“Хейцзин, разве мы теперь не партнёры? Тебе следует начать тренироваться вместе со мной. Мне нужно приспособить тебя в свои тактики.” Смазливый мальчик пресмыкался в мольбах перед тигрёнком, свернувшимся калачиком возле его ног и, очевидно, игнорирующим его.

Лин Ци неловко прокашлялась. “Привет, Хань Цзянь. Я… помешала?”

Хань Цзянь моргнул и поднял свою голову, его руки покоились на его коленях.

“Ах, Лин Ци, нет, всё в порядке. Я просто пытаюсь заставить этого лодыря работать в паре со мной”, - произнёс он с нотками разочарования.

“Мне уже пришлось тащить его сюда, и сейчас…” Хань Цзянь остановился, когда тигрёнок встал -всё ещё игнорируя мальчика- и подошёл к Лин Ци.

Лин Ци с любопытством смотрела на тигрёнка, остановившемся возле её ног и одарившем её взглядом, полным высокомерия и присущем только кошачьим. Тигрёнок сначала смерил её пристальным взглядом, а затем снова уселся, и предварительно расчесов лапой ухо, принялся обхаживать его.

‘Теперь ты можешь погладить меня, самка.’

Лин Ци вздрогнула, когда полный высокомерия юношеский голос раздался эхом в её голове. Уже имея опыт “общения” с Цуй, она не сильно удивилась, когда тигрёнок заговорил с ней, но вот то, насколько чистым был его голос, сильно её удивило. Возможно, всё дело в том, что она была близка к царству Жёлтой Души, к тому же она освоила четвёртую стадию Серебряной Души?

“Ради чего мне это делать? Разве ты не доставляешь Хань Цзяню неприятности?” Даже зная, что духовный зверь её понимает, она чувствовала себя невероятно глупо, разговаривая с животным.

Хейцзинь озадаченно взглянул на неё.

‘Погладь меня. Бездельник тут не причём.’

Маленький котёнок, безусловно, был очень требователен.

“Извини”, - произнёс Хань Цзянь, посылая своему “кузену” неодобрительный взгляд.

“Дома его и других тигрят всегда очень баловали…”

‘Бездельник просто завидует, он просто хочет себе такой же шелковистый мех как у меня, ведь все так и норовят его погладить’, - надменно перебил его детёныш.

Теперь, погладь меня, Холодное Ушко. Это - горячее.’

Лин Ци поджала губы, пытаясь не засмеяться над выражением лица Хань Цзяня, тем не менее пыталась грозно смотреть вниз, прямо на тигрёнка.

“Если я поглажу тебя, ты послушаешься Хань Цзяня?” - спросила Лин Ци.

Казалось, ей стоило быть более раздражённой надменным поведением тигрёнка, но у неё не получалось пробудить в себе эти эмоции. В конце концов, перед ней был лишь маленький котёнок.

У Лин Ци сложилось впечатление, что тигрёнок дуется на неё несмотря на то, что количество эмоций, которых тигрёнок мог изобразить на своём лице, было строго ограничено.

‘... Это приемлемо’, - ответил он, преисполненный большим достоинством.

Она вздохнула и присела, дабы почесать тигрёнка за ухом. Мех Хейцзина, действительно, был очень мягким и шелковистым, тигрёнок легонько прижался к её руке, как только она его приласкала.

Хань Цзянь небрежно поправил свои волосы, проведя своей ладонью по всей площади головы.

“Спасибо”, - произнёс он, одарив Лин Ци взглядом, прежде чем переключился на Хейцзина.

“Теперь, слушай. Я понимаю, что ты действительно меня не уважаешь, но так не может продолжаться и дальше. Мне нужно, чтобы ты работал вместе со мной. Ты действительно просто хочешь лениво валяться днями напролёт, а не стремиться к силе?”

‘Такой лодырь, как ты, не имеет права произносить подобное’, - выплюнул тигрёнок, презрительно глядя на него из-под руки Лин Ци.

‘Почему же ты не изрекал таких речей, когда впустую растрачивал время, несмотря на наставления наших отцов?’

Лин Ци почувствовала себя некомфортно, когда брови Хань Цзяня хмуро скрестились.

“... Да, я утратил пару возможностей”, - ответил он уклончиво. Лин Ци заметила как Хань Цзянь украдкой на неё поглядывал.

“Но, разве я, только что, не изъявил желание измениться? Как я могу наверстать упущенное если ты не даёшь мне даже и шанса попробовать? Я отвечаю за людей, которые меня окружают: Сюлань, Фань, Юй и не только они, есть ещё те, кто ждёт меня дома. Мне нужна твоя помощь.”

Лин Ци не до конца понимала, что ей следует чувствовать от того, что её не включили в этот список, поэтому решила сосредоточиться на ощущении мягкой шёрстки Хейцзина.

Хейцзин тоже не спешил отвечать, вместо этого он поближе прижался к её руке.

‘Полагаю, такой образ жизни мне порядком наскучил. Что ж, хорошо. Я одарю тебя своим содействием’, - властно ответил он.

‘Кроме того, я не вправе лишать других своего великолепия.’

Ладонь Хань Цзяня опустилась прямо на его лицо, он ещё раз взглянул на тигрёнка взглядом полным разочарования, и перевёл свою внимание на Лин Ци.

“Прошу прощения за то, что ты стала свидетельницей этой сцены, но я благодарен тебе за возможность с ним поговорить.”

“Ничего сложного”, - неловко ответила Лин Ци.

“Значит… могу я обратиться к тебе с просьбой?”

Хань Цзянь слегка кивнул.

“Думаю, я у тебя в долгу, продолжай”, - произнёс он, жестом призывая её продолжить, в то же время Хейцзинь слегка прильнул к её руке, дабы напомнить о себе.

“ Я надеюсь, я смогу иногда приводить на тренировки парочку моих друзей — Су Лин и Ли Суин. Нам всем не помешает немного поработать над ю боевыми навыками”, - слегка приуменьшила она… или не слегка, если рассматривать навыки Ли Суин.

“Хорошо, я не против, чтобы вы использовали тренировочное поле. Но я полагаю, ты имеешь в виду тренировки вместе со всеми”, - лицо Хань Цзяня искривилось в гримасе, а его рука переместилась на затылок и стала слегка его почёсывать, как он обычно это делал, когда задумывался.

“Позволь мне обсудить это с ребятами. Дай мне два или три дня, хорошо?”

“Конечно”, - ответила Лин Ци, в последний раз почесав Хейцзина за ушком, раздался звук перемещения сквозь барьер и остальные ступили на тренировочное поле. Настало время тренировки.

Находится в центре внимания немного нервировало Лин Ци. Взгляды Хань Цзяня и Хань Фань выражали любопытство, Гу Сюлань смотрела с холодным интересом, а Фень Юй своим суровым выражением лица выражал свою неприязнь к ней.

“Итак, первое искусство состоит в том…” нервно продолжила Лин Ци, беря в руки флейту.

“Я думаю, можно сказать, что его действие заключается в контроле территории? Искусство влияет на чувства людей и делает меня труднодоступной для атак. Параллельно ему я могу использовать и другие свои техники, но подобное исполнение изматывает меня сильнее.”

Хань Цзянь задумчиво хмыкнул, любопытно взглянув на флейту. “Не стоит изматывать себя. Фань, хочешь попробовать задеть её?”

Лысый мальчик дружелюбно кивнул, сделал шаг вперёд и немного поправил бинты на своих кистях. Остальные отступили и он встал в нейтральную стойку, прикрыв себя кулаками.

Лин Ци оценила его, благодаря урокам Старейшины Чжоу она смогла уловить нюансы его стойки. Она была ориентирована на защиту, но она не ограничивала его возможность атаковать, если появится такая возможность. Лин Ци сдержала самокритичный смешок и подняла флейту. Понимание таких нюансов привносило в её голову странные чувства.

Как только на тренировочном поле раздалась первая нота Мелодии Забытой Долины, преисполненная меланхолией. В считанные мгновения поле вокруг них наполнилось атмосферой пасмурного, весеннего утра, светлый туман распространился повсюду и поглотил из обоих. Хань Фань сконцентрировался, когда ощутил как клубы тумана кружат над ним. Лин Ци стала кружить вокруг него, продолжая играть мелодию, прищуренный взгляд Хань Фаня слегка поколебался прежде чем последовать за ней.

С осторожностью, он начала приближаться к Лин Ци, стремительно сокращая расстояние между ними. Слабый раскат грома прозвучал в её ушах в тот момент, как с его головы затылка поднялась дымка мерцающего теплого воздуха, разгоняя леденящий туман. В тот момент, как он встал в атакующую стойку и сделал выпад, она уже была готова.

Холодная и тёмная ци заструилась по меридианам в её ногах, присутствие Лин Ци размылось и она плавно уклонилась от первого удара и также плавно уклонилась от второго, она грациозно уклонялась от его ударов и параллельно этому, почти без запинок играла на флейте. Уклонившись от третьего удара, она ушла в сторону, стремительно разорвав дистанцию, она оказалась вне досягаемости его кулаков, во время её танца, конечности Лин Ци расплывались, вьющиеся тени следовали за подолом её платья.

И в тот момент, как Хань Фань повернулся к ней, стремясь сократить расстояние между ними, она начал исполнять вторую технику Мелодии Забытой Долины. Туман потемнел и утолщился. Хань Фань вздрогнул туман, стремительно меняющий свою форму, отвлёк его внимание и позволил Лин Ци ещё больше разорвать с ним дистанцию, растворившись в полумраке, созданным туманом. Эхо её песни, казалось, раздавалось со всех, едва ли указывая на её местоположение.

И всё же, Лин Ци обнаружила себя загнанной в тупик. Хань Фань осторожно продвигался сквозь её туман, он не знал где она находится, но и у неё было не так много возможностей для атаки, если она хотела поддерживать туман. В реальном бою это стало бы проблемой, но в простом демонстрационном спарринге…

Только её песня прекратилась, как Хань Фань принял оборонительную стойку. Но этого не хватило, и тренировочный нож ударил его прямо между лопаток.

“Раунд за мной”, - нахально произнесла Лин Ци в тот момент, как туман вокруг неё рассеялся, раскрывая её позицию.

Хань Фань печально усмехнулся и опустился, поднимая её нож с земли. Он дружески ей поклонился, когда она подошла, чтобы забрать нож.

“Видимо, тебе стоит изучить искусство восприятия, Фантазий”, - голос Хань Цзяня донёсся из-за пределов, уже ясной, поляны.

“Хорошее искусство”, - добавил он комплимент для Лин Ци

Лин Ци улыбнулась и в животе у неё запорхали бабочки. Фэн Юй, конечно, до сих пор сверлил её сердитым взглядом, но Хань Цзянь и Гу Сюлань выглядели достаточно впечатлёнными.

“Стоит ли мне добавить немного силы в это уравнение?” - тихо спросила Гу Сюлань, поглядывая на Хань Цзяня.

“Если Лин Ци готова к полноценному поединку”, - согласился Хань Цзянь.

Гу Сюлань сразу же подошла, как только Лин Ци решительно кивнула, слегка жестокая улыбка расцвела на её губах.

Лин Ци даже немного посочувствовала мальчикам.