Лечащий врач Лауры провёл встречу с исследовательской группой «Ночных стрекоз».

— ... Это просто невероятно. Я и не думал, что есть такой способ использования зачарования, — врач всё ещё был в шоке.

После детального изучения, стало ясно, что моя техника усиления была полезна для движения нижней части тела.

— Мы напишем статью, в которой Лаура станет первой пациенткой. Если всё получится, зачарователи будут рассматриваться как врачи.

Эта техника снова может позволить ходить тем, кто когда-то утратил эту способность.

Техника зачарования позволяет двигаться без использования сторонних предметов, задействуя только мышцы и стимулируя их. Это предотвращает исхудание ног и ломкость костей. Так можно сохранить ноги на уровне обычного человека.

Принцип моего зачарования прост и легко понятен в освоении. Высокоуровневое зачарование не требуется, потому даже средний зачарователь без особого труда сможет воспользоваться.

То, что зачарование используется в лечебных целях, снижает сложность обучения. Во время сражения в лабиринте тебе придётся быть гибким, а при использовании в повседневной жизни не придётся продумывать экстренные ситуации. Даже если придётся читать заклинение час, пациенты согласятся потерпеть, если в итоге они смогут двигаться.

Врач и исследователи по очереди высказывали свои мнения.

Спектр применения был широк. Что-то может использоваться для реабилитации. Всё предложенное имело большой потенциал.

Но была одна проблема.

— Вопрос в продолжительности усиления. Чтобы пациент вернулся к обычной жизни, зачарователь должен постоянно работать, но долгое зачарование истощает ману, — резюмировала итог госпожа Камилла.

— Проблема будет решена, если зачарователей станет больше. Если бы можно было пойти в больницу и там будет зачарователь, человек бы смог жить полноценной жизнью, временами пользуясь помощью инвалидной коляски, — говорил один из исследователей.

— В перспективе именно так. Но... Малыш Вим, — госпожа Камилла обратилась ко мне.

— Да, что такое?

— Ты же не собираешься оставаться в больнице до тех пор, пока Лаура не сможет ходить самостоятельно?

— ... Если потребуется, я думал именно так.

Женщина тяжело вздохнула.

— Понимаю, что ты чувствуешь ответственность, но тебе не кажется, что ты слишком опекаешь Лауру? Кажется, что ты работаешь над техникой для неё, совершенно пренебрегая сном.

— Это, ну.

— Оно того стоит. Продолжай работать. Но не жертвуй собой. Исход уже виден, спешка ни к чему.

— Но так пройдёт несколько лет, прежде чем она сможет вернуться к обычной жизни...

— Есть ведь способ проще, — вмешалась Хайдемари. — Лаура сама может стать зачарователем. Маны у неё хватает.

— ... А.

Следом за мной ахнули врач и все исследователи.

Все расширяли область применения, но об этом совсем не подумали.

Так ведь и правда будет проще всего. Если научится сама, не придётся полагаться на других, эффективность усиления возрастёт, а сложность обучения снизится.

— ... Церемония этого года ведь уже прошла?

Однако тут прозвучал голос.

Да, союз мудрецов проводит церемонию выбора профессии лишь раз в год. В этом году она уже прошла, и придётся ждать следующего. Приобретение профессии — это особый ритуал, который могут проводить лишь мудрецы.

— Ждать? Даже если продолжить реабилитацию, если уйдёт год, ноги Лауры ослабнут.

— Может стоит обратиться в союз мудрецов?..

— И кто это будет? Среди выпускников очень немногие работают в часовой башне.

— Это же важное открытие! Мудрецы должны понимать его значение!

— Нет, не думаю, что подобное заставит мудрецов действовать...

Врач и исследователи принялись обсуждать.

И госпожа Камилла усмехнулась.

У них появилась хорошая идея, но всё застопорилось из-за простой бюрократии.

Уговорить мудрецов не так просто.

Эти люди безрассудны, эгоистичны и капризны. В Филброне все знают, что мудрецы не станут вести себя так, как от них ожидали бы. Убедить их — настоящее чудо.

Добиться такого будет очень непросто.

Но даже если пройдёт год, мои чувства не изменятся.

Я должен нести ответственность за Лауру. И год я буду поддерживать её.

— ... Похоже в этой группе меня совершенно не уважают, — вмешалась недовольная Хайдемари. — Я вообще-то мудрец. Семьдесят четвёртая из них.

Все снова ахнули.

Лаура осторожно держала палец над тарелкой, чтобы кровь не капнула на кровать. И вот она капнула куда надо.

Пока трое наблюдали, затаив дыхание, весы мудреца склонились.

— Семнадцать градусов... Так и думала. Объём маны вполне сносный. Даже если бы способности были невысокими, освоив профессию, она могла бы использовать зачарование, — сказала Хайдемари, и я вздохнул от облегчения. — Так что у тебя есть выбор, — Хайдемари посмотрела в глаза Лауры. — Конечно же выбор профессии необратим, потому ты не обязана решать сразу. Но если будешь затягивать, то мышцы ног ослабнут, и восстановление будет затруднено. Слишком торопиться не стоит, но и затягивать я не советую.

В итоге было решено, что лучше всего самой Лауре стать зачарователем.

Больница относилась с интересом к этому случаю, ведь он имел перспективы в будущем. Так как это эксперимент, все расходы на лечение возьмёт на себя больница, и в случае неудачи будет выплачена компенсация.

Случай можно было назвать исключительным.

... Лечение в большей степени зависело от моего зачарования, и это серьёзное бремя.

Лаура похоже ещё не до конца поняла, что происходит.

Она смотрела то на меня, то на Хайдемари, то на наклоненные весы мудреца.

Мы же ждали, пока она не заговорит.

— А, это, я согласна, — сказала девочка.

Хайдемари решила проверить уровень её решимости:

— Скажи, ты точно уверена?

— Ну... От меня уже не убудет. От другой профессии смысла не будет, если я всё равно ходить не могу... Да?

— Всё, поняла. До церемонии ещё есть время, если успеешь передумать, мы всё отменим. Договором и всем остальным уже занимаются, но об этом можешь не волноваться.

— Д-да... — даже ответив, Лаура выглядела обеспокоенной.

— Что такое? Тебя что-то тревожит? — спросила Хайдемери.

— А, э-это.

— Говори. Пусть даже это мелочь.

— Ну, это... — Лаура всё ещё не решила, стоит ли говорить. — ... Я правда смогу ходить?

Хайдемари стала серьёзной, а потом улыбнулась и посмотрела на меня:

— Ты скажи, Вим. Похоже она пока не верит.

— Но я не абсолютно уверен.

— Ты всё это начал.

— У.

— И вероятность высокая. Так что давай.

Она подтолкнула, и я вновь встал перед Лаурой. Сама Хайдемари встала позади, блокировав путь к отступлению.

Лаура смотрела мне в глаза и ждала, что я скажу.

Я и сам понимаю, что должен сказать.

Не моё это. Но если это могу сделать лишь я, то ничего иного мне не остаётся.

Я собрал всю волю.

— Ты сможешь снова встать. Своими силами. Ты сможешь бегать...

Настала тишина.

По щеке Лауры стекла слезинка.

— А, а?! Нет, это, как бы! Прости! Это!

Девочка заплакала.

Будто плотину прорвало.

— У, у, у... Уэ... У-у-у.

— Прости! Лаура, это! Что случилось? А? А?

— Да нет. Всё в порядке, Вим, — поражённо заговорила Хайдемари. — Ты слишком бестолковый.

— А? Э-это.

— Ну же, просто положи руку на плечо.

Я положил руку на плечо, как мне велели, и Лаура заплакала ещё сильнее. Я думал убрать руку, но Хайдемари мне этого не позволила.

Сквозь слёзы я услышал слово «спасибо», и наконец понял, что это не горестные слёзы.

Церемония приобретения профессии должна была пройти во дворе больницы.

Была подготовлена простая церемония.

На белой ткани размером с небольшую сцену были нарисованы магические узоры. По сторонам света разместили железо, адамантий, нефрит и золото, и под конец приготовили алтарь.

Находящиеся на лечении авантюристы собрались в качестве зрителей.

Звучали слова «Ах, сколько воспоминаний». У меня это тоже пробудило воспоминания. Об этом вспоминает каждый авантюрист.

В центре находились лицом к лицу Хайдемари и Лаура на инвалидной коляске.

— Это... Госпожа мудрец, — перед началом церемонии Лаура, нервничая, заговорила.

— М? Что?

— «Кокон» — это больно?

— Да, больно. Меня пять дней кровью рвало. Мне ещё никогда не было так больно. Как же было тяжко в то время.

— Хм.

— Вообще у зачарователей нет кокона, так что церемонии окукливания не будет. Всё быстро закончится.

— ... А?

— Я просто пошутила, в твоём случае больно не будет.

— Блин!

Девушки весело переговаривались.

Похоже они успели найти общий язык.

Хайдемари встала и приготовила посох.

«Что ж, начинаем церемонию инициации[1]».

Это были просто слова или заклинание?

Для мудреца похоже разницы не было. В их случае неуместно считать, что магия активируется благодаря заклинанию.

Магия не вызывается с помощью заклинания. Заклинание происходит во время магии.

С крыши в сад стал задувать ветер.

Деревья раскачивались. Разложенная ткань стала развеваться. Давление стало давить на барабанные перепонки, ветер отражался от земли поднимая тело.

Из груди Хайдемари стал исходить свет.

Все, в том числе я и Лаура оказались под таким сильным воздействием, что едва могли стоять.

Я так привык с ней общаться, что успел забыть.

Она семьдесят четвёртый мудрец.

«Подойди, Лаура».

Подчиняясь голосу эха, Лаура стала крутить колёса. А потом точно верующая посмотрела на парящую Хайдемари.

Хайдемари посмотрела на Лауру и сказала:

«Торакотомия[2]».

В груди Лауры появилась трещина, и из неё стал сочиться свет.

«... Эллипсоид. Отклонение — ноль-семь. Эй, бэ, эм, би, семь, шесть, пять, два. У тебя высокая совместимость с зачарованием. Всё получится».

Получив тот результат, какой ожидала, Лаура с облегчением вздохнула.

«Я научу тебя заклинанию.

Зови бурю, ты из народа ветра.

Серебряные туфли, дарованные ведьмой.

Нефритовый дворец, что на западе.

Суть в любви,

Получи знания, заполни сердце, наберись храбрости,

Теперь мне всё ясно,

Я стану зачарователем.

А теперь повтори».

— А, это, я так сразу не запомню.

Кстати эффекта не будет, если заклинание не запомнить и не произнести. Потому во время ритуала получения профессии готовят инструменты, чтобы всё записать.

Но ещё не было случая, чтобы детям было сложно запомнить.

«Всё хорошо. Обладая способностями, ты должна запомнить. А теперь попробуй сказать.

— Это, я не такая умная.

«Ну же, что там было вначале?»

— Э-это... — Лаура попыталась вспомнить и удивилась. — Зови бурю... И правда.

«В этом суть способностей. Это форма души».

Вот она и готова получить профессию.

Лаура взглянула на меня, не ожидая, что всё будет так просто.

Я усмехнулся и кивнул, а она решительно повернулась вперёд и стала зачитывать заклинание.

— Зови бурю, ты из народа ветра.

Видя старательную Лору, я вспомнил прошлое.

Так же и я стал зачарователем.

Видя семьдесят третье поколение, я ощутил себя старым.

— Теперь мне всё ясно, я стану зачарователем.

Когда Лаура закончила, в её груди запульсировал слабый свет.

Он сиял точно в такт сердцебиению, с каждым ударом становясь всё ярче и обретая форму. Контуры стали заполнять пространство, и теперь удары сердца расходились в пространстве волнами. Сияние становилось интенсивнее, а потом сжалось, приняв форму Лауры.

Хайдемари опустилась на землю. Посмотрела в глаза озадаченной Лауры, улыбнулась и сказала:

— Поздравляю. Ты стала зачарователем.

Кто-то захлопал в ладоши.

С каждым хлопком их число удваивалось.

И вот аплодисменты заполнили весь сад. Лаура была в замешательстве, это смутило её.

Я дождался, когда аплодисменты утихнут и подбежал к девушкам.

— А, Лаура, ты молодец.

— Господин Вим!

Она испытала облегчение и в то же время выглядела слегка удивлённой.

Похоже немного нервничает.

Стоило подумать, и я понял, в чём дело.

— ... Что ж, давай попробуем.

Когда сказал это, её глаза расширились от радости.

Сразу же усилить себя настолько, чтобы ходить постоянно, не получится. Но с моей поддержкой и простым усилением она без труда сможет стоять несколько секунд.

— Возьми меня за руку и скажи «Блаин денин бейн». Скажем вместе.

Я протянул руку.

И Лаура её взяла.

С согласием проблем не будет. Она доверила мне своё равновесие.

Вместе мы сказали.

«Живи в моих ногах[3]».

Тот свет, что был вокруг девочки, теперь наполнил её ноги. И она сама встала с инвалидной коляски.

Чтобы осознать происходящее, потребовалось несколько секунд. Вот её ноги подкосились, и она опустилась в коляску.

— Ва!..

Потеряв силы, Лаура откинулась на спинку инвалидкой коляски и засмеялась.

А я подумал, какой у неё заразительный детский смех.

Получив разрешение от врача, мы начали тренироваться ходить.

— Собрался с чувствами?

Пока я наблюдал за тренировками Лауры в саду, ко мне обратились. Это была госпожа Камилла.

— Я не знала, что сказать. И подумала, что это вполне можно.

Я собирался наблюдать, но и за мной тоже наблюдали.

— Так что, тебе так же тяжело жить в особняке?

— ... Да. Немного, — честно ответил я.

Не привык я общаться с психологом, а ещё очень давит то, что за мной постоянно наблюдают.

Но что необычно, я был рад сказать это.

Подумал, что могу сказать это.

— Если тут неспокойно, можно снять другое жильё. Некоторые женатые люди так и делают. У каждого своё чувство дистанции. Можно организовать. Тут нет никакой проблемы, — госпожа Камилла говорила это так же спокойно. — ... Все от рождения разные. И образ мышления не всегда можно изменить. Это может породить конфликт или даже серьёзную вражду. Но это не всё. Люди ведь не так просты. Например... — женщина посмотрела на Лауру. — ... Есть жизнь, которую ты спас.

Держа в руке листок, Лаура читала заклинание и наслаждалась тем, как двигаются её ноги.

— Эй, малыш Вим. Когда... Ты вернулся из лабиринта, мы говорили о зове. Этот голос слышат те, кому нет места в этом мире.

— ... Да.

— Что в последнее время? Ты его слышишь?

— ... Нет.

— Тебе помог психолог?

— Ну...

— Ха-ха-ха, не хочешь, не говори. В любом случае это хорошо.

Ненадолго воцарилась тишина.

— Прозвучит банально, но Лаура стала для тебя частью места, куда ты можешь вернуться.

— Вот как.

— Может сделаешь это и для нас? Мы ведь должны были умереть на девяносто восьмом этаже. И оказались спасены, потому что ты был там. Ты наш спаситель.

— ... Не то что бы.

— Или что? Дело в том, что я не такая милая как Лаура? Мне нацепить звериные ушки и говорить «гав» или «мяу»?

Такого я не ожидал услышать, потому чуть не подавился.

— Госпожа Камилла, вы же шутите?

— Ха-ха-ха! Иногда и мне этого хочется.

— ... Вот удивили.

— Я хочу сказать, что наша признательность самая настоящая, кто бы что ни говорил, этого не изменить. Она переходит границу между людьми. И для тебя она не должна быть бесполезна.

Тут ко мне подбежала Лаура.

— Господи Вим, господин Вим!

Подбежала?

Лаура подбежала.

Конечно мои техники зачарования очень просты, но я не думал, что она так быстро их освоит.

Похоже у неё настоящий талант.

— Ух.

Только я так подумал, и она упала.

Я стал немного переживать, но земля мягкая, так что всё должно быть в порядке. Это ещё и возможность отработать технику подъёма, я же должен просто наблюдать.

— Есть много важных вещей. И если их разделить, они попросту исчезнут, — глядя на нас, нежно сказала госпожа Камилла.

— Скоро фестиваль продвижения, и мы возьмём небольшой перерыв. «Ночные стрекозы» перестанут работать, так что и ты можешь за работу не волноваться.

— ... Вот как. Спасибо.

— Тебе некуда спешить.

Сказав это, она неловко улыбнулась, развернулась и направилась к особняку.

Примечания переводчика:

1. Вообще «инкубации». Но она кто, цыплёнок? Ей по сути профессию дают, а не высиживают.

2. Я думал избавиться от хирургического термина, но по сути что-то такое тут и происходит.

3. Это как раз те самые «Блаин денин бейн».