Устроившись на заднем сидении такси, Суга Аято медленно вздохнул.

Во всех такси центра Токио курение запрещено уже давно, и всё же в этом отвратительно разило табаком. Еле сдержавшись, чтобы не цокнуть языком, Суга раскрыл настежь левое окно.

Духота от обогревателя и табачный дым улетучились, и внутрь ворвалась уличная прохлада. Суга с упоением вдохнул. Конечно, воздух снаружи был пропитан газами автомобилей, вовсю разъезжавших по улице Мэйдзи, но даже это было лучше невыносимого смрада внутри машины.

— Уважаемый клиент, у меня тут вообще-то обогреватель...

На грубоватые слова водителя лет сорока Суга лишь безразлично ответил:

— Выключите, тут слишком душно.

Проигнорировав демонстративное цыканье водителя, Суга снова, на этот раз принюхавшись, вдохнул уличный воздух.

И почувствовал среди вони выхлопных газов крайне слабый «тот самый» запах, прямо-таки химический, назойливо въедавшийся в обонятельные рецепторы.

Их запах... Чёрных охотников.

«Красные» вроде Суги, как и противники — «Чёрные» — могут ощущать присутствие врага в виде запаха, однако только когда тот использует способность. Суга в этом плане был особенным: может быть, это такой приятный побочный эффект возможности управлять кислородом на больших расстояниях, но он мог почувствовать, когда его преследуют.

В радиусе двух километров. Другими словами, преследователи подобрались довольно близко.

— Проедьте ещё немного по Мэйдзи и по Касуге направо, — велел он водителю и вжался в сиденье.

Вместе с дискомфортом от преследования Суга чувствовал, как от низа живота поднимается наслаждение.

Сегодня он снова сжёг дурака, не понимающего ценность кислорода, пустив его на благое дело — на новый символ в центре города. Более того, полное обугливание тела, включая кости, заняло почти на минуту меньше времени, чем в прошлый раз. Честно говоря, Суге хотелось сжечь ещё кого-нибудь, но результат и сейчас был вполне достойным.

Его сила управления кислородом продолжала развиваться. Такими темпами день, когда он достигнет новых высот, уже не за горами. И тогда надоедливые охотники все как один окислятся в сиянии истинного горения.

Я не такой, как Ликвидайзер и компания. Не такой, как те, кто отбросил высшую миссию и живут лишь ради того чтобы жить.

Моя же миссия — вернуть на зелёную планету совершенный круговорот кислорода. И человеческому нечистому горению в нём места нет.

— ...Ху-ху, — воздержавшись от «песенки кислорода», Суга вместо этого самодовольно хмыкнул. Водитель с раздражением посмотрел на него через зеркало, но Сугу он уже не волновал.

＊＊＊

Как Юмико и сказала, меньше чем за пять минут они проехали двадцать километров дороги (хотя большую часть поездки колёса земли не касались), и уже скоро огромный мотоцикл спустился по развязке на улицы восточного Икэбукуро.

Только сирена и мигалки успели выключиться, как Минору в изнеможении рухнул на спину Юмико. Впрочем, из динамиков тут же послышался спокойный голос:

— Рано пока уставать. Мы скоро догоним Игнайтера. Баллончик от Профессора с собой?

— Д... да...

— Тогда готовь его прямо сейчас.

Тогда-то Минору спохватился: баллон-то он носил с собой, но в школе держал его не под одеждой, а...

— А... прости, баллон сзади, в сумке...

— ...Ясно. Остановимся где-нибудь, и ты быстро... — не успела договорить Юмико, как её перебил знакомый голос:

— ...связи Сёрчер. Акселератор, где находишься?

Сквозь настойчивый шум помех прорвался голос Ди-Ди.

— Восток Икэбукуро, возле Саншайна*, — лаконично отчиталась Юмико.

— Мы едем на север по Мэйдзи, но запах почти потеряли. Игнайтер должен быть в машине рядом с тобой. Найди его как-нибудь!

— «Как-нибудь»?.. Сколько, по-твоему, я сейчас вижу машин?

— Сделай что сможешь! Мы скоро присоединимся, конец связи! — отрезали на той стороне линии, и Юмико понуро опустила плечи.

— Да уж, легко сказать. Уц... в смысле, Изолятор, раз такое дело, помогай осматривать машины и докладывай, если что-то заподозришь.

— Е... есть...

И что мне подозревать? — Минору принялся осматриваться.

Из всех фотографий, которые он видел в штабе Спецпода, единственная с изображением Игнайтера — расплывчатая и снятая издалека — давала понять лишь то, что он тощий мужчина. Под такое описание подходило большинство водителей в округе.

— Что-то все подозрительные... Ю... то есть Акселератор-сан, ты же видела его вблизи?

Он надеялся найти хоть какую-то зацепку, однако Юмико только вздохнула.

— Без «сан». Видела всего мгновение, и он был в вязаной шапке, солнцезащитных очках и маске.

— ...Понятно. Пригодится, — пробормотал Минору, расширяя зону поиска.

Прямо над ними была икэбукурская часть пятой магистрали, с которой они только что спустились. Справа от дороги виднелось большое здание с кирпичной облицовкой — должно быть, тот самый Саншайн Сити. Слева — просторный тротуар, за которым выстроился ряд солидных на вид магазинов. И куда ни глянь, всюду бесчисленные автомобили...

— ...Остановимся пока за углом того перекрёстка, а ты приготовишь баллончик.

— Понял, — ответил Минору, невзначай остановив взгляд на одиноком такси по ту сторону дороги.

＊＊＊

Поверить не могу.

Суга обалдело пялился на водителя.

Тот, хотя вёз клиента, поднял с соседнего сидения пачку сигарет и вытащил одну зубами.

Затем, отшвырнув пачку, чиркнул зажигалкой и преспокойно зажёг сигарету. Потом затянулся, выпустил струю дыма и только тогда соизволил открыть окно.

Когда же водитель наткнулся на взгляд Суги в зеркале заднего вида, то с ухмылкой, непрерывно выдыхая дым, заявил:

— А-а, уж извините. Такси личное, курить разрешается. Можете присоединиться, если хотите...

Вообще-то Ассоциация частных таксистов Токио запретила курение ещё одиннадцать лет назад, в 2008-м. И как ему вообще пришло в голову курить с клиентом в машине? Или он настолько инфантилен, что таким способом мстит за открытое окно?

Хватит. Заканчивай сейчас же, — едва не произнёс Суга вслух.

Ошеломление, которое он до сего момента испытывал, смешалось в коре его мозга с кислородом и обратилось концентрированной ненавистью.

Спалю. Превращу сигарету в пепел вместе с головой.

Он собрался было протянуть к водителю правую руку, но в последний момент здравый смысл взял верх. Сейчас — нельзя, — твердил рассудок. — Используешь силу сейчас — выдашь себя Чёрным на хвосте.

Но... а-а, это же невыносимо.

Кислород в салоне приносился в жертву нечистому горению, а занимавшие его место углекислый газ и токсичный дым порциями проникали в лёгкие, замутняя кровь.

Удержаться от сожжения водителя и просто уйти из машины Суга тоже не мог: Чёрные найдут его прежде, чем он поймает другое такси.

...Выбора нет, — решил он и достал из любимого портфеля то, что хранил на особый случай: купленный в спортивном магазине баллончик кислорода.

Плотно накрыв прозрачной маской нос и рот, Суга нажал на кнопку. Послышалось шипение, и из трубки полился вкусный густой газ.

Наконец Суга с лёгкой ухмылкой закрыл окно, и тогда уж пришёл черёд водителя выпучить глаза.

＊＊＊

...Чего?

Кое-что необычное попалось Минору на глаза.

А именно — белое такси, с которым они только что разминулись. Водитель внутри дымил напропалую, и это в наши-то дни.

Но его внимание привлекло не это, а то, что пассажир на заднем сидении приложил к лицу что-то странное.

— ...Извини, не могла бы ты развернуться?

В динамиках тут же прозвучал взволнованный возглас Юмико:

— Нашёл?!

— П-пока нет... но, кажется, что-то заметил...

— Что ты видел?!

Засыпая его вопросами, Юмико включила поворотники и, дождавшись разрыва в противоположном потоке, моментально развернула мотоцикл. Искомое такси двигалось в дюжине машин впереди.

— Можешь догнать то белое такси?

— Спрашиваешь.

С этими словами Юмико переключилась на левую линию. Тронувшись с места, она протиснулась между рядом движущихся авто и теми, что стояли на парковке, и прибавила скорости. Такси быстро приближалось.

Поравнявшись с ним, они присмотрелись через стекло к пассажиру на заднем сидении: тот всё так же прижимал что-то к лицу. Это был... баллончик сжатого воздуха для альпинистов.

Иными словами, кислород.

Не смея дышать, Минору уставился на лицо пассажира. А затем... вздохнул с облегчением. Он тихо сказал в динамик:

— Прости, перепутал.

Мужчина в костюме оказался пожилым человеком, никак не моложе шестидесяти, с гладко причёсанными волосами, проседью и глубокими морщинами на дряблой коже. Он походил на умудрённого годами учителя и уж точно не выглядел серийным убийцей. Наверное, у него больные лёгкие, и как раз поэтому ему приходится дышать сжатым воздухом.

— ...Разворачиваемся обра... — начал было Минору, но тут же передумал. — Слушай, я разверну ненадолго оболочку.

— А?! З-зачем?!

— Вряд ли я прав, но на всякий случай, — пояснил он, отпуская Юмико, и глубоко вдохнул. Затем задержал дыхание и «надавил» на чёрную как смоль сферу, спрятавшуюся в центре груди.

— В чём пра...

Голос Юмико погас.

Исчезли и рокот мотоцикла, и гул автомобилей, и любой другой шум.

Прозрачная синяя пелена накрыла глаза. Ноги и спина приподнялись над мотоциклом. Три сантиметра Защитной оболочки отсекли Минору от мира.

Внешне, впрочем, почти ничего не изменилось: мягкое сиденье мотоцикла скрыло то, что Минору приподнялся. Даже если бы пожилой мужчина всё это время наблюдал за мотоциклом, он бы ничего не заметил.

И тем не менее...

Он развернул оболочку, а спустя всего полсекунды старик в такси подпрыгнул как ошпаренный и вперился в его глаза пронзительным взглядом, невзирая ни на окно, ни на визор шлема.

Минору, в свою очередь, с удивлением наблюдал, как шок у старика на лице стремительно сменяется ярко-красной кровожадностью.

＊＊＊

Вдруг нос словно огнём обожгло.*

Обонятельные рецепторы буквально горели от едкого химического запаха.

На мгновение Суга подумал, что это водителю взбрендило прыснуть слезоточивым газом, но очень скоро с дрожью осознал: это запах Чёрных охотников. Сигнал, оповещающий, что они задействовали способность. Однако он впервые ощутил его настолько сильно. Такого густого сигнала не было, даже когда ускоряющаяся девка проткнула его ножом.

Запах почему-то быстро исчез, но взгляд Суги будто притянуло влево. Он повернулся и увидел:

Прямо за окном такси ехал чёрный мотоцикл.

Водитель, девушка в кожаном костюме, смотрела перед собой, но шлем пассажира позади повернулся точно к Суге. Из-за тонированного визора лица было не разглядеть, и всё же Суга не сомневался.

Это он. Всего в метре от него был Чёрный. Он использовал какую-то способность, чтобы выследить жертву.

Суга поморщился и оскалился от бесконтрольной злобы, поднимавшейся снизу живота.

Однако тут же понял свою ошибку.

Чёрный на мотоцикле задействовал способность наверняка именно затем, чтобы посмотреть на его реакцию. Его смутил баллончик с кислородом у лица Суги, и чтобы проверить, Красный ли он, Охотник сознательно выделил запах.

Получается, только что он, ни много ни мало, ошибся трижды: отреагировал на запах, повернулся к источнику и показал кровожадные намерения.

Он был зол и, вдобавок, опозорен. От такой смеси эмоций его обуял невероятный гнев.

Убью. Любой ценой.

Суга перехватил баллончик, повернулся к мотоциклу и протянул правую руку вперёд.

＊＊＊

Лицо мужчины — на вид лет шестидесяти — о чём-то напомнило Минору, но у него не было времени в этом разбираться.

Старик выставил правую ладонь перед собой, согнув пальцы словно когти.

Линия в центре ладони раскрылась, и из-под кожи показалась алая сфера, похожая на глазное яблоко живого существа. Глаз вспыхнул кроваво-красным.

Подавив инстинктивное желание остаться под оболочкой, Минору отключил способность. Судя по тому, как недавно прервался их разговор, барьер пресекает и беспроводную связь коммуникатора, так что из оболочки предупредить Юмико не получится.

Не успев ещё приземлиться на сидение, Минору сипло крикнул:

— Справа в такси Игнайтер, нападает!!!

— ...Ах! — из динамика раздался резкий вздох.

А через мгновение Минору почувствовал порыв ветра.

Слева направо задул поток воздуха. Сильным он не был, но дышать мешал. В панике он попытался вдохнуть глубже, но боль в груди не пропала.

Кислород пропал.

Это одна из граней силы Игнайтера — «атака разрежением». Скорее всего, кислород, которым должны были дышать Минору и Юмико, сосредоточился недалеко от мотоцикла.

Лёгкие болели, как будто их выворачивало наизнанку. В глазах быстро темнело. Скорее, баллончик, — подумал было он, но запоздало вспомнил, что тот так и остался в багажнике позади него.

Надо включить оболочку обратно. Не знаю, как это получается, но под ней всегда есть кислород; значит, и против разрежения Игнайтера должно помочь, — решил Минору и попытался вдохнуть, пересиливая спазмы лёгких.

Но — ничего не получилось.

Он не смог втянуть воздух. Чтобы включить Защитную оболочку, необходимо конкретное действие: вдохнуть полной грудью и задержать дыхание. Но горло словно что-то перекрыло, и как ни пытался он вдохнуть, лёгкие отказывались повиноваться.

...Что-то... нехорошо получается... — мелькнуло в затуманенном разуме — так отстранённо, как будто его всё это не касается. Бум, — стукнула чёрная сфера под грудной клеткой.

Собрался отделиться? Решил, что носитель мёртв, и улетаешь в небо? Как тот Сёрд Ай, который бросил оболочку Байтера на парковке Сайтама Супер Арены.

И тогда...

— Будем прыгать! Держись!!!

Громкий крик в динамиках коммуникатора встряхнул сознание Минору. Он собрал остатки сил и ухватился за Юмико.

Болезненно рокочущий — должно быть, из-за недостатка кислорода — движок взревел раненым зверем.

Впечатляющая мощь передалась по цепи к заднему колесу, а через него опустилась на дорожное полотно. Одновременно с тем, повинуясь обратному вращающему моменту, или же противодействующей силе, возникшей от вращения заднего колеса, поднялось колесо переднее.

Зародившуюся при этом сумму ускорений, направленную диагонально вверх, Юмико усилила способностью, и...

Бабах!

С сокрушительным грохотом мотоцикл с двумя пассажирами на огромной скорости взмыл ввысь.

Тускнеющий взгляд Минору застлало закатное марево.

＊＊＊

Им было некуда бежать.

Суга убрал кислород вокруг парочки Чёрных на добрые десять метров. И наездница, и пассажир должны были вдохнуть обескислороженного воздуха и тут же лишиться чувств.

Изначально он целился в двигатель. Для работы в двигателях внутреннего сгорания всегда должны гореть пары бензина. Даже младшеклассник поймёт, что будет, если сосредоточить внутри концентрированный кислород.

Но к сожалению, мотоцикл оказался слишком близко. Взрыв двигателя накрыл бы и такси. В худшем случае обломки могли пробить стекло и влететь в салон. Поэтому Суга прибегнул к плану Б и атаковал разрежением, но...

— Чт!..

От потрясения он разжал Горсть.

Пойманный в обескислороженную область большущий мотоцикл вдруг эффектно встал на дыбы и — не успел Суга этому удивиться — точно ракета земля-воздух взмыл по диагонали в небеса.

Наверняка это способность Чёрной, оставившей глубокую колотую рану у него в животе. Да что уж там, наездница в чёрном костюме — та самая девка.

Досада от того, что заклятый враг ускользнул, вскипела у основания живота, но совсем ненадолго. Ещё не время с ними воевать. Для этого он подготовил более подходящую сцену. Сейчас главное не наломать дров, сделать всё спокойно и по-взрослому.

Крепко прижав баллончик кислорода ко рту, Суга обратился к водителю:

— Останови перед светофором.

Однако водитель, перекинувшись через руль с сигаретой во рту, не сводил глаз с неба за передним окном.

— Дед, вы это видели?! Байк в небо улетел! Они что-то снимают или как?!

Он бы не удивился, если бы и водитель надышался разреженного воздуха, но благодаря закрытым окнам тот избежал ущерба. Подавляя раздражение, Суга повторил указание:

— Мне всё равно, высаживай.

— Понял, понял.

Замигав поворотниками, такси остановилось у обочины, и водитель снова взволнованно воскликнул, попутно возясь с таксометром:

— Дед, вы ж недавно им какой-то знак подали?! Может, вы тоже актёр?!

— ...

Ты договорился, юноша.

Вернув баллончик в сумку, Суга непринуждённо протянул правую руку и схватил водителя за сальную шею.

Хрясь.

Он почти не прикладывал сил, но шейные позвонки раздробились без сопротивления. Натренированной в горах правой руке человеческие кости оказались что пенопласт.

Той же рукой переложив обмякшее тело водителя на соседнее сидение, Суга вышел из такси, подошёл к передней двери и как ни в чём не бывало занял место водителя.

Потом затолкал труп под сидение, включил на табличке под стеклом надпись «Занято» и, наконец, отправился в путь.

＊＊＊

Даже страдая от жгучей боли в груди, Минору осознавал, что мотоцикл прыгнул или, скорее, взлетел.

Юмико ускорила их диагонально вверх и отправила мотоцикл в полёт. Финт, безусловно, радикальный, но Минору прекрасно понимал, что только так они могли выбраться из зоны поражения.

И всё-таки...

Как, чёрт возьми, приземляться будем?

Мотоцикл парит как минимум в тридцати метрах над землёй. Дороги под нами, очевидно, нет, и ни ускориться, ни замедлиться мы больше не можем, так ведь? — мысли пролетали в практически отключившемся сознании Минору, но совершенно спокойная Юмико продолжала служить отличной опорой.

Вскоре байк достиг вершины параболы и начал снижаться.

Падение с такой высоты и столкновение хоть с дорогой, хоть со зданием грозило серьёзными увечьями не только мотоциклу, но и укреплённым телам Джет Аев. Минору мог бы укрыться под Оболочкой, но спасаться в одиночку ни за что бы не стал, да и не факт, что у него получилось бы задействовать способность на грани обморока.

В той стороне, куда они падали, выстроился ряд невысоких зданий с зелёными крышами. Одна из них быстро приближалась. Минору был уверен, что столкновение неизбежно... но его опасения не оправдались.

Оказавшись в непосредственной близости к продолговатой крыше, мотоцикл разом сбавил скорость, как если бы за ним вдруг открылся парашют.

Бетонная поверхность оказалась прямо под ними. Колёса коснулись крыши почти одновременно. Скрипя, глубоко просела подвеска, поглощая удар.

Наконец, на этот раз пустив в ход настоящие тормоза, мотоцикл заискрил тормозным диском и остановился точно в центре крыши.

Ладно, смерть от падения нам больше не грозит, но почему мы смогли замедлиться в воздухе? — всплыл вопрос в затуманенном разуме Минору, и он тут же догадался.

На падающий байк действовало не только ускорение свободного падения, но и замедление от сопротивления воздуха. Если подумать, замедление — это ведь «ускорение в обратную сторону», и по сути для силы ускорения нет никакой разницы. Скорее всего, Юмико усилила это самое замедление и затормозила мотоцикл воздухом.

Акселератор... Поразительная сила...

Вот что он подумал перед тем, как потерять сознание. Остатками чувств Минору ощутил, как падает с пассажирского сидения и перекатывается по бетону.

Юмико подбежала, что-то крича, и взяла его на руки. Потом отшвырнула шлем, схватилась за маленький мундштук, высовывающийся из-под костюма, и сунула Минору в рот.

— ...вай! Дыши!!!

Минору попробовал вдохнуть воздуха, но горло и грудь не двигались. Прямо как если бы в него залили горячего клея, который заполнил собой всю дыхательную систему и застыл. В глазах быстро темнело. Сёрд Ай в груди дрожал.

Он что-то... чувствует? Злость... нет, печаль?..

Вдруг мундштук вырвался у него изо рта.

Юмико обхватила его губами и выгнулась, набирая столько воздуха, сколько могла.

А потом, выплюнув мундштук, без тени сомнения припала к губам Минору. Обеспечив дыхательный путь, она зажала ему нос и с силой выдохнула. Кислородосодержащий газ распахнул трахею и хлынул в лёгкие.

Отстранившись, Юмико снова приложилась к мундштуку, полной грудью втянула обогащённого воздуха и снова вдохнула его в Минору.

Последний уже не мог ни о чём думать и только жадно глотал порции кислорода. Жгучая боль в лёгких отступала, а неистовое биение Сёрд Ая вскоре стихло.

— ...Г!.. Гха! — закашлялся Минору, когда его лёгкие, наконец, заработали. Юмико же, пристально смотря ему в глаза, резким голосом выкрикнула:

— Дышать можешь?! Можешь сам дышать или нет?!

— Д... д... да... — прохрипел он.

И тогда...

Тёплые капли покатились по щеке Минору. Только пару секунд спустя он понял, что это слёзы Юмико.

Она, похоже, и сама удивилась, что плачет, и подалась назад. Несколько раз она пыталась утереть слёзы рукавом, но в конце концов повернулась к Минору спиной, села на корточки и разрыдалась.

Её плечи дрожали, а Минору, будучи не в силах ни сказать что-нибудь, ни даже подняться, только и мог что смотреть на хрупкую спину. Лишь урчание остывающего двигателя вторило тихим всхлипам.