Девушки были рады увидеть, что я победил ассасина, попытавшегося вытурить меня из этого мира демоническим поединком. На самом деле, у неё был неплохой план – как для информации, которой она располагала. К примеру, вампир в какой-нибудь другой игре может притвориться, будто имеет серьёзные проблемы с чесноком. То есть делаешь вид, будто обладаешь некой слабостью, а когда встречаешься с ней, то "чудом" превосходишь. И если сделать всё правильно, никто и не узнает, что единственная твоя проблема с чесноком – это то, что его слишком мало кладут в еду в "итальянской" забегаловке, которой заправляет латиноамериканец из Северной Дакоты.
Я точно конкретно этим приёмом в какой-нибудь другой игре не пользовался. Честно-честно.
В общем, увеличив число беспомощных, обрюхаченных мной женщин в мире, я с остальным двинулся дальше, направляясь в третье подземелье из всех, которые нам нужно посетить перед Амиасталасом. Пару дней спустя мы наткнулись на группу дроу, что стало неплохой переменой. Вела их рейнджер; имеет смысл в пустошах Подземелья. Скорее всего, те охотились на монстров и других типов, которых можно использовать на рынке рабом Амиасталаса. Мне довелось провести оживлённую горизонтальную дискуссию с их лидером, в результате которой к нам в руки попало рекомендательное письмо к владелице рынка рабов, которое в будущем может оказаться полезным.
Спустя пару дней мы пришли к своего рода храму, хотя скорее к руинам оного, давным-давно забытые в этих древних пещерах. Теперь здесь обитают гоблины, которым позволили остаться только из-за их пользы в качестве пушечного мяса, но они не суются к храму и святилищу перед ним. Было бы неприятно заново проходить весь путь от Хэв-Дорей, если бы мне пришлось открыть портал, чтобы сбежать от какого-нибудь неубиваемого монстра.
Сам храм напоминал собой греческий пантеон, разве что сделан был из чёрного камня, напоминающего обсидиан, с вкраплениями мифрила и золота, создающими контраст с гравюрами и статуями. И вместо мудрой Афины, держащей Эгиду и улыбающейся умному Одиссею, этот храм был посвящён Киарансали, Леди Смерти, Мстительной Банши, в пантеоне дроу правящей мёртвыми и нежитью; за её слугами открывалась охота последователями Королевы Пауков, стоит им слишком высоко задрать нос. И потому не удивительно, что печать мы нашли за алтарём в конце коридора, открывающей путь к месту, где располагались крипты.
В подземелье мы почти сразу столкнулись с одной проблемой: место было серьёзно заражено Скверной. Потому Делла с Нитроэль тут же наложили на всех, кроме Камлы, защиту. Увы, именно тогда мы узнали о второй проблеме в этом подземелье: само по себе место находилось под влиянием Осквернения, снижающей эффективность святых заклинаний на 25%, растягивая их каст на 25%, повышая откат на 25% и стоимость в ОМ так же на 25%. Когда заберёмся глубже, этот эффект станет той ещё занозой.
Я со вздохом посмотрел на группу: "Что ж, ничего, с чем бы нам не доводилось иметь дело прежде. Нежить будет проблемой – её точно будет немало. Ничему нельзя доверять. Скорее всего, любая найденная здесь экипировка окажется испорченной и совершенно непригодной для использования, но кто знает? Все готовы? Вперёд".
Подземелья с нежитью не дарят радостных ощущений, особенно в таких вот "подземно-криптовых" хреновинах. Хорошо хоть нам удалось без особых хлопот расправиться с первыми зомби и скелетами. Плохо, что те были слабаками, чьё единственное назначение – проверить нас.
---
Кат-марен
Мужчина нежить
80 уровня
---
Внутри огромной комнаты в конце первого этажа мы наткнулись на группу из трёх... зомби, наверное? В общем, вид у троих был такой, будто эльфов освежевали заживо. Из них всё время вытекала кровь; когда та соприкасалась с чем-либо, то тут же раздавалось шипение. Просто замечательно, кислотная кровь. Когда ближайший из них плюнул в нас сферой кислоты, чуть не попав по Дастре, я понял: это подземелье будет тем ещё местечком.
Тем не менее своевременное заклинание Киланы вкупе с нашим снаряжением по крайней мере защищали нас от кислоты, и потому мы были в состоянии перейти к ближнему бою, не разрушив при этом своё снаряжение. Разумеется, в битве с ними надо остерегаться брызг крови: если кислота попадёт на лицо, будет нешуточно больно, даже если с броня останется в порядке, а клинок не расплавится. Прямо во время боя я окликнул Хрозн: "Что это вообще за уроды?"
– Я о них только читала, но думаю, это кат-марены. Это форма нежити, способ создания которой известен только Киарансали, и тот включает в себя сдирание кожи с живого создания. Не самый приятный процесс, не хотелось бы его видеть. И чтобы нам не представилось шанса, постараемся не попасться, хорошо?
Когда сражение подошло к концу, я вздохнул: "Ага-ага. Было бы хреново превратиться в нежить. Дальше их будет ещё больше, Хрозн?"
– Без понятия. Но возможно. Не удивлюсь, если они окажутся основными воинами в этом подземелье – отсюда и до конца. Согласно сведениям, культисты редко создают этих тварей в малом количестве.
– Ну просто прекрасно. Хорошо, все, идём дальше. Делла, Юкико, Нитроэль, как можно сильнее экономьте ману: она нам ещё пригодится, чтобы разобраться с боссами этажей и защититься от Скверны. Хрозн, Килана, будете нашими главными магическими нападающими. Вы знаете, что надо делать.
До меня дошло, что сейчас как раз кстати пришлась бы способность Ризании призывать небожителей, несомненно, невероятно полезных против нежити, но изменить это мне было не под силу. Да и, честно говоря, нарушать ритм команды, добавляя нового человека посреди подземелья, было бы тупейшей ошибкой. Остаётся только надеяться, что мы справимся с тем, что есть. В худшем случае у нас у всех есть Ограниченное перестроение.
Я кивнул: "Итак, расклад такой: Камла, Севера и я будем в авангарде; Джастра с Юкико останутся позади и будут защищать святых кастеров от тех, что пройдут мимо нас. Джастра, нужна песня для поднятия сопротивления статусным эффектам. В стэлс не получится, поэтому можно просто сражаться в полную силу".
Перейдя на следующий этаж, я оказался разочарован, как мой план действий пришёлся кстати: нас встретила группа кат-маренских образин. Я бы, на самом деле, спокойно бы прожил и без возможности посмотреть на этих страшил. Благо у тех была аллергия на адское пламя, и они приуныли, когда я покрыл им свои клинки. Изжога, наверное.
Ладно, плохие шутки в сторону, мы довольно гладко продвигались по этажу. Относительно планировки подземелье оказалось не очень оригинальным: каждый этаж состоял из длинного коридора, вдоль которого располагались комнаты, а в конце находилось огромное помещение с комнатой босса. Но это было подземелье на выносливость, подземелье в стиле гаунтлетовых сражений. В такой обстановке невозможно расслабиться; можно попытаться пройти быстро, но тогда придётся забыть о скрытности, к тому же всегда можно наткнуться на нежить, не полагающуюся на нормальные органы зрения. Лучше сцепить зубы и идти с боем до самого конца. Монстры здесь были не слишком сильные, ведь их главным назначением было ослабить нас по пути, что непременно привело бы к концу где-то на средних этажах, даже если при других обстоятельствах с ними справиться не составило бы проблемы.
В конце второго этажа мы, наконец, встретили-таки первого именного монстра.
---
Аэмлесс Франирди
Женщина ревенант (высший дроу)
Ятринши (Жрица) / Бессмертная госпожа (Некромант) 85 уровня
Титулы: Любимеца нежити, Погибель эльфов, Убийца сородичей, Верная смерти, Благословлённая Киарансали
---
Жрица расы дроу предстала перед нами в полном облачении, а с ней была группа гулей – очевидно, команда авантюристов, теперь превращённая в нежить. Ну, не то чтобы меня особо заботили её миньоны. Уж себе заводить таких я точно не собираюсь: у гулей даже в целости такое амбре, что ну его. Но вот сама жрица была моим билетом в храм Амиасталаса!
– Прикройте! – крикнул я остальным, а сам бросился вперёд, подпрыгнув и оттолкнувшись от резной колонны, изображающей запытанного дроу, перепрыгнув на передовую. На самом деле, с такими высокими статами, как у меня, маневрировать в стиле аниме – плёвое дело. Приземлившись позади гулей, я атаковал едва одетую жрицу, шокировав её внезапным нападением.
Тем не менее к такому она оказалась готова: тут же активировалось какое-то, по всей видимости, условное заклинание, и после того, как я к ней прикоснулся, моё тело охватила боль. Боль была невыносимая, но я не дал ей уйти: сделал кувырок и повалил на пол, схватившись за грудь. После я нацепил на её шею рабский ошейник, и она тут закричала, но сразу же умолкла после того, как я ей приказал.
Я развернулся взглянуть на сражение девушек; к этому моменту они уже расправились с двумя гулями, которым огроменный урон нанесли оружия Юкико и Нитроэль. Пока я вставал на ноги, Камла с Северой уложили ещё одного, а затем Джастра с остальными управились с оставшимися двумя. Красиво, быстро и эффективно. Шансы два к одному – мои любимые.
Я вытянул на ноги практически голую дроу, и Юкико хихикнула: "Хозяин, а ты уверен, что тебе нужна ещё одна дроу? В замке их и так больше того, с чем может управиться гильдия. Они уже начинают хандрить от недотраха".
Я рассмеялся в ответ на её подразнивание, зная, что её слова были чем-угодно, кроме правды. Я в достатке начитался историй в гильдейском чате о том, что происходит с порабощёнными дроу, которые начинают отлынивать от обязанностей.
– Нет, я решил, что эта шлёндра станет нашим билетом в храм Лолс, когда мы доберёмся до столицы. Уверен, они точно захотят принести в жертву жрицу Киарансали.
Рабыня задёргалась, но, как я ей приказал, так и осталась тихой. С другой стороны, послышался смех Джастры: "О, и ты воспользуешься этим, чтобы подобраться к высшей жрице? Да, должно сработать. Особенно если она стара и побывала ятринши, которых лишали этого звания в период войн Раскола".
Я взглянул на дроу, которую сжимал в руках, и сказал: "Сними с себя все предметы, кроме ошейника, и отдай моим девочкам. Можешь идти рядом с нами, но молча. Открывай рот, только чтобы предупредить нас о ловушках или ответить на вопросы".
Больно думать, что придётся отдать кому-то другому свою рабыню. Может, это связано с моей драконьей кровью, но у меня стало появляться сильное желание держать и не выпускать из рук мои игрушки и мою собственность, а идея отдавать их кому-либо ещё претила. Но это было во имя блага. Ну, по крайней мере МОЕГО блага. Можно ли назвать это выгодным обменном? Точно, выгодный обмен.
Девушки хихикали у меня за спиной, без сомнения, обмениваясь догадками насчёт того, что у меня в голове. В таких ситуациях женщины становятся страшными существами. Именно поэтому, кстати, от этой группы я стараюсь ничего не скрывать. Потому что девушки узнают об этом, а когда узнают, то, хоть и я здесь хозяин, определённо найдут способ меня покарать.
Во мне теплилась надежда, что на следующем уровне будет что-нибудь, что поможет мне немного отвлечься.
п.п. Так выглядит представитель расы кат-марен.