В последующих записях клановой хроники упоминаний о Длинном Бессмертном осталось мало. Казалось, с того момента, как он перестал исцелять, никто больше не хотел заносить его имя в летописи. Стоит человеческому вниманию переключиться, вернуть его бывает крайне сложно.

А Тоу захлопнула книгу и вздохнула. Дальше страницы были пусты, и оставалось неясным, чем же была та огромная чёрная тень, которую они видели недавно. Зато теперь стало известно главное: всё началось именно здесь и связано с человеком по имени Длинный Бессмертный.

— Как думаешь, чем всё это кончится? — спросила Лян Янь-Янь.

А Тоу опешила:

— Что?

Она была ещё не в том возрасте, чтобы с ходу пускаться в пространные философские рассуждения, поэтому вопрос застал её врасплох.

— Я про историю с Длинным Бессмертным.

А Тоу задумалась. Останется ли он хорошим человеком? Большинство людей, пройдя через такое, озлобились бы или просто повзрослели. Ведь стать Буддой, по сути, означает научиться видеть мир без прикрас, но при этом сохранять мягкость и доброту в сердце.

Стать злодеем или стать взрослым — и то, и другое противоречит тому, чему нас учат сказки. Но ведь сказки пишут взрослые. Может быть, в этом кроется какой-то заговор или попытка сбежать от реальности?

— Надеюсь, он найдёт способ примириться с самим собой. Каким бы ни был этот способ, если у него получится, я буду за него рада.

— Почему? Ведь с того момента он мог погубить множество людей, пусть и ненамеренно. Он мог даже стать злым, превратиться в демона.

«Но ведь та чёрная тень только что кого-то спасла. Как же так? — размышляла А Тоу. — Хэй Яньцзин говорил, что это жутко опасно. Если тень — призрак Длинного Бессмертного, разве она не должна только вредить? Что же на самом деле произошло?»

— А как же всё то добро, которое он совершил раньше? Разве оно не считается? — спросила А Тоу. — Почему люди не смотрят на картину целиком? Если следовать этой логике, можно всю жизнь творить зло, а перед смертью сделать одно доброе дело, и все решат, что тебя можно простить?

Сказав это, А Тоу сама удивилась. Она не обдумывала эти слова, они вырвались сами собой.

***

— Вот и говорят: «Брось мясницкий нож — и станешь Буддой». Существа трёхмерного мира не придают значения прошлому, они ценят будущее, так как оно напрямую связано с их интересами. Прошлое уже минуло. Четырёхмерные существа так бы не рассуждали. Для них добро и зло — как кусок яблочного пирога, который начал портиться. Им с одного взгляда ясно: вот здесь гниль, а вот этот кусок ещё можно есть, — произнёс Пань Бода. Он ел яблоко, пока Длинный Бессмертный лежал на больничной койке.

Се Юйчэнь лежал рядом с Длинным Бессмертным и наблюдал за происходящим. Длинный Бессмертный заговорил с чаошаньским акцентом, обращаясь к Пань Бода:

— Есть какие-то результаты? Что со мной не так? Почему я способен на такие вещи?

— Я проверил твою кровь и костный мозг — никаких отличий от обычного человека. Но твой мозг устроен иначе, — Пань Бода достал рентгеновский снимок и протянул его Длинному Бессмертному.

— В твоём мозгу, под лобной долей, есть четыре опухоли. Они уже перестали расти, но сильно давят на мозг, сжимая его центральную часть. Одна из опухолей огромна, она занимает почти четверть объёма черепной коробки. Обычный человек на твоём месте давно бы умер, но твой мозг продолжает функционировать, — пояснил Пань Бода. — В истории Китая зафиксировано всего два подобных случая. Обладатели такого мозга живут невероятно долго, но расплачиваются за это памятью.