— Жарко...

Стоило нам выйти из школы, как нас тут же накрыла удушающая жара. Стоял самый разгар июля — сезон безжалостного летнего пекла. Температура перевалила за тридцать два градуса, и мне казалось, будто тело вот-вот вспыхнет. Я всего лишь шёл, а силы таяли с пугающей скоростью.

— Худшее лето в жизни... — пробормотала Нанасе.

Она брела рядом со мной с таким видом, словно была при смерти.

Ну, при такой жаре неудивительно... По данным Японского метеорологического агентства, в этом году будет жарче обычного. Особенно тяжело придётся Гумме: мол, её со всех сторон окружают горы, плюс ещё фён и прочее — из-за этого местность прогревается быстрее.

— Нанасе, ты как? Держишься? — спросил я. — У тебя совсем лицо бледное.

— Можем... немного передохнуть?

Она указала на ряд автоматов с напитками у обочины.

— Конечно, — кивнул я.

Я купил себе холодный кофе. Нанасе, видимо, мучилась от жажды куда сильнее, так что взяла спортивный напиток. Она сразу сделала несколько больших глотков и облегчённо выдохнула:

— Ожила.

— Ты точно в порядке? Это не тепловой удар?

— Не переживай так. Просто чуть обезвоживание, ничего страшного.

Мы остановились в маленьком месте для отдыха на набережной дороге, которая вела от школы к станции. Здесь удачно стояли три автомата и две скамейки в тени. Казалось, даже воздух стал на несколько градусов прохладнее. Это место давно облюбовали ученики нашей школы, но сегодня, из-за невыносимой жары, тут не было ни души.

— Ты точно сможешь потом нормально работать? Не перенапрягайся, — снова сказал я.

— Да... прости. Я просто не высыпаюсь из-за подготовки к экзаменам. — В её голосе и правда слышалась усталость. — Отдохну немного — и всё пройдёт.

Она пыталась меня успокоить, но тревога никуда не уходила. Всё-таки у Нанасе и без того здоровье не железное — она уже несколько раз пропускала школу из-за болезни.

— Хайбара-кун, ты такой паникёр, — тихо хихикнула она, расслабившись.

Чего?! Да как можно вот так улыбаться! Это же слишком мило! Да уж... моя Нанасе сегодня снова вне конкуренции...

Даже не подозревая, что я уже успел внутренне растаять, Нанасе спросила:

— Хайбара-кун, как ты написал экзамены?

Это она решила поддержать разговор, пока мы отдыхаем? Цвет лица у неё уже получше, значит, в себя она и правда приходит.

— Хм. Не думаю, что плохо, — ответил я, принимая смену темы.

Итоговые экзамены закончились только на прошлой неделе. Работы нам уже вернули, но общие результаты и рейтинг пока не объявили. Наверное, это будет через два-три дня.

— Какой-то уж слишком вялый ответ... С такой излишней скромностью ты легко можешь кого-нибудь раздражать. В первую очередь — меня, — недовольно сказала она, надув губы.

— Только тебя? Но я ведь правда так думаю. — Я криво улыбнулся и пожал плечами. — Хотя в английском, пожалуй, набрал маловато.

— И сколько? Хотя можешь не говорить, если не хочешь, — сказала она тоном, в котором уважения к чужой личной жизни было меньше, чем любопытства.

Я не из тех, кто скрывает оценки, так что ответил честно:

— Восемьдесят девять.

Во взгляде Нанасе стало ещё меньше тепла.

— Если это у тебя «маловато», то мои результаты, наверное, вообще безнадёжны.

Когда она дуется, она, конечно, тоже милая.

Я неловко усмехнулся, пытаясь сгладить ситуацию. И что вообще в такие моменты нужно говорить? В последнее время я постоянно об этом переживал — особенно с учётом того, сколько комплиментов мне теперь прилетает. В итоге я решил просто перевести тему на что-нибудь безобидное.

— Нанасе, ты плохо знаешь английский?

— Если уж выбирать, то это скорее один из моих сильных предметов, — ответила она, отвернувшись с ещё более надутым видом.

Моя попытка направить разговор в более мирное русло с треском провалилась. Вот тебе и «безобидный вопрос»! Я полез в рюкзак и достал перекус, чтобы хоть немного поднять ей настроение.

— Не дуйся. Вот, держи.

Я помахал перед ней печеньем, которое купил в комбини.

Она посмотрела на меня с усталым укором.

— Я вообще-то не дуюсь. И я не ребёнок из начальной школы, чтобы меня можно было подкупить сладким, — заявила она, но печенье из моей руки всё-таки забрала и тут же начала есть.

То, как она грызла его своим маленьким ротиком, напоминало белку.

Ага... ничего не поделаешь — остаётся только восхищаться.

При всей своей прохладной внешности Нанасе на самом деле очень любила сладкое. Во время перерывов на работе она часто что-нибудь таскала. По моим наблюдениям, особенно ей нравились шоколад и печенье.

— А если я потолстею, ты как за это отвечать будешь?

Сегодня Нанасе почему-то была острее обычного. Она смотрела на меня с явным недовольством — будто её что-то задело.

Так что я ответил совершенно серьёзно:

— Если так случится, тогда я сяду на диету вместе с тобой. Не переживай: если заниматься, вес точно уйдёт!

— Почему-то... звучит неожиданно убедительно.

Ну так у меня же личный опыт похудения! Если тренироваться каждый день, всё будет нормально. Хотя всем, кто это читает, я бы всё-таки не советовал повторять тот безумный режим, через который прошёл я. Можно и помереть.

— Вообще-то, по-моему, ты и так слишком худая. Тебе бы даже не помешало чуть поправиться, — заметил я как бы между прочим.

Она ответила не сразу, с каким-то странным выражением лица:

— Да жир-то у меня есть. Просто сейчас его не видно.

Серьёзно? Я невольно опустил взгляд на грудь Нанасе. Но эй, в этом не было никакого скрытого смысла.

— Хайбара-кун?

Я поспешно поднял глаза и тут же столкнулся с ней взглядом почти в упор. Мы сидели на одной скамейке, так что лица оказались совсем близко. Щёки у неё были слегка розовыми.

— Л-ладно! Пора идти! Скоро уже смена! — Я самым наглым образом перевёл тему и вскочил на ноги.

Нанасе бросила на меня недовольный взгляд, вздохнула и тоже встала.

Я пошёл вперёд почти бегом. Она нагнала меня и снова заняла место рядом.

— Кстати, я давно не работала, — сказала она.

— Ну да, у тебя уже где-то неделю не было смен. А я несколько раз подменял.

Во время экзаменов хозяин кафе оказался в тяжёлом положении — студентов-подработчиков не хватало, так что я взял несколько смен на себя: во время своего чудесного второго захода в старшую школу мне ведь не нужно было учиться так уж усердно. Хотя всё равно я работал меньше обычного, так что, скорее всего, снова займу первое место по потоку.

— Если во время экзаменов нормально не заниматься, родители потом голову снимут, — проворчала Нанасе.

Я кивнул:

— Да, это правда.

Раньше мама действительно часто меня пилила. Вечно твердила: «Учись как следует!» Но я её игнорировал — был слишком занят мангой, лайт-новеллами и играми. На этот раз она мне ничего не высказала только потому, что на промежуточных я занял первое место.

— Если бы я тоже была на первом месте, родители, может, перестали бы так приставать.

— Кто знает. Хотя неожиданно. Нанасе, тебя что, тоже дома пилят? — удивился я. Она-то как раз казалась человеком, который и без родительских окриков сам прекрасно учится.

Она, чуть смутившись, пробормотала:

— Если я во время экзаменов играю в игры, родители их отбирают.

Погоди... Нанасе играет в игры?

— Да они и вне экзаменов вечно бурчат из-за игр. Всё время читают нотации, что можно играть только час в день.

Ничего себе. Да они к тебе как к младшекласснице относятся.

Эту мысль я, конечно, вслух не сказал — а то Нанасе ещё сильнее испортится настроение, — и постарался продолжить разговор как можно безобиднее.

— Нанасе, а во что ты играешь?

— В основном в ритм-игры. Но RPG тоже люблю.

И она назвала мне несколько популярных ритм-игр, о которых даже я слышал. Оказалось, она часто играет в них дома или по дороге в школу.

— А ты? Играешь во что-нибудь такое? Ты ведь хорошо поёшь, так что, мне кажется, и в ритм-играх у тебя должно хорошо получаться.

— Никогда не играл. Но вообще видеоигры люблю, — ответил я.

Я был отаку, которому важны истории, так что в средней и старшей школе играл почти исключительно в RPG. В колледже подсел на шутеры, а вот до ритм-игр так и не добрался.

— Хотя в чувстве ритма я уверен.

— Тогда почему бы тебе не попробовать? После работы покажу, как играть, — предложила Нанасе.

Причин отказываться у меня не было, так что я кивнул. Она ярко улыбнулась и тихо рассмеялась.

— Уже жду.

Так, болтая, мы дошли до Café Mares. Весной вишни вдоль дороги цвели, а теперь вместо летящих лепестков верхушки деревьев целиком тонули в густой зелени. Для меня это была вторая старшая школа, но времена года сменялись всё так же, как и в первый раз.

Весна пришла и ушла, потом был сезон дождей, а теперь лето вступило в полную силу. Над нами сияло яркое солнце, а фоном звенели цикады. Я вытер полотенцем пот, собравшийся на шее.

Теперь, когда экзамены были позади, до летних каникул оставалась всего неделя.

* * *

— Ну что ж, раз уж мы все счастливо избежали провала... За это и выпьем! — радостно воскликнула Ута, вскинув вверх стакан, полный колы.

Было около восьми вечера, Café Mares. Пока мы с Нанасе были на смене, к нам заглянули Ута, Рейта и Тацуя. Все получили хорошие результаты за экзамены, так что мы устроили маленькое праздничное собрание.

— Эм, а обязательно было формулировать это как «избежали провала»? Нельзя просто нормально отпраздновать, что экзамены закончились? — с ехидной улыбкой и пожатием плеч спросил Рейта.

Нанасе хихикнула.

— И правда, праздновать то, что ты просто не завалилась, — это как-то не очень.

— З-заткнитесь! Для нас экзамены — вопрос жизни и смерти! — возмутилась Ута, надув щёки.

Она повернулась к сидевшему рядом Тацуе и принялась яростно трясти его за плечи.

— Ведь так, Тацу?!

— Да тише ты, блин! И не записывай меня в одну категорию с собой. Я в этот раз не еле-еле проскочил, как ты, — раздражённо ответил он, пока его мотало из стороны в сторону.

Как он и сказал, в этот раз у Тацуи оценки были не так уж плохи. В среднем, наверное, около пятидесяти баллов по предметам. По сравнению с промежуточными это был серьёзный прогресс. Ута же едва-едва прошла по всем предметам, так что ставить их в один ряд было и правда нечестно.

— Гр-р... ну, если так, то да. Предатель!

— Нет, это просто ты не выросла. В отличие от тебя, я после прошлого раза сделал выводы и каждый день нормально занимался.

— Чего?! Это вообще не слова Тацу! Что с тобой случилось?!

На фоне запаниковавшей Уты Тацуя самодовольно улыбался.

— Ну, если после столь усердной учёбы у тебя всё равно только такой результат, то и хвастаться тут особо нечем, — между делом заметил Рейта.

Сражённый его обжигающими словами, Тацуя схватился за голову.

— Тебе не кажется, что иногда ты говоришь слишком жёстко?

— Прости-прости. Просто ты слишком уж распетушился, и меня это слегка раздражало, — всё с той же приятной улыбкой ответил Рейта.

Эм, Рейта-сан? Ты сейчас вообще-то пугающий, если что.

Тацуя выглядел настолько жалко, сидя с руками на голове, что я положил ладонь ему на плечо.

— Да не переживай. У тебя в этот раз результаты намного лучше, чем в прошлый.

— Вот уж от кого я меньше всего хочу слышать слова поддержки! Ты ведь, скорее всего, опять будешь первым в параллели.

Тацуя бросил на меня острый взгляд и сбил мою руку с плеча.

Угх, ну и попробуй его пойми!

— Но Нацуки прав. Ты правда постарался в этот раз, Тацуя, — сказал Рейта, без труда отменяя всё, что наговорил минутой раньше.

— Да? — буркнул Тацуя с кислым лицом, хотя, кажется, всё-таки немного обрадовался.

Именно Рейта только что вогнал его в уныние, а теперь так же легко вытащил обратно. Он часто пользовался этим приёмом. И это ещё раз отлично объясняло, почему девчонки от него без ума.

— Ширатори-кун, раз уж ты так много говорил, а сам-то как написал? — спросила Нанасе.

— Как обычно. Скорее всего, набрал меньше, чем ты, Нанасе-сан.

Рейта достал из сумки прозрачную папку. Внутри лежали возвращённые учителями работы. Быстро прикинув в уме, я оценил его средний балл примерно в восемьдесят.

— Хе-хе. Я обошла Ширатори-куна. Очень этому рада! — Нанасе дёрнула меня за рукав и улыбнулась.

А? Это ещё с чего? И почему ты так счастливо на меня смотришь?! Аргх, ну нельзя же быть такой милой!

Я заорал внутри себя. Хотелось бы, чтобы Нанасе лучше осознавала, какая она сама красавица. Она всё время говорит, что ей нравятся девушки с милыми лицами, но она и сама именно такая!

Вопреки моему внутреннему бедствию, вслух я ответил мягко и спокойно:

— Да-да. Молодец.

Она тут же нахмурилась.

— Ничего не молодец. Я ведь проиграла тебе, Хайбара-кун.

Ну давай ещё! И как тут вообще правильно отвечать?!

Я чуть насупился, совсем растерявшись.

Она тихо хихикнула.

— Прости. В последнее время мне так нравится тебя мучить!

— Ага, вот как, — только и сказал я.

Да делай уже что хочешь. Я всё стерплю, лишь бы тебе было весело!

После этого разговор ещё какое-то время крутился вокруг экзаменов: как сложной оказалась математика, как подозрительно лёгкой — всемирная история, как решалась та самая задача по физике, и какой бессердечный у нас учитель английского. Тем для болтовни было хоть отбавляй.

Но мы с Нанасе всё ещё были на смене. Посетителей в это время было немного, но если слишком долго торчать без дела, менеджер нас точно отчитает.

— Ладно, сидите спокойно. Мы скоро закончим смену, — сказал я.

— Лааадно! Но нам тоже скоро уже пора! — ответила Ута.

На этом мы с Нанасе прервали разговор и вернулись к работе. В последнее время Ута, Рейта и Тацуя стали довольно часто заходить в Café Mares после клубных занятий — обычно как раз в те дни, когда мы с Нанасе работали вместе. Получалось удобно: ближе к вечеру мы могли немного посидеть с ними. Да и после времени ужина в кафе уже было спокойно.

— Кстати, а где Хошимия? Не пришла из-за своего строгого комендантского часа? — спросил я Нанасе, которая неподалёку убирала столы.

— Её родители в этом плане совсем несговорчивы. Оставаться где-то так поздно для неё даже не обсуждается, — ответила она.

— Хм... ясно.

Похоже, Нанасе довольно хорошо знала родителей Хошимии. Они ведь знакомы ещё со средней школы, так что это, наверное, естественно. Мне было любопытно, в какой обстановке живёт Хошимия, но задавать вопросы, которые могли показаться бестактными, не хотелось, так что я колебался.

— Было бы лучше, если бы здесь была Хикари? — с поддёвкой спросила Нанасе.

Я пожал плечами.

— Да нет. Просто в такие дни, если честно, веселее, когда может собраться вся компания.

В последнее время я уже не терялся, когда Нанасе или Рейта меня поддевали, и отвечал вполне хладнокровно. Я уже совсем не тот прежний я, который начинал вести себя подозрительно каждый раз, когда с ним кто-то заговаривал. Разве я не вырос? Ладно, хорошо, я просто сказал правду... Конечно, мне хочется побольше времени проводить с Хошимией!

— Ну да. Хикари каждый раз жутко ревнует, когда мы все собираемся вечером.

— Ага. Потом ещё долго ноет в RINE: «Я тоже хочу пойти!»

Я передразнил её сообщения в нашем групповом чате.

Нанасе прекратила убираться и посмотрела в сторону столика, за которым сидели Ута с остальными.

— Мне хочется что-нибудь для неё сделать, — тихо сказала она.

— Для Хошимии?

Она кивнула и продолжила:

— Я понимаю, почему у неё есть комендантский час, но помимо этого есть и другие вещи, в которых Хикари ограничивают. Её отец немного... слишком строгий.

Редкий случай, когда Нанасе звучала так, будто жалуется. Она давняя подруга Хошимии, так что, наверное, слышала от неё всё это не раз.

— Я, если честно, примерно так и думал.

— Он очень упрямый. Совсем не слушает, что хочет сама Хикари.

Нанасе вздохнула, глядя в окно, словно вспоминая что-то из прошлого.

Сложная тема. В чужую семейную жизнь особо не влезешь. То, что человека воспитывают строго, ещё не значит, что родители во всём неправы. Мы для Хошимии всего лишь друзья, так что вмешаться тут особо не можем... Да и она сама, может, вовсе не хочет, чтобы мы что-то делали. Я вообще не знаю, считать ли это настоящей проблемой. Но кое-что всё-таки не даёт мне покоя.

— Хошимии будет трудно поехать куда-нибудь со всеми на совместную поездку? — спросил я.

Летние каникулы начнутся уже через неделю. Та самая длинная передышка, которую мы все так ждали. Деталей мы пока не решили, но уже давно обсуждали, что шестером выберемся куда-нибудь вместе. В последнее время мы почти только про экзамены и говорили, но пора уже было всерьёз заняться планами. И, главное, для меня это было событие колоссальной важности в плане юности. Если Хошимия не сможет поехать... мне будет ужасно грустно. Она ведь сама говорила, что хочет на море.

— Хм... Я уверена, Хикари хочет поехать с нами. Но сможет ли — кто знает? Может, на короткую вылазку на день её ещё отпустят, но, судя по вашим разговорам, вы рассчитываете на поездку с ночёвкой, верно? — сказала Нанасе.

— Ну... да, наверное. Хотя у нас пока ещё нет чёткого плана.

— Думаю, с ночёвкой ей будет сложно — тем более если там ещё и мальчики. Я бы хотела убедить её родителей, что всё в порядке, ведь я тоже буду, но не знаю, хватит ли этого.

— Понятно... — только и смог сказать я.

Хошимия просто настолько милая. Родители, наверное, переживают, что к ней может пристать какой-нибудь странный тип, и тут уж ничего не поделаешь. Я бы и сам не очень хотел отпускать её одну домой ночью. Мои родители тоже порой чересчур опекают младшую сестру, но мне, по сути, позволяют делать что угодно. Всё-таки у мальчиков и девочек в таких вещах риски разные.

— В любом случае, не узнаем, пока не спросим. Сначала надо составить план, — подвела черту Нанасе.

Да, всё верно. Сейчас ещё рано переживать о том, дадут ли родители разрешение. Если после того как мы предложим им конкретный план Хошимию всё равно не отпустят... значит, так тому и быть. Я хочу поехать вместе с ней, но это всего лишь моё желание.

— Я подумаю над несколькими вариантами, куда можно было бы съездить, — сказал я.

Даже если вынести Хошимию за скобки, всё равно надо учесть деньги, даты, место и прочее. Прежде чем обсуждать это со всеми, надо бы сначала посоветоваться с Миори.

* * *

Когда я вернулся домой, то принял душ и заперся у себя в комнате — в Café Mares я уже поужинал. Ко сну я тоже был готов, так что написал Миори: «Ты сейчас свободна?» Прошло несколько минут, но сообщение так и не было прочитано. Уже спит, что ли?

Только я об этом подумал, как телефон зазвонил.

— Отлично! Ты ещё не спишь! — сказал я, отвечая.

— Только из ванной вышла. Что-то нужно? — спросила она.

— Хотел попросить тебя помочь придумать план на летние каникулы.

В последнее время мы с Миори довольно часто болтали по телефону. Раньше встречались для этого в парке неподалёку, но сейчас было слишком жарко, да и родители Миори переживали, когда она выходила ночью.

— А, точно. Вы же хотели либо в горы, либо на море, да?

— Ага. Пока что склоняемся к ночёвке у моря, — ответил я.

Хошимия говорила, что хочет на море. Да и вообще, если речь заходит о лете, первым делом в голову приходят пляжи. Когда я спрашивал остальных, большинство тоже выбрали море, а не горы.

— Да ладно. Ты просто хочешь посмотреть на Уту и Хикари-тян в купальниках? — обвиняющим тоном спросила Миори.

— Н-нет... не особо, — поспешно ответил я.

— Я сейчас прямо услышала эту паузу.

— Да заткнись ты! Не надо было меня на этом ловить!

Да, если кто спросит — конечно, я не могу сказать, что вообще ни разу об этом не думал. И да, если ещё кто спросит, хотел бы я увидеть их в купальниках или нет — конечно, хотел бы! Да я и Нанасе в купальнике увидеть хочу, между прочим!

Словно угадав, какие подозрительные мысли крутятся у меня в голове, Миори захихикала.

— Мм? А, правда? Ну, ты всё-таки и правда парень.

— Тише. Хватит уже. Главная причина вообще-то в том, что я хочу нормально поиграть на пляже!

— Кстати, я только что из ванны, так что сейчас на мне одно бельё. Тут жарко.

— Не надо подкидывать лишнюю информацию!

Как я после этого должен не представлять?!

Ну конечно, она именно этого и добивалась. Я бы никогда не смотрел на свою подругу детства в таком подозрительном ключе... — вот что мне хотелось бы уверенно заявить. Но Миори уже слишком красива, чтобы я совсем не воспринимал её как девушку. Разумеется, ей я об этом не скажу никогда. А то ещё возгордится!

— Ладно, в общем, вы уже точно решили, что поедете с ночёвкой? — как ни в чём не бывало продолжила она разговор после того, как вывела меня из равновесия.

— Да. До моря из Гуммы всё-таки ехать долго.

Если хотим вдоволь оттянуться на пляже, ночёвка — лучший вариант. На однодневную поездку времени будет слишком мало.

— Согласна. Но это выйдет недёшево.

— Мы с Нанасе успели кое-что отложить с подработки, так что проблема скорее в остальных четырёх.

— Я слышала от Уты, что ей дают немного денег за помощь в семейной лавке с окономияки.

— О, правда? Тогда самая большая проблема — это... Тацуя, — уверенно заключил я.

Рейта говорил, что откладывает деньги, так что за него я не переживал. А вот Тацуя постоянно стонал, что у него пусто в карманах, — всё из-за его слишком уж частых походов в комбини за всякой мелочёвкой.

— Если ограничиться одной ночью, может, он и наскребёт?

Одна ночь в дешёвой гостинице обойдётся где-то в десять тысяч иен. Плюс дорога — ещё несколько тысяч... Хотя это уже зависит от того, на какой пляж ехать. И ещё нужны будут деньги на месте. Вся поездка, скорее всего, вытянет тысяч на двадцать-тридцать, и это ещё при оптимистичном раскладе. Ух... деньги всегда головная боль.

Даже для меня это было немало. В колледже у меня денег было достаточно — можно было подрабатывать или ходить на занятия, выбор имелся, — а сейчас накоплений почти не было. С тех пор как я начал работать, прошло всего три месяца.

— Да, две ночи — это уже слишком. И по времени будет сложно освободить сразу три дня подряд, — сказала Миори.

— Тоже верно. У остальных же клубные занятия.

Мы с Нанасе могли подстроить график смен, а вот Ута, Рейта и Тацуя не могли просто взять и пропустить тренировки. Хошимия, наверное, была бы свободнее — у её клуба на длинные каникулы обязательных собраний вроде не было. Но в любом случае нам нужно было подстраиваться под те дни, когда у всех будет выходной от клубов.

— Ну, думаю, общие свободные дни найдутся — например, где-нибудь на Обон. Вот расписание женской баскетбольной команды, — сказала Миори и прислала мне в RINE фотографию.

Это оказалось фото распечатки с их летним графиком тренировок. И правда, у девчонок были периодические выходные, но в целом расписание выглядело забитым под завязку — тренировки, товарищеские матчи...

— Но вообще, тебе бы для начала выбрать место. Потом уже обсудите со всеми и решите, но сначала нужно хотя бы набросать несколько вариантов. У тебя ведь времени больше всех.

— Вот ещё. У меня и работа есть, и тренировки.

— О-о-о? Ты всё ещё тренируешься каждый день? По-моему, тебе уже необязательно.

— Дело не в том, обязательно или нет. Просто тренировки — это прекрасно, ты поняла? Они решают всё.

И почему я раньше не тренировался? Не знаю. Если тренироваться, мир меняется. Упражнения — это справедливость!

— Фу, мерзость...

— Эй! Не надо говорить это таким тоном, будто тебе и правда противно!

У меня же и так хрупкая психика, она сейчас треснет.

Тренировки, между прочим, и полезную функцию выполняли: мне нужно поддерживать форму, раз уж я не состою ни в каком клубе, да и время они хорошо убивают.

— А-а, но если ты собираешься отрываться на пляже, то мышцы и правда важны! Подтянутое тело — это очень привлекательно. Погоди... ты на это и рассчитываешь?

После короткой паузы я сказал:

— Вообще-то я об этом не думал.

А ведь и правда. Раз купальник надевают девушки, значит, мне и самому в плавках ходить. Ну, в том, что на меня будут смотреть, я ничего страшного не вижу... но пресс, пожалуй, стоит ещё чуть-чуть подтянуть... да, совсем чуть-чуть. Не то чтобы меня это особо волнует или что-то в этом роде.

— Ну, если тренировки уже стали твоим хобби, тогда за мышцы тебе теперь переживать не о чем, — сказала Миори, сонно зевая.

— Мы вообще-то сейчас про место говорили, — напомнил я.

— Угу. Ну, первое, что приходит в голову, — это Ниигата, да? А если хочется Тихий океан, тогда Ибараки.

Да. Если смотреть по расстоянию от Гуммы, вариантов почти нет — либо одно, либо другое.

— Вот, смотри, разве это место не выглядит неплохо? — продолжила она.

Я открыл ссылку, которую прислала Миори. Там был сайт с кучей пляжей в Ниигате. Давно я не видел фото моря — и от их красоты желание поехать только усилилось. В детстве я уже бывал в Ниигате; там полно пляжей, и куда ни поедь — везде наверняка красиво и приятно. Может, и правда стоит съездить туда ещё раз.

Так, болтая, мы продолжали смотреть разные варианты. Когда я наконец обратил внимание на время, стрелки часов уже сошлись на двенадцати. В разговоре повисла небольшая пауза, и Миори снова зевнула.

— Пора спать, — сказал я.

— Ага... Мы так ничего и не утвердили, но вроде варианты уже более-менее понятны. Теперь тебе остаётся только обсудить всё с ними и решить. Мне интересно, так что потом обязательно расскажи, что вы выбрали, ладно? — мягко сказала она в трубку.

В её голосе мне послышалась лёгкая грусть, и я сам не заметил, как спросил:

— А тебе самой было бы трудно поехать с нами?

Миори была из тех, кто, если ей нравится парень, идёт напролом. Я ожидал, что раз с нами будет Рейта, она непременно скажет, что тоже хочет поехать. Но, похоже, об этом она вообще не думала.

— Мне будет довольно трудно вот так взять и вломиться в вашу шестёрку, — ответила она.

— Но это же ты. Разве ты не в хороших отношениях почти со всеми нами?

— Ну да, но я всё-таки из другого класса и не вхожу в ваш обычный круг. У вас же наверняка есть своя атмосфера, когда вы только вшестером, правда? Мне бы не хотелось насильно влезть и всё испортить.

Во всём, что сказала Миори, было слишком много здравого смысла. Мне нечем было возразить на такую логичную позицию, и я просто замолчал.

Она тихо рассмеялась.

— О-о-о, что это? Ты, что ли, начинаешь нервничать, если меня рядом не будет?

— Нет, просто мне кажется, было бы веселее, если бы ты тоже поехала.

В голове всплыли воспоминания о детстве. Когда рядом была Миори, всегда было весело — она постоянно брала всё на себя. Поэтому мне и пришла в голову эта мысль: если к нашей обычной шестёрке добавить ещё и Миори, то получится, наверное, максимально близко к той идеальной юности, о которой я мечтал.

— О-о... правда? Но это ведь только твоё желание.

Она права. То, что я хочу, чтобы она поехала, ещё не значит, что остальные тоже будут за. Хотя Рейта, уверен, был бы обеими руками за. Я ведь теперь знаю, что он чувствует к Миори... Кто бы мог подумать, что она ему уже нравится! Он ведь почти ничего о себе не говорит, так что я вообще этого не замечал. Когда он мне рассказал, я и правда обалдел. Но это не значит, что я могу просто взять и выложить всё ей. Да, если бы я всё разболтал, они бы, наверное, быстрее сошлись, ведь я знаю, что они нравятся друг другу, — но решать это не мне. И Рейта сказал мне всё это, потому что доверял и рассчитывал, что я не проболтаюсь.

Я настолько ушёл в свои мысли, что не заметил, как Миори прервала тишину:

— Л-ладно, в общем, я спать, хорошо? Спокойной ночи.

— Ага, уже поздно. Спасибо, что помогла всё это обдумать, — ответил я и завершил звонок.

Мне показалось, или в конце она вдруг заговорила странно быстро и как будто смутилась? Что-то случилось? Подозрительно, но уже поздно выяснять. Ай, ладно. Завтра ещё в школу, так что и мне пора.

Летом я вечно не мог решить, оставлять кондиционер на ночь или нет. Если оставишь — потом почти всегда першит горло. Если выключишь — просыпаешься среди ночи весь мокрый от пота. У всего есть цена, так что обычно я решал по температуре за день.

Сегодня я всё-таки оставил кондиционер включённым и закрыл глаза. Сознание почти сразу провалилось в глубокий сон.

* * *

На следующий день я отправился в школу с неприятным ощущением в горле. Доехал на поезде из своего городка, вышел на станции Маэбаси. Пока я шёл по обсаженной деревьями дороге, кто-то хлопнул меня сзади по плечу.

— Доброе утро, Нацуки-кун!

Я обернулся и увидел сияющую девушку. Нет, самую милую девушку на свете!

— О, привет. Доброе утро, Хошимия.

Она подошла ко мне и, пытаясь успокоить слегка сбившееся дыхание, встала рядом. Видимо, увидела меня впереди и побежала догонять.

— Фух, и сегодня снова жарко! — сказала она.

Утром воздух был прохладнее, но это ощущалось только на фоне того, что творилось днём. Хошимия вспотела от бега и взялась за ворот рубашки, обмахивая себе грудь. Мой взгляд невольно зацепился за мелькнувшую под тканью белую кожу. Осознав, что случайно подсмотрел, я в панике отвёл глаза.

Хошимия в таких вещах слишком уж беззащитна, подумал я.

— Хорошо, что деревья вдоль дороги дают тень, да? — сказал я.

Иногда по пути в школу мы с ней вот так и пересекались. Остальные парни с утра были на тренировках, так что их я никогда не встречал. Ну, Нанасе иногда тоже видел, но по утрам от неё исходила такая мёртвая аура и настолько явное «Я сейчас ни с кем разговаривать не хочу, так что даже не думай открывать рот», что мы почти никогда не говорили.

— А, точно! Я слышала, вы вчера все собирались в кафе, да? — спросила Хошимия, раздув щёки до совершенно ненормального размера. Голос у неё был явно недовольный.

— Мы с Нанасе работали. А остальные пришли поговорить об экзаменах.

— Мм? Как здорово... — с тоской протянула она. — Я в этот раз тоже довольно довольна результатами, так что хотела бы тоже похвастаться.

— Правда? Тогда я весь внимание, хвастайся сколько хочешь!

— Это не хвастовство, когда говоришь с учеником, который занял первое место по параллели, — надувшись, сказала Хошимия.

Потом выражение её лица смягчилось, и она чуть склонила голову.

— Но оценки у меня поднялись благодаря тебе и Юино-тян. Я правда тебе благодарна. Спасибо.

Как и перед промежуточными, перед итоговыми мы снова занимались все вшестером. В прошлый раз Хошимию в основном учила Нанасе, но теперь и у меня было много возможностей ей помогать. Наверное, она часто подходила ко мне с вопросами именно из-за моих результатов на промежуточных.

— Хе-хе. И оценки подросли, и летние каникулы уже совсем скоро — сегодня у меня отличное настроение!

Лёгкими шагами Хошимия забежала чуть вперёд, обернулась и улыбнулась мне. Только что дулась, а теперь уже совсем другая — выражение лица у неё менялось в одно мгновение.

— Да, каникулы уже совсем скоро. Хошимия, у тебя есть какие-нибудь планы? — спросил я, отчасти ради разведки для своих будущих планов, а отчасти просто из любопытства.

— Хм. В основном буду валяться у себя в комнате. На улице же жарко. Литературный клуб будет собираться раз в неделю, но посещение необязательное, так что я могу и не ходить. А ещё у меня куча романов, которые я хочу прочитать! У меня целая очередь скопилась, так что надо наверстывать, — ответила она и тут же спросила: — А ты, Нацуки-кун?

— Я, наверное, буду работать в кафе столько, сколько захочу. Но никаких жёстких обязательств у меня нет, так что, если кто-нибудь позовёт куда-нибудь, я освобожу расписание. А дома буду читать романы, которые ты мне советовала.

— О-о-о, звучит здорово! Тогда, раз уж об этом зашла речь, может, я тебе ещё несколько насоветую?

— Давай! Я же ни в каких клубах не состою, так что, чувствую, на каникулах у меня будет полно свободного времени.

Если бы все были такими же членами клуба «сразу домой», как я, у нас было бы куда больше шансов собираться вместе. Но у всех клубы. У меня уже не осталось никакой тяги к баскетбольной команде. Хотя, может, будь я в клубе, то на длинных каникулах получил бы ещё большую дозу юности. Ай, да уже поздно об этом думать!

— Хорошо! — Хошимия энергично кивнула, но тут же нахмурилась. — Хотя на каникулы нам ведь зададут кучу домашки. Стоит только об этом подумать — и уже хочется злиться!

Точно. Если память не изменяет, домашнего задания дадут столько, что за пару дней с ним точно не разделаешься. Мне, без клубных занятий, будет попроще, а вот остальным придётся несладко. Но раз делать всё равно надо, значит, можно превратить и летнюю домашку в ещё одно событие моей юности.

— Если всем вместе навалиться, точно справимся. Давайте устраивать совместные занятия! — предложил я.

Можно собираться в Café Mares или в семейном ресторане у станции. Сидеть одному в тишине над тетрадями вообще не весело, так что лучше заниматься, попутно болтая с друзьями.

— О, хорошая идея! Если ты будешь меня учить, я буду чувствовать себя спокойно!

Так мы и продолжали болтать, пока не дошли до школы. Прошли через ворота и направились ко входу. Наше время наедине подходило к концу. Наверное, сейчас самое время задать тот вопрос.

— И ещё есть тема поездки со всеми. Хошимия, ты ведь говорила, что хочешь на море, да? — как можно непринуждённее спросил я.

Её весёлое настроение мгновенно просело.

— Да... Было бы здорово, если бы мы все могли поехать вместе.

Ответ прозвучал слишком расплывчато. Ясно было, что ей хочется, но по тому, как она это сказала, чувствовалось: сама она уже почти уверена, что не сможет поехать с нами. Хошимия посмотрела на меня виновато, будто поняла, что я пытаюсь прощупать ситуацию.

— Прости. Я сказала, что хочу на море, но, может, не смогу.

Я немного поколебался, а потом всё-таки спросил:

— Из-за родителей? Не отпустят?

— Я как бы между делом упомянула об этом папе, но он отнёсся к идее не слишком благосклонно. А мне очень хочется поехать, — объяснила она. — Тебе, может быть, Юино-тян что-то сказала?

— Она сказала только, что, возможно, у тебя не получится. Подробностей не рассказывала, — ответил я.

С мрачным лицом Хошимия пробормотала, словно жалуясь:

— Папа очень упрямый. Если он один раз сказал «нет», то почти никогда не меняет решение. Ух, этот упрямый каменный лоб. Так хочется что-нибудь с этим сделать...

Это был первый раз, когда я слышал, чтобы Хошимия говорила о ком-то плохо — да ещё и о члене семьи.

Наверное, поэтому я непроизвольно моргнул. Это было слишком неожиданное впечатление.

Поняв, что я удивлён, она смущённо покраснела.

— П-прости! Боже, что я вообще такое ни с того ни с сего говорю?.. Мне так стыдно.

— Да нет. Наоборот, мне кажется, о таком даже легче говорить. Просто я увидел твою редкую сторону, — поспешил успокоить её я.

— П-просто забудь, что я это сказала! Ну правда, Нацуки-кун!

Когда Хошимия злится, она тоже ужасно милая, так что мне оставалось только капитулировать.

— Ладно-ладно.

В этот момент мы зашли в школьное здание и переобулись в сменку.

— В-в общем, я как-нибудь договорюсь с папой!

Хошимия сжала кулачок перед грудью и заявила:

— Я справлюсь!

— Я буду рад, если ты тоже поедешь... но только не перенапрягайся, хорошо? У нас ещё будет куча возможностей куда-нибудь выбраться всем вместе. Может, хотя бы на однодневную поездку сможем съездить, — сказал я.

Если не придётся оставаться на ночь, отец Хошимии, возможно, и разрешит. Правда, тогда спокойно отдохнуть на пляже уже вряд ли получится. Всё-таки Гумма к морю не выходит.

— И всё равно я хочу на море. Это ведь я сама его предложила, — тихо сказала она, задумчиво глядя куда-то вдаль.

— Тебе настолько нравится море?

— Хм, да, нравится. Оно красивое, рядом с ним прохладно. И ещё... когда смотришь на эту огромную синеву и просто отключаешься, кажется, будто твои проблемы — всего лишь капля в море. От этого становится легче.

Слова срывались с её губ так, будто она вообще не задумывалась, что говорит, и почему-то сильно отпечатались у меня в памяти. Хошимия вдруг резко спохватилась и поспешно натянула улыбку.

— Н-но я и в другие места тоже с радостью поеду! Если я буду с вами, мне везде будет весело!

Похоже, она пыталась замять тему, но при этом не врала.

— Понял. Тогда посмотрим, что скажут остальные. Надо будет где-нибудь собраться, — сказал я.

— Ага, есть! — ответила она, чётко отдала мне салют и пошла дальше.

Мы прошли по шумным коридорам и добрались до класса 1-2.

— Доброе утро всем! — воскликнула Хошимия, открывая дверь.

Внутри нас встретили знакомые лица одноклассников, которые вяло переговаривались между собой. Но стоило Хошимии появиться в классе и ослепительно всем улыбнуться, как эта сонная атмосфера тут же оживилась.

Иногда мне казалось, что она сама не осознаёт, насколько сильно влияет на весь класс. И при этом я совсем не понимал, что творится у неё в голове — просто не мог знать.

У каждого человека есть свои проблемы. Я думал, что и так это понимаю, но, услышав, как Хошимия заговорила о своих трудностях, всё равно оказался удивлён. Наверное, потому, что до сих пор знал только её светлую, всегда улыбающуюся сторону.

Я люблю Хошимию Хикари.

Сначала меня покорила её внешность, потом — её доброта. Но я почти ничего о ней не знаю. Без сомнений, я понимаю её только по поверхности. И именно поэтому мне хочется узнать её лучше — совершенно искренне подумал я.

* * *

В тот же день на большой перемене я собрал всех в школьной столовой, чтобы обсудить наши планы на летние каникулы. Сначала я думал устроить это в семейном ресторане или в кафе, но после уроков у клубной части нашей компании всё равно не было бы времени. А если уж мы хотим отрываться на каникулах по полной, то и деньги на еду тратить зря не стоит.

Рейта шумно втянул в себя последний глоток бульона из своей удон с какиагэ и наконец заговорил:

— Нацуки прав. Пора уже перейти от разговоров к конкретике.

— Мы ведь про поездку на море, да? — будто только что вспомнив, спросила Ута.

Перед ней стояла большая тарелка рамэна с соевым бульоном, совершенно не соответствовавшая её маленькому росту.

— А у меня денег почти не осталось, — проворчал Тацуя, с бешеной скоростью засовывая в рот ложки карри большой порции.

— Тацу, а если скажешь маме, что едешь в поездку, разве она тебе не даст денег? — предложила Ута.

— Может, и даст немного, но кто её знает. А поехать я хочу, — ответил он.

Как и ожидалось, первая проблема — деньги.

— Не считая Тацуи, у остальных с деньгами всё нормально? — спросил я.

Остальные кивнули.

— У меня кое-что накоплено, — ответил Рейта.

— Я иногда помогаю в нашей лавке, так что у меня тоже всё нормально! — бодро сказала Ута.

— Как и ты, Хайбара-кун, я в последнее время тоже довольно усердно работала, так что, думаю, денег у меня хватит, — сказала Нанасе.

— У меня тоже. Думаю, карманных денег должно хватить, — добавила Хошимия.

Всё примерно так, как мы и предсказывали с Миори. Значит, единственная проблема — Тацуя.

— А во сколько вообще обойдётся поездка? Мы ведь с ночёвкой едем? — спросил Тацуя, заглядывая в кошелёк. Лицо у него было совсем мрачное.

— Смотря куда и где остановимся. Думаю, тридцати тысяч иен на всю поездку должно хватить, — ответил я.

И это ещё при расчёте на дешёвое жильё. Но дорога всё равно сильно ударит по кошельку, потому что, скорее всего, придётся ехать на синкансэне.

— Звучит вполне реалистично, — согласилась Нанасе.

Тацуя нахмурился и низко простонал:

— А я ведь тоже кучу всего хочу с вами сделать...

— Так придумай что-нибудь, чтобы мы все могли поехать вместе! Только представь: лето, пляж! Это же точно будет круто! — с энтузиазмом наседала на него Ута.

Потом у неё вдруг загорелись глаза.

— О, я знаю! Тацу, а почему бы тебе не поработать у нас в лавке на каникулах? Ты ведь раньше иногда помогал!

— А, ну да, было такое, — без особого выражения ответил Тацуя, глядя на неё. — Днём у меня тренировки, так что работать я смогу почти только вечером. Это нормально?

— Ага! Мы как раз ищем нового подработчика, так что тайминг идеальный! Я спрошу у родителей! — ответила Ута с ослепительной улыбкой.

— Тацуе сложно устраиваться на новую работу при таком графике тренировок, так что временная подработка на лето у Уты — отличная идея, — спокойно заметил Рейта. — Неплохо.

— Тацу уже несколько раз у нас работал, так что с опытом — это и нам удобно! — просияла Ута.

И правда, тут и волки сыты, и овцы целы. Похоже, отличное решение всё это время лежало прямо у нас под носом! Такие вещи действительно лучше обсуждать всем вместе...

Но от одной мысли о том, как Ута и Тацуя будут работать бок о бок, у меня внутри что-то неприятно сжалось. Вдруг в памяти всплыла ночь Танабаты. Даже сейчас я слишком ясно помнил ощущение губ Уты на своей щеке.

«Вот что я чувствую».

Тогда я так и не ответил ей ничего. Она сама сказала мне не отвечать — наверное, потому что почувствовала мою растерянность. Получается, сейчас я просто пользуюсь добротой Уты. И я не должен чувствовать ничего такого по поводу того, что она может сблизиться с Тацуей...

Я понял. То, что я сейчас чувствую, — ревность. Я знаю, что она чувствует ко мне, но сам до сих пор не дал ей ответа. И при этом мне не хочется, чтобы она становилась ближе к другим парням.

Но я не имею права так думать.

Я тряхнул головой, отгоняя эти мысли, и переключился, прежде чем снова включиться в разговор.

— В общем, если так, то проблема с деньгами уже почти решена.

— Ну да, только я всё равно не смогу взять так уж много смен, так что мне всё ещё будет тяжело, — пробурчал Тацуя.

— Мне тоже будет непросто. Значит, нужно сделать поездку как можно дешевле, — добавил Рейта.

Разговор на секунду прервался, и он поднял следующую проблему:

— Прежде чем двигаться дальше, нужно сверить расписания. У всех ведь наверняка есть клубы и прочие дела, так что подстраиваться придётся под это.

Тут все достали смартфоны или блокноты и начали проверять свои летние графики. После долгого сопоставления оказалось, что всем нам подходят шестое и седьмое августа. Были ещё отдельные дни, когда все были свободны, но найти ещё и вторые сутки подряд было бы очень сложно.

На Обон у всех и так был перерыв в клубных делах, но большинство собирались ехать к бабушкам и дедушкам. Так что в итоге мы остановились на шестом и седьмом. Для меня ещё и большим плюсом было то, что теперь я знал, в какие дни кто свободен. Я ведь собирался устраивать на каникулах и совместные занятия по домашке. Да и звать кого-нибудь куда-то после этого тоже станет проще.

— Итак, с датами определились. Осталось только... место, — сказал Рейта, слегка нахмурившись, глядя в телефон — видимо, и сам уже искал варианты.

Если бы у кого-то в голове был готовый вариант, я бы с радостью уступил инициативу, но по задумчивым лицам было видно, что ни у кого ничего конкретного нет. Так что я озвучил то, что мы с Миори уже успели прикинуть.

— У меня есть несколько идей. Как насчёт Ниигаты?

Я положил телефон на стол и показал всем сайт со списком пляжей, попутно подробнее рассказывая о каждом варианте. Все наклонились посмотреть, и в итоге мы буквально сбились в кучу вокруг моего телефона. Особенно остро я чувствовал близость Хошимии: её плечо почти вплотную прижималось к моему.

От девушек всегда так приятно пахнет... О-о нет... Если так пойдёт и дальше, у меня сейчас все объяснения из головы вылетят! Я же сейчас в центре обсуждения — надо держаться...

— Вау! Это место выглядит о-очень красиво! — воскликнула Ута.

При этом она странно посмотрела на то, как мы с Хошимией соприкасаемся плечами.

Я сделал вид, что ничего не заметил.

— Д-да. Я вообще-то уже был там раньше. Хорошее место.

— Да, неплохо. К тому же это самый близкий пляж от Гуммы, — сказал Рейта.

Он у нас был чем-то вроде официального голоса разума, и раз уж он одобрил, а остальные не возразили, то мы довольно быстро остановились на варианте номер один, который придумали мы с Миори.

Ута тоже сразу горячо закивала с блестящими глазами.

— Поехали сюда! Там точно будет весело!

— А если выберем это место, у меня ещё есть несколько вариантов, где остановиться. Мне показалось, что будет прикольно снять коттедж, — продолжил я и открыл сайт с вариантами коттеджей, которые мы смотрели с Миори. — Ну как вам? Выглядят они примерно так.

Ута удивлённо наклонила голову:

— Коттедж?

— По сути, это домик, который можно арендовать. Что-то вроде отдельного загородного дома.

Я показал ей фотографию. На ней было деревянное здание, тихо стоящее среди сельской местности у горной дороги. Внутри — кухня, столовая, гостиная и даже просторная терраса. На втором этаже — отдельные комнаты.

— О-о-о! Классно выглядит! — восхищённо сказала она.

— Эй, а на террасе можно будет устроить барбекю. Давайте здесь и остановимся, — сказал Рейта, рассматривая сайт.

Эти слова вызвали особенно бурную реакцию у Тацуи.

— Чего?! Мясо будем жарить? Всё, решено, едем сюда!

— Ты же понимаешь, что если мы снимем коттедж, мясо нужно будет купить самим и жарить тоже самим? — устало заметила Нанасе.

— Ну и что? Разве это не придаёт всему такому... как там... — Тацуя на секунду задумался, а потом с самым серьёзным видом выдал: — Шику, что ли?

— Ах-ха-ха! Тацу использует умные слова! — расхохоталась Ута.

— И что тут смешного?! — выкрикнул он, перекосившись.

Эти двое и правда молодцы, что после всей той неловкости снова вернулись к своему обычному обмену подколами.

— Но разве такое место не будет дорогим? — спросила Нанасе.

К этому вопросу я был готов.

— На самом деле не особо. Вот цена за одну ночь, а если...

Я открыл калькулятор в телефоне и быстро вбил цифры.

— ...разделить на шестерых, получится вот столько. Смотрите.

— О-о-о! — одновременно выдохнули все.

— Разве это не дешевле, чем гостиница в том же районе? — заметил Рейта.

— Да, думаю, дешевле. На первый взгляд кажется дорогим, но мы делим стоимость на шестерых. Если бы людей было больше, вышло бы ещё дешевле. Хотя, если смотреть по размеру, этот коттедж, наверное, максимум на восемь-девять человек, — объяснил я.

В этом варианте можно было устроить барбекю, места тоже было с запасом. Да, еду и ванну пришлось бы организовывать самим, но ради одной ночи это не такая уж большая проблема. После того как я всё это рассказал, реакция у всех оказалась очень положительной.

— Спасибо, Нацу. Ты и правда серьёзно всё продумал, да? — сказала Ута, и выражение её лица вдруг смягчилось.

— Ну, у меня и правда времени больше всех. Просто полазил по туристическим сайтам, — ответил я, пожав плечами.

Тацуя скрестил руки на груди.

— Нацуки, как всегда, выручает. Раз уж такой умник всё так продумал, считай, уже решено.

— Да, план Нацуки и правда выглядит надёжно со всех сторон, — согласился Рейта.

Я тайком выдохнул с облегчением. Значит, не зря мы с Миори сидели допоздна и всё это обдумывали.

— И вообще, если так дешевле, может, ещё кого-нибудь позовём? — предложил Тацуя, у которого деньги всё ещё были больной темой.

— Ага! Чем больше народу, тем веселее! — сразу поддержала его Ута, правда, явно по совершенно другим причинам.

— Логику я понимаю, но разве другим людям не будет немного неловко вдруг вот так влезать в нашу компанию? — серьёзно возразила Нанасе.

— Думаешь? По-моему, с кем угодно из нашего класса было бы нормально, — озадаченно сказала Ута, наклонив голову.

Ну, Ута и правда общается с людьми вне нашей компании и относится к ним так же, как к нам. Впрочем, не только она — все, кроме меня, прекрасно ладят и с другими.

— Может, и так. Но обычно мы всё-таки тусуемся именно своей шестёркой, так что одному человеку со стороны будет немного трудно влиться. Да и у всех обычно уже есть свой круг общения, — жёстко заметил Рейта.

Я придерживался того же мнения, так что поддержал его вопросом:

— А у нас вообще есть кто-то конкретный на примете?

Сейчас ни у кого в голове не было конкретного имени. Было бы здорово, если бы мы могли сразу кого-то назвать, но если нет — значит, не стоит специально тащить кого-то просто ради количества. Не думаю, что человеку было бы приятно, если бы его пригласили просто по остаточному принципу. А моя цель в этом особом летнем событии — повеселиться по максимуму. И даже без того, чтобы насильно звать кого-то ещё, мне кажется, эта поездка и так будет очень классной вшестером.

— Кто-то, кто хорошо ладит со всеми нами и сможет вписаться в нашу атмосферу, если поедет... Хм... — вслух пробормотал Тацуя, будто перечисляя условия.

Как я и думал, никому ничего не приходило в голову — но тут моё предсказание было разрушено.

— Я бы хотела поехать с Миорин и Сери! — заявила Ута.

Миорин — это Миори, а кто такая Сери?

— О, хорошая идея! Они обе со всеми нами хорошо ладят! — тут же согласилась Хошимия.

Меня и раньше беспокоило, что Хошимия до этого почти не подавала голоса, но сейчас в её тоне уже не было и следа мрака. Я даже успел задуматься, не скрывается ли за её молчанием что-то особенное, но, наверное, никакого скрытого смысла там и не было? И ещё — «обе со всеми нами хорошо ладят»? Я вообще никого по имени Сери не знаю!

Рейта мельком посмотрел на меня, а потом с мягкой улыбкой согласился:

— Я тоже за. Если эти двое поедут, точно будет весело.

Даже такой тугодум, как я, понял, зачем он на меня посмотрел. Он хотел, чтобы я тоже поддержал. Я ведь знаю, что Рейте нравится Миори. Наверное, он уже думает, что если она поедет, это будет идеальный шанс с ней сблизиться... Ну, даже если не копать так глубоко, может, он просто хочет с ней потусоваться. Когда он сказал, что будет весело, по голосу совсем не было похоже, что он врёт.

— То есть тогда делить стоимость будем уже на восьмерых? — Тацуя, всё ещё не отпуская тему денег, тут же вбил цифры в калькулятор на телефоне.

Лицо у него расплылось в довольной улыбке.

— О, так уже вообще дёшево. Давайте звать!

Какое же слово подобрать?.. Расчётливый тип... когда дело касается денег, во всяком случае.

— Миори-сан ведь ещё и подруга детства Хайбара-куна, так что это даже идеально, — заметила Нанасе.

Все согласно закивали.

Погодите, а мы не пропускаем сейчас самый главный вопрос?

— Эм... а кто такая Сери? — осторожно спросил я.

Я думал, вопрос самый базовый, но все почему-то моргнули с удивлением. А? Почему все так смотрят, будто ответ очевиден? Это что, просто прозвище? Но никто с таким прозвищем мне на ум не приходит...

— Что? Нацу, ты что, ни разу раньше не тусовался с Сери? — ошарашенно спросила Ута.

Я ещё не успел ответить, как первым вмешался Рейта:

— Кстати, если подумать, Нацуки и правда, наверное, единственный, кто с ней почти не разговаривал... Нет, погоди, по-моему, вы встречались на нашей учебной посиделке в кафе. Хотя, может, почти не говорили.

И тут у меня в голове всё наконец сошлось. А-а-а. Та самая модная блондинка, что сидела напротив Миори!

— А, точно. Миори пару раз о ней рассказывала. Я знаю, что они близки. — Если память не изменяет, её зовут Серика. А, понятно, Ута сократила «Сери» от Серики. — Подождите, вы все друзья с Серикой?

Они переглянулись, и затем ответила Нанасе:

— Она училась в одной средней школе со мной и Хикари.

— А мы с Тацуей ходили с ней в одну начальную школу, — добавил Рейта. — Хотя Ута — в другую.

Понятно... Не ожидал, что у них такая связь.

— А я с Миорин очень близка, так что сейчас много болтаю и с Сери! — добавила Ута.

А-а, вот оно что. Значит, все, кроме меня, и с Серикой, и с Миори уже довольно близки... И если для остальных обе уже друзья, тогда и правда они — идеальный вариант, чтобы позвать.

— Если Нацуки раньше с ней не разговаривал, тогда, может, не стоит звать именно их? — заботливо сказал Рейта, имея в виду меня.

— Да нет... — Я рефлекторно покачал головой.

Рейта хочет, чтобы поехала Миори. Да и сам я считаю, что с ней будет только веселее. Если для этого нужно просто принять в компанию одного человека, с которым я раньше почти не общался, — вообще не проблема! Скорее наоборот, это отличный шанс расширить круг знакомых.

— Всё нормально. Давайте позовём их.

В голове всплыл вчерашний разговор с Миори.

«О-о-о, что это? Ты, что ли, начинаешь нервничать, если меня рядом не будет?»

«Нет, просто мне кажется, было бы веселее, если бы ты тоже поехала».

Когда я сам позвал её, она отказалась, но теперь с появлением Серики у неё будет куда больше причин согласиться. И главное — все сами предложили позвать их обеих, без всякого давления с моей стороны. Наверняка теперь она передумает...

— Если Нацуки-кун не против, тогда давайте спросим их и посмотрим, что скажут. Если откажутся — поедем вшестером, — предложила Хошимия.

— Я напишу им прямо сейчас. Как только ответят, сообщу вам в RINE, — сказал Рейта, подводя итог теме.

Мы ещё какое-то время перекидывались идеями и обсуждали мелочи, когда Хошимия вдруг тихо заговорила:

— Эм... вообще-то я ещё не получила разрешение от папы на эту поездку. — Тон у неё был мрачный, прямо противоположный тому, каким она только что разговаривала. — Я могу и не поехать. Простите.

Похоже, все и так уже об этом догадывались — возможно, слышали что-то от Нанасе. Никто не выглядел удивлённым, но атмосфера сразу ощутимо помрачнела. Я начал судорожно искать, что бы сказать, но первой успела Ута, и её яркий голос тут же переломил настроение.

— Да не переживай, с семьями такое бывает. Хотя я очень надеюсь, что мы всё-таки поедем вместе, Хикарин!

Неожиданно следующим заговорил Тацуя:

— А мы не можем с этим что-нибудь сделать? Будет точно не так весело, если ты не поедешь.

От Тацуи таких слов в адрес Хошимии никто не ожидал. Все переглянулись — похоже, думая одно и то же. Хошимия в шоке моргнула.

— Ч-что? Настолько странно слышать такое именно от меня? — спросил Тацуя.

— Н-нет, вовсе нет! Мне, наоборот, очень приятно это слышать! С-спасибо! — поспешно ответила Хошимия, но было видно, что она совершенно растерялась.

— Хошимия-сан, у тебя буквально на лице написано, что ты в полном замешательстве.

Глядя на её смущённое состояние, Рейта расхохотался, держась за живот.

Тацуя странно покосился на меня, но я и сам не знал, что тут сказать.

— В-в общем, я постараюсь изо всех сил, чтобы тоже поехать! — заявила Хошимия.

— Я тоже сделаю всё, что смогу, и потом всё расскажу. Так что подождите нас ещё немного, хорошо? — сказала Нанасе, поглаживая Хошимию по голове.

Все бодро закивали, и в этот момент как раз прозвенел звонок, сообщая о конце большой перемены.

* * *

Через несколько дней выяснилось, что Миори и Серика охотно согласились на приглашение Рейты. Я до этого для удобства называл Серику просто по имени, но тогда и узнал, что её полное имя — Хондо Серика. Значит, надо обращаться к ней Хондо-сан. Если представится шанс, хотелось бы познакомиться с ней как следует.

Кроме того, с помощью Нанасе Хошимия, похоже, всё-таки сумела уговорить отца. Когда она написала об этом в наш общий чат, я на время смог выдохнуть спокойно.

— Эй!

— Гвех!

Перед утренним классным часом я шёл по коридору, когда кто-то вдруг резко дёрнул меня сзади за ворот рубашки. Так бесцеремонно может хватать только Миори.

— Какого чёрта тебе надо?! — возмутился я.

— Это была твоя идея? — спросила она.

Да не отвечай ты вопросом на вопрос! И вообще, может, сначала хоть немного контекста? Хотя ладно, я и так понял, о чём она.

— Не моя. Это Ута с Рейтой предложили. А потом все остальные тоже поддержали и сказали, что хотят поехать с тобой и твоей подругой. Хотя, как оказалось, ещё и потому, что все дружат с Хондо-сан.

— Серика мне об этом тоже говорила... — признала Миори, хотя полностью убеждённой всё равно не выглядела.

— Но ты же сказала, что сама не против поехать?

— Ну да... Серика загорелась, да и у меня не было причин отказываться.

— Тогда в чём проблема? Я тоже смогу с тобой потусоваться, так что одним выстрелом двух зайцев.

Она выглядела так, будто поездка вызывает у неё смешанные чувства, и это меня искренне сбивало с толку. Всё ещё чем-то недовольная, она зачем-то приподнялась на цыпочки и ущипнула меня за щёку.

— Ай! — взвыл я.

Эй! Если ты будешь делать это посреди коридора, люди решат, что мы встречаемся! На нас уже и так несколько человек косо смотрят.

— В общем, даже если остальные пятеро дружат с Серикой, ты ведь с ней раньше почти не общался, да? — сказала Миори.

— Ну да, но... всё нормально. Разве нельзя просто считать это шансом завести нового друга?

Я сам произнёс это вслух, но логика звучала как-то не совсем по-моему. Да, я изменился, но это не отменяло того, что в глубине души я всё ещё был застенчивым интровертом. Из всей нашей компании друзей друзей у меня наверняка меньше всех. Всё-таки я был слишком труслив, чтобы сам пытаться заводить новые знакомства. Но и запираться навсегда в мире одних и тех же шестерых человек тоже не означало бы приблизиться к той идеальной юности, о которой я мечтал. Мне нужно было набраться смелости и понемногу расширять кругозор.

— Хм.

Миори внимательно посмотрела мне в лицо, потом сказала:

— Ну, раз ты сам не против, тогда и я не против.

И, будто закончив разговор, отвернулась.

— Доброе утро, Миори, — окликнул её чей-то голос.

Мы одновременно обернулись. Вспомнишь солнце — вот и лучик. Это была она. Та самая тема нашего разговора, Хондо-сан, махала нам рукой.

— Привет, Серика. Доброе! — совершенно обычным тоном ответила Миори.

А я-то что должен делать? Мы знаем имена друг друга через Миори, но напрямую раньше почти не говорили. Мне кажется, мы ещё не настолько близки, чтобы просто так здороваться, но при этом мы собираемся ехать вместе. И разве не будет странно, если я, стоя рядом с Миори, вообще ничего не скажу, пока они поздороваются друг с другом? Такие социально-тревожные мысли одна за другой кружились в голове.

И тут Серика посмотрела прямо на меня и сказала:

— Доброе утро, Хайбара-кун.

— Д-доброе утро, — ответил я после секундной заминки.

Совершенно обычный обмен приветствиями. А, ну да. Надо было просто сказать «доброе утро», как нормальный человек... И чего я вообще так растерялся?

Меня охватило какое-то необъяснимое чувство поражения, но Миори и Хондо-сан не обратили на это никакого внимания и тут же начали переговариваться. Потом обе посмотрели на меня.

— Хайбара-кун ведь тоже едет с нами? — спросила Хондо-сан.

— Ага! Он не плохой парень, так что будь с ним поласковее! — ответила за меня Миори.

— Приятно познакомиться, Хайбара-кун, — сказала она.

— Д-да. Мне тоже приятно познакомиться, Хондо-сан, — с жаром кивнул я.

— Ладно, я тогда пойду в класс первой, — спокойно сказала Хондо-сан и ушла в свой кабинет.

Фу-ух... почему я так странно нервничал?!

Увидев, как я с облегчением выдохнул, Миори криво усмехнулась.

— У Серики просто энергии мало. Она всегда такая, так что не парься.

— Правда? Это не просто потому, что утро? — удивился я. Нанасе, например, по утрам тоже выглядела бледной и маложивой, так что я сначала подумал, что с Хондо-сан то же самое.

— Угу. Из-за этого она и может казаться не слишком общительной. Жалко, учитывая, какая она милая, — сказала Миори, надув губы. — Прямо расточительство.

Она, конечно, модно одевается, но при этом совсем не особенно выразительная. Значит, снаружи просто выглядит как общительная галя, а на деле не совсем такая.

— А как думаешь, я смогу с ней подружиться?

— Не переживай. Всё будет нормально. Эта девчонка вообще редко кого-то особенно любит или не любит. И незнакомцев она не стесняется. На вид она может показаться пугающей, но на самом деле довольно спокойная.

— Эм, но я-то как раз плохо лажу с незнакомыми людьми...

— Это уже твоя проблема, с которой тебе самому придётся разбираться. Ты ведь сам сказал, что это твой шанс завести нового друга?

— После того как я поговорил с ней вживую, вся уверенность куда-то резко испарилась...

— Да послушай ты.

Миори устало прижала ладонь ко лбу. Но тут как раз прозвенел звонок на классный час. Мы огляделись и поняли, что в коридоре остались только мы вдвоём.

— Ой, блин! Мне пора! Увидимся позже!

— Ага, пока.

Я посмотрел, как Миори вбегает в свой класс, и открыл дверь в кабинет рядом.

— Опоздал, Нацуки, — сразу же сказал Рейта.

— Разговаривал с Миори насчёт поездки, — объяснил я, садясь на своё место.

И тут же в класс вошёл наш классный руководитель.

— Итак. Летние каникулы начинаются уже завтра, но помните: вы — ученики нашей школы, а значит, должны вести себя соответственно. Кроме того, уверен, вам уже задали немало домашней работы на каникулы, но, если делать её понемногу каждый день, она исчезнет быстрее, чем вам кажется. Не откладывайте на потом. Поняли? Да, это каникулы, но...

Учитель принялся в очередной раз читать нам длинную лекцию о том, что нельзя расслабляться на длинных выходных, но в классе уже начинало подниматься беспокойство. Он долго перечислял правила и запреты, а ученики всё чаще перешёптывались между собой и тихонько посмеивались.

Пока я оглядывал класс, наши взгляды встретились с Хошимией. Она смутилась, тут же отвела глаза, но потом зачем-то ещё раз коротко на меня посмотрела. Беззвучно шевельнула губами: «Не могу дождаться», — а потом слегка улыбнулась.

На пару секунд у меня в голове всё отключилось.

Чего-о?! Что это сейчас было?! Это же слишком мило! Нельзя вот так просто брать и захватывать моё сердце!

Только я кое-как успокоил внутренний хаос, как прозвенел звонок.

— Итак. Ведите себя дисциплинированно! — наш учитель, который успел раз десять повторить одно и то же, наконец закончил свою длиннющую речь.

Как всегда, нотации без конца! У нас же сегодня ещё церемония закрытия триместра, так что потом мы будем слушать и бесконечно длинную речь директора в душном спортзале. Хоть бы на этом классном часу сделал всё покороче, чтобы компенсировать нам страдания!

Стоило классному руководителю уйти, как кабинет тут же снова наполнился громким гулом. Большинство обсуждали летнюю домашку — в основном то, что её слишком много. Но не только это: кто-то говорил, что хочет сходить с друзьями в бассейн, кто-то уже не мог дождаться фейерверка. Кто-то собирался устроить у друга турнир по Smash Bros., кто-то — уехать с семьёй за границу. Кто-то жаловался, что у него клубные занятия каждый день и хотелось бы хоть пару лишних выходных. Жалобы, конечно, тоже звучали, но в целом все были в приподнятом настроении.

В окно лился яркий солнечный свет. Кондиционер работал и вроде бы должен был охлаждать комнату, но я всё равно чувствовал, как кожу припекает жаром. Сегодня был день закрытия первого триместра. По прогнозу, температура снова должна была подняться выше тридцати градусов.

С завтрашнего дня начинались летние каникулы.