько впереди событий, до краёв наполненных энергией юности. Я ещё не решил, чем именно займусь, но был уверен: будет невероятно весело. В конце концов, теперь у меня были друзья, с которыми я мог проводить свои дни. Именно они раскрашивали мою жизнь яркими красками.

Такого лета у меня больше никогда не будет — и я был уверен, что оно станет незабываемым.

Конец второго тома