Уже который раз за день из наушника в левом ухе раздался вздох.

— Эх... и почему нам приходится идти непонятно куда, когда на носу новый год? — проворчал голос и снова пожаловался, не дожидаясь ответа: — У меня домашка на зиму пропадает, а надо ещё продуктов на новогодние блюда накупить...

Фыркнув, собеседница тут же продолжила ворчать:

— А ведь я генеральную уборку комнаты ещё даже не начала! Так почему я должна помогать кому-то убираться в их доме?

Последняя жалоба окончилась вопросом, и Уцуги Минору наконец-то смог вставить слово.

— Эм-м... Не уверен, что «уборка» — подходящее слово для нашей работы...

Девушка рядом с ним — Адзу Юмико — пнула валявшийся под ногами кусочек асфальта.

— Берём что-то грязное и возвращаем ему первозданный вид. Чем не уборка?

— Ну, да, технически ты права, но...

Они оба посмотрели вверх: далеко впереди возвышалось массивное здание.

Пятьдесят метров в высоту и по тридцать пять в длину и ширину. На грязновато-серой стене — ни единого окна. На первый взгляд это была просто скучная бетонная коробка, однако посмотреть на нее вблизи, не рискуя здоровьем, было невозможно.

Почему? Потому что некогда это был первый энергоблок АЭС Токийского залива.

А зачем Минору и Юмико, будучи рядом, разговаривали по гарнитуре?

Потому что оба были в костюмах радиационной защиты с вольфрамовой набивкой.

Атомная электростанция Токийского залива была построена на краю территории, осушенной под железнодорожную линию Утибо. Оснащённая кипящим водо-водяным реактором третьего поколения — передовым на тот момент — АЭС должна была заменить лес тепловых электростанций на побережье. Но восемь лет назад, летом две тысячи одиннадцатого, произошло «Землетрясение в проливе Урага» с магнитудой 7.8 по шкале Рихтера, и станция получила значительные повреждения.

Из-за цунами и оседания грунта энергоблок затопило, отрезанная от источников питания система аварийного охлаждения не сработала, и ядро реактора расплавилось. К счастью, бетонное строение пострадало не сильно, но и оно, и вся окружающая территория оказались загрязнены радиационным материалом, и даже в 2019-м к его утилизации ещё толком не приступали.

Радиоактивные отходы же, вероятнее всего, проплавили дно реактора, но больше о них ничего не было известно. Чтобы прояснить ситуацию, на прошлой неделе Агентство по ядерной и индустриальной безопасности Японии совместно с «Западной энергокомпанией» послали к АЭС новую технику: полностью автономный робот-зонд, не нуждающийся в управлении человеком, дистанционном или непосредственном.

И когда робот, в которого вбухали кучу бюджетных денег, добрался до основания реактора, что-то пошло не так: сигнал пропал, и машина не вернулась. Вернуть её можно было только построив второго робота, но не имея гарантий, что инцидент не повторится, комитет не одобрил смету. В Министерстве здравоохранения, труда и благосостояния совсем отчаялись, и организация Минору получила необычное и совершенно секретное предложение.

Конечно, тонкостей разговора Минору знать не мог, но зато вполне мог представить содержание. Скорее всего, какой-то политик или чиновник захотел использовать Спецпод — организацию, подконтрольную Департаменту здоровья и безопасности при Министерстве здравоохранения, труда и благосостояния — как карту в политических дрязгах и пообещал, сидя в каком-нибудь дорогом ресторане близ Акасаки, что-то вроде «моё спецподразделение вернёт вам вашего робота за одну маленькую услугу».

Затем с самой верхушки министерства шефу Спецпода Хими поступил приказ, его заместитель, «Профессор» Рири, с неохотой согласилась, и в субботу, двадцать восьмого декабря две тысячи девятнадцатого года, Минору и Юмико оказались у АЭС Токийской бухты.

— ...И вообще, я думала, что знаю, на что иду, но эта штука превзошла все мои ожидания! — продолжила жаловаться Юмико, дёрнув тёмно-серую ткань защитного костюма. — Он жёсткий, сморщенный, в нём душно, маска давит, воняет резиной, и вообще я в нём как корова!

Не услышав среди многочисленных претензий и слова о тяжести костюма, Минору невольно улыбнулся под маской.

В отличие от стандартной экипировки для защиты от радиации, которая задерживала только слабое излучение, эти костюмы весили примерно семьдесят килограммов. Благодаря Сёрд Аям, которые сделали своих владельцев в несколько раз сильнее обычных людей, парочка могла в них двигаться, но вес вовсе не становился неощутимым... в сравнении с ним неудобство и запах — сущий пустяк.

Юмико опустила главную деталь, но жаловалась на каждую мелочь, скорее всего, потому, что тоже ощущала тяжесть возложенной на них миссии. С момента землетрясения прошло восемь лет, а инцидент с АЭС поблек в памяти людей, но того, что эта катастрофа стала серьёзным испытанием для страны, не отрицал никто. Быть может, не менее серьёзным, чем новое неизвестное бедствие, пришедшее из космоса — Сёрд Аи.

— Ну-ка, чего смеёшься? — вдруг раздалось из наушника, и Минору растерянно замотал головой.

— Я н-не смеюсь.

— Да? Тогда ладно... Что-то опаздывают они. Сказали, подберут здесь, а ждём уже целых пять минут.

— Да уж...

С этими словами он ещё раз осмотрел окрестности через защитные очки маски.

Минору и Юмико стояли у входа в сейсмостойкое здание, служившие опорным пунктом спасательных работ. До блока реактора было достаточно далеко, и радиация оставалась на низком уровне: крепившийся к запястью левой руки наручный терминал (хотя под этим громким названием скрывался по сути водонепроницаемый смартфон на несложном креплении) показывал пять микрозивертов в час. «Значение в пределах безопасного», конечно, да и большую часть этой радиации отражал костюм, но парню всё равно было не по себе.

— Ну... Юмико-сан, я уже говорил, но ты вполне можешь остаться и подождать меня здесь, — опустив левую руку, обратился Минору к коллеге и тут же получил ожидаемый ответ:

— Сказала же, нет. Зачем тогда я вообще сюда приехала?

— Но в энергоблок мне всё равно одному заходить...

— И никто понятия не имеет, что творится внутри. Если что-то случится, кому, по-твоему, тебя спасать?

Действительно, вынести на себе вес двух костюмов и Минору, что в сумме составляло около двухсот килограммов, под силу только владеющей Сёрд Аем Юмико, но из уст девушки это прозвучало так, будто он какая-то «мамзель в беде». Немного смутившись, Минору неловко прокашлялся.

— ...Эй, не подумай чего, я просто сказала как есть! — заявила она и ткнула его в плечо облачённым в вольфрам локтём.

С Юмико он познакомился почти три недели назад, и всё же до сих пор не понимал, как реагировать на её поведение в такие моменты. Парень отчаянно подбирал слова, но, к счастью, не успел ничего сказать: со стороны парковки послышался нарастающий рёв двигателя.

— О, смотри, приехали нако... нец... — запнулся Минору. Остановившаяся перед ними машина, вопреки ожиданиям, оказалась не фургоном с людьми из министерства за рулем, а здоровенным тёмно-зелёным внедорожником.

— Это что... Силы самообороны? — пробормотала Юмико. Из водительского окна тут же высунулся мужчина в военной экипировке, подтвердив догадку.

Он тоже носил костюм и маску, но голову венчал шлем, и на всём был камуфляжный узор. Во всей Японии только у Сил самообороны могло быть такое снаряжение.

Водитель привычным жестом отдал честь и той же рукой махнул, приглашая пройти на заднее сидение.

Парень с девушкой, переглянувшись, с неохотой повиновались. Обойдя армейский джип сзади, они распахнули двустворчатую дверь и, забравшись по ступеньке, шагнули внутрь.

Сиденья внутри стояли как на электричке — по бокам, друг напротив друга. Едва только парочка разместилась, как дизельный двигатель зарычал, и машина тронулась в путь.

Должно быть, этой дорогой в своё время проходило немало тяжёлого транспорта — покрытие растрескалось, а местами асфальт и вовсе просел. Джип потряхивало каждый раз, когда толстые шины пересекали очередной провал.

Деревьев или кустов на территории вокруг АЭС не было и в помине: лишь сухой бетон. Работников тоже нигде не наблюдалось — видимо, потому что новый год на носу. По правую сторону дороги стояли ряды баков с радиоактивной водой. Минору много раз доводилось видеть их в интернете или по телевизору, но увидев сам, насколько они огромны, он поразился куда сильнее.

Внедорожник неторопливо продвигался по сюрреалистичному пейзажу под серым зимним небом.

Вдруг в левом ухе послышался тонкий электронный писк, и Минору опустил взгляд на терминал.

На экране всплыл запрос о новом соединении. Они с Юмико синхронно нажали кнопку подтверждения. Из наушника тут же полился голос, не уступающий в громкости дизельному двигателю.

— Простите за опозда-ание! Пока-а эти штуки наденешь...

Говорил, судя по всему, не водитель, а его сосед. Его снаряжение тоже было полностью камуфляжным и с закрытым лицом, но телосложение и, главное, голос говорили о том, что это скорее всего... нет, точно, женщина.

Конечно, женщины в Силах самообороны — не редкость, но её манера речи вполне успешно вводила в заблуждение. Пока Минору изумлялся, Юмико с нотками недовольства в голосе возразила:

— Мы прибыли вовремя, и времени на подготовку вам дали с большим запасом. И вообще, кто вы такие?

— Ха-ха, ух какая гро-озная!

Почувствовав, как счётчик раздражения Юмико начинает зашкаливать, Минору в панике вмешался в разговор:

— Эм-м, мы из Специального подразделения Департамента здоровья и безопасности при Министерстве здравоохранения, труда и благосостояния, кодовые имена «Изолятор» и «Акселератор». Могу я узнать ваши звания?

— Хе, пра-авильно рассказывали, серьёзные как индюки!

— Эх...

Он уже начал было думать, что женщина пытается вывести их из себя, но так и не придумал, зачем это солдату Сил самообороны. Пока Минору удивлялся, Юмико рядом привстала с кресла. В коммуникаторе послышался короткий вдох, за ним последовал ещё более серьёзный голос:

— А может, вы... Красные?!

— Э?!

Ошарашенный Минору повернулся к женщине на переднем сиденье вслед за Юмико.

Жаргонизм «Красные» мог означать только одно: группу людей, в которых поселилась красная разновидность сферических жизнеформ из космоса — их принято называть «Сёрд Аями» — и заставляет их нападать на людей... «Руби Аи».

Минору и Юмико, будучи «Джет Аями» — носителями чёрного Сёрд Ая, обречёнными сражаться с Красными, обладали простым способом распознать Руби Аев: по запаху. Красные для них пахли чем-то звериным, навевая ассоциации с крупным жестоким хищником. Больше всего запаха выделялось, когда способность была активна, но сейчас, в пределах одной машины, можно было почувствовать его, даже если противник ничем себя не выдаёт.

Минору быстро втянул воздух носом, однако единственное, что уловили его обонятельные рецепторы — это вонь резины от новенькой маски. Очистил ли каким-то образом угольный фильтр даже запах Красных, или же Юмико поспешила с выводами...

...Но накал страстей разрушило раздавшееся хихиканье.

— Какая проницательность, Аксель-ча-ан!

Левой рукой Юмико мигом расстегнула молнию на костюме, а правой скользнула за пазуху. Но прежде чем она успела что-то выхватить — Минору предполагал, что высокомощный парализатор или автоматический пистолет — в ухе раздался новый голос:

— Мы члены Отряда особого назначения Оперативно-информационного отдела Штаба сухопутных войск Сил самообороны.

Это вмешался водитель. Он крутил здоровую баранку, продолжая смотреть на дорогу. Рука Юмико резко остановилась. Сипловатый бас продолжал:

— Я Нишикида, она — Какинари. Кодовых имён нет, но мы вам товарищи, Спецпод.

Не выпуская из руки нечто спрятанное за пазухой, девушка спросила резким голосом:

— Товарищи? В каком смысле?..

— Ну разуме-е-ется в таком!

Все так же продолжая растягивать слова, женщина-военная, Какинари, перегнулась через спинку сидения. Костюм её был расстёгнут, точно как у Юмико, но вместо того, чтобы что-то из него вытаскивать, она решительно развела его в стороны.

Их глазам предстала объёмная грудь, укрытая лишь облегающей тёмно-зелёной майкой. Юмико потеряла дар речи, а Минору смутился и почти отвёл было взгляд, но заметил в ложбинке между грудей нечто светящееся и остолбенел.

Под слегка загорелой кожей, сразу под свисающими с шеи серебристыми жетонами, скрывалась смоляно-чёрная сфера. Похожий на глаз живого существа, это определённо был чёрный Сёрд Ай, такой же как у Минору и Юмико.

— ...Так вы тоже Джеты?

— А-а то! — непринуждённо подтвердила Какинари и вернулась на место.

Юмико вынула руку из-за пазухи и застегнулась. Словно только того и ожидавший, Нишикида вновь заговорил.

— Вы, господа из Спецпода, можете звать нас «Особотрядом». Сегодня мы ваши сопровождающие. Надеюсь, наше знакомство, хоть и недолгое, будет приятным.

— С-спасибо. Приятно познакомиться, — автоматически ответил Минору и повторил про себя недавно выученное название организации.

Отряд особого назначения, Оперативно-информационного отдела, Штаба сухопутных войск, Сил самообороны... сокращённо «Особотряд». Звучало даже солиднее, чем «Специальное подразделение Департамента здоровья и безопасности при Министерстве здравоохранения, труда и благосостояния», в котором состоял Минору. Не то чтобы это означало, что Спецпод хуже, но тот факт, что в Силах самообороны существует аналогичная Спецподу организация Джет Аев, парня сильно поразил. Наклонившись к напарнице, он тихонько спросил:

— Это... Ю... в смысле, Акселератор, ты знала? Что в Силах самообороны есть группа Джетов...

Немного погодя из наушника раздался слегка изумлённый голос:

— Слушай, Изолятор, нет смысла шептаться, когда разговариваешь по радио.

Действительно. Какинари на переднем сидении прыснула; Юмико недовольно фыркнула и набрала что-то на терминале.

Раздался сигнал: на этот раз он означал временный разрыв связи с их эскортом. Вскоре девушка заговорила в ещё более серьёзном тоне:

— Ходили слухи, что в правительстве есть другая команда... Но о том, что это Силы самообороны, я не знала.

— Получается, они... Особотряд собран только из солдат Сил самообороны, заражённых чёрными Сёрд Аями, или что?

— Вот уж не знаю... Допустим, солдат в армии больше двухсот пятидесяти тысяч, но даже в одном Синдзюку людей проживает гораздо больше. Учитывая, что с Токио и округов в Спецпод наскребли всего восьмерых, не думаю, что в Силах самообороны набралось бы Джетов на полноценную команду. Скорее всего, большинство собрали за пределами организации, как и у нас.

— Понятно...

Если их, подобно Минору, завербовали извне, это бы объяснило, почему Какинари говорит и ведёт себя так не по-военному. Впрочем, их профессиональная подготовка никуда не делась, так что наличие ударной силы в лице этих двоих на случай столкновения с Руби Аем обнадёживала.

За раздумьями парень вдруг понял, что таили в себе недавние слова Нишикиды, и, восстановив канал связи, обратился к переднему сиденью:

— Э... Эм... Нишикида-сан... Вы, кажется, сказали, что будете нашим эскортом? То есть, в сегодняшней операции ожидается вмешательство Руби Аев?

— Никакой конкретной информации по этому поводу мы не получали. Это не более чем мера предосторожности, часть наших обязанностей, — ответил Нишикида куда более формально, чем Какинари. — Эта АЭС и вся прилегающая к ней территория — объект под защитой Особотряда. Поскольку разрушить человеческое общество — главная цель Красных, станция для них — большая мишень. Если они сумеют взорвать реактор в первом энергоблоке до его ликвидации, Токио накроет концентрированное облако радиоактивной грязи, и по факту мы потеряем столицу... У них не должно быть и шанса.

Преисполненную решимости речь Нишикиды Минору выслушал с искренним удивлением.

Что Байтер, что Игнайтер использовали свои уникальные силы сугубо в личных целях: убивали ради удовольствия. Если Красные взорвут АЭС Токийского залива, то Токио — да что там, вся Япония — точно ввергнется в хаос, но и их привычным жизням настанет конец. Неужели они готовы зайти так далеко?...

Минору хотел было спросить об этом, но тут Юмико снова фыркнула.

— Вы складно говорите, Нишикида-сан, вот только ваши настоящие мотивы прозрачны как вода.

— Что вы хотите этим сказать, Акселератор?

— В ваши обязанности входит и разнюхивать про нас, не так ли?

— А?!

Минору, для которого эта новость стала полной неожиданностью, ждал реакции Нишикиды, затаив дыхание.

Однако ответить решила давно притихшая Какинари.

— Ах-ха-ха, да ты просто чу-удо, Аксель-чан! Тяжко твоему парню с этой проницательностью. Не советую ей изменять, Изол-кун!

— Чт!.. — вспылила Юмико.

— Н-не буду! Стоп, в смысле, я не её парень! — едва успел выкрикнуть Минору, как военный джип вдруг остановился.

— Вы двое, ваш выход.

Юмико немного поколебалась — видимо, решая, не добавить ли что-нибудь напоследок — но в итоге лишь молча открыла дверь и выпрыгнула наружу. Минору поспешил за ней.

Закрыв дверь, он поднял глаза: перед ними возвышалась квадратная серая башня с плоскими стенами. Открытый в 2001-м году первый энергоблок АЭС Токийского залива. Передовому на тот момент реактору теперь предстоит лишь лежать без дела несколько десятков лет, ожидая разложения.

В основании башни, похожей на надгробную плиту, виднелся гермошлюз в виде двойной двери — ныне, конечно, заблокированный. По бокам от него стояли передвижные массивные экраны от излучения, создавая впечатление, что это здание — древние руины из каких-нибудь забытых времён.

Высадившись из машины, Нишикида подошёл к Минору и указал на шлюз.

— Как войдёшь, пройди двадцать метров по коридору и наткнёшься на вторую двойную дверь — в реактор. Дальше мы с Какинари не пойдём...

— А, да, хорошо. У нас есть карта здания и всё такое.

Когда Минору открыл на шестидюймовом экране терминала карту энергоблока, рослый Нишикида, нагнувшись, всмотрелся в него и вскоре ткнул в место рядом со входом.

— Сразу за входом уровень радиации уже три миллизиверта в час; перед дверью в реактор — десять; внутри же уровень измеряется в тысячах, а то и в десятках тысяч миллизиверт. Под таким излучением без защиты умрут даже владельцы Сёрд Аев вроде нас... ты точно к этому готов?

Какие бы приказы им ни дали, а беспокойство в его голосе настоящее, — подумал Минору, посмотрел на маску Нишикиды и кивнул.

— Да, готов.

— Дело ве-едь... не в этом хлипком костюмчике? Изол-кун, твоя сила Джет Ая как-то защищает от радиа-ации?

Юмико тут же пресекла вопрос вклинившейся Какинари:

— Это конфиденциальная информация Спецпода!

— У-у-у, ну и бу-ука...

— Перестань засорять эфир перед важной операцией, Какинари, — приказал коллеге Нишикида, снова нагнулся над терминалом Минору и промотал карту на экране шершавой перчаткой. Затем приблизил круглый атомный котёл и ткнул в какую-то точку внутри. — Наш робот, «Созерцатель», попал по трубам в реактор, собрал и отправил информацию о том, что внутри, и вскоре после этого сигнал пропал; произошло это где-то здесь. Твоя задача — пройти за двойную дверь внутрь реактора, найти Созерцателя и доставить нам. Естественно, света внутри нет, и к тому же из-за жара и влаги там постоянно густой пар. Имей в виду: задача не из лёгких...

— Да, мне уже успели всё хорошенько объяснить. Всё нормально... думаю, я справлюсь.

Кивнув рослому солдату в ответ, Минору бросил взгляд на часы на ЖК-экране: 10:55 утра. Начало операции было запланировано на одиннадцать, так что оставалось всего пять минут... хотя, скорее, целых пять минут. Нишикиду он, может, и успокоил, но это ещё не значит, что сам он не нервничал. Парню хотелось сейчас же пойти и поскорее всё это закончить.

Пока он сосредоточенно наблюдал, как сменяются секунды на экране, ожидавшая слева Юмико хлопнула его по спине. Ещё раз отрезав канал связи с военными, она наклонилась поближе.

— ...Уцуги-кун. Твоя оболочка полностью блокирует и корпускулярное излучение альфа- и бета-лучей, и электромагнитное в гамма- и рентгеновском спектре: это мы неоднократно проверяли. Но с другой стороны, если по какой-то причине она свернётся — даже на мгновение — ты получишь смертельную дозу радиации. Поэтому помни: если что-то пойдёт не так... нет, даже если покажется, что что-то идёт не так — не раздумывая, поворачивай назад. Это приказ.

— Хорошо... обязательно.

Ответив так, он посмотрел в глаза девушки, хотя через очки маски мало что было видно. На красивом лице Юмико, как правило, всегда холодном и спокойном, проступила такая тревога, что у Минору перехватило дыхание.

С Джет Аем Спецпода по прозвищу «Акселератор», Адзу Юмико, он познакомился всего три недели назад.

И всё же за это короткое время они с девушкой образовали дуэт и одолели таких грозных противников, как Руби Аев Байтера и Игнайтера. Кодовое имя Минору, «Изолятор», тоже придумала Юмико. Ему до сих пор не верилось, что он теперь состоит в секретной организации по защите человечества, но одно Минору знал наверняка: он смог так долго исполнять свои обязанности лишь потому, что напарница, Юмико, всегда поддерживала его.

Но в этот раз ему придётся выполнить необычное задание без её помощи. Ведь даже семидесятикилограммовый костюм радиационной защиты не справится с дозой, превышающей один зиверт, в десяти процентах случаев приводящей к смертельному исходу, а в реакторе уровень радиации совсем уж чудовищный. По словам Профессора Рири, Сёрд Аи должны быть способны восстанавливать повреждённую радиацией ДНК, но этот аспект их силы ещё до конца не изучен, и о том, чтобы положиться на него и бросаться в реактор, и речи быть не могло.

Ладно, справлюсь и один. Я ведь сам настоял, когда Профессор и шеф Хими предлагали мне отказаться, — очередной раз сказал себе Минору, глубоко вздохнув...

Вдруг Юмико снова хлопнула его по спине и, сокрушённо вздохнув, подняла неожиданную тему:

— Ну во-от, а если бы ты не провалил тот эксперимент, смогли бы вместе пойти...

— Ч-чего?! Я не виноват, что ничего не получилось...

— Эй, ты что, хочешь сказать, это я виновата?! — возмутилась девушка и надавила очками своей маски на маску Минору.

— М-мне кажется, по крайней мере наполовину!

Пытаясь оттеснить непреодолимое давление её лба, Минору погрузился в воспоминания о том, что произошло четырьмя днями ранее — в сочельник.