Бездарная невеста Норштальта

С нежной улыбкой на лице мать снова и снова гладила серебряные волосы Елены.

- Все в порядке ~

Голос был похож на колыбельную, на нежное заклинание.

- Ну, не плачь ~

Её мама снова и снова говорила это Елене, которая продолжала плакать, гладила ее по голове и обнимала.

- Все в порядке, ты не «бездарная».

*

*

*

Раннее утро.

Небо было еще пурпурным, а город еще тихо спал.

　Стройная девушка с серебристыми волосами и красивыми сапфирово-голубыми глазами вышла из маленькой хижины на заднем дворе самого большого в городе особняка и тихонько огляделась.

　 Елена Норштальт.

　В клане Норштальт, где власть абсолютна, она была дочерью, которую называли бездарной.

　Клан Норштальт живет на самом дальнем полуострове, не принадлежащем ни одной стране.

　В течение сотен лет на этом полуострове они сами защищали себя — с помощью своих способностей.

　Особые способности. Это то, что иногда называют магией, колдовством или даром.

　Мир давно потерял магов и колдунов, но только внутри клана Норштальт сохранили эту силу.

　Миссия клана Норштальт заключалась в том, чтобы приумножать более сильные способности в следующих поколениях, поэтому они были ужасно безразличны к тем, кто не имел их вовсе.

　Елена родилась как дочь главы клана на самом дальнем полуострове, где живет клан Норштальт, но ее признали бездарным ребёнком, поэтому она перестала считаться дочерью главы.

　Тем не менее, она был счастлива, пока ее мама была жива. Только мама любила и заботилась о Елене и всегда защищала ее от издевательств со стороны ее сводных братьев и сестер.

　Однако ее мать умерла, когда ей было шесть, и обстановка, окружающая Елену, внезапно ухудшилась.

　Ее выгнали из семейного особняка, и в итоге она жила у них как прислуга в хижине на заднем дворе.

　«Клану не нужна бездарность.»

　Причина, по которой её не убили в тот момент, когда она родилась, и то, что Елена смогла жить, (несмотря на то, что её презирали) вероятно, была благодаря матери, которая защищала Елену, когда она была маленькой, и её отцу, который был главой клана.

　Однако отец потерял интерес в тот момент, когда родилась Елена, и вел себя так, как будто её не существовало в этом мире. Взгляд ее отца больше никогда не падал на Елену, и, конечно же, он никогда не разговаривал со ней.

　Елена выскользнула из избы, начерпала воды из колодца, взяла из курятника два куриных яйца и вернулась в хижину.

　Те, кто изначально были членами семьи, относились к Елене как к служанке, но, в отличие от настоящих слуг, ей не давали еды.

　Если она не запасется водой и едой рано утром, пока никто не видит, то ей придется работать без еды и питья весь день. А если Елена прикоснётся к еде или воде на глазах у ее сводных братьев и сестёр, то они безжалостно изобьют её кнутом.

　Нет, кнут — это еще нормально.

　Временами, они мучили Елену своими сверхъестественными способностями.

　Держали ее насильно в воде, до тех пор, пока она не начинала захлёбываться, призывали огненные шары, чтобы поджечь ее одежду, и ранили ее кожу лезвиями из ветра.

　Отец же не обижал Елену, но в то же время оставался равнодушным к издевательствам в её сторону.

　Независимо от того, насколько Елена была ранена или как бы ни была высока ее температура, ей не давали отдыхать, поэтому у неё не было другого выбора, кроме как запасаться водой и едой рано утром или поздно ночью, когда все спят.

　(Хорошо, что прошлой ночью я тайком забрала остатки хлеба у отца, так что сегодня у меня есть хлеб и яйца.)

　С такими мыслями Елена разожгла огонь в маленькой кухне в хижине, приготовила яйца и подогрела хлеб.

«Спасибо за еду, мама».

　Елена молча вознесла молитву своей, находящейся на небе, матери и, поблагодарив ее за сегодняшнюю еду, оторвала кусочек хлеба и положила его в рот.

*

*

*

　Отец позвал Елену к себе утром в день ее семнадцатого дня рождения.

　Это был первый раз, когда ее позвал отец, который всегда вёл себя так, как будто ее даже не было, и Елена в страхе пришла в кабинет отца.

- Вы звали меня, оте… господин?

　Елена почти назвала этого человека «отцом», но на полпути поменяла обращение, думая, что она уже давно ему не «дочь».

　Когда отец услышал, как Елена сказала «Господин», он слегка приподнял брови и посмотрел на Елену.

　Он действительно смотрел на Елену.

　Отец.

　Для Елены, которую все её 17 лет он не удостоил и взглядом, это было просто шокирующим событием.

　Отец уставился на Елену, как бы разглядывая ее фигуру, и в конце концов, как обычно, она исчезла из поля его зрения.

　Смотря на документы на своём письменном столе, он начал говорить.

- Решено, кто будет твоим мужем. Проклятый второй принц Королевства Родениум.

　Это было так по-деловому, что Елена подумала, что ослышалась.

　(Что сказал мой отец?)

　(Брак?)

　(Второй принц Родениума. Проклятый...?)

　Когда отец с сомнением посмотрел на всё еще стоявшую в ошеломлении Елену, он добавил, будто вспомнил, что надо сказать что-то ещё:

- Отправление завтра утром. Уже всё приготовлено.

　Елена всё ещё не могла сообразить, но, похоже, отец больше не хотел продолжать с ней разговор.

　Нет, это даже разговором нельзя было назвать.

　После смерти матери Елене не разрешалось говорить ничего, кроме «да».

　Несмотря на то, что Елена была рассеянной, она тихо ответила «да» и вышла из кабинета отца.