― Я?

«Мне казалось, что свечусь от счастья».

― Вы выглядите так, словно сейчас заплачите.

― Ох…

И только тогда Элисса поняла, что ошибалась в своих чувствах: ей было горестно. Никто не рад ей. Она жалела саму себя, желая сделать все, чтобы купить благосклонность.

«Нет, Элисса, ― она упрекнула себя. ― Точно. Думай о том, что сделали Эйвери семье Кэмбридж».

В ответ на слова Саши Элисса качнула головой.

― Я вот-вот встречусь с погибшим героем Империи. Я и должна быть грустной. Кроме того, он мог стать моим мужем…

С грустным выражением лица Саша подвязала шляпку Элиссы бантом.

― Вы даже не знали его лица.

― Ты не права, ― в широко открытых глаза читалось отрицание.

― Все, что вы видели, было вырезками из газет…

― И все же я знаю как он выглядел.

Легкий смешок Элиссы скорее только укоренил сожаления Саши.

― Хорошей поездки, госпожа. Пожалуйста, расскажите потом как все прошло.

Элисса кивнула.

Ей придется стоять за территорией захоронений и ждать Офелию и Джулиану. Это будет маленький старт для Элиссы ― стать частью Кэмбриджей.

Возможно, это преждевременные ожидания.

― Вы готовы.

Элисса покинула свои покои с мрачным выражением. На первом этаже Джулиана и Офелия, стоявшие в тревожном ожидании, поприветствовали ее.

― Элисса!..

― Я прошу прощений, матушка. Видимо, я припозднилась.

Элисса быстро спустилась по лестнице.

― Нет. Мы поторопились от нетерпения.

Джулиана схватила руку Элиссы. Ей казалось странным ощущать чью-то рук поверх своей. Она была первой за долгое время, кто держал девушку так. Теплота ладошек почти заставила ее расплакаться. Элисса поморщила свой носик и аккуратно сложила руки вместе.

Джулиана была удивлена, но вскоре возбуждение от предстоящей встречи с Кендриком возобладало над ней, и она потянула Элиссу за собой.

«Я была права…» ― это было только начало. Если сближаться с ними шаг за шагом, придет день, когда они примут ее в семью.

* * *

Приехав к императорской усыпальнице, они нетерпеливо вышли из кареты, едва сохраняя свою гордость.

Элисса, Офелия и Джулиана должны были пройти довольно большое расстояние до ворот, так как экипажу нельзя заезжать на территорию королевской семьи.

Вот и показалось самое сокровенное и дальнее кладбище.

Офелия и Джулана не стали ждать, словно помня то, что они видели на похоронах. В противоположность их быстрым шагам Элисса остановилась. Как и было обещано, она будет ждать Офелию и Джулиану у входа.

Вдалеке она видела как упали их фигуры.

Вместе с ними сердце Элиссы ухнуло вниз. Она закрыла рот трясущейся рукой.

― Кендрик! Мой малыш… Мой мальчик…. Почему ты здесь… Почему ты лежишь здесь… в этом холодном месте! ― раздались горькие крики Джулианы. Послышались прерывистые всхлипы. Даже сам процесс вдоха и выдоха был сложен, она стучала себя по груди.

Наблюдавшая за этим Элисса, чувствуя угрызения совести, попятилась.

Джулиана притворялась, что с ней все хорошо, но это совсем не так. Помимо Кендрика, у нее были Офелия и Седрик, поэтому она должна была носить маску. Ради своих детей она сдерживала слезы и улыбалась.

«Я только сейчас это поняла», ― Элисса никогда не видела такие безрассудные чувства. У нее дрожали губы.

С самого детства она росла словно кукла под контролем королевы.

Это были дни наполненные холодом и безразличием.

Жизнь в равнодушии, где нельзя почувствовать ни любовь, ни дружбу, ни счастье, ни даже грусть, боль или отчаяние…

Этих эмоции она никогда толком и не знала. Все, что было ей знакомо, ― это легкая радость и грусть. Другие чувства были подавлены под принудительным образованием королевы.

Ее губы опухли.

Если бы Саша была с ней, она бы поддержала Элиссу. Но рядом никого не было.

Только плач доносился до нее:

― У-у-у-у-у… Брат… Брат! Поговори со мной!

После горестных криков Джулианы голос Офелии ударил по ушам Элиссы.

Ее сердце бешено колотилось.

«Я, я…» ― она сглотнула слюну. Снова судьба казалось издевалась над ней. События были слишком тяжелы для маленького мирка Элиссы. И это было грехом Эйвери.