Я призвал Полночь и выехал с королём и его стражей в центр поля меж двух армий. По числу мы им соответствовали, но вот качество двух команд – как небо и земля.

Авоурель Лиарор

Мужчина высший эльф

Носитель света (Паладин) / Мастер оружия (Боец) 200 уровня

Титулы: Король Вирмвуда, Защитник королевства, Владыка света, Последователь Эльфа-Отца, Защитник невинных, Погибель нежити, Клинок демонов

Сайльвир Азана

Мужчина эльф, тронутый землёй

Оплотчик (Боец) / Самоотверженный защитник (Боец) 200 уровня

Титулы: Защитник королевства, Кингсман, Клинок демонов, Погибель нежити

Шайэль Эрвайр

Женщина эльф-полунебожитель

Ярость бури (Колдунья молнии) / Жрица войны (Жрица) 200 уровня

Титулы: Благословлённая Кореллон, Дитя грозы, Клинок демонов, Погибель людей

Король был как всегда великолепен; пусть за всё то время, что мы не виделись, он не получил ни одного уровня, он точно не отлынивал от тренировок. Остальные двое, очевидно, были при дворе. Когда они представились (за пределами влияния благословения Шарсс), я узнал, что они сейчас заправляют крепостями в других регионах Вирмвуда, но в свои молодые дни, до смерти предыдущего короля, состояли в одной авантюристской компании с королевой и путешествовали вдоль и поперёк по этим землям. Подобно королю, за все прошедшие годы они не растеряли свои навыки.

Леонард Нёсвуд

Мужчина человек

Военачальник (Боец) / Дуэлянт (Боец) 80 уровня

Титулы: Барон, Палач, Охотник за трофеями, Погибель орков

Клив Ровлатт

Мужчина человек

Боевой насильник (Варвар) / Боец 40 уровня

Титулы: Головорез, Палач, Сексикутор

Истин Джеймс

Мужчина человек

Ассасин (Разбойник) / Боец 40 уровня

Титулы: Головорез, Погибель людей, Погибель эльфов, Убийца девушек

Алиса Нёсвуд

Женщина высший человек

Изменяющая разумы (Зачаровательница) / Разрушительница душ (Доминатрикс) 90 уровня

Титулы: Убийца людей, Погибель людей, Погонщица трэллов, Железная воля

От благородного прямо таки веяло важностью, которой ещё славятся дворяне, когда они делают всё что угодно, что может заставить их выглядеть хорошо и повысить их престиж. Двое стражей – ну явные головорезы в лучшем случая, но для непосвящённых они определённо могли показаться пугающими. Носчица же, однако, стала сюрпризом, не только оказавшись девушкой в окружении таких мерзавцев, но и явно самой опасной среди них.

Заклинание «Тихая речь» довольно простое, доступное любому, в ком есть хотя бы капелька магии. С тем «ненатренированным» рангом магии ветра, что был у меня, оно годилось метров для пяти, но этого было достаточно, чтобы уведомить короля и остальных об увиденном мной.

– Ваше Величество, позвольте мне пойти поговорить с ними. Если они отправили кого-то со способностью изменять разум на переговоры, значит они попытаются провернуть что-то глупое, и, если потребуется, вы втроём с лёгкостью сможете со мной управиться, а я – вовремя вернуться к сражению. То же самое нельзя сказать, если ей удастся сделать трэллом вас или ваших друзей.

Король, казалось, хотел возразить, но тот был прежде всего бывшим авантюристом, а потом уже королём, потому все трое переглянулись с такими взглядами, понять значение которых могут лишь старые соратники, без слов обменявшись мнениями на этот счёт, после чего король кивнул и сказал: – Всё как ты сказал, лорд Даркмор. Нет смысла нам бессмысленно идти на риск в данном этапе битвы, когда ещё множество сражений ждёт впереди.

Я кивнул: – Могу я отвергнуть их условия и отправить восвояси к своим хозяевам как можно оскорбительнее?

Король остановился и задумался над временем суток. Осталось всего пара часов до наступления темноты, а нападение ночью невыгодно ни для кого, кто живёт под солнцем. Таким образом, вне зависимости от того, примем мы их условия или нет, сражение не начнётся до рассвета следующего дня.

Они остановились метрах в девяти от остальных, и я подъехал к ним в одиночку. Когда я был почти у группы, то откинул капюшон и воскликнул: – Стойте, где стоите! Отвечайте, кто смеет прибывать в Вирмвуд в такой враждебной манере, чтобы я мог представить их имена жрецам Некрона, когда они будут жаловаться, чего это все эти человеческие души отходят в мир иной?

Это было дерзко и нарочито оскорбительно для людей. Показ лица также тригернул имеющиеся у меня «благословения» и пошатнул зачаровательницу; пусть ей и удалось удержаться на силе воле, но она точно не была в состоянии, чтобы кастовать заклинания или концентрироваться на магии. На самом деле, скорее всё, что она могла в этот момент делать, – это удерживаться от того, чтобы броситься на меня.

Мужчины заметили это и мою принадлежность расе инкубов, и дворянин рассмеялся в мою сторону: – Может, своими трюками ты и можешь заманить в кровать всяких глупых девушек, инкуб, но они явно не имеют силы над сильным человеческими мужчинами!

– Ну так скажи на милость, а с чего бы мне хотелось, чтобы они на вас работали? Я бы был куда счастливее одной-шести красавицам в своей кровати, чем думающему своим членом – мелким настолько же, как и его мозг, – придурку, компенсирующему это за счёт неуместного чванства.

Глаза дворянина сузились на мне, и тот сказал: – А ты языкастый для гонца.

Я рассмеялся: – А ты весьма нахальный для свиньи. Что ж, неужели у вас, безмозглых людей, есть что сказать? Или же вы просто заблудились, пока притворялись солдатами?

Дворянин заскрежетал зубами и в вежливой форме сказал: – Короли Огрейна и Каледона, как и лорд-регент Бруки, требуют прибыть сюда короля Вирмвуда, чтобы тот доставил им инкуба, известного как Зайн Дакрмор, дабы над ним могло быть свершено правосудие за освобождение Мирельс. Далее от него требуется в знак доброй воли выплатить компенсацию за разрушения в Тёмной гавани и остальные последствия ярости Мирельс, навредившие трём королев–

Ага, как и думал, всё будет именно так. Я перебил речь дворянина своим смехом, даже не пытаясь его скрыть. На самом деле, я даже чуть приукрасил его, чтобы даже построенные вдали люди могли видеть, как я смеюсь в лицо посланнику: – Ох, от вас, безмозглых людишек, я просто умираю со смеху. А теперь послушайте условиях, на которых ваша так называемая «армия», что на деле немногим лучше сброда, сможет покинуть это поле живой. Ваши правители подпишут договор о предоставлении власти над вашими землями Вирмвуду – стать вассальными землями, лидеров которых определять будет король эльфов. Ваши армии сдадут свои оружие и броню, мужчины голышом вернутся в земли, из которых они пришли, а женщины станут рабынями и будут проданы для получения компенсации Вирмвудом за нужду выслушивать весь этот бред. Жёны, дочери и дети вашей знати будут приведены в Вирмвуд ради дальнейшего переобучения и «защиты» до достижения ими эльфийского возраста совершеннолетия. Перед отбытием с этих земель короли Огрейна и Каледона будут публично, то есть перед своими людьми кастрированы лордом-регентом Бруки. Только так они смогут сохранить себе свои жалкие жизни.

По мере моей речи в меня было выпущено невидимое заклинание. Впрочем, через свой Духовный взгляд я сразу увидел, когда началась собираться сила, потому моя защита была наготове. И хоть она оказалась ослаблена, ведь очаровать меня попыталась женщина, «ослабленная» атака для меня кому-то другому по крайней мере из присутствующих здесь показалась бы «могучим бастионом». И лучше бы этому действительно быть так, потому что я вложил кучу сил, чтобы прикрыть эту свою слабость. Даже понизив моё сопротивление до 130% вместо 180%, статы у меня были куда выше, чем у этой маленькой зачаровательницы. Один из этих статов, к слову, а именно – удача, определённо приложил свою руку: активировалось Отражение очарования, отбросив заклинание обратно в женщину, временно дав мне над ней контроль.

– И какое же имя мне дать королям, когда они спросят меня, что за высокомерный дурак посмел просить их головам висеть на пиках в пример остальным?

– А скажи им своё имя. Только так, наверное, у такого придурка, как ты, загорится шишка. Но если спрашиваешь моё имя, то позволь говорить за себя той зачаровательнице за тобой. Судя по тому, как она ёрзает на седле, а особенно после того, как её заклинание очарование было отражено на неё же, она уже знает, – я взглянул на знаменосчицу и воскликнул: – Говори же, потаскуха, и назови им имя твоего хозяина!

Женщина задрожала от экстаза и ответила: – Он – рыцарь Вирвуда, лорд Лисаэса, палач и сексикутор и Мастер-изготовитель оков. Он – друг драконов и призыватель драконов. Он – связыватель демонов, работорговец, лорд своры и охотник за трофеями. Он – король гарема и жеребец. Он – погибель троллей и нежити, свершающий темнейшие ритуалы. Он – серебряно-языкий сокрушитель нечестивых орд, обладающий лицом, способным заставить спустить на воду тысячу кораблей. Он – любимец нежити и любовник богов, супруг Королевы Драконов и избранный Шарсс. Он – лидер Сумеречной арии. Он – Зайн Даркмор, и я не желаю ничего, кроме как являться его рабыней и из раза в раз быть изнасилованной его могучим оружием, по сравнению с которым твой ничтожный инструмент просто жалок.

Ладно, может быть, чисто гипотетически вероятно, что я ЧУТЬ-ЧУТЬ перестарался с тем, что заставил сказать эту женщину, но мне хотелось приструнить людей, которые могут нас слушать, хотя особенно всё же – этого благородного нахала. Скрипя зубами, он подал знак, и тут же пришёл в действие ассасин, выстрелив в женщину дротиком, по всей видимости, содержащим некий усыпляющий яд, потому как та тут же обмякла и уснула прямо на седле, а тем временем знамя у неё перенял воин.

Вновь взглянув на меня, мужчина сказал: – Будь уверен, король точно услышит это оскорбление! Мы сожжём Вирмвуд до тла, а всех его людей придадим мечу или закуём в цепи да продадим в рабство! Я лично распоряжусь о том, чтобы каждый раз, как будут казнить твою наглую путешественскую шкуру, перед тобой будут проводить посаженной на пику твоей же головой.

После этого дворянин собрал всю свою свиту и вместе они поспешно ретировались в свои ряды, очевидно, не желая находится в моём присутствии больше ни секунды. Я повернулся к королю и его друзьям, пытаясь сохранять каменное лицо, но, по всей видимости, не смог, так как в их глазах читался смех. Король прочистил горло и сказал: – И где же, ответь на милость, ты учился переговорам, сир Даркмор?

Я слабо улыбнулся и ответил: – Видите ли, в другом мире я был паладином, и на своей шкуре осознал, что «переговорческие» тактики – наилучший способ вывести кого-либо из себя. Что правда, теперь я волен использовать их самостоятельно, нежели вынужден выносить на себе.

В это время мы уже приехали обратно в лагерь, а у короля был ошеломлённый вид: – Ты был паладином? Ты?

– Сам в шоке. Однако с того времени я не только научился техникам от сил света, но и изучил приёмы бессмертных личей и их неживых орд, грешных дроу, яростных орков, диких монстров и высокоранговых демонов. И теперь я волен использовать любые угодные мне методы, чтобы навязать свою точку зрения. То же касается и остальных путешественников в моей гильдии. Верьте мне, Ваше Величество, к рассвету эти людишки не то что не будут считать свою победу необратимой, но будут теряться в догадках, скольким из них вообще удастся пережить предстоящую резню.

Даркбаннис: Кавалерия расшевелилась. По всей видимости, ночью они планируют нанести удар с фланга.

Даркмор: Принял.

Я вновь взглянул на короля и сказал: – Мои шпионы доложили мне, что люди разделяют свои силы. Кавелерийские единицы планируют обойти нас и атаковать этой ночью.

Король кивнул: – Предложения?

Я слабо улыбнулся: – Что ж, так уж вышло, что у меня как раз есть парочка дроу...