Маркус, как обычно, проснулся рано утром и заметил, что его компаньоны уже бодрствовали. Они хотели продолжить свое путешествие как можно быстрее, чтобы покинуть место, где внезапно появилась Буря Хаоса. Было решено продолжить путь без остановок, чтобы пройти как можно дальше.

Однако, это решение не длилось долго. По дороге было множество небольших деревень, и одна из них находилась в беспорядке. На подъезде слышались крики и вопли. Когда они въехали, то заметили большую часть населения, собравшуюся возле неплохого домика в центре деревни. Не то чтобы они хотели загораживать проезд, но дом был рядом с дорогой, поэтому повозка остановилась. Маркус встал, чтобы размяться, а заодно и поглядеть на происходящее в деревне. Любопытство взяло верх.

Пелласт пошел за ним следом, оставив Элида следить за повозкой. Юноше это не понравилось, но он ничего не мог с этим поделать.

— Что случилось? – спросил Маркус у одного из мужчины с краю. Ему пришлось немного повысить голос, чтобы его можно было услышать за бубнящей толпой. Где-то в центре два разгневанных голоса что-то выкрикивали друг другу. Ничего не понятно.

Его вопрос привлек внимание еще двух мужчин. Они лениво, со злобой посмотрели на него, прежде чем устрашиться его внешним видом. Маг!

— Ах… Б-Боже! – заикался мужчина. Жалкое зрелище. Года его не щадили. Кожа покрылась морщинами и уродливыми коричневыми пятнами, часть зубов выпала. – П-прошу прощения, я не знал…

— За что извиняетесь? Я обычный прохожий и мне просто интересно, – прервал его Маркус.

— Ох, да, конечно, – сказал мужчина. Благо он заметно успокоился, поняв, что Маркус не искал проблем. – Ну, это не секрет. Вы же видели вчерашнюю бурю?

— Так, – кивнул Маркус.

— Ну, три парня попали под неё и не смогли найти укрытие. Надышались миазмами и сильно заболели. Не долго им, видимо, осталось, – объяснил мужчина.

— Не говори так! – в разговор встрял другой мужчина. – Эти пацаны еще молоды и сильны, даже сейчас сражаются с демонами! Они справятся!

На мгновение Маркус замолчал. «Демоны»… Демоны это не шутки. Даже самый слабый демон, если у него будет достаточно времени, сможет создать плацдарм для вторжения. Однако, он вскоре понял, что для мужчины загрязнение хаосом было разновидностью «демона». Большая часть деревенщин была уверена, что все болезни от лукавого.

— Мне кажется такая беда была ожидаемой, – вслух размышлял Пелласт – Буря хаоса появилась из ниоткуда. Уверен, мы увидим еще не мало похожих случаев.

Ожидаемая или нет, многие жители должны были знать, что делать в таком случае. В такие отчаянные ситуации обычно попадают путешественники, по типу него и Элида.

В этот момент Маркус понял, что ничего не добьется от простого старика, поэтому продвинулся внутрь толпы, в сторону, с которой доносились крики. Он старался идти аккуратно, но это было сложно, многие одаривали его злобными взглядами, но быстро остывали и расходились, рассмотрев его поближе.

Вскоре он находился прямо перед действительно хорошим семейным домиком. Полностью белые стены, видимо, регулярно красились, крыша была красивой и красной, а дверь выглядела прочной, возле находилась ухоженная декоративная цветочная клумба.

Такой дом не был чем-то особенным, но он сильно выделялся среди серой массы обычных деревенских построек. Они были в состоянии намного хуже, а также меньше размером. Кто бы тут не жил, он явно жил припеваючи.

Прямо перед входом сильно спорили двое мужчин среднего возраста и женщина в крестьянском наряде с человеком в голубой мантии, который старался выглядеть величественно, в чем он был плох. Трое были очень возбуждены, пытаясь перекричать друг друга, из-за чего было довольно сложно понять их издалека, но Маркус был достаточно близко, чтобы расшифровать их вопли.

— …нет совести?! – вскрикнула женщина. – Мы приютили тебя в нашем доме, одарили тебя подарками, а теперь ты просто так уходишь?

— Ваша просьба неразумна, – сказал мужчина, его голос дрожал, руки сжимали посох так сильно, что побелели. Запуган огромной толпой, которая смотрела на него, не давая сбежать. – Загрязнение хаосом вылечить нельзя. Даже старейшины Великих Академий бессильны! Жизнь вашего сына полностью в руках Божьих.

— Шарлатан! – обвинил его один из мужчин. – Это все оправдания! Никакой ты не маг! Вот и все!

— Это серьёзное заявление, – сказал мужчина в мантии, пытаясь выглядеть грозно. – Вам повезло, что я человек благородный. Обычно за такое голову не сносить.

— Да будет так! Ну давай же! – провоцировал мужчина.

— Что-то твоя благородность не мешала выпрашивать еду и жилье, - заметил другой мужчина. Более спокойный, но стоящий на месте, чтобы таким и оставаться. – Ну же, создай какое-нибудь заклинание, чтобы помочь этим детям. Даже если ничего не произойдет, то хотя бы не окажешься пустословом!

Маркус внимательно осмотрел мужчину в голубой мантии. Драгоценная, сделанная из лучшего шелка мантия. Огромный самоцвет на конце посоха и золотые символы, вьющиеся спиралью по всей его длине. И как вишенка на торте – большая, красиво уложенная борода, пояс полный склянок с зельями и разными странными вещами.

Выглядит как маг… но был ли он им? Его вещи дорогие, но не сильные. Большой кристалл на посохе, например, был настоящим магическим катализатором… низшего ранга. Большая безделушка. Просто красивая мантия, а материалы на поясе можно купить в любом магазине для магов.

Сложно сказать, насколько он силен, даже для Маркуса. Он был уверен только в одном – он не был Магом Проявления Души. Его многочисленный опыт говорил ему, что мужчина что-то да понимает в магии. Просто старался показаться сильнее.

По правде, так делали почти все маги.

Он поднял руку, над ладонью запарил маленький шар трескающегося электричества, а потом тут же пропал с громким взрывом, который создал абсолютную тишину. Маг и трое спорящих, испугавшись, повернулись в его сторону.

— Ты, в мантии. Как зовут? – поинтересовался Маркус.

— Гибен, – ответил мужчина, пытаясь успокоиться.

— Гибен, ты ученик? – в лоб спросил Маркус.

Маг шагнул назад, бросив на него удивленный взгляд.

— Как я и думал, – вздохнул Маркус. Он повернулся к трем жителям, которые до этого спорили с Гибеном. – Не давите на него. Из-за бури хаоса, маги его уровня бессильны.

— Мистер… – слабо возразил Гибен.

Маркус пропустил это мимо ушей.

— Так, ладно, может кто-нибудь объяснить мне, что же тут произошло? – попросил Маркус у жителей.

Прежде, чем он понял, две дюжины людей окружили его, пытаясь поговорить.

Стоило подумать, прежде чем действовать…

***

Прошло три часа, прежде чем Маркус смог выйти из этой ситуации и вернуться к Пелласту и Элиду, которые ждали его у повозки. Он мог бы уйти сразу же, используй он силу или будь он погрубее, но, по правде, ему было немного жаль родителей этих подростков.

Конечно, он не мог сделать многого. Гибен был прав, маги ничего не сделали бы с хаосом. Первозданная сила созидания, слишком мощная, чтобы её могли обуздать смертные маги. Возможно с этим справилась бы высокоуровневая магия от жреца Фебруса{1}, но таких встретить очень сложно. Даже Маркус не видел ни одного.

Да, Гибен был тем еще хвастуном. «Я могу творить все виды чудес… да хоть вылечить загрязнение хаосом». Неудивительно, что деревенщины поверили ему, и неудивительно, что разозлились, когда он взял свои слова обратно.

Уверен, он думал, что ему все сойдет с рук. Это не сезон для бурь хаоса, бури хаоса чаще всего никого не убивали, а если не повезло – то человек умирал еще до окончания бури. В жизни быть не может, чтобы его просили доказать свои слова. Увы, судьба – злодейка.

Маркус убедил жителей отпустить мага. Да, тот был плутом, но отрезать ему язык – уже слишком. А если его подозрения были верны, то жители не были невинными овечками.

Вскоре повозка, заправленная волами, продолжила свой путь на восток, и деревня скрылась за горизонтом.

— Итак, – сказал Пелласт, как только они выехали из деревни. – Вам удалось вылечить этих юношей?

— Это попросту невозможно. Никто не может этого сделать, – сказал Маркус. – Я думал Вы это знаете.

— Знаю, – кивнул Пелласт. – Но их родители выглядели счастливо. Они даже предложили Вам пару кур в качестве подарка. Жаль, что не взяли – мы бы хорошо поели перед сном.

— Им эти курицы будут нужнее, чем нам, – ответил ему Маркус. – В любом случае, пусть я не могу вылечить их, я рассказал, что могло помочь им. Пиявки.

— Что? – удивленно спросил Элид.

— Много-много пиявок, – повторил Маркус.

Элид скривился от отвращения: Что они черт возьми бы сделали? А может это Вы мошенник?

— Хаос – сила жизни, поэтому исцеляющая магия бесполезна, а может сделать хуже. Дать зелье исцеления умирающему от загрязнения хаосом, всё равно, что вылить яд прямо в глотку живому человеку, – начал пояснять Маркус.

— Разве хаос - это не сила тьмы и разрушения? – прервал его Элид.

— Тьмы? Нет. Разрушения… ну, косвенно. Это сущность жизни, движения, ярости, непредсказуемости и мутациии. Вы, наверное, уже заметили, что бури хаоса пестрые, будто радуга?

Элид нахмурился.

— В общем, поскольку хаос – это первобытная жизненная сила, её можно скомпенсировать нанесением вреда человеку, – объяснил Маркус. – Это позволяет энергии хаоса благополучно покинуть тело человека, давая ему шанс на выживание.

— Но зачем пиявки? – возразил Элид.

— Потому что иначе надо резать пациента в надежде, что не заденешь артерию или ещё что-то важное, – сказал Маркус, совсем не обращая внимания на слова Элида. – С пиявками будет безопаснее, плюсом они впитывают немного хаоса.

— И это правда помогает? – поинтересовался Пелласт. Идея погружения человека в пиявок его не волновала.

— Они все еще могут умереть, – ответил Маркус – Я не лекарь и не чудотворец. Это просто лучшее, что можно сделать. Может в следующий раз дважды подумают, прежде чем нырять в бурю хаоса.

Пелласт и Элид бросили на него шокированный взгляд.

— Что? – спросил Элид. – Что Вы имеете в виду?

— Именно это и имею, – сказал Маркус. – Я не думаю, что это произошло случайно. Достаточно хаоса, чтобы слечь, но недостаточно, чтобы умереть. Такое случается только если намеренно войти в бурю, надышаться радужной дымкой, а затем сразу же убежать в укрытие. Еще, как удачно, что родители нашли их сразу же после окончания бури.

— Они надеялись получить магические способности, – вдруг понял Пелласт.

— Может быть, – согласился Маркус.

Обычно загрязнение хаосом просто убивало, но те, кто выжил, иногда мутировали или получали особые способности. Большинство способностей были слабыми или бесполезным, но некоторые люди получали невероятный подарок судьбы. Хотя даже слабые способности привлекали внимание близлежащих организаций, особенно если владелец был ребенком. Такого мизерного шанса было достаточно, чтобы люди самостоятельно рисковали своими жизнями.

Сложно сказать, насколько это частое явление, потому что никто не признавался. «Несчастный случай», вот и все.

Элид хотел, что-то сказать, но остановился и продолжил молчать. Тишина в повозке продлилась некоторое время

— Мне кое-что беспокоит, – случайно сказал Пелласт. – Почему такой маг как Гибен просто позволил жителям окружить и обвинять его? Даже если он обманщик, он все еще мог защищаться, да? Вы сказали, что он потерял силы из-за бури хаоса, но я ничего не понял.

— Он всего лишь маг первого ранга, у него даже нет внутреннего резервуара маны, – объяснил Маркус. – Он полностью полагается на внешнюю ману, чтобы использовать заклинания. На ту же ману, которую недавно подпортила буря хаоса. Одно заклинание - всего одно - и он тут же падает замертво из-за загрязнения хаосом, прямо как те дети.

Это было главным ограничением первых рангов. Они способны использовать окружающую их ману, но не способные её хранить внутри себя. Сила и частота применения заклинаний ограничена тем, как быстро они могли черпать ману из окружающей среды, но в конечном счёте потребление маны перевесит её количество в воздухе. Это имеет большое значение в сражениях. А если внешняя мана будет испорчена, скажем, прошедшей бурей хаоса, то, пока маги не покинут загрязнённую зону, они будут совершенно беспомощны.

— Он просто ученик? – недоверчиво спросил Элид.

— Да, хотя если немного подумать, то я не уверен, что его можно так назвать, – размышлял Маркус. – Пусть магов первого ранга обычно называют «учениками», но только потому, что любой человек способен достигнуть второго ранга, при наличии должной мотивации для обучения магии, финансовой поддержки, наследственности и доступу к хорошим учителям. Другими словами, если у них за спиной есть сильная организация. В таком случае, на первом ранге долго не задерживаются и вскоре становятся полноценным магом со вторым рангом. Однако, много магов получили соответствующие навыки… не в идеальных условиях. Также некоторые люди провалились из-за разных причин, даже если они имели все шансы. Они застряли на первом ранге, без возможности пойти дальше, но они уже не «ученики».

По правде, Маркус не считал их магами. Он был более придирчив к ним, чем остальные, тоже самое было со всеми магами ниже третьего ранга. «Бездельники» - вот, кем они были. Важно отметить, что так считали не все, только небольшая часть. Многие остались навсегда на втором ранге, и им не приятно слышать, что приложи они немного сил, то смогли бы достигнуть большего.

— Люди могут провалиться даже, скажем, в Великих Академиях? – спросил Элид, в его голосе чувствовался страх.

— Конечно, – ответил Маркус. Что это за вопрос такой?

— И как часто такое случается? – спросил Элид.

— Редко, – спокойно сказал Маркус. Ответ, видимо, успокоил Элида.

Маркус уже было хотел рассказать ему о процессе отбора в места, по типу Академии Хрустальной Горы, а точнее о том, что процесс отбора довольно жесток, и явных неудачников отсеивают сразу же. Если Элида действительно приняли, он точно сможет пройти все их тренировки. Правда, быстро поняв, что это сделает только хуже, отказался от этой идеи.

Повозка продолжила свой путь, и их разговор не затухал.

Целую неделю Маркус путешествовал с Пелластом и Элидом, разговаривая с ними о том, о сём, проезжая мимо городов и деревень. Он ожидал увидеть мирную и процветающую страну, но последствия Второй Войны Академий были видны невооруженным глазом. Разрушенные здания и новые яркие стены украшали города, а поля уже заросли. Чем дальше Маркус уезжал от окраины цивилизации в Великую Золотую Равнину, тем меньше его боялись и избегали, но напряжение ощущалось повсюду.

Беспокойство росло день ото дня. Изначально, он не спешил покидать Пелласта и его сына, но от путешествия в качестве простолюдина быстро устал. Повозка была мучительно медленной и неудобной. Часто приходилось останавливаться, чтобы напоить волов и дать им отдохнуть, а ещё она была не настолько надёжной, как казалось на первый взгляд. Однажды, колесо упало в яму и отвалилось. Тогда Маркус понял одну неприятную вещь: пусть он и могучей маг с большим опытом, ни он, ни его заклинания не могли починить повозку.

— Вы уверены, что Вам не нужна помощь? – переспросил Пелласт. – Я думаю, что смогу найти кого-то в близлежащей деревне, но придётся подождать.

Маркус ломал голову в поисках решения, мысленно перебирая все свои заклинания и способности. Немного подумав, он достал из рюкзака большую книгу в металлическом переплёте. Обложка была украшена золотой и голубой хрустальной нитью, на обеих слабо различались магические символы и геометрические узоры. Удивление застыло на лицах Пелласта и Элида, как только они взглянули на неё. Маркус сдерживался, когда дело касалось его внешности, но это не относилось к его книжке заклинаний. Он превратил книжку в мощный магический предмет, о чём говорил хотя бы её внешний вид.

Чтобы колдовать, не достаточны было просто запомнить наговор{2} и символы связанные с ним. Заклинание – это наследие, непрерывная линия заклинателей, что передавали свое видение от поколения к поколению, в конце концов ведущая к изначальному создателю заклинания. Чтобы использовать заклинание, магу необходимо погрузить себя в него, погрузиться настолько, чтобы оно отпечаталось в его душе. Сложность этого процесса зависела от совместимости мага и заклинания.

Маг мог удерживать ограниченное количество заклинаний в своей душе, и ограничение преследовало их всю жизнь, вне зависимости от их силы. Например, Маркус мог отпечатать на душе 53 заклинания. Великий маг умел хранить заклинания, но под стать его титулу, некоторые заклинания были необычными и занимали больше места, чем заклинания уровнем ниже.

Пусть для Маркуса 53 заклинания было слишком мало, многие маги не могли даже мечтать о таком. Из-за этого с древних времен маги и другие заклинатели искали способ преодолеть ограничение. Самым старым и действенным способом была книга заклинаний. Не обязательно быть «книгой» – подойдут каменные таблички или свитки – но книга была самой удобной формой, чтобы носить заклинания. Суть книги заклинаний – быть хранилищем для них. Её механика была довольно сложной и запутанной, но, если говорить в двух словах, с её помощью маг мог в любой момент заменять заклинания у себя в душе.

И это потрясающе, потому что Маркус мог использовать сотни заклинаний вместо 53-х, и, если заклинание рассеивалось, он всегда мог вернуть его обратно. Проблема только вспомнить, какое из сотен заклинаний рассеялось. В лучшем случае это занимало час, но обычно намного больше.

Более того, пролистав всю книгу, Маркус понял, что, хоть у него и было сотни заклинаний, только четыре были связаны с ремонтом. Одно ремонтировало только предметы размером с ладонь, и точно не справилось бы с колесом повозки. Другое полагалось на возможности мага создавать предметы. Нет нужды говорить, что Маркус в жизни не создавал колёса. Третье не столько чинило, сколько склеивало предметы маной. Это бы сработало, но Маркусу пришлось использовать его каждые несколько часов, а после его ухода Пелласт останется со сломанной повозкой не пойми где. Будет не очень красиво. Наконец, четвертое было заклинанием настолько высокого уровня, что Маркус не мог с ним совладать. Оно бы починило повозку, но для этого пришлось бы потратить целых два дня, только чтобы использовать его…

Маркус закрыл книгу и посмотрел на Пелласта и Элида, которые ожидающе на него смотрели.

— Простите, – сказал он им. – Видимо, ремонт – это не моя стезя.

Пелласт кивнул без капли разочарования, будто этого он и ожидал. Элид же промямлил что-то язвительно перед тем, как повернуться проверить волов.

Пелласту всё же удалось найти помощь, но на это ушел весь день. Похожие случаи начали преследовать Маркуса всю дорого. Ему нравились его компаньоны, но это уже не вписывалось ни в какие рамки. Когда повозка подъезжала к городу Белой Скалы, он был рад, что они скоро разойдутся.

В тот вечер он был в настолько хорошем настроении, что покинул лагерь на пару часов, чтобы принести кролика и фазана. Это был его прощальный подарок своим компаньонам. Он не знал, какая еда будет под стать мелкому торговцу, но был уверен, что его жест будет оценён по достоинству. До этого они втроем ели всё, что могли купить в городах и деревнях… и эта еда была не лучшего качества.

Тем не менее, хоть Маркус и ожидал, что они примут его подарок с распростёртыми объятиями, он был удивлен тем, как жадно одни впивались в жаренного животного. Они ели с такой скоростью, что Маркусу почти ничего не осталось, в конце трапезы они разочаровались тем, что этого было мало. Маркус мог понять, что бы так себя вёл Элид, но Пелласт? Удивительно.

— Вы скорее всего это уже знаете, но город Белой Скалы - это, грубо говоря, врата в Академию Хрустальной Горы, – сказал Маркус своим спутникам, сидевшим вокруг костра, с разбросанными рядом остатками жареных животных. – Как только вы войдёте, вам придется провести некоторое время с представителями академии и готовясь к отправке в горы. Я же продолжу идти к побережью. Другими словами, мы разойдёмся на входе в город.

— Я примерно так и думал, – кивнул Пелласт. – Я правда должен поблагодарить Вас за всё, что Вы сделали. Благодаря Вам, мы не встретили разбойников, и даже стража нас не беспокоила, а также за время, проведённое вместе.

…Для него это было «хорошим временем»?

— В любом случае, я всегда хотел спросить, но сомневался в правильности, - продолжил Пелласт. – Теперь, раз уж мы расходимся, я больше не могу сдерживать своё любопытство. Вы… Вы правда старейшина Академии Великого Моря?

Элид, наклонившись немного вперёд, навострил уши.

Маркус приподнял бровь.

Пелласт неловко прочистил горло.

— Признаюсь, что я, как и Элид, решил, что Ваши слова о ранге и положении в качестве одного из сильнейших магов континента были чушью. Конечно, я не сомневался в том, что Вы – маг, и, возможно, не более, чем капитан отделения с третьим рангом, – объяснил Пелласт. – Пожалуйста, сэр, не принимайте близко к сердцу. Я говорю это по своему опыту общения с людьми – магами, воинами, ремесленниками, охотниками и другими – и я точно знаю, насколько гордыми они могут быть, чего уж говорить об их любви к преувеличениям.

— И что? – спокойно спросил Маркус, не показывая ни капли возмущения. Слушая, он рассеянно возился со своим посохом, как он часто делал во время отдыха, скользя пальцами по рунам, вырезанными на нём, и мельчайшим изъянам в его конструкции, к которым он привык за долгое время.

Я не маг и не могу судить честно, но я понимаю, что вы не врали о своей силе, – выдохнул Пелласт, не заметив злобы и возмущения. – Ваш скромный наряд и фамилия ослепили меня. А ведь это можно было понять ещё давно.

— Фамилия? – спросил Элид, не понимая, что имел в виду его отец.

— Фамилия «Кинг» звучит величественно, но на деле означает, что человек является сиротой, – пояснил Маркус. – Многие детские дома в Серебряной Лиге финансируются королем в качестве благотворительности. Таким образом, дети без происхождения считались «детьми короля» и получали фамилию «Кинг».

На секунду наступила тишина, пока Элид обдумывал это.

— Так ты…

— Сирота, – закончил за него Маркус. – Неизвестный оставил меня в корзинке возле двери детского дома глубоко ночью. Я даже не знаю, кто мои родители.

— Но, эм… как смог какой-то сирота… – на мгновенье Элид остановился, понимая, что то, что он собирался сказать может плохо кончиться.

— Я этого не стыжусь, – заверил его Маркус. – Будь моя воля, я бы сменил фамилию на что-то менее очевидное. Ты хотел спросить, как простой сирота смог стать магом пятого ранга и одним из старейшин Академии Великого Моря, ведь так? – Элид нерешительно кивнул. – Хоть у Великих Академий, что правят Серебряной Лигой есть много недостатков, они все сильно уважают сильных и талантливых людей. Не сказал бы, что моё происхождение не повлияло на мою учёбу, но это были временные трудности на пути к успеху.

Но вот только такие истории успеха были редкостью. Чрезвычайной редкостью. Внутренние круги каждой великой академии контролировались горсткой семей, которые выступали в качестве «дворян» – а иногда ими и были – и пробиться в этот круг, не имея хорошей родословной или связей было очень сложно.

Маркус заработал достаточно славы в боях и магических достижениях, чтобы перейти в старейшины, но как только он захотел большего, то его происхождение стало его главным врагом.

— Я расскажу тебе секрет, –сказал им Маркус спустя несколько секунд. – Я не был на Далеком Западе. Точнее, да, я был там и многое повидал за эти шесть лет. Правда в том, что это было добровольное изгнание.

— Изгнание? – воскликнул Элид.

— После Войны Академий – я имею в виду первую – я решил стать сильнее, – объяснил Маркус. – Я думал, что мой вклад в войну был большим, а сила огромной. Я попробовал стать лидером Академии Великого Моря.

Пелласт заметно поморщился.

— Как видите, я проиграл, – продолжил Маркус. – Мой соперник был слабее, но сильнее во всём остальном. Гай был выходцем древней, богатой семьи и считался вундеркиндом с детства. Его престижная родословная, его понимание политики, его ораторские способности стали моей погибелью. Я не мог их превзойти. Потеряв первенство, я понял, что самым умным выбором будет на время покинуть академию. И только сейчас, спустя шесть лет, я чувствую себя полностью уверенным в себе.

Пелласт поёрзал на бревне.

— Разве это хорошая идея возвращаться? – спросил Пелласт. – Я понимаю, что это Ваше решение… но правители не жалуют тех, кто может угрожать их власти. Вы уже можете быть лишены статуса старейшины.

— Гай бы такого не сделал, – покачал головой Маркус.

— Почему? – потребовал ответа Элид. – Это было бы первым, что я бы сделал.

Маркус улыбнулся: «Тогда бы ты остался в дураках. Как только я узнал бы об этом, то тут же бы ушел в другую великую академию и попросил бы позицию старейшины у них. Любая академия примет меня с распростёртыми объятиями. Маги пятого ранга необычайно редкие – невозможно обучить таких, имея хоть все деньги и ресурсы мира. Последнее, чего хочет любой человек у власти – чтобы такие как я пострадали. Это ослабит их, и усилит врагов. Гай может надавить на меня, или даже попытаться убить, но точно не выгонять. Он хочет, чтобы я ушёл, но цена этого слишком высока».

— Кстати, раз уж зашла речь о магах пятого ранга, я кое-что вспомнил, – сказал Пелласт. Маркус решил, что ему тоже было неудобно обсуждать эту тему. – Почему Вы так одеваетесь? У Вас нет свиты, нет знака отличия… разве маг такого уровня не хотел бы, чтобы все знали о его силе и статусу? Вы намеренно стараетесь выглядеть слабее?

— Ага, – прямо ответил Маркус. – Ранее ты сказал, что я выгляжу как маг третьего ранга. Именно этого я и хотел.

— Почему тогда ты сразу признался, что ты пятого ранга? – возразил Элид.

Маркус несколько секунд молча собирался с мыслями.

— Ранги магов - это не просто уровни сил, – сказал он Элиду. – Каждый ранг отражает фундаментальные изменения в природе силы у мага. Изменения пятого ранга особенно заметны, и их никак не скрыть от любого мага выше третьего ранга. Их эмблемы будут взаимодействовать с моей душой, вне зависимости от меня. Скажи я, что у меня третий ранг, а позже мы бы встретили мага с таким же рангом, то он сразу бы меня раскусил. Узнай бы вы об этом, стали бы подозревать меня во лжи, что бы я не делал. Маги третьего ранга встречаются часто; даже у небольших академий есть как минимум один. Таким образом, мне было бы нецелесообразно притворятся кем-то кроме Мага Проявления Души.

— Маг Проявления Души? – спросил Элид.

— У каждого ранга есть название, – ответил Маркус, – но раз вы не маги, то вы, скорее всего, не поймете меня, если я начну рассказывать о «логосах» и «магах-основы» и всяком таком.

— Маг Проявления Души… это правда настолько очевидно?

Маркус ничего не сказал. Наоборот, он взглянул глубоко в глаза Элида и позволил своей душе выплеснуться в мир.

Бесконечное пение сверчков и другой живности остановилось. На короткое мгновение, позади Маркуса обрисовалось великое дерево – возвышающийся дуб с великолепной лиственной кроной. Его корни опирались на землю. Ветки словно тянулись к небесам. Оно окутало всё вокруг эфирным туманом, на её коре плясали разноцветные призрачные знаки. Элид и Пелласт сразу же погрузились в транс, их глаза потеряли фокус, а тела задрожали.

Спустя время они вернулись в норму. Элид начал задыхаться, прижимая руку к сердцу. Возможно Маркус немного перестарался. Пелласту было лучше, потому что Маркус выбрал целью Элида, но он всё равно в полной мере прочувствовал это.

— Если захочу, то это смогут увидеть обычные люди, – спокойно объяснил Маркус. – Однако маги, имеющие логос, способны ощутить это, даже если я буду пытаться подавить его присутствие. Если какой-то человек может сделать тоже самое, вы не сможете проглядеть его, как бы вы не пытались.

— М-мой глупый сын… – заикался Пелласт. – Однажды ты сведёшь меня в могилу намного раньше, чем нужно.

Элид ничего не говорил, продолжая делать глубокие вдохи и выдохи. Он посмотрел Маркусу прямо в глаза. Они смотрели друг на друга некоторое время, прежде чем Элид молча отвернулся.

И вот, вернулся треск сверчков, а дикие животные разбежались, испугавшись.

— Отдохните, – внезапно посоветовал Маркус. – Завтра мы будем в городе. Нужно быть в лучшей форме, перед тем, как встретить людей из академии.

Не дожидаясь их ответа, он покинул лагерь и расположился возле повозки. Лучше всего было остановиться именно здесь.

***

Несмотря на свои слова, Маркус не мог уснуть. Различные мысли не покидали его голову: от бывшей славы до сильных разочарований. Он встал с кровати и отправился в лес. Отсутствие света ему не мешало, видимо из-за богатого опыта в перемещении в темноте и из-за усиления всех его органов чувств.

Он остановился на краю леса. Он просто хотел уйти как можно дальше от лагеря, не потревожив Пелласта и Элида, – он даже не знал, куда шёл.

Честно говоря, это и могло быть его целью. Он не был полностью уверен, что был готов. Покинув Серебряную Лигу шесть лет назад, он даже не собирался возвращаться хоть на день. Он был слишком огорчён и разочарован решением совета старейшин. Как они могли выбрать Гая, а не Маркуса? Некоторые старейшины уверяли Маркуса, что полностью поддержат его, а на деле под конец поменяли лагерь. Предатели.

Всё же годы скитаний потушили пожар в его сердце. Он пришёл к выводу, что это было к лучшему. Быть главой Академии Великого Моря могло быть утомительно, а он не смог бы достигнуть такого же уровня, какой у него есть сейчас. Однако…причины возвращаться так и не нашлось. Просто у него не оставалось причин задерживаться.

Этого было достаточно? Может глубоко внутри себя он всегда хотел вернуться? А чтобы подавить сопротивление пришлось повидать далёкие земли?

В конце концов, он не смог заглушить зов, что умолял его вернуться…

— Зачем ты идёшь за мной? – спокойно спросил Маркус, даже не обернувшись, чтобы взглянуть в глаза своему преследователю. Его голос был приглушен, но достаточно громким, чтобы не шептать. Он был далеко от лагеря, поэтому Пелласт бы не проснулся, только если мимо не проходили охотники.

Время шло. Молчал его преследователей и сам Маркус. Наконец, спустя полминуты, Элид собрался и нерешительно встал перед Маркусом.

— Что-то нужно, Элид из Сикаруса? – переспросил Маркус, всё также не смотря на него. Последние несколько дней он чувствовал, что Элид хочет о чём-то поговорить. Однако, он решил оставить всё на волю случая.

— Можете… можете проверить, насколько я совместен с земляным элементом? – попросил Элид. – Я заметил ваш арсенал состоит из большого количества земляных заклинаний, а основа Академии Хрустальной Горы – земля. Поэтому… может я выгляжу самонадеянно, но я подумал… эм…

— Я могу сказать, что у тебя есть совместимость с логосом земли, – ответил ему Маркус. – Вопрос в том, готов ли ты услышать правду?

Маркус был уверен, что Элид не имел родства ни с одним элементом. Во-первых, такие люди были редкостью, и по мере взросления проявляли признаки расположенности. Во-вторых, Элид уже прошёл тестирование в Академии Сердечного Огня. Хоть эта академия специализировалась на огненных техниках, они были Великой Академией. Ни одна Великая Академия не ограничивалась одним элементом; они были потрясающи в использовании огня, что неудивительно, но они бы не отказались от талантливого ученика, способного управлять любым другим элементом. Это же такое упущение!

— Я… да, – Элид глубоко вдохнул. – Я хочу знать. Мне нужно это знать. Прошу.

— Хорошо, – Маркус протянул ему руку. – Возьмись.

Маркус ещё никого не учил, но примерно понимал, что нужно делать. Как только рука Элида коснулась его, от Великого Дуба протянулась тонкая нить духовности и между ними создалась связь.

Глаза Элида тут же остекленели и потеряли фокус, эфирный дуб заполнил его разум, вытесняя все ненужные мысли. Маркус другой рукой щёлкнул его по лбу, заставив очнуться.

— Оставайся в сознании, – приказал он юноше.

Элид поморщился, его рука дрожала, пытаясь выбиться из хватки Маркуса.

— Смотри на символы, текущие по коре дерева, – сказал ему Маркус. – Попробуй погрузиться в них не потеряв сознание. Услышь их зов.

Пусть Маркус согласился лишь проверить совместимость Элида, он планировал сделать большее. Всему виной любопытство. Да и раз уж начал делать – нужно сделать с душой. Так Маркус действовал всегда. Раз уж он сделал одолжение для Элида, то можно быть более тщательным.

Ну такое. Среднее. Так себе. Это был исход всех проверок, которые делал Маркус. Элид был середняком в погружении в руны, мог выдержать среднее количество маны при передаче, среднее число узоров за раз…

Ох, и его совместимость с землёй была средней.

Маркус сдерживал своё разочарование. Всё, как он и думал. Проверяющие в Академии Сердечного Огня…

Хм?

Ух ты. Правда? Среди всего… и до смеха своеобразная вещь. Как именно он…

Маркус отпустил руку, разорвав связь. Он несколько секунд пристально глядел на Элида.

— Так, эм… ну и как? – спустя время спросил юноша.

— Жди здесь, – приказал Маркус.

Он ретировался в лес, оставив растерянного подростка позади. Позднее он вернулся с запечатанным письмом в руке и сунул его в руки Элида с предостережением: «Покажи его, только если провалишься».

— Что? Что это? Я не понимаю, – возразил Элид.

— Если сможешь пройти экзамен без письма, то делай что хочешь. Сожги, спрячь, без разницы… но в ином случае, ну. Отдай его им. Уверяю, они захотят, чтобы ты учился у них.

— Захотят? – переспросил Элид, поглядывая на письмо в своих руках.

— Последний шанс, смекаешь? – предупредил Маркус. – Тебя возьмут, но вот дальше – всё зависит от тебя.

Элид ещё несколько секунд продолжал смотреть то на письмо, то на Маркуса, прежде чем положить письмо себе в карман, будто это было сокровищем.

— Вы думаете, что я когда-нибудь стану как вы? – спросил его Элид. Видимо он не спешил возвращаться в лагерь.

— Кто знает, – немного подумав ответил Маркус.

Такая сила пришла ему из-за великого таланта, но свою роль сыграли хаос и разрушения, вызванные войной в Академии. В мирное время вряд ли кто-то смог бы развиться настолько же быстро, будь он хоть в сотню раз гениальней. Вот только нынешняя ситуация в Серебряной Лиге… видимо эта эпоха была не такой уж мирной и спокойной. Ещё и странное видение…

Всё-таки у молодого Элида будет много возможностей словить рыбу в мутной воде{3}.

***

Город Белой Скалы расположился на подножье гор Кровавого Камня, возле важного прохода, соединяющего Великую Золотую Равнину и Западное Побережье. Это был умеренного размера город, расположенный в выгодном стратегическом положении, но с недостатком водных ресурсов. Живой и живописный город, ни капельки не изменился с последнего визита. Похоже Вторая Война Академий не сильно повлияла на него.

Внушительная крепость, служившая военным и административным центром города. Вот что было причиной. Построенная из сияющего белого мрамора и укрепленная могущественной магией, она выглядела огромной и лишней в сравнительно маленьком городишке. Чрезвычайно ухоженный, а дежурившая стража, проверяющая посетителей, была хорошо оснащена.

Повозка без проблем проехала в город через ворота. Постовые ничего не спросили, только собрали плату за вход и отпустили. Однако, предупредили, как только они вошли.

— Вы прибыли в неудачное время, – сказал старый постовой. – Отношения между герцогом Белой Скалы и местной гильдией наёмников немного напряжены. Наёмники заблокировали каньон, чтобы заставить герцога выполнить их требования. Возможно это займет ещё несколько дней, прежде чем всё решится. До этого момента западная дорога будет перекрыта.

— Потрясающе, – Маркус раздражённо прищёлкнул языком. Ждать, как предложил постовой, или отправиться проверить самому? Сложный выбор. – Такое часто случается?

Маркус так решил из-за того, как об этом сообщил им постовой.

— Это уже третий раз, – ответил постовой. – Они стали сильнее после Второй Войны Академий, поэтому вырос и их аппетит.

Дать им преимущество – или любой другой гильдии – все равно, что отдать часть силы Академии Хрустальной Горы кучке недоумков. А город Белой Скалы был одним из главных составляющих академии. Оказывается, положение Академии Хрустальной Горы было ещё хуже, чем представлял себе Маркус. Возможно Элид всё-таки сможет купить себе дорогу в академию, и письмо ему не пригодится…

Прежде чем они смогли продолжить свой разговор, впереди началась какая-то суматоха. Группа хорошо вооруженных и дорого одетых воинов сопровождала большую карету, едущую по городским улочкам. Странная карета иностранного производства. Она привлекала взгляды зевак, некоторые даже следовали за ней.

Через несколько секунд, карета остановилась у магазина, и привлекательная молодая пара вышла, чтобы посмотреть товары из любопытства, за ними следовала горстка слуг в мантиях. Пара воинов, сопровождающих карету, отделилась от основной группы и мгновенно встала на защиту парочки, отгоняя от них людей, желающих посмотреть на эльфов поближе.

И все они эльфы: от воинов и до водителя кареты, даже молодая парочка. Необычно. Эльфы редко передвигались в таких больших группах, только если не было военных действий, особенно редко их можно встретить в далёких землях. Обычно их можно увидеть только в прибрежных городах.

— Эльфы активизировались за последнюю пару лет, – рассказал ему Пелласт. Он отчётливо помнил, что Маркус жил в изоляции долгое время, поэтому он ничего не знал. – Отправляют своих авантюристов и дипломатов в каждую дырку, не только в прибрежных городах, но теперь и в далёкие земли. Они перестали быть чем-то необыкновенным. Хотя их родные острова так и остались неприступными для людей. Несправедливо…

— Оживились ещё и дварфы, – добавил старый постовой, краем уха услышав их разговор. – Правда они заинтересованы только в Горах Кровавого Камня и их окрестности, но в этом регионе они сражаются в древних руинах с орками, драконами и магами Хрустальной Горы.

Интересно… Маркус переживал, что Гигантский Громовой Холл мог отомстить ему за убийство их лидера во время Войны Академий, но, раз уж дварфы смогли прийти далеко на юг, то, видимо, у них своих проблем навалом.

С другой стороны, Гигантский Громовой Холл не отличался своей рассудительностью…

— Полагаю, орки изо всех сил пытаются пробиться на юг? – спросил Маркус.

— Как всегда! – сетовал постовой. – Я-то думал, что они притихнут на десяток или два после поражения в Первой Войне Академий, но нет. Откуда их столько появляется? Они живут в Дакаре. Окружены лесом и соснами, там же никаких условий для снабжения армии! Клянусь, орки просто появляются из замороженной земли и сразу готовые воевать…

Постовой был недалёк от истины, но Маркус не собирался ему рассказывать, что там на самом деле происходит с орками и их неустанными завоевательными походами. Негласное правило среди великих держав. Обычные люди были бы подавлены, узнав всю правду о Шпиле Плача и других вторжениях бездны в нашу реальность.

Тем не менее, Маркус выяснил, что многие люди в конечном итоге затрагивали истину различными способами. Слишком большой секрет, чтобы скрыть от всех.

Не смотря на перекрытую дорогу, Маркус попрощался с Пелластом и его сыном заранее, заверив их, что у него есть свой способ перебраться через эту преграду. Ну вообще-то его не было, но он что-нибудь придумает.

Надо решать проблемы по мере их поступления.

* * *

Заметка от автора:

Насколько тяжело было бы починить повозку вашему любимому магу из другой истории?

* * *

{1} - Я не уверен, но возможно это отсылка к богу Фебруусу. В древнеримской религии Фебруус был богом очищения.

{2} - Тут уж сорри, но я просто понятия не имею, как переводить «chants» в этом контексте. Наговор – это вот то самое начало у заклинания, по типу «Ниспошли защиту воды туда, где она требуется, направь сюда кристально чистый поток, ВОДЯНОЙ ШАР!», всё, до слов «водяной шар» - это наговор.

{3} - Пользоваться трудностями, паникой, замешательством, распрями и т. п. для достижения личных целей