После встречи с ним слово «смерть» было произнесено дважды.

Ресницы Анны слегка задрожали, когда она вдруг вспомнила, что в этом мире существуют мужчины с садистскими наклонностями в постели. «Кто-то умер в первую ночь их свадьбы», ‑ говорили слухи, но она думала, что все это ложь и преувеличение… Сегодняшним вечером внезапная волна страха накрыла ее, когда она подумала, что главным героем этих слухов был… он.

Заметив, что Анна на мгновение погрузилась в свои мысли, рука Великого герцога с сокрушительной силой сжала ее грудь. Ему показалось, что этого недостаточно, поэтому он пощипал и потер ее соски. Талия Анны дернулась и подпрыгнула.

‑ Аахххх! Угх…

Вопреки ее крикам, Великий герцог держал грудь девушки в своей руке и дразнил ее, скользя кончиком языка по ее ключице. От этого странного ощущения по коже побежали мурашки. Небольшая дрожь прошла по телу от столь чувственного прикосновения, что девушка могла почувствовать бугорки на его влажном языке.

‑ Мгх… Хаа… Ваша… Ваша Светлость…

Слезные стоны Анны становились все более и более влажными. Каждый раз, когда ее кожу кусали, острое ощущение начинало проникать в ее тело, которое до этого было наполнено лишь болью. Когда щекотливое чувство пробежало по позвоночнику, Анна вздрогнула, будто в припадке, а затем несколько раз повторно напряглась.

Великий герцог схватил ее груди, лихорадочно проводя языком по соскам, которые начали твердеть. Серебряная нить протянулась вдоль его губ и ее блестящих сосков.

Она почувствовала облегчение, когда Великий герцог на мгновение остановился, но Анна обнаружила темно-красную плоть и перестала дышать. Его стоячий агрегат с выступающими венами имел такой грубый вид, какого она никогда в жизни не видела.

‑ Он… не… войдет.

‑ Что ж, мы увидим, как только попробуем.

Сказал он, будто не имея представления о ее обстоятельствах. С тупой головки капала мутная жидкость, словно он жаждал восхитительного женского тела перед ним.

Раздвинув ее стройные бедра, Великий герцог начал тереться головкой своего члена о розовые щели. Возникло приятное ощущение тепла, когда жидкость, образовавшаяся на кончике его головки, была распределена, и он осторожно провел ею (головкой) от отверстия к вершине.

‑ Я лишь пососал твою грудь, так почему ты уже мокрая?

‑ Этого… не может… быть… ахх…

Лицо Анны покраснело, когда она осознала, что ее нижняя часть тела стала влажной. Всякий раз, когда обжигающий жар охватывал девушку, чувствительный бугорок был пойман, и ощущения от интенсивной стимуляции пронизывали ее с головы до ног.

‑ Ты думаешь, я вру? Каждый раз, когда я тру тебя своим членом, из тебя вытекает жидкость…

Он потер им по всей длине, вверх и вниз, вдоль расщелины из мягкой плоти.

Когда головка терлась о слегка влажные половые губы, непристойные звуки доносились до уха девушки. Шуршащий звук трения и текстура кожи, о которую трутся… Анна прикусила губу от стыда из-за эротических ощущения, которые она испытывала, даже если не могла видеть этого своими глазами.

‑ Дырка выглядит вполне пригодной для использования, но каковой она будет на вкус…

Но отверстие, в которое раньше никто не проникал, было слишком узким, и оно отказывалось впускать мужчину внутрь. Напряженная головка продолжала отскакивать еще до того, как он успевал должным образом ввести всю свою длину в ее плоть.

Великий герцог, который собирался с силой воткнуть свой половой орган прямо в нее, выглядел раздраженным. Пока он молча смотрел на подрагивающее влагалище, один уголок его рта приподнялся.

‑ Я не могу этого сделать… Это наша первая совместная ночь, так что я буду обращаться с тобой, как подобает настоящему мужу. Будет легче, если ты в определенной мере намокнешь.

Холодно пробормотал он, засовывая толстый палец в темно-красное отверстие. Тело Анны напряглось, и она издала стон.

‑ Ааах…

Великий герцог, который крепко сжимал ее запястья, пока она пыталась вытащить инородный предмет из своего тела, безжалостно шевелил своими пальцами внутри ее влагалища. Каждый раз, когда они двигались, звучало непристойное хлюпанье, слышимое сквозь утонченные всхлипывания.

‑ Поблагодари меня за то, что я пытаюсь быть твоим мужем.

‑ Хахх… Аххх… Ик…

Когда пальцы входили и выходили из нее, словно впиваясь в ее плоть, ее попка затрепетала, и Анна всхлипнула. Чем больше она сопротивлялась хватке на своем запястье, тем больше Великий герцог мстительно вводил в нее пальцев и гладил ее внутри.

‑ Угх… Ха, ахх.

Дыхание Анны постепенно замедлилось. Всякий раз, как пальцы, трущие ее изнутри, выходили наружу, раздавался водянистый звук. Вязкая жидкость капала на пол, не способная намочить ладони мужчины при такой скорости движения рук.

Смотря на отверстие, мокрое от любовных соков, глаза Великого герцога наполнились животной похотью. В тот же миг что-то твердое коснулось интимного местечка, где совсем недавно входили и выходили толстые пальцы. Полузакрытые глаза Анны тут же расширились.

‑ Этого должно быть достаточно, чтобы принять мой член…

‑ Пожалуйста… Прошу, подождите…

‑ Я еще даже толком не начал.

Он холодно улыбнулся, слегка усмиряя Анну, которая снова начала сопротивляться.

В тот момент, когда их взгляды на мгновение переплелись, большой кусок плоти прорезался сквозь узкое отверстие и безжалостно проник в ее тело.

‑ Ууугх…! Хаааах!

В воздухе раздались стоны. Ощущение того, что ее влагалище раскалывается от огромной толщины, было ужасающим.

‑ Я еще и на половину не вошел, а ты делаешь из мухи слона. Я могу вынуть его, если хочешь…