Джулиана Тимберлин подняла взгляд на величественный особняк — настолько огромный, что его можно было бы назвать замком. Она находилась на Аппер-Ривер, престижнейшем районе столицы, где даже для большинства аристократов жилье было «не по карману», и среди всех владений в округе именно поместье принца было самым великолепным и прекрасным. Отсюда открывался завораживающий панорамный вид на реку, пересекающую город, на церковь Хамель и даже на королевский дворец вдалеке.

Графиня Тимберлин полюбовалась листьями, падающими в саду, затем взглянула на парадный вход. 

— Неужели здесь не знают, как встречать важных гостей? — тихо цокнула она языком. Выпрямившись, дама ожидала появления слуги.

Спустя мгновение появилась женщина средних лет с прядями седины в волосах и почтительно поклонилась. 

— Добро пожаловать, миледи, — сказала миссис Бетти. — Ее Высочество ждет вас.

Графиня скривилась. Сняв шляпу, она смерила служанку высокомерным взглядом.

— Ваше приветствие было неправильно с самого начала, — холодно произнесла она. — Так вы обращаетесь ко всем гостям?

Миссис Бетти опустила глаза и промолчала.

Покачав головой, графиня Тимберлин пробормотала: «От и до — одно сплошное безобразие. Всему придется учить». Сказано это было негромко, но достаточно, чтобы услышали все вокруг. 

Миссис Бетти жестом указала на вход, не меняя застывшего выражения лица. 

— Прошу за мной, миледи.

— Я здесь не единственная леди! — мгновенно рявкнула графиня. — Обращайтесь ко мне конкретно: графиня Тимберлин.

— Да, графиня Тимберлин…

— И извинитесь за свою ошибку.

— Да, графиня Тимберлин. Простите меня.

— Теперь ведите. Этому месту нужен нормальный управляющий, — сказала графиня, снова цокнув языком.

Высоко подняв голову, графиня Тимберлин надменно прошествовала в особняк, словно она хозяйка этого дома. Ее глаза быстро скользили по стенам, пока она шла по коридору, и она удовлетворенно кивала. Поместье было великолепным, вполне достойным членa королевской семьи, но уж слишком роскошным для простолюдинки, вознесшейся наверх за одну ночь.

Остановившись перед парой роскошных белых дверей, графиня придала лицу приветливое выражение. Когда двери открылись, открыв ослепительно красивую гостиную, первое, что она заметила, — герцогиню, элегантно сидевшую на своем месте. Графиня присела в реверансе, сияя будто перед родственницей, которой не видела много лет. 

— Ваше Высочество, — с уважением произнесла она.

Оливия ответила на приветствие: 

— Добро пожаловать, графиня Тимберлин.

Когда графиня подошла ближе, Оливия улыбнулась и предложила ей чаю. Но графиня Тимберлин колебалась мгновение, затем покачала головой. 

— Я пришла учить вас, Ваше Величество, а не вести светские беседы. Если вы не против, я бы предпочла пропустить чай.

— Хорошо», — сказала Оливия. — Вы можете идти, миссис Бетти. Спасибо.

— Нет-нет, одну минуту, Ваше Высочество, — быстро вмешалась графиня, окинув взглядом фигуру Оливии. — Почему на вас нет корсета?

— Он причиняет мне слишком сильную боль, поэтому я надеваю его только когда это совершенно необходимо.

— Вот как… Так не пойдет. Когда придет время носить его постоянно, вы просто не выдержите. Благородные дамы начинают носить корсет с того возраста, когда фигура начинает формироваться. Надевают всегда — кроме сна. Прошу, наденьте корсет. 

Оливия хотела бы избежать этой муки, если бы могла, но, наблюдая за окружающими, она знала: в Героде едва ли найдется женщина, которая не носит корсет. Даже служанки в этом поместье ходили в них.

Когда Оливия обреченно кивнула, графиня Тимберлин повернулась к миссис Бетти.

— Принесите корсет Ее Высочества и платье по фигуре. 

Служанка взглянула на Оливию, и графиня недовольно нахмурилась.

Оливия кивнула: 

— Миссис Бетти, пожалуйста, принесите все, что необходимо.

— Слушаюсь, Ваше Высочество.

Когда миссис Бетти вышла, графиня Тимберлин усмехнулась: 

— Ваше Высочество, миссис Бетти — служанка, а не фрейлина.

Герцогиня непонимающе уставилась на нее.

— Вы можете обойтись без «пожалуйста» и «спасибо», — пояснила графиня. — Так слуги осознают свое место. Самое важное, чему вам нужно научиться, — показывать границы своей власти. Вы должны постоянно напоминать каждому, кто стоит ниже вас, что вы выше.

— Я понимаю, графиня. Но Его Высочество тоже относится к слугам с уважением.

Услышав о принце, графиня Тимберлин на мгновение застыла, но тут же сменила тему: 

— Я осмотрела холлы по дороге сюда, и хотя на первый взгляд все выглядит прилично, исправлять предстоит многое. Я считаю, вам следует нанять фрейлину, которая будет присматривать за вами и домом — ради чести и достоинства Вашего Высочества принца Ноа. Я подыщу вам подходящую кандидатуру.

Оливия моргнула, затем улыбнулась. 

— Благодарю за заботу, но вам достаточно лишь сказать, в каких областях нужны улучшения. О фрейлине я подумаю, когда полностью освоюсь здесь.

— Понимаю. Я лишь советую вам для вашего же блага, Ваше Высочество. В этом поместье проблем куда больше, чем вы думаете. Например, оформление этой гостиной вовсе не отражает нынешнюю моду. Эти шторы… Им не меньше полувека.

Графиня нахмурилась, ее серые глаза беспокойно скользили по комнате. 

— Уверена, Его Высочество редко принимал гостей, будучи холостым, но впредь вы будете принимать множество самых разных людей. Эстетика дома столь же важна, как и еда, которую вы им подаете. — Когда Оливия не ответила, графиня добавила: — Немногие способны давать такие советы, но ведь меня выбрала Ее Величество, не так ли? Надеюсь, вы не обиделись.

Оливия неподвижно смотрела на графиню Тимберлин. Когда тишина начала становиться неловкой, появилась миссис Бетти, неся новое платье, а за ней шли две служанки с ширмой.

Графиня поднялась и взяла корсет. 

— Позвольте помочь вам одеться, Ваше Высочество.

— Нет необходимости, — ответила Оливия.

— Для меня будет честью служить вам. 

Тон графини был резким, но слова — мягкими и учтивыми; она изящно улыбнулась. Она лично помогла Оливии снять платье, без колебаний опустившись на колени и наклонившись вперед, чтобы помочь ей.

Прикосновения женщины были нежными… но не тогда, когда пришло время затягивать корсет. «Хоп!» — глаза Оливии распахнулись от внезапного давления на грудь и живот.

— Он слишком тугой, графиня, — выдохнула она. — Пожалуйста, ослабьте немного. Я привыкну постепенно.

— Я обучила бесчисленное множество леди, Ваше Высочество. Поверьте мне. Сейчас вам это кажется невыносимым, но через неделю вы привыкнете. От корсета еще никто не умирал, — заверила она. Затем она помогла Оливии надеть розовое платье, которое принесли служанки. Застегивая ряд пуговиц на спине, графиня с легким смешком сказала: — Видите, Ваше Высочество? Фигура полностью изменилась. Вы прекрасны.

После того как она втиснула Оливию в корсет и платье, графиня заставила ее надеть туфли на высоком каблуке. 

— Чем выше каблук, тем стройнее ноги и ровнее спина. Вы должны излучать достоинство своей осанкой — только так народ будет доверять вам и следовать за вами. Поскольку вы не особенно высоки, я советую носить каблуки даже дома.

Графиня Тимберлин уложила волосы Оливии и даже сделала ей макияж. Когда молодая женщина была полностью наряжена, графиня улыбнулась. 

— Ах, как прекрасно. Чем выше ранг, тем важнее не показываться людям без должного вида. Вы должны сохранять эту презентабельность всегда, Ваше Высочество. О, но… — Она замолчала, затем спросила: — Вы сами выбрали это платье? 

Она прекрасно знала, что это едва ли так: у Оливии не было родственников, которые могли бы выбирать наряды, значит, это сделал кто-то из прислуги — или представитель бутика.

Когда герцогиня, как и ожидалось, не смогла ответить, графиня улыбнулась и тут же раскритиковала наряд: 

— Отныне наряды буду выбирать я. Маркиза Летиум — моя невестка. Ее считают образцом модного вкуса, но все ее платья выбираю я.

— Понятно, — сказала Оливия.

— Итак… — Графиня Тимберлин нахмурилась, окинув взглядом тело Оливии сверху донизу и по кругу. Затем скривилась, словно не знала, с чего начать. — Давайте начнем с вашей осанки, — мягко сказала она.

Графиня Тимберлин гоняла Оливию весь день без передышки.

— Поднимите плечи чуть-чуть. Нет, нет, слишком высоко. Ах, Боже. Это не значит, что можно сутулиться, Ваше Высочество.

— Смотрите прямо перед собой. Ваши плечи все время двигаются, когда вы идете. Я, кажется, говорила вам так не делать.

— У вас мизинец двигается, когда вы поднимаете чайную чашку. Понимаю, привычка задирать, но держите его прижатым. Нет, вы ставите чашку на блюдце слишком громко. Попробуйте еще раз. Еще. Еще.

— Привычки трудно менять, — виновато сказала Оливия.

— Еще раз, Ваше Высочество.

Графиня приехала в десять утра и уехала лишь чуть позже четырех, все это время комментируя каждый, даже самый мелкий жест Оливии.

— Ах, Господи, — вздохнула она, когда пришло время уходить. — Ваше Высочество, пожалуйста, отрабатывайте походку и осанку даже в мое отсутствие. Я также приготовила для вас вот это. Здесь собрана информация обо всех аристократах столицы. Это необходимо для вашей жизни в высшем свете, так что выучите как можно скорее. — Графиня вложила в обессиленные руки Оливии биографический словарь с именами и личными сведениями каждого представителя знати. Затем она изящно отвернулась, но немедленно покидать поместье не стала.

— Боже милостивый, что это за сад? Люстры отполированы? Когда шили эти шторы? Они такие ветхие, что на них больно смотреть. Даже деревенщина такую рухлядь у себя не повесила бы. И это — дом, в котором живет Его Высочество… Хотя неудивительно, если учесть, что здешний персонал, по всей видимости, не имеет ни малейшего представления о приличиях, — продолжала графиня. — А Его Высочество, вероятно, слишком занят, чтобы уделять внимание всем этим мелочам сам. — Уходя, она не упустила ни секунды, чтобы указать на любую найденную ею недостачу — досталось даже мисс Бетти, сопровождавшей ее к выходу

Лишь когда графиня наконец взобралась в карету и скрылась, слуги вышли из укрытий и тяжело вздохнули.

— Она будто специально пришла искать к чему бы прицепиться

— Ага.

— И ведь теперь будет приходить каждый день. Что же нам делать…

Их тихие, невеселые ропоты разлетелись в бодрящем осеннем воздухе.