Вторая половина летних каникул пролетела в мгновение ока. Мы всей компанией делали домашку, вместе ходили смотреть фейерверки в Маэбаси, я наслаждался временем, проведённым с Нанасе на работе, тусовался с Утой и остальными после их клубных тренировок и много чем ещё. Я даже заходил к Тацуе, чтобы устроить зарубу в Smash Bros. Каждый день был по-своему насыщенным.

Двадцать восьмого августа я получил подарок на день рождения от Уты. Это было простое ожерелье — ничего вычурного. Мне очень понравился его минималистичный дизайн. И стоило оно, наверное, тоже недёшево.

Хошимия написала для меня короткий рассказ. Причём, пока писала, она даже учла мои вкусы и пожелания. Я был в полном восторге уже от одного того, сколько сил она в это вложила, но сама Хошимия, похоже, сочла такой подарок недостаточным и вдобавок подарила мне ещё и домашнее печенье. Оно получилось чуть кривоватым на вид, но я был на седьмом небе уже оттого, что она испекла его специально для меня. Да какая разница, как оно выглядело? Оно было вкусным!

И сам рассказ, который она написала, тоже оказался очень интересным. Для такого отаку, как я, и представить нельзя было большего счастья, чем получить историю, написанную специально для меня одной из моих любимых писательниц.

И вот наконец наступил последний день каникул. В последнее время Миори зачем-то слишком уж часто стала заглядывать ко мне домой. Прямо сейчас она валялась на моей кровати и читала популярную ромком-мангу. Смешно же, да?

— Слушай, Миори. Ты уверена, что сейчас вообще должна вот так бездельничать у меня дома?

— В смысле? Ещё не так уж и поздно, — она подняла на меня пустой взгляд.

Эта девушка вообще хоть о чём-нибудь задумывается? — Я не про время... Я про будущее. Если ты будешь слишком часто здесь торчать, Рейта ведь может всё не так понять. Хотя, конечно, у меня дома очень даже уютно. И к тому же здесь у тебя есть личный мальчик на побегушках — я. Ха-ха-ха.

— А... точно. — Она выглядела немного ошеломлённой. — Тогда я сегодня пойду домой.

Почему-то её спина вдруг показалась мне совсем маленькой.

— Нет, эм, я же не говорю, что тебе больше нельзя сюда приходить. Я просто...

— Я знаю, — перебила меня Миори, не дав договорить. — Ты просто переживаешь за меня, да? И, думаю, ты прав. Мы с Рейтой ещё не встречаемся, но это я веду себя слишком неделикатно... Да и тебе, наверное, тоже мешаю.

Я не смог заставить себя это отрицать. Мне весело рядом с Миори, и я рад, когда она приходит... Но я всё ещё тяну с решением, и было бы невежливо по отношению к тем двоим, если бы я просто сбежал от этого и начал слишком много времени проводить с Миори наедине. С этой точки зрения спорить с ней и правда было трудно.

Я решил не цепляться к этой теме и вместо этого спросил:

— Кстати, а почему вы с ним до сих пор не встречаетесь? По-моему, вам там уже последнего толчка не хватает, чтобы всё стало официально.

Я знаю, что Миори хочет с ним встречаться, да и по Рейте видно, что он ею как минимум заинтересован. Во время поездки они прекрасно ладили и часто подолгу разговаривали вдвоём. Ни один из них не выглядит человеком, который слишком уж неуклюж в романтике, так что, учитывая, насколько они сблизились, странно, что они всё ещё не пара.

Она опустила взгляд.

— Ага... Да. Правда ведь странно?

К нам заглянула какая-то тревожная тишина. Воздух в комнате стал казаться тяжёлым. Неужели я всё это понял неправильно?

— Ладно, я решила. — Миори встала прямо на моей кровати. На лицо вернулась её обычная улыбка, и та удушающая тишина вдруг показалась мне просто иллюзией. — Я признаюсь Рейте-куну. В последнее время я вела себя осторожно, но это совсем не по-моему... Быстренько закончу эту битву и обеспечу себе счастье!

Она подняла кулак к небу, подбадривая саму себя.

— Й-есть!

Глядя на неё, я и сам поднял кулак навстречу.

— Ты справишься, Миори! Я за тебя болею. — Я молюсь за твоё счастье, потому что твоё счастье — это и моё счастье. Настолько ты мне дорога. Спасибо, что всегда была рядом. Надеюсь, твоё желание сбудется.

— Ага. — Она стукнулась кулаком о мой. — Ты тоже уже поскорее решай, понял?

Она улыбалась, но на какую-то долю секунды мне показалось, будто она вот-вот расплачется. Почему?

* * *

Каникулы закончились, и на дворе уже стоял сентябрь. Летняя жара всё никак не хотела отступать, хотя осень уже вступила в свои права. Учёба снова началась, и наши обычные школьные дни вернулись.

— Нацуки, можно тебя на секунду? — Серика остановила меня в коридоре во время обеденного перерыва.

С самым обычным для неё бесстрастным лицом она равнодушно спросила:

— Не хочешь собрать со мной группу?

— Ч-чего?..

Весёлое лето навсегда останется в моём сердце чередой незабываемых воспоминаний. И теперь, когда зелень на деревьях начала понемногу сменяться жёлтым, начиналась новая страница моей юности. Совсем скоро должен был наступить школьный фестиваль — событие, которое, по всем моим исследованиям, считалось едва ли не главным воплощением школьной юности.

— Я серьёзно. Давай изменим этот мир нашей музыкой.