Мы с Кусуноки и Юдзуки весело осматривали лавки вместе, и не успели оглянуться, как время приблизилось к полудню.
Похоже, мы уже довольно далеко продвинулись, лавки начали редеть, а чуть впереди показалась деревянная стена, окружавшая город Ригфорсия.
— Ой? Лавок стало меньше?
— Ага, смотри, вон там уже видна стена. Наверное, здесь всё и заканчивается.
— Понятно! Тогда коснусь той стены и развернусь!
Судя по всему, это и правда был конец торговых рядов, и Юдзуки с радостным видом побежала к стене. Её шаги были до того лёгкими, что смотреть на это было одно удовольствие.
— Энергичная~
— Она с младших классов средней школы обожала праздники. На школьных фестивалях просто не могла успокоиться.
— О, так вы с Юдзуки знакомы ещё со средней школы?
Я был уверен, что они познакомились в старшей школе как старшая и младшая подруги, но, похоже, их дружба длится куда дольше. Если подумать, Юдзуки, кажется, очень доверяет Кусуноки и, видимо, между ними есть связь, выстроенная за долгое время.
— Да, мы жили довольно близко, так что знакомы с давних пор. Она полна энергии, и вечно меня за собой таскала.
— Аха-ха, это очень похоже на Юдзуки... О, уже почти двенадцать. Охотничий турнир, кажется, до четырнадцати?
— Да, должно быть, так. А что у нас с обедом? Подождём, пока Лилия и остальные вернутся?
— Хм-м. Давай сначала у Юдзуки спро... что?!
— Ч-что за звук?!
Пока мы с Кусуноки обсуждали, как быть с обедом, внезапно раздался громкий звук, словно что-то обрушилось.
Я поспешно перевёл взгляд туда, откуда донёсся звук — в сторону, куда убежала Юдзуки... и увидел, как над тем местом, где была деревянная стена, поднялось огромное облако пыли.
— Юдзуки!
— Хина!
Я одновременно с Кусуноки позвал Юдзуки, которая должна была быть там.
И почти одновременно с этим пыль рассеялась: я увидел, что она стоит на ногах, и уже было вздохнул с облегчением... но в следующий миг усомнился в собственных глазах.
Из пролома в рухнувшей стене перед Юдзуки, расталкивая облако пыли, появился чёрный как смоль медведь, длиной заметно больше четырёх метров.
— Ч... ЧЁРНЫЙ МЕДВЕДЬ!!
— Магический барьер разрушен?!
В тот же миг, когда мы его увидели, вокруг раздались крики, похожие на вопли.
Почему я не заметил его приближения? Не смог уловить магией чувств из-за барьера? В любом случае, наше положение очень плохое!!
Чёрный медведь заметил Юдзуки и медленно направился к ней.
— Хина! Беги!! — закричала Кусуноки.
Всё в порядке... всё в порядке. Юдзуки умеет использовать невероятную магию усиления тела. Рей говорил, что чёрные медведи неповоротливы, и между ними ещё несколько метров, она легко убежит...
— ...хи... а-а...
— Чёрт!!
— Мияма?!
Из уст Юдзуки вырвался дрожащий всхлип, и в следующий миг я уже бежал к ней.
Какой же я дурак! Одно дело иметь способности, чтобы справиться с этим, и совсем другое — суметь справиться в реальности!
Ей шестнадцать лет, она девчонка... Перед ней внезапно возникло такое чудовище, как она может сохранять хладнокровие?!
Бежав по прямой к Юдзуки, я создал в руке магический круг.
Словно откликаясь на него, из моего тела начала вырываться магическая сила, будто срывая все ограничители, и я завершил подготовку к магии, которой научила меня Куро.
Я не какой-нибудь благородный святой. Я не из тех, кто станет рисковать жизнью ради совершенно незнакомого человека.
Но... если я уже с ним знаком, то всë иначе. Я труслив... настолько труслив, что у меня не хватит смелости бросить друга. Я не могу просто стоять и смотреть, как умирает Юдзуки!
Прошло несколько секунд… Добравшись до застывшей на месте Юдзуки, я изо всех сил потянул еë за плечо и встал между ней и чёрным медведем.
Юдзуки, отброшенная назад, шлёпнулась на землю, а чёрный медведь, увидев меня, который вклинился между ними, ускорился.
Я не главный герой боевой манги и не герой-спаситель. Я никогда толком не дрался, а мои физические способности чуть ниже среднего для моего возраста. Если спросить, есть ли у меня шанс на победу против чёрного медведя, с которым, по словам бывшего придворного мага Рея, ему пришлось бы повозиться, то его, скорее всего, нет.
Даже если бы у меня в руках был меч, способный убить чёрного медведя одним ударом, я бы, наверное, не смог по нему попасть.
Человек, никогда толком не сражавшийся, не может в первом же бою действовать так, как хочет. Я даже удар кулаком нормально нанести не сумею... Поэтому, когда Куро учила меня боевой магии, я первым делом продумал защиту именно от этого.
Если нормально сражаться не выходит, нужна была возможность принудительно защищать себя.
Моё единственное оружие — способность восприятия, даруемая магией чувств. Она настолько остра, что позволяет засечь приближение виверны почти одновременно с Куро, одной из Шести Королей.
Поэтому я попросил придумать магию, которая максимально использует эту способность. Куро говорила по возможности её не использовать, но сейчас у меня нет других вариантов.
Похоже, подготовка завершилась: из моего тела разом выплеснулась магическая сила, и в ответ магический круг в руке вспыхнул особенно ярко.
И перед лицом чёрного медведя, который надвигался на меня, замахиваясь лапой, толстой как бревно, я извлёк единственный обоюдоострый меч.
— Автоконтратака!
Как только я произнёс название магии, тело, оставив мне лишь мышление, полностью вышло из-под моего контроля. Теперь до конца действия магии моё тело не будет двигаться по моей воле.
Автопилот человеческого тела, реагирующий на злонамеренные атаки, считываемые магией чувств. Полагаясь лишь на это единственное оружие, я начал бой с гигантским зверем.
＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊
Сверкнул клинок, и огромный магический зверь, похожий на оленя, рухнул.
Убрав меч в ножны, Лилия подошла к поверженному зверю и ножом срезала рог — доказательство победы.
Как раз в этот момент к ней приблизились Лунамария и Зиглинд, которые случайно охотились неподалёку.
— Миледи, как раз настало время обратного пути... Как у вас дела?
— Не слишком хорошо. Благодаря магии поиска я добываю достаточное количество, но проблема в том, что «чёрных медведей почти не встречается».
— У вас тоже? У меня пока только один чёрный медведь... Для этого времени года их слишком мало.
— ...
Этот охотничий турнир был заодно и отловом вредных зверей — чёрных медведей, и потому очки за них были выше, чем за другую добычу.
Турнир проводился как раз в то время, когда медведи распространяются по лесу, и хотя Лилия с подругами участвовали впервые, они чувствовали, что что-то не так.
— Ну, как бы то ни было, если чёрных медведей мало, можно набрать очки на другой...?!
— ?!
Лилия хотела продолжить, но на полуслове осеклась, будто что-то почувствовав.
И с Лунамарией и Зиглинд, похоже, произошло то же самое.
— ...Что это? Странное чувство...
— ...Господин Мияма в опасности?
— Луна, ты тоже?
— Д-да. Внезапно появилось какое-то нехорошее предчувствие...
У Кайто было благословение Шарло Вернал, богини этого мира, и благодаря этому мир любил его.
Поэтому мир передавал его знакомым, за исключением Королевы Тьмы, против которой сила Шарло Вернал бессильна, предчувствие об опасности Кайто.
— Мне это не нравится. Кажется, лучше сейчас вернуться в Ригфорсию.
— Да, согласна.
— Зиг, ты тоже... а, она уже там?!
Не в силах игнорировать дурное предчувствие, Лилия и Лунамария решили вернуться в Ригфорсию и хотели позвать Зиг, которая была с ними... но Зиг уже бежала далеко впереди — к Ригфорсии.
＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊
Гигантская лапа опустилась сверху вниз. Удар, который легко раздробил бы человеческое тело, я отвёл левой рукой, а сжатым правым кулаком нанёс контрудар.
Кулак, словно притянувшись, попал чёрному медведю в морду, но, к сожалению, из-за слишком большой разницы в весе это не стало эффективным попаданием.
— ГРО-О-О-О!!
То ли разъярённый неожиданным отпором от добычи, которую он считал слабой, чёрный медведь взревел и на этот раз махнул лапой горизонтально, но она всё равно была не так уж быстра. Возможно, для огромного чёрного медведя я слишком мал, и по мне трудно попасть.
Пригнувшись, я уклонился и, взмахнув правой ногой снизу вверх, ударил медведя в челюсть.
— ГРО-О...
Слова о том, что нога в несколько раз сильнее руки, не врали: даже чёрный медведь от удара в нижнюю челюсть слегка потерял равновесие.
Но лишь на мгновение: он тут же уставился на меня и принялся беспорядочно молотить лапами.
Пробираясь сквозь этот бушующий, как ураган, град ударов, я тоже контратаковал.
Со стороны это выглядело так, будто я даже доминирую, но на душе у меня было неспокойно.
Больно... больно... Правая рука точно сломана! Суставы ног тоже издали какой-то неприятный звук, и от невыносимой боли меня, кажется, прошибает неестественный пот.
Да, сейчас моё тело движется принудительно, независимо от моей воли, из-за активированной автоконтратаки.
Проще говоря, эта магия как автопилот для тела: на атаки, считываемые магией чувств, она отвечает заранее заданными движениями.
Звучит как невероятно удобная магия... но на самом деле у неё куча чудовищных недостатков.
Во-первых, тело под действием этой магии работает без ограничителей, всегда находясь в состоянии «аварийной сверхсилы». Благодаря этому даже я, не умеющий толком усиливать тело, могу потеснить чёрного медведя... но, разумеется, если постоянно двигаться на пределе физических возможностей, отдача не заставит себя ждать.
Рука, ударившая чёрного медведя, наверняка сломана, и при каждом движении по всему телу пробегает боль, будто мышечные волокна рвутся одна за другой.
То есть сейчас мне чертовски больно. Но тут второй недостаток... С момента активации автоконтратаки всё, кроме мышления, идёт, игнорируя мою волю, так что, как бы больно ни было, тело не остановится, а рот не двигается — я даже закричать не могу.
Было бы даже лучше, если бы и мышление отключилось, но тогда я не смог бы прервать магию... Так что мне оставалось только терпеть боль, пронзающую всё тело.
И третий недостаток... у этой магии чудовищно плохая эффективность.
Сейчас из моего тела, чтобы повысить точность магии чувств, магическая сила вытекает как из сломанного крана.
Изначально у меня не так много магической силы, так что её хватит от силы на несколько минут... Когда магическая сила закончится, магия принудительно отключится.
Ну, в общем, это магия высокого риска, потому что рассчитана на действительно критическую ситуацию, но благодаря ей даже я, с почти нулевым боевым опытом, могу хоть как-то сражаться.
Однако, как я и предполагал с самого начала... победить не получится.
Чёрного медведя иногда отталкивает, но урона ему практически не наносится, так что, даже продержись эта магия час, убить его не выйдет.
Но шанс всё же не нулевой.
Убить чёрного медведя я не смогу, но при таком переполохе, если потянуть время, должна подоспеть городская стража.
Проблема в том... сколько я ещё продержусь...
— ГРО-О-О-О-О!!
Один пропущенный удар и всё кончено. Я лишь уклонялся и контратаковал.
Больно, больно... Эту магию ещё дорабатывать да дорабатывать. Конкретно, если противник твёрдый как железо, то контратака превращается в урон самому себе — это надо как-то подправить. Ещё сделать настройку только на уклонение без контратак. Ну, я и не собираюсь лезть в драки по своей воле, но если в такой ситуации противник, скажем, весь в шипах... то контратаковать уже просто самоубийство.
Прошло чуть больше минуты с начала моего противостояния с чёрным медведем, когда краем глаза я заметил вооружённых людей, бегущих в мою сторону.
Стража? Или участники турнира... В любом случае, кажется, успева...
— ...а-а...
В следующий миг моё тело потеряло силу, и я рухнул на колени.
Плохо... эффект уже закончил...
— ГРО-О!!
Одновременно с тем, как тело обмякло, я увидел, будто в замедленной съёмке, как чёрный медведь горизонтально взмахивает лапой.
Нет... от этого не увернуться. Похоже, я умер...
В этом сжатом до предела времени в голове промелькнула не вся жизнь... а одна фраза.
— Когда эффект закончится, отпрыгни назад.
Тело среагировало быстрее, чем я успел подумать, и я из последних сил прыгнул назад.
— А-а! Гха!
— Мияма?!
— И-я-я-я-я?!
Но увернуться, конечно, не вышло: гигантская лапа настигла меня, и, ощутив удар, будто меня сбила машина, после которого я даже закричать толком не мог, я взлетел в воздух.
Слыша крики Кусуноки и Юдзуки, я врезался в ближайшую лавку, разнеся её хлипкую конструкцию, и рухнул на землю.
...Вот это да. И как я ещё жив... Может, благодаря этой одежде? Кажется, Алиса говорила что-то вроде «защитные свойства гарантирую»... Когда вернусь... надо будет её поблагодарить...
И то, что я врезался в лавку и потому не упал головой вниз, тоже сыграло большую роль. Как бы сказать... везёт мне в самых странных местах.
А-а, но, кажется, дела плохи... Я уже не чувствую боли — точнее, тело настолько онемело от боли, что воспринимается только онемение...
Чуть двинув головой, я посмотрел на чёрного медведя, отбросившего меня.
Было бы неплохо, если бы он издал победный рёв, но чёрный медведь повернулся ко мне и снова поднял гигантскую лапу.
Я думал, нас разделяет приличное расстояние, но чёрный медведь махнул лапой. Она едва заметно засветилась, и след когтей превратился в магические клинки.
Он ещё и дальнобойными атаками владеет... Это уже читерство... А-а, всё. Это... смерть.
Летящий ко мне удар когтя виделся как в замедленной съёмке, и когда я уже почти смирился и приготовился к смерти, в поле зрения мелькнули пылающие, словно огонь, красные волосы, и этот удар был разрублен.
Держа наготове парные клинки, объятые красным пламенем, между мной и чёрным медведем встала фигура, подобная алой розе, распустившейся на поле боя.
— ...Зиг...
Я ясно увидел Зиг, стоящую, прикрывая меня, а чуть позже за спиной чёрного медведя... в небе появилась Лилия.
— ...Лилия...
Лилия подняла над головой узкий длинный меч и, оттолкнувшись от воздуха, спикировала вниз, одним ударом разрубив чёрного медведя пополам.
Потрясающе... этого чёрного медведя, напоминающего железную глыбу, одним ударом... И всё-таки Лилия... сильная... Но хорошо. Успели...
Увидев Зиг и Лилию, я, видимо, не смог удержаться, и сознание покинуло меня.
＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊
— Луна! Займись Кайто!!
— Уже!
Сразу после того, как Лилия разрубила чёрного медведя, она громко крикнула, и Лунамария мгновенно подбежала к Кайто, перевернула его на спину и осмотрела.
Ощупав тело Кайто и проверив повреждения, Лунамария... с облегчением выдохнула.
— ...Всё в порядке. Лёгкими раны не назвать, но жизни ничего не угрожает.
— ...Слава богу.
— Однако нужно как можно скорее применить магию восстановления...
— Это оставь мне.
— Рей!
— Прости, что опоздал. Сейчас наложу магию магию восстановления.
Чуть позже Лилии и остальных прибыли Рейнхардт и Сильфия, и Рейнхардт, искусный в магии, простёр руку над Кайто, чтобы применить магию восстановления... Тело Кайто слабо засветилось... но сразу же раздался звук, будто разбилось стекло, и свет погас.
— Что?! Этого не... Е-ещё раз...
При виде этого Рейнхардт широко раскрыл глаза и опять поднял руку... но снова раздался звук бьющегося стекла.
— Не может быть... Магия восстановления была «аннулирована»...
— ...?!
— Как же так?! Тогда Кайто...
— Т-тогда, нужно хотя бы оказать первую помощь?!.
Почему-то магия восстановления Рейнхардта была аннулирована, но когда Лилия и остальные в панике попытались провести лечение без магии... на этот раз тело Кайто ярко засветилось, и чуть выше его груди возникла белая сфера.
А затем эта маленькая сфера испустила сильный свет — и распухшая покрасневшая рука Кайто вернулась к прежнему цвету, и не только это: порванная одежда и грязь на щеке тоже исчезли. Словно само время отмоталось назад — состояние Кайто полностью восстановилось.
— ...Что... это за магия... Это уже... область, которую можно назвать божественным чудом...
Прошлой ночью Шарло Вернал передала Кайто магический кристалл. В нём была заключена «магия восстановления Шарло Вернал», Бога-Творца.
Это был подарок, который она вручила, чтобы Кайто ни за что не умер... Он срабатывает автоматически через некоторое время после того, как Кайто получит ранение, и, даже если тело будет раздроблено в пыль, искажает причинно-следственные связи и восстанавливает его. Иными словами, пока он у него есть, Кайто не может умереть ни от чего, кроме «силы Куромэйны, способной аннулировать силу Шарло Вернал».
Лилия и остальные не поняли всего этого, но, убедившись, что Кайто в безопасности, с облегчением выдохнули.
Затем Лилия с серьёзным лицом снова взяла меч на изготовку и обратилась к Рейнхардту:
— ...Рей. Это ведь, без сомнения, разведчик?
— Да... И, похоже, даже сверять ответы не нужно.
Почти одновременно с этими словами из разрушенной стены появилось несколько чёрных медведей.
Их число было аномальным... а дальше, за ними, виднелся чёрный медведь особенно гигантских размеров.
— ...Всё-таки «уникальная особь». Я так и думал, ведь обычный чёрный медведь не может разрушить магический барьер, окружающий город... Кажется, в прошлый раз она появлялась двести лет назад? И надо же, именно сейчас...
Одной из причин массового появления монстров является появление уникальной особи.
Среди монстров и демонов, у видов с собственным названием, как орки или огры, крайне редко рождаются уникальные особи, обладающие силой, намного превосходящей прочих, и их свойства различаются от вида к виду.
Например, синий огр, уникальная особь огров, считается для вида огров символом ужаса, и, как в случае с Ахтом из семьи Куромэйны, подвергается гонениям со стороны сородичей. Но, наоборот, высший орк, уникальная особь орков, почитается в качестве вождя. Всё зависит от вида.
Уникальная особь чёрного медведя по своим свойствам ближе к оркам. Она управляет чёрными медведями, которые обычно не сбиваются в кучи, и формирует огромную стаю.
Появление уникальной особи чёрного медведя для эльфов настоящее бедствие.
— Когда она появилась двести лет назад, я был ещё ребёнком, но, говорят, тогда пострадала почти половина города Ригфорсия.
— ...Невероятный масштаб, — напряжённо пробормотала Лунамария после слов Рейнхардта.
Стая чёрных медведей, появившаяся из разрушенной стены насчитывала заметно больше двухсот особей, и, учитывая, что каждый по силе не уступает виверне, их положение было воистину отчаянным.
— Луна, оставайся на месте и защищай Кайто, Аой и Хину!
— Да!
— Зиг, со мной на передовую!
— ...
— Рей, Фия, прошу поддержки!
— Ага!
— Предоставь это мне!
Лилия крепко сжала меч и раздала указания Лунамарии, Зиглинд, Рейнхардту и Сильфии — всем, кто мог сражаться.
Начали собираться эльфийская городская стража и участники охотничьего турнира, вставая против чёрных медведей.
— О-О-О-О!!
Уникальная особь чёрного медведя издала рёв, и чёрные медведи уже готовы были броситься в атаку, как вдруг раздался резкий голос, упреждая их:
— Я иду напролом! Госпожа Лаз, прикройте!
— Положись на меня!
Из толпы людей вылетела фигура в чёрных как смоль доспехах... Нойн, и с чудовищной скоростью устремилась к стае чёрных медведей.
— Какая скорость?!
Пока Лилия изумлялась скорости Нойн, та создала в руке чёрное копьё, метнула его на бегу, и копьё глубоко вонзилось в чёрного медведя, шедшего впереди стаи.
Не сбавляя скорости, она снесла голову пронзённому копьём медведю вновь созданным мечом. Затем схватила несколько одноручных топоров, появившихся вокруг её тела, и, не останавливаясь, бросила их в стороны, поражая других чёрных медведей.
Чёрные медведи, утратив инициативу, на мгновение растеряли строй, но тут же попытались контратаковать ворвавшуюся в их ряды Нойн, замахиваясь лапами.
Однако эти занесённые лапы одну за другой пробивали прилетающие стрелы.
— Нойн! Не сдерживайся, сражайся в полную силу!
— Да!
Лазурия с луком наизготовку с невероятной точностью пробивала лапы чёрных медведей, целившихся в Нойн.
Под таким прикрытием Нойн усилила натиск и одного за другим валила чёрных медведей.
— П-потрясающе... Так, может, мы...
— Нет, ситуация хуже некуда! Ни я, ни Нойн не владеем магией широкого поражения. Какой бы сильной ни была Нойн, при таком напоре многие прорвутся, — опровергла слова одного из потрясëнных силой Нойн стражников Лазурия, кусая губы.
Лазурия была права: Нойн действительно сильна. Но её сила лучше всего проявляется в бою один на один или против малого числа противников, и у неё не было способа перебить стаю из двухсот с лишним чёрных медведей до того, как она обрушится на Ригфорсию.
Подтверждением тому было то, что Нойн, постоянно сражаясь с тремя и более медведями одновременно, держалась на равных и даже превосходила, но часть стаи уже начала игнорировать её и двигаться к городу.
— П-плохо! Довольно много прорывается!
— Они идут!
Замешательство чёрных медведей, вызванное внезапной атакой, улеглось, и десятки чёрных медведей начали наступление на Ригфорсию.
По сигналу Лазурии Лилия и остальные, стража и участники турнира разом вскинули оружие, готовясь отразить наступающих медведей.
Ещё несколько секунд, и начнётся масштабное сражение, которое иначе как хаотичной битвой не назвать. Все так подумали… И в этот миг... наступавшие чёрные медведи все разом остановились.
— ...А? — Лилия издала ошеломлённый возглас, глядя на чёрных медведей, почему-то резко замерших.
Через мгновение меч, который она сжимала, выскользнул из руки... и тут Лилия заметила, что её руки сильно дрожат.
Вокруг воцарилась тишина, невозможная в такой ситуации, а затем... часть собравшихся воинов, словно марионетки, которым обрезали нити, начали терять сознание и падать на землю.
И, будто это стало сигналом, чёрные медведи разом развернулись и бросились бежать с ещё большей скоростью, чем наступали.
Но бегству не суждено было осуществиться: перед убегающими медведями выросла гигантская ледяная стена, уходящая в самое небо.
А затем «это» неизвестно как оказалась рядом с лежащим без сознания Кайто.
Белоснежной, словно снег, рукой, окутанной бледным сиянием, она нежно погладила Кайто по щеке, а потом медленно поднялась.
— ...Вы... Кайто... не... прощу... не прощу... не прощу... не прощу, не прощу, не прощу, никогда не прощу!!
Каждый раз, когда она произносила слово, из неё вырывалась магическая сила, подобная бушующему урагану, воздух дрожал, земля сотрясалась.
Да, чёрные медведи посмели напасть на того, кого трогать было нельзя ни в коем случае.
— Вы!! Даже капли крови... я не оставлю от вас в этом мире!!
Совершённый ими великий грех обрушился на глупых зверей вместе с воплощением смерти.
Окутанная магической силой смерти... столь чудовищной и мощной, как никогда прежде...
Явилась разгневанная Королева Смерти.
Королева Смерти Айсида Ремнант... она вовсе не так жестока и безжалостна, как о ней думают.
Неугодных она убивает без пощады. Сопротивление означает смерть, она бедствие, сеющее гибель... Таков образ Королевы Смерти в глазах общества. Однако на деле она обращала убийственное намерение на живых существ считанные разы за всю свою долгую историю — хватит и пальцев одной руки.
Причина отчасти в том, что по натуре она одинокая и тихая, но главное в том, что её магическая сила смерти чрезвычайно подвержена влиянию эмоций.
Для Айсиды большинство живых существ настолько слабые создания, что она может легко оборвать их жизни, вовсе не испытывая убийственного намерения.
Даже виверны, монстры, которые для людей являются серьёзной угрозой, для неё лишь существа, которых можно убить, небрежно пробормотав «мешаешь» и выпустив немного магической силы смерти.
Именно потому, что она обладает силой, способной непреднамеренно убивать живых существ, Айсида в обычное время максимально сдерживает свою магическую силу смерти. Она не могла полностью ту погасить, но всегда старалась, чтобы её хоть немного меньше боялись.
Однако сейчас Айсида пребывала в этом пространстве, неся в себе небывалое убийственное намерение и жгучую, испепеляющую ярость.
В нынешней её душе не осталось ни крупицы того мягкого чувства, которое позволяло сдерживать силу.
Глупые звери, навлёкшие на себя её гнев... Этим глупцам королева вынесла приговор.
— ...«Умрите».
В тот же миг из тела Айсиды вырвалась магическая сила смерти... во всей своей истинной мощи.
Магическая сила смерти, выпущенная с ясным убийственным намерением и слишком сильным словом, под влиянием чудовищной ярости Айсиды несла цели смерть — жестокую и беспощадную.
С того мгновения, как прозвучало это слово, и до того, как жизни чёрных медведей были оборваны, не прошло и секунды.
Но за это короткое время чёрные медведи вкусили десятки, сотни миллионов смертей. Умирали кончики шерсти, умирала кожа, умирала плоть, умирала кровь, умирали кости, гибли клетки — одна за другой.
Неотвратимая, отчаянная смерть, переживаемая в предельно сжатом времени. Наверное, она ощущалась как ад, которому не будет конца.
В миг, когда смерть полностью уничтожала их, если бы у чёрных медведей оставалась хоть крупица чувств, монстры, наверное, подумали бы: «А-а, наконец-то мы умерли...».
Магическая сила смерти, выпущенная с колоссальным убийственным намерением, полностью убила самих чёрных медведей, уничтожив не только тела, но и души.
Иными словами, это было полное «уничтожение».
Как и провозгласила Айсида, от чёрных медведей не осталось ни капли крови — они исчезли прямо у неё на глазах.
Однако гнев Айсиды не утих от одного лишь уничтожения зверей перед ней.
Магическая сила смерти накрыла весь эльфийский лес, поглотив всех чёрных медведей, объектов её ярости, без остатка.
Это заняло несколько секунд, а Королева Смерти произнесла только одно слово... Сегодня, в этот самый миг, чёрные медведи, населявшие огромный лес и наводившие страх как опасные звери, были полностью истреблены из эльфийского леса.
Вокруг не было ни звука.
Ни воины, собравшиеся для истребления чёрных медведей, ни Лилия с остальными, ни даже Лазурия с Нойн, никто не мог вымолвить ни слова.
Настолько подавляющей была сила Айсиды.
Воистину одна из вершин этого мира... Королева, чья сила находится в ином измерении.
Все собравшиеся, с сердцами, окрашенными в один лишь цвет ужаса, не отрываясь смотрели на абсолютное существо. Молясь до разрыва сердца, чтобы остриё этой силы не обратилось на них следующими...
Уничтожив чёрных медведей, Айсида в полной тишине подошла к Кайто и бережно, словно сокровище, подняла его на руки.
— ...Лилия.
— Д-да?! Д-д-да, да!
— ...Кайто... понесу... где... гостиница?
— С-сюда, с-сюда, п-пожалуйста...
— ...Угу.
Дрожа так, что не могла нормально говорить, Лилия всё же ответила Айсиде, и та, кивнув, двинулась следом за ней.
В голове Айсиды уже не осталось ни крупицы мыслей о таком мусоре, как чёрные медведи, всё её внимание занимал только потерявший сознание Кайто.
＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊
В одном из уголков Царства Богов, за белым изящным столиком, наслаждались чаем две фигуры. Одна из них… Шарло Вернал, Бог-Творец, находящаяся на вершине Царства Богов, внезапно открыла рот:
— Похоже, всё уладилось.
— А? Что именно?
Куромэйна, услышав бормотание Шарло Вернал, когда та ставила чашку с чаем, наклонила голову, продолжая есть бэби-кастеллу.
— Речь о том, что на Кайто напал чёрный медведь...
— На Кайто?! Что?!
— Уже всё закончилось.
— А?
— Чёрных медведей убила Королева Смерти.
— А? Айсида? А? Т-тогда... а Кайто?
Куромэйна, вскочив после слов Шарло Вернал, уже собиралась немедленно отправиться в эльфийский лес магией переноса, но Шарло Вернал быстрее сообщила, что всё уже завершилось.
— Он ранен, но в безопасности. Раны уже исцелены.
— В-вот как... Слава богу. Н-но тогда... что мне делать с этим моим гневом?
— Ну?
— Что значит «ну»?.. Вернее, Сиро! Если ты знала, что Кайто поранится, почему не сказала мне!!
Куромэйна, ошеломлённая тем, что Айсида уже со всем разобралась, искренне облегчённо выдохнула, узнав, что Кайто в безопасности. А затем набросилась на Шарло Вернал, которая знала всë заранее, но ничего ей не сказала.
На слова Куромэйны, которая приблизилась с явно рассерженным лицом, Шарло Вернал, ничуть не смутившись, спокойно ответила:
— Если бы я сказала, Куро бы разозлилась на чёрных медведей, верно?
— Само собой! Из-за того, что Кайто ранили, я бы по-настоящему разозлилась!
— А когда Куро злится, она ведь дерётся без магии, «кулаками»?
— Разумеется, избила бы их! Со всей силы!
— И тогда не то что эльфийский лес, «исчез бы континент».
— ...Угх...
Услышав спокойные слова Шарло Вернал, Куромэйна, ещё мгновение назад пылающая гневом, слегка запнулась.
— Поэтому я решила, что если всё уладит Королева Смерти, ущерба будет меньше.
— Это... может, и так... Но если бы Айсида не успела, что бы ты делала?!
— Я бы уничтожила чёрных медведей.
— Угх... М-м-м-м!
Шарло Вернал заявила, что если бы Айсида не успела, она вмешалась бы сама.
Не найдя, что возразить, Куромэйна надула щёки и обиженно отвернулась.
— М-м, я, конечно, рада, что Кайто в порядке... но у меня осталась неудовлетворённость. Занесённому кулаку некуда опуститься.
— Тогда, может, сразимся? Впервые за долгое время.
— ...И когда это было в последний раз?
— Три тысячи четыреста шестьдесят пять лет назад.
Видя, что гнев Куромэйны на чёрных медведей не утихает, Шарло Вернал, будто ей в голову пришла идея, поднялась и, легонько взмахнув рукой, создала отдельное пространство, в котором были только она и Куромэйна.
Куромэйна, видимо, тоже решила, что это как раз подходящий способ выпустить раздражение, оглядела созданное пространство, кивнула и встала напротив Шарло Вернал.
— Учти, сейчас я не смогу сдерживаться.
— А Куро когда-нибудь сдерживалась в бою со мной?
— Кстати говоря... не припомню.
— Тогда начнём? Драку, которой давно не было…
В то самое время, когда Айсида доставила Кайто в гостиницу...
В пространстве, о котором никто не знал и которое никто не мог видеть… Шарло Вернал и Куромэйна, белая и чёрная полярные звёзды, яростно сталкивались, выпуская накопившийся стресс.
＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊
В полумраке комнаты я медленно открыл веки.
Незнакомый потолок... нет. Ага. Это потолок гостиницы.
Я приподнялся и вдруг заметил. А? Разве я не был ранен?
Рука точно была сломана, да и рёбра, кажется, тоже... Но не осталось и следа.
Понятно... Значит, это был сон.
Я подумал, что битва с чёрным медведем мне просто приснилась — настолько безупречно восстановилось тело, и почти в тот же миг дверь комнаты с грохотом распахнулась.
— Кайто!
— А? Ого?!
Появилась Айсида, которой здесь быть не должно.
Она с невероятной скоростью бросилась ко мне, и всё ещё ослабленного меня от столкновения впечатало в кровать.
— ...Слава богу... Кайто...
— А? Что? Айсида?
Что происходит? Я совершенно не понимаю ситуацию.
Я не понимаю, почему Айсида здесь, но прежде всего… текущее положение крайне опасно.
Айсида крепко прижимается ко мне всем телом, и её невероятно мягкое, хрупкое тело прижато ко мне целиком.
Как бы это сказать... будто я видел адский сон, проснулся, и оказался в раю. Примерно так.
— ...Кайто... уже всё хорошо... Тех, кто... обижал Кайто... я всех убила.
— ...А?
Смысл сказанных слов дошёл до меня не сразу.
Те, кто меня обижал? Это она про чёрного медведя?
Но чёрного медведя, с которым я сражался, разрубила пополам Лилия... Может, были и другие?
Когда я расспросил Айсиду подробнее, выяснилось, что, судя по всему, после того как я потерял сознание, появилась целая стая чёрных медведей, и она всех их истребила.
Ага. Ну, это... Чёрный медведь и так был настоящим монстром, но даже если бы тысяча таких собралась вместе, я не могу представить, чтобы они победили Айсиду, и, судя по всему, так и вышло.
В общем, благодаря ей городу Ригфорсия почти не было нанесено ущерба.
Айсида ещё некоторое время обнимала меня, а затем поднялась с немного грустным лицом.
— ...Я... скоро пойду... Если я останусь... Лилия и остальные... будут бояться.
— ...Айсида.
Понятно. Значит, причина, по которой заботливые Лилия и остальные не пришли в комнату, хотя я очнулся, в том, что они не могут приблизиться из-за магической силы смерти Айсиды.
В самом деле, как же это... несправедливо. Сама Айсида невероятно добрая, но её боятся лишь из-за врождённой магической силы. И я ничего не могу с этим поделать, мне остаётся лишь смотреть на её печальное лицо.
Айсида создала у ног магический круг... судя по всему, круг магии переноса, собираясь вернуться в свой замок.
— П-подождите! Айсида.
— ...Что?
Почему я её окликнул, я и сам толком не понимал. Просто мне не хотелось отпускать Айсиду с таким грустным лицом.
Поэтому, отчаянно соображая, что сказать, я открыл рот:
— Сегодня... спасибо вам. И ещё... я хотел бы как следует вас отблагодарить... так что, может, в следующий раз... сходим куда-нибудь вместе? Поесть, например?
— ...?! ...Можно?
— Да. И позвольте мне вас угостить. Иначе это не будет благодарностью.
— ...Угу... Очень... жду.
«Угощение едой в качестве благодарности», что и говорить, примитивная мысль... но в тот момент я не смог придумать ничего другого.
Однако эффект оказался огромным: печальное лицо Айсиды на глазах просветлело, и она глубоко кивнула, будто радуясь моим словам.
А затем она, помахав рукой, исчезла в свете магии переноса.
После того как Айсида ушла, я вышел из комнаты и пошёл по коридору гостиницы, чтобы извиниться перед Лилией и остальными за причинённое беспокойство.
Эта гостиница — одна из лучших в Ригфорсии, недаром ею пользуется герцогиня Лилия, и широкий коридор был настолько тих, будто его арендовали целиком.
Пройдя немного вперëд, я оказался в просторной комнате, не то вестибюле, не то общей гостиной, и вдалеке увидел Лилию с остальными.
— Кайто?!
— ...!
— Вы очнулись. Слава богу.
Здесь были Лилия, Зиг и Лунамария, и, увидев моё лицо, все облегчённо выдохнули.
— Простите, что заставил вас волноваться.
— Нет-нет, у вас ничего не болит?
— Да, всё в полном порядке.
— Вот как... Правда, какое облегчение.
Я сразу заверил обеспокоенную Лилию, что с моим самочувствием всё совершенно нормально.
— Кстати, Кусуноки и Юдзуки, кажется, нет... Может, с ними что-то случилось?
— А, нет, у них «ран-то нет»...
Поскольку их не было видно, я спросил, не пострадали ли они, пока я был без сознания, но, судя по всему, обе целы.
Но «ран нет»? Что-то в этой формулировке меня цепляет.
— «Ран нет», надеюсь, не случилось что-то ещё?
— Аой и Хина сейчас спят в комнате.
— ...Их задела магическая сила смерти Королевы Смерти, и они потеряли сознание.
— А-а, вот как...
На мой вопрос Лилия и Лунамария ответили, слегка запинаясь.
Понятно. Значит, не из-за нападения чёрных медведей, а из-за магической силы смерти Айсиды они лишились чувств.
— Кстати, господин Рей и госпожа Фия сейчас на совещании по реорганизации почти уничтоженной стражи.
— Почти уничтоженной?! Реорганизации? А? Вы же сказали, что ущерба не было...
— Да, ущерба от чёрных медведей не было. Но, ощутив чудовищную магическую силу Королевы Смерти, почти половина людей потеряла сознание...
— Неудивительно. Меня саму ещё долго трясло. Теперь я понимаю, когда она приходила в особняк, то ещё сдерживалась. Госпожи Куcуноки и Юдзуки, которые потеряли сознание первыми, можно сказать, были даже счастливицами.
Побочные эффекты сломали дух стражи?! Как же опасна эта магическая сила смерти...
Насколько ужасна была Айсида в тот момент, легко понять, глядя на этих троих, что дрожат только от одного воспоминания. Куcуноки и Юдзуки, потерявшие сознание раньше, чем осознали страх от магической силы смерти, в каком-то смысле действительно повезло.
Когда мы договорили до этого места, Лилия с серьёзным лицом встала, подошла ко мне... и вдруг, опустившись на колени, склонилась в глубоком поклоне.
— ...А?
— Кайто, мне искренне жаль.
— Л-Лилия?! Ч-что случилось, так внезапно!
Пока я растерянно смотрел, не понимая, почему она вдруг кланяется, Лилия протянула мне ожерелье, которое я отдал ей вчера вечером.
— Ожерелье Куро?
— ...В это ожерелье была встроена очень мощное защитное заклинание... Иными словами, если бы я не взяла его у вас, вы, Кайто, не получили бы таких ран.
В ожерелье Куро заключена защитная магия? Впервые слышу... Я-то думал, там только магия поиска, а, оказывается, в нём заключено много разных заклинаний.
Лилия, судя по всему, деталей тоже не знала, но рассказала, что после случившегося попросила бывшего придворного мага Рея осмотреть ожерелье и узнала, что в нём заключена защитная магия.
Лилия так и осталась в глубоком поклоне и дрожащим голосом продолжила:
— Вернее, если бы я вообще была собраннее... Я ведь с самого начала обещала обеспечить вашу безопасность, но была поглощена своими мыслями, даже забыла приставить к вам охрану, и вы пострадали. Всё, всё — моя вина.
— ...Н-нет, вы же не виноваты...
— Нет, если бы я была собраннее, этого можно было избежать. Если бы я была... ответственнее... Простите. Правда, простите.
В голосе Лилии появились слёзы, а она всё продолжала извиняться, не поднимая головы... Что-то во мне начало закипать.
Повторюсь, я не святой. Не сказал бы, что со мной такое часто, но иногда я злюсь.
— Кайто. Правда, простите...
— ...Лилиа. Заранее прошу прощения. Извините.
— ...А?
Извинившись перед продолжающей извиняться Лилией, я со всей силы опустил кулак ей на голову.
— Ай!?
Какой бы сильной ни была Лилия, она не ходит с постоянно активной магией усиления тела. К тому же в последнее время я частенько отвешиваю тумаки одному конкретному человеку, так что, видимо, набил руку — удар вышел отменный.
Он без усиления оказался довольно болезненным: Лилия схватилась за голову обеими руками.
— Стоило замолчать, и вы тут же понесли какую-то мрачную чушь! Насколько надо запутаться в своей серьёзности, чтобы прийти к таким выводам!
— А? А?
— То, что случилось, это просто несчастный случай, разве нет? Я пострадал, потому что сам полез на рожон, а вы, Лилия, ни капли не виноваты! Вернее, это не вы должны извиняться, а я должен благодарить! Спасибо, что спасли меня!
— А? Д-да... П-пожалуйста?
Лилия, услышав мои слова, выпаленные на одном дыхании, растерянно закивала.
— Так. Значит, на этом разговор окончен! Если ещё раз скажете, что виноваты или что-то подобное, ударю снова.
— Д-да!
— И вообще, привычка считать себя виноватой во всём подряд — ваша плохая черта, Лилия. Я понимаю, что вы человек серьёзный, но всё зависит от ситуации. Вот недавно...
Лилии, которая из позы глубокого поклона пересела в сэйдза, я продолжил читать нечто вроде нотации.
Честно говоря, мне это не очень свойственно, да и у меня самого есть похожие черты, так что, может, и не мне говорить... Но всё же этому слишком уж серьёзному человеку кто-то должен был однажды высказать как следует.
По крайней мере, постараюсь, чтобы в случаях, как сегодняшний, не разворачивались непонятные сверхтеории про то, что она во всём виновата... главным образом ради моего же будущего спокойствия.
— Великолепно. Мне сейчас хочется от души поаплодировать господину Мияме. «Наконец-то кто-то сказал ей это»...
— ...
— Л-Луна?! Зиг, хватит кивать, помогите мне! Нынешний Кайто какой-то очень страш...
— Лилия! Я ещё не закончил!
— Д-да?! Простите!
Лилия уже прослезилась, но теперь уже по другой причине, а я не собирался проявлять снисхождение и продолжил нотацию. Ага, наверное, из-за того, что в последнее время часто приходится отчитывать одну конкретную дурочку, я стал привыкать и к чтению нотаций тоже.
Но, если подумать... конечно, быть чересчур легкомысленным, как один владелец универсального магазинчика, тоже проблема, но и излишняя серьёзность тоже та ещё штука.
Закончив с нотацией Лилии, я решил расспросить о том, что меня интересовало в текущей ситуации.
— Кстати, что стало с охотничьим турниром?
— Из-за инцидента с чёрными медведями турнир отменили.
— Ну, даже если бы считали очки... при любом раскладе победила бы Королева Смерти, — ответили одновременно на мой вопрос ответили Лилия и Лунамария.
Вот как, турнир отменили... Ну, это неизбежно...
— Тогда как же Плод Мирового Древа...
— Его перенесли на следующий год, на Фестиваль Священного Древа. Плод Мирового Древа — таинственный плод, который не портится со временем, так что и через год он будет в полном порядке.
— Вот... как.
Если приз виде Плода Мирового Древа переносится на следующий год, то по крайней мере сейчас Лилия и остальные его не получат.
Учитывая их нынешние чувства, я не мог просто так говорить об этом.
Ненадолго воцарилась тишина, затем Лилия повернулась к Зиг и открыла рот:
— Зиг, прости. Я обнадёжила тебя, а в итоге так и не смогла достать Плод Мирового Древа...
— ...
Услышав слова Лилии, Зиг достала из кармана блокнот и ручку, что-то написала и повернула к нам.
«Я тоже сначала извинюсь. Лили, прости».
— А? П-подожди, Зиг... не может быть...
— ...
В записке, которую Зиг показала с серьёзным лицом, было написано почти то же самое, что я недавно говорил Лилии. И лицо Лилии, увидевшей это, мгновенно побледнело.
Зиг убрала блокнот в карман, сжала кулак, замахнулась и без колебаний обрушила его на Лилию.
— Гяу!?
О-отлетела?!
От железного кулака, не сравнимого с моим недавним ударом, тело Лилии отлетело назад с чудовищной силой.
Это же точно был удар, усиленный магической силой... Лилия вообще в порядке?
— ...Больно...
Пока я размышлял, лежащая Лилия поднялась, держась за лицо.
Да нет, она же в воздухе раза два перевернулась?!
После удара такой силы отделаться одним «больно», даже с магической защитой... Лилия тоже то ещё чудовище.
Зиг сверлила держащуюся за лицо Лилию острым взглядом, затем снова достала блокнот и написала:
«Не решай за меня, что я чувствую. Я ведь уже много раз говорила. Я на тебя не обижаюсь».
— ...Зиг.
«Я не жалею ни о том, что потеряла голос, ни о том, что ушла из рыцарского ордена. В моём сердце только одно: я рада, что смогла защитить подчинённых моей драгоценной лучшей подруги».
— ...
Я в общем-то так и подозревал.
Лилия отчаянно пыталась исцелить горло Зиг, но Зиг, скорее, не желала этого, и грустно смотрела на Лилию и остальных.
Затем Зиг вдруг повернулась ко мне и едва заметно улыбнулась.
«Услышав то, что сказал Кайто, я тоже наконец поняла».
— А?
«Лили, я не могла сказать этого раньше... но, честно говоря, я ни разу не думала о том, что хочу исцелить эту рану».
— Что?!
Увидев написанное Зиг, Лилия, забыв про боль, широко раскрыла глаза.
«Но я знала, что Лили мучает чувство вины из-за меня. Поэтому я думала, что если возвращение моего голоса хоть немного облегчит твою ношу, мне стоит молча ждать. И если Лили достанет Плод Мирового Древа, я собиралась честно его принять».
— ...Зиг.
Разговор посредством записок почти беззвучный. Но чувства, которые Зиг хотела передать, отзывались сильно.
Ах, вот оно что. Вот почему Зиг смотрела на Лилию с такой грустью... Для неё по-настоящему мучительной была не потеря голоса, а...
«Лили, я такая же, как ты. Я тоже всё это время чувствовала вину перед тобой».
— ...А?
«Если бы я была сильнее, если бы действовала умелее, мне не пришлось бы навешивать на тебя, мою драгоценную подругу, этот тяжёлый груз... Так же как Лили хотела вернуть мой голос, я хотела хоть немного облегчить то, что ты несешь. Ради этого, думала я, лучше всего молча принимать твоё искупление. Но только что я наконец поняла, что ошибалась».
Как Лилия чувствовала ответственность за то, что Зиг потеряла голос, так и Зиг чувствовала ответственность за то, что из-за её слабости Лилии пришлось страдать.
Поэтому Зиг, хотя ей и было больно смотреть на отчаянные попытки Лилии, не могла её остановить... Ведь она уверила себя, что это её вина, и что искупить её можно, лишь принимая искупление Лилии...
В итоге, наверное, Лилиа и Зиг одинаковы. Обе с сильным чувством ответственности, обе не могли простить себя, поэтому так долго шли порознь.
«Я просто убегала. Стыдилась своей никчёмности и избегала смотреть тебе в лицо. Оправдываясь перед собой тем, что так будет лучше для тебя... Но если я действительно думаю о тебе, я должна была не убегать, а чётко высказать свою волю. Поэтому...»
Тут Зиг остановила ручку и сняла шарф, обмотанный вокруг шеи.
Обнажив слегка изменивший цвет глубокий шрам, что она всё это время прятала под шарфом, чтобы не мучить Лилию, Зиг прямо посмотрела на неё.
А затем приложила руку к своей шее, и там загорелся тонкий красный свет магической силы.
— ...Ли...
— ?!?!
— М-мой... го-о-лос... слы-ш... шишь...
Сдавленный, ужасно хриплый, прерывистый голос, будто выдавленный из последних сил... Вероятно, с помощью магии она насильно заставила своё горло вибрировать, издавая «звук, похожий на голос».
Этот звук, который было трудно даже разобрать... и всё же он достиг наших ушей — отчётливо и прекраснее всего на свете.
— Э-эта... рана... это мо-оя... го-ор... дость...
— ...Зиг, ты...
Это были слова, которые она, наверное, больше всего хотела сказать. Для Зиг большой шрам, оставшийся на шее, не что-то постыдное, а доказательство того, что она защитила то, что дорого Лилии... и её гордость.
Такой способ речи, похоже, сильно выматывает, Зиг тяжело дышала, но всё же мягко улыбнулась и снова взяла ручку с блокнотом.
«Видишь, я легко могу говорить. Так что, Лили, пожалуйста, не вини себя больше. И не пытайся стереть мою драгоценную гордость».
— ...Зи-иг, я... я...
«Лили, ты с самого детства была доброй... а ещё и ужасной плаксой».
— Ты... о чём это... такие вещи... знаешь... только ты... Зиг...
Будто освободившись от тяжёлого бремени, который несла всё это время, Лилия залилась крупными слезами, и Зиг, увидев это, нежно её обняла.
Эта картина напоминала двух сестёр.
Словно они восстанавливали отношения, в которых после того давнего события неосознанно отдалились друг от друга...
— Господин Мияма... может, выйдем?
— Да.
Уткнувшись лицом в грудь Зиг, Лилия рыдала, как ребёнок.
Лунамария, смотря на это, тихо позвала меня, и я кивнул, после чего покинул комнату.
Я снова осознал, насколько сложная вещь сердце. Обе заботились друг о друге, а в итоге это лишь загнало их обеих в угол.
Но сегодня отношения Лилии и Зиг, которые так долго не устраивались, я думаю, по-настоящему... восстановились.
— ...Лунамария, а вам не стоило бы присоединиться?
— ...Не нужно.
Лунамария тоже была их близкой подругой и наверняка переживала. Но она с лёгкой улыбкой ответила, что не пойдёт.
— Мне как-то не по себе в такой атмосфере. Ну, пусть молодёжь вдоволь насладится юностью, так сказать.
— ...А? Лунамария, вы что, старше Лилии и Зиг?
— В этом году мне исполнилось восемьдесят шесть.
— ...В-вот как? И совсем не скажешь.
Я был уверен, что Лунамария примерно того же возраста, что и Лилия... Оказалось, она значительно старше, и это меня удивило.
— В каком смысле? Что я молодо выгляжу, или что мой умственный возраст как у ребёнка...
— Скорее второе.
— ...Господин Мияма, вы стали довольно остры на язык. В следующий раз заварю вам особенно горький чай.
— Нет-нет, вы, конечно, и выглядите молодо.
— ...Ну и ловкий же вы человек.
Слова звучали колко, но Лунамария мягко улыбалась.
Спустя некоторое время мы с ней вернулись к Лилии и остальным, и как раз в этот момент вернулись Рей и Фия с очень усталыми лицами.
— Мияма, хорошо, что ты очнулся.
— Да, простите, что заставил волноваться.
— Да ладно, главное, что цел. А Кусуноки и Юдзуки?
— Похоже, ещё спят.
Обменявшись со мной парой слов, Рей сел на диван в общей гостиной рядом с Фией и тяжело вздохнул.
— Ну и ну, задачка не из лёгких. Впрочем, увидев гнев Королевы Смерти, их можно понять... Но, правда, я поражён. Не ожидал, что Мияма знаком с Королевой Смерти...
— ...Если бы только с ней одной...
— А?
Похоже, совещание по реорганизации шло крайне тяжело. И Рей, и Фия выглядели совершенно измотанными.
Лунамария заварила чай, Рей сделал глоток, перевёл дух и начал говорить, глядя на меня, а после Лилия подхватила его слова с усталым лицом.
— Господин Мияма также состоит в близкой дружбе с Королевой Тьмы.
— С Королевой Тьмы?!
— И более того, в последнее время к нему часто заглядывает Богиня Судьбы.
— Даже Богиня Судьбы?!
— И это ещё не всё... он получил благословение Бога-Творца.
— ...Что?
От этих слов Рей и Фия широко раскрыли глаза.
Ага, когда слышишь такое со стороны, вся ненормальность становится очевидной.
На данный момент я в этом мире знаком с двумя из шести королей — правителей Царства Демонов, и с двумя из Верховных Богов, а также Богом-Творцом, стоящим на вершине Царства Богов
— Х-ха-ха-ха... пока мы не виделись, Лилия научилась очень оригинально шутить.
— Д-да уж~ Я аж вздрогнула.
— ...Если бы это было шуткой... В последнее время я куда ни иду, ношу с собой лекарство для желудка.
— ...Серьёзно?
— ...Да.
Ага, у Лилии лицо, полное печали. Как бы сказать... простите.
Шокированным Рею и Фии Лилия и Лунамария подробно объяснили, какие невероятные знакомства я завёл за этот месяц.
Я смотрел на это, чувствуя некоторую неловкость, и вдруг...
(Кайто, вы любите домашних животных?)
У этой особы, видимо, не установлены функции «читать атмосферу» и «думать о ходе разговора».
И потом, разве не странно спрашивать «вы любите домашних животных?» В таких случаях обычно говорят «вы любите животных?» или что-то в этом роде... Ну, в общем, она, видимо, спрашивает, люблю ли я держать животных?
Люблю. С тех пор как стал жить один, в квартире было запрещено держать животных, поэтому не мог, но у родственников была собака, и я часто за ней ухаживал...
(Тогда хорошо. Я «отправила» к гостинице.)
...Что? Подожди. Что она такое говорит? Отправила? Что отправила? Питомца?
И вообще, с чего вдруг такой разговор? Сиро! Сиро-о-о-о!!
(Да?)
Не «да», а объясните! Объясните, пожалуйста!!
(Я отправила питомца к гостинице.)
Да не об этом я!!
Я спрашиваю, с чего вдруг возникла ситуация с отправкой питомца!
(Осталась одна душа. Когда я спросила, чего она хочет, она сказала, что хочет служить Кайто, поэтому я дала ей тело и отправила.)
...Что она говорит, я совершенно не понимаю.
Чувствую, что сколько ни спрашивай, внятного ответа не дождёшься, но ещё больше меня тревожит другое... Если уж Бог-Творец Сиро отправляет питомца, то это же не монстр какой-нибудь?
Чувствуя, как от слов Сиро начинает болеть голова, я объяснил ситуацию Лилии и остальным, после чего мы все вместе вышли наружу.
И когда мы вышли из гостиницы... там стояла девушка, выпрямив спину в безупречной осанке.
Чёрные волосы до плеч, кажется, с филировкой, в сочетании с острым разрезом глаз производили впечатление дикости.
Ростом она была чуть ниже моего. Одежда полностью чёрная, настолько строгая и лаконичная, что напоминала военную форму, но при этом на ней находилась накидка из чёрного меха, что создавало ужасный дисбаланс.
А самое характерное — уши, выглядывающие из-под шапки... Они явно не человеческие: круглые, словно звериные... Зверочеловек?
— Рада вас видеть! Хозяин!
— ...Простите?
Увидев меня, девушка поставила ноги вместе и отдала честь настолько чётко, что, казалось, был слышен щелчок.
Вокруг не было других живых существ, перед гостиницей стояла только она... То есть эта девушка и есть тот самый «питомец», о котором говорила Сиро?
Стоп, она же человекоподобная?! Что вы творите, Сиро?! Из звериного только уши?!
— Э-э-э... А вы кто?
— Да! Я Анима! Верный слуга хозяина!! — девушка... Анима ответила, не выходя из стойки «смирно». И голос у неё чудовищно громкий...
— П-подождите, я не понимаю, что к чему... Может, объясните подробнее?
— Есть! Так точно! Но прежде позвольте обратиться с одной просьбой!
— С просьбой?
— Да! Прошу, не используйте со мной вежливую речь! Я слуга и инструмент хозяина, прошу называть меня просто Анима и без «вы»!
— ...А, д-да. Хорошо. Тогда, Анима. Объясни... и ещё, можешь выйти из стойки «смирно».
— Есть! Благодарю!
Не только внешность, и характер у неё как у военного.
Когда я попросил объяснить ситуацию, Анима, как было велено, вышла из стойки «смирно» и приняла вольную позу, заложив руки за спину.
— Я тот самый «зверь», что недавно причинил вред хозяину! Меня должны были уничтожить, но Бог-Творец, госпожа Шарло Вернал, обратила на меня внимание, и я получила новое тело!
— ...А?
— Моя дерзость по отношению к хозяину непростительна! Поэтому я хочу искупить её, посвятив эту новообретённую жизнь и душу служению хозяину! Я лишь ничтожное существо, но прошу позволить мне служить великому хозяину!
— ...
Объяснение Анимы было, можно сказать, необычным.
Зверь, причинивший мне вред? Новое тело? И эта накидка из чёрного меха и круглые звериные уши... То есть, это всё значит...
— То есть... ты... может ли быть... ты и есть «чёрный медведь, с которым я сражался»?
— Так точно! Всё верно!
— ЧТО-О-О-О?!
Услышав ошеломляющие слова Анимы, мы все одновременно вскрикнули от изумления.
За сегодняшний день и так произошло много всего, но, похоже, неприятностей прибавится. Вернее, это всё полностью вина Сиро.
Внезапно присланная Сиро девушка с военными качествами, Анима. Мы потрясены тем, что она оказалась бывшим чёрным медведем, но главный вопрос в том, почему она хочет служить мне.
Если бы она была побеждена мной, ещё можно было бы понять, но я ведь не победил Аниму. Скорее, меня одолели, не дав нанести и царапины.
— Почему ты хочешь служить Мияме? Ведь он не сильнее тебя? — похоже, Рей подумал о том же и спросил это у Анимы.
Она, услышав вопрос, резко перевела острый взгляд на Рея и проговорила, будто сверля того глазами:
— Глупец! Ты считаешь, что отношения господина и слуги определяются только силой?! В этом мире полно рыцарей сильнее короля! И вообще, если бы у хозяина были те же физические способности, что у меня, тот бой закончился бы его полной победой!
— ...Мияма, Мияма. Эта девочка разговаривает с тобой и со мной совершенно по-разному?!
— Э-э-э... Анима, я тоже хочу это понять. Расскажи, почему ты решила служить мне.
— Есть!
На Рея Анима рявкала с таким лицом, будто вот-вот набросится, почти как при угрозе, но на мой вопрос мгновенно вытянулась по стойке смирно.
— В наше время многие убегают, увидев меня, даже если у них есть оружие, но хозяин смело бросился на меня с голыми руками, хотя по боевым способностям явно уступал мне, без единого колебания и сомнения.
— У-угу.
Ну, на самом деле это всё из-за автоконтратаки: я не мог даже лицом пошевелить, а в душе трясся от страха.
И вообще, так вышло само собой: окажись я там один, то сразу бы сбежал.
— Храбрые глаза хозяина в тот миг... моё сердце будто сгорело в адском пламени, и я была вами пленена! Но, к моему сожалению, когда я была чёрным медведем, я не могла противиться приказу уникальной особи!
— У неё есть такая способность?
— Так точно! Уникальная особь чёрного медведя имеет силу, похожую на магию подчинения, подчиняющую других чёрных медведей! Впрочем, я хоть и была чёрным медведем, сечас переродилась как иное существо, поэтому ни за что не направлю клыки на хозяина! За это можете не переживать! Мои тело и душа существуют ради хозяина!
Иными словами, если подводить итог рассказу Анимы... Несмотря на то, что я был явно слабее и бросился на неё, она, впечатлённая моей храбростью, захотела служить мне.
Думаю, это большое недоразумение... но, судя по всему, в голове у Анимы уже всё решено: я — её хозяин.
— У-угу. Я примерно понял. Спасибо, что объяснила.
— Не стоит таких слов! Итак, прошу, хозяин, приказывайте что угодно!
— А? Приказывать?
— Да! Для меня нет большей радости, чем получать приказы хозяина! Ну же, что угодно!
— ...Э-э...
Анима смотрела на меня с огромным ожиданием во взгляде, но даже если мне внезапно скажут «прикажи что-нибудь»...
— Ну, в общем, особых приказов у меня нет...
— К-как же так! Н-неужели я ничем не могу быть полезна хозяину...
Да подожди, не смотри на меня с таким отчаянием, будто наступил конец света?!
Что делать... Мне обязательно нужно что-то приказать? Но я не могу так сразу ничего придумать.
— ...Мияма, у меня есть небольшой разговор.
— А?
Пока я ломал голову, ко мне тихо обратился Рей.
— Понимаешь, Мияма, ты, наверное, отчасти уже слышал, но сейчас стража Ригфорсии в ужасном состоянии. Нам не помешала бы любая помощь, готовы одолжить даже кошачью лапу¹. Так что, может, одолжишь эту девушку, пока реорганизация не будет в какой-то мере завершена? Если она бывший чёрный медведь, то силы у неё более чем достаточно, — Рей просил одолжить силу Анимы для стражи, у почти половины которой Айсида сломила дух.
Действительно, сейчас мне в голову не приходит, что бы такое ей приказать, к тому же, хоть и косвенно, то, что дух стражи оказался сломлен, отчасти и моя вина.
— Я-то не против...
Выслушав меня, Рей кивнул и повернулся к Аниме.
— Анима, ты ведь уверена в своих боевых способностях?
— А? Чего это ты так запросто ко мне обращаешься, мусор. Хочешь, чтобы тебя разорвали на куски?
— ...Э-э, Анима, скажи, а насколько ты сильна?
— Есть! При получении этого тела госпожа Шарло Вернал даровала мне боевую силу, равную высокоранговому демону ранга Виконт!
— ...Всё-таки она бывший чёрный медведь. Со всеми, кроме Миямы, она просто берсерк...
Анима меняла отношение ко мне и к Рею настолько показательно, что яснее некуда. Как бы сказать... очень уж... насыщенный характер у этой девушки.
Так или иначе, судя по всему, Сиро дала Аниме силу, превосходящую её изначальную, на уровне высокорангового демона.
Сила, равная высокоранговому демону дворянского ранга... Эта нелепая богиня, как всегда, не знает слова «мера».
— Тогда, Анима. Говорят, стража эльфов сейчас в довольно плачевном состоянии. Я хотел бы, чтобы ты помогла им, пока реорганизация в какой-то мере не оформится...
— Есть! Так точно! Я, недостойная Анима, приложу все силы, душу и тело, чтобы исполнить приказ хозяину! — когда я сказал, что хочу, чтобы она помогла страже, Анима с невероятной силой отдала честь и ответила с радостным лицом.
Похоже, она ужасно рада получать от меня приказы... Ага. Действительно своеобразная девушка.
— Ну что ж, это обнадёживает. Тогда, Анима, я переговорю со стражей, не могла бы ты пойти со мной?
— Замолчи, насекомое! Приказывать мне в этом мире дозволено лишь хозяину!
Рей с улыбкой обратился к Аниме, получив её согласие... как вдруг когти Анимы с чудовищной скоростью вытянулись и упёрлись Рею в шею.
Оружие чёрного медведя — невероятная мощь и крепчайшие когти, и, судя по всему, оружие Анимы тоже когти.
— ...Мияма.
— Анима. Слушайся указаний Рея... Рейнхардта.
— Есть! Прошу прощения, уважаемый Рейнхардт! Прошу ваших наставлений и строгого руководства!
— ...Потрясающе. Такую до крайности понятную девушку я вижу впервые.
Похоже, Анима действительно не собирается слушать приказы ни от кого, кроме меня, но когда я велел ей следовать указаниям Рея, она втянула когти и отдала честь.
Вежливо попрощавшись со мной, она отправилась вслед за Реем к страже, а я, глядя ей в спину, тяжело вздохнул.
＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊
Центр одного из городов Царства Демонов. В рабочем кабинете у подножия Мирового Древа, уходящего в самое небо, Королева Мира Лилливуд Иггдрасиль просматривала документы и размышляла.
Нынешний Фестиваль Священного Древа был тысячелетней годовщиной возрождения эльфийского леса, и Лилливуд, у которой было много эльфийских подчинённых, тоже собиралась участвовать. Впрочем, она была довольно занята, и выделить два полных дня было трудно, поэтому она планировала прийти только на второй день.
После этого она хотела посетить столицу королевства Симфония и встретиться с Кайто, о котором слышала от Куромэйны и Айсиды, и ради этого времени сейчас усердно работала.
Лилливуд думала, что в таком темпе после Фестиваля Священного Древа у неё будет достаточно времени, но именно в тот момент, когда её ожидания не были готовы рухнуть, появился растерянный подчинённых.
— Г-госпожа Лилливуд! Беда!
— ...Что случилось? Ты так паникуешь... Опять Мегиддо буянит в лесу?..
— Чёрные медведи, обитающие в эльфийском лесу... вымерли.
— ...Что?
Услышав эту новость, Лилливуд невольно выронила документы.
Однако, как и следовало ожидать от той, кого называют Королевой Мира, она быстро взяла себя в руки и обратилась к подчинённому:
— Что это значит? Вымерли? Не может быть... В охотничьей части Фестиваля Священного Древа что, участвовал высокоранговый демон ранга Граф?
— Н-нет, дело в том... что их истребила Королева Смерти.
— Айсида?! П-почему...
Не ожидав, что здесь всплывёт имя Айсиды, Лилливуд снова ошеломлённо застыла на месте.
Она была знакома с Айсидой очень давно и хорошо знала её характер. Чёрные медведи, конечно, вредные звери, и Айсиде с её силой ничего не стоило их истребить. Но Лилливуд не понимала, зачем ей намеренно уничтожать чёрных медведей, обитающих в эльфийском лесу.
— ...Вернее, детали мне не очень ясны, но... говорят, что «один из участников Фестиваля Священного Древа, мужчина, получил ранение», и сразу после этого появилась Королева Смерти.
— ...Ну, в общем, я всё поняла.
Услышав объяснение подчинённого, Лилливуд мгновенно осознала причину и понуро опустила плечи.
(Этот раненый мужчина наверняка Мияма Кайто. Тогда вполне понятно, почему Айсида пришла в ярость. Вернее, чудо уже то, что лес физически уцелел.)
Лилливуд приводила мысли в порядок и одновременно представляла, какие разбирательства предстоят впереди, хватаясь за голову. А затем, немного погодя, обратилась к подчинённому:
— ...Я немедленно отправляюсь в Ригфорсию. Если Айсида высвободила свою магическую силу смерти в полную мощь, это могло в немалой степени повлиять и на растения.
— Понял!
Лилливуд тяжело вздохнула, сообщила, что откладывает документы на потом и направилась в Ригфорсию.
＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊ ＊
Проводив Аниму, я вернулся в гостиницу, и в той же комнате, где мы недавно были, находились Кусуноки и Юдзуки.
Обе озирались по сторонам, но, заметив меня, просияли.
— Мияма!²
— Мияма!³
Они подбежали и, будто проверяя, в порядке ли я, спросили: «Раны не серьёзные?» и «Где-нибудь болит?».
Я сказал обеспокоенным девушкам, что всё хорошо, и они наконец с облегчением выдохнули.
Я было подумал, что сейчас мы вместе с Лилией и остальными просто поболтаем, но Юдзуки встала передо мной, склонив голову.
— Э-э… старший… я...
— Юдзуки?
— Простите... мне было страшно... я не могла пошевелиться...
Я сразу понял, что хочет сказать Юдзуки.
Она, похоже, чувствовала вину за то, что не смогла убежать и из-за этого я получил ранения, и, дрожа плечами, продолжала извиняться.
Я улыбнулся ей как можно мягче и заговорил, чтобы успокоить:
— Хорошо, что ты не пострадала.
— …Мия… ма... Мияма!!
— Уо-о?!
Услышав мои слова, Юдзуки вздрогнула, на глазах у неё выступили слёзы, и она бросилась ко мне.
Из-за разницы в росте она уткнулась лицом мне в грудь и так и разрыдалась.
— Я... у-у...
— Всё в порядке. Смотри, я же вот, цел...
— Да... спасибо... что спасли меня.
— Ага... Хотя, если честно, меня самого в итоге спасли Лилия и остальные, так что не мне строить из себя героя.
Да. В конце концов, я не победил чёрного медведя, и, если бы не Зиг, наверное, погиб бы.
Поэтому я с кривой улыбкой сказал, что не мне тут важничать, а Юдзуки ещё крепче сжала руки у меня за спиной.
— Это не так... Вы были потрясающим. Очень, очень потрясающим.
— Вот как... Спасибо.
Я положил руку Юдзуки на голову и нежно погладил её.
Больше слов было не нужно, и Юдзуки ещё некоторое время так и стояла, уткнувшись лицом мне в грудь.
Я продолжал гладить её по голове, пока она не успокоилась, и наконец Юдзуки разжала руки и отстранилась.
— ...Это... ну...
— Угу.
— Ещё раз, спасибо вам! «Кайто»! — с этими словами Юдзуки улыбнулась так ярко, как распустившийся цветок.
Кусуноки и Юдзуки пришли в своё обычное состояние, и, пока я вместе с Лилией и остальными объяснял им ситуацию с Анимой, вернулся Рей с крайне усталым лицом.
— Рей, с возвращением. Как там Анима?
— А, да. Сейчас она на охране района, где повреждена стена.
— Вы, кажется, очень устали?
— ...Да нет, просто у этой девочки действительно сложный характер. Попыталась тут же наброситься на начальника стражи, который хотел отдать ей приказ... Эх. К счастью, благодаря тому, что Мияма сказал, мои указания она выполняет. Ну и в итоге мне самому пришлось на время вступить в стражу.
Судя по всему, Анима и в штабе стражи, как ей свойственно, заявила, что не будет слушать приказы ни от кого, кроме меня, и Рею, которому последовало это улаживать, волей-неволей пришлось присоединиться к страже.
— Это... как-то... простите.
— Да нет, характер у неё, конечно, тот ещё, но способности просто нет слов. Огромную партию материалов для починки стены она утащила одной рукой.
Характер у неё, мягко говоря, непростой, но Анима, обладающая силой, сравнимой с высокоранговым демоном дворянского ранга, чрезвычайно полезный для стражи человек.
Настолько, что даже с учётом её характера плюсы перевешивают… Ясно. При следующей встрече с Анимой надо будет ей как следует внушить, чтобы она слушалась указаний по службе.
Затем Рей присоединился к нашему разговору, и тема перешла к завтрашнему Фестивалю Священного Древа... к празднику урожая.
— Значит, завтра праздник урожая пройдёт, как и планировалось.
— Да. Изначально он устроен так, чтобы в нём могли участвовать даже дети, поэтому безопасности уделяется особое внимание... И, как это ни иронично, благодаря тому, что Королева Смерти вычистила всех чёрных медведей, теперь он даже безопаснее, чем обычно.
— Понятно.
Похоже, с вымиранием чёрных медведей, самых опасных существ эльфийского леса, безопасность праздника урожая повысилась.
— Кстати, а где проводится праздник урожая?
— В «лесу духов», к востоку от Ригфорсии.
— В лесу духов?
— Да. Священное Древо, в честь которого и назван Фестиваль, это дерево, в котором обитают духи, «древо духов». Оно плодоносит только в это время года, и это один из главных даров Ригфорсии, — ответил Рей на вопрос Юдзуки.
Лес духов, как и следует из названия, лес, где живут духи, а растущее там древо духов и есть Священное Древо. А я думал, что это то огромное дерево в центре города...
— То есть участники собирают эти плоды?
— Да~. Для эльфов это ещё и прекрасная возможность углубить дружбу с духами.
— Плод древа духов удивительный: если собирать его не вместе с духом, вкус портится... Но духи очень застенчивы. Секрет большого урожая в том, насколько дружелюбно ты сумеешь общаться с духом.
На мой следующий вопрос Фия и Рей ответили по очереди.
Судя по всему, духи очень застенчивы, поэтому участники заходят в лес поодиночке и собирают плоды, общаясь с ними.
— Ну, формально там тоже составляют рейтинг, кто больше собрал плодов, но это так, дополнение.
— Да, в этом деле «маги духов» получают подавляющее преимущество, тут уж ничего не поделаешь~
— Маги духов?
На празднике урожая, как и на охотничьем турнире, тоже есть рейтинг, но это, скорее, дополнение, и наградой является всего лишь набор фруктов, собранных в эльфийском лесу, так что по сравнению с охотничьим турниром всё довольно скромно.
А на незнакомое слово «маг духов», произнесённое Фией, я, Кусуноки и Юдзуки наклонили головы.
— Маг духов — это маг, которого любят духи и который может заимствовать их силу. Для эльфов звание мага духов очень почётное. Кстати, Фия как раз такой маг.
— О-о, значит, Фия умеет призывать духов?
— Да, раз уж такой случай, давай попробую...
Похоже, девушек духи особенно интересуют: Юдзуки вопросительно подалась вперёд, и Фия с мягкой улыбкой создала в руке маленький магический круг.
Зелёный магический круг несколько раз сверкнул, и из него появился крошечный полупрозрачный дух, меньше тридцати сантиметров ростом.
Маленькая полупрозрачная девочка, окрашенная в зелёный, выглядела ровно так, как я и представлял, и Юдзуки пришла в ещё больший восторг.
— Ух ты, какая милая... можно потрогать... ах!
— Хи-хи-хи, я же говорила, духи очень застенчивы. Касаться их тела могут лишь маги духов.
Когда Юдзуки протянула руку, дух проворно спрятался за спину Фии.
— А как насчёт Кайто?
— М? Меня?
Когда Юдзуки перевела тему на меня, я посмотрел на духа, снова оказавшегося перед Фией. Дух тоже заметил меня, посмотрел в мою сторону... и через мгновение начал смущённо ёрзать.
Чувствуя, что реакция какая-то странная, я медленно протянул руку, стараясь не напугать... но дух, увидев мою руку, будто опомнившись, исчез.
— Даже у господина Миямы не выходит, когда дело касается духов.
— Да, по-моему, тут какое-то недоразумение... а? Фия?
— Исчез? Я не отправляла его обратно, и он не убежал, а именно исчез?
Я с кривой улыбкой ответил на подкол Лунамарии, а когда повернулся к Фии... та почему-то с серьёзным лицом что-то тихо бормотала.
Пока я недоумевал, магический круг у руки Фии снова засветился, и дух вернулся.
Затем он медленно приблизился ко мне и, смущённо ёрзая, протянул то, что держал за спиной... маленький древесный плод.
При виде этого Рей, Фия и Зиг, трое эльфов, удивлённо округлили глаза.
— Э-э... это мне?
Мне было интересно, что с ними, но сначала я обратился к духу, и тот коротко кивнул.
— Спасибо.
Я поблагодарил и принял плод, а дух, будто радуясь, закружил вокруг, а затем начал трогать меня в разных местах.
А? Разве касаться духов не могли только маги духов?
— Э-э... что это?
— ...М-Мияма?! Ч-что ты сделал?!
— А? Да ничего...
— Когда дух не просто собирает вместе с тобой, как на празднике урожая, а сам приносит и дарит то, что собрал, это «знак привязанности». Иными словами, этот дух, можно сказать, признался, что хочет с тобой подружиться.
— В-вот как...
Причина мне совершенно непонятна, но, судя по всему, этот дух меня полюбил.
Доказательством тому было то, что когда я протянул руку к подлетевшему духу, он не убежал и позволил себя коснуться.
А Фия, смотревшая на это с широко раскрытым ртом, немного погодя понуро опустила плечи.
— ...Т-ты в порядке, Фия?
— ...Рей... я... до того как стать магом духов... двадцать лет... а тут... одно мгновение? Одно мгновение — и такое...
— Госпожа Фиа, держитесь... Просто этот человек — аномалия.
— Да, Фия! Это просто Кайто какой-то неправильный! Он правда во многих смыслах монстр...
Лунамария и Лилия стали говорить слова «поддержки» — если это можно так назвать.
Лилия уже настолько освоилась, что естественно называет меня монстром… Хотя в этот раз я даже не использовал магию чувств, как с тем дракончиком... Как же так вышло?
Наступила вторая ночь с нашего прибытия в Ригфорсию. Завтра праздник урожая, в котором мне предстоит участвовать, так что хотелось бы как следует отдохнуть... но, то ли из-за того, что днём я «поспал», а точнее был без сознания, заснуть не получалось.
Я как раз подумал, не выйти ли подышать ночным воздухом, когда в дверь негромко постучали.
— Да.
Я ответил машинально, но в ответ была тишина.
Обычно это могло бы показаться подозрительным, но у меня есть магия чувств, так что я и без этого знал, кто пришёл.
— Что случилось, Зиг?
— ...
Да, ответа не последовало, потому что это была Зиг.
Время уже близилось к полуночи. Я спросил, что ей нужно, и Зиг едва заметно помахала рукой.
— Прогуляться? Хорошо. Да, я как раз тоже не мог заснуть.
— ...
Похоже, Зиг тоже не спалось, поэтому она пришла позвать меня прогуляться, если я ещё не сплю.
Я и сам как раз подумывал выйти к ночному ветерку, так что без долгих раздумий кивнул.
Мы шли рядом по улицам Ригфорсии, залитым лунным светом.
Перед нами дорогу освещал светящийся шарообразный магический предмет — портативный осветительный артефакт.
Что-то вроде фонарика, но его не нужно держать в руке, можно настраивать яркость и цвет света, так что эта штука куда совершеннее.
Пройдя немного, мы вышли на площадь, и Зиг пригласила меня сесть на скамейку.
Сама она, разумеется, села рядом. В свете осветительного артефакта её рубиново-красные волосы мягко сияли, и от её изящного профиля у меня невольно сильнее забилось сердце.
Ночи в Ригфорсии были очень тихими, и временами налетающий ветер приятно касался щёк.
Некоторое время мы сидели в тишине, а потом мне вдруг пришло в голову заговорить:
— Кстати, Зиг. Я так и не поблагодарил вас как следует. Спасибо, что спас... а?
— ...
Я хотел ещё раз как следует поблагодарить её за то, что она защитила меня от атаки чёрного медведя, но на полуслове Зиг, прерывая меня, подняла указательный палец перед моим лицом.
Затем несколько раз покачала головой, достала из кармана блокнот с ручкой и что-то написала.
«Это я должна благодарить. Кайто, спасибо вам. Благодаря вам мои натянутые отношения с Лили снова стали как прежде».
— А, нет, я тут ни при чём...
Я лишь сказал то, что думал в тот момент. А отношения между Зиг и Лилией восстановились потому, что Зиг от всего сердца переживала за Лилию и в итоге отчитала её.
Поэтому я ответил, что ничего особенного не делал, но Зиг снова покачала головой и продолжила писать.
«Нужен был толчок. И этим толчком стали вы. Скромность, может быть, и добродетель, но здесь, пожалуйста, примите мою благодарность».
— ...Хорошо.
«Но есть кое-что, о чём я хотела бы вас предупредить».
— Предупредить?
Зиг смотрела на меня своими красивыми синими глазами и протянула записку с продолжением.
«В этот раз, учитывая обстоятельства, ничего не поделать... но, пожалуйста, не поступайте так безрассудно».
— ...
«Мне больно, когда вы ранены. Пожалуйста, берегите и себя тоже».
— ...Хорошо, — твёрдо ответил я Зиг, которая смотрела на меня с мягким выражением лица, будто отчитывала младшего брата за безрассудство.
Услышав мой ответ, она кивнула, мягко улыбнулась и написала ещё:
«Кайто. Можно мне ненадолго одолжить ваше плечо?»
— Плечо? А, да. Я не против...
«Тогда извините».
— А?! З-Зиг?!
Я не очень понял, что значит «одолжить плечо», но, не видя причин отказывать, кивнул, и Зиг положила голову мне на левое плечо, прильнув ко мне.
Рост Зиг почти такой же, как у меня, так что по высоте подходило идеально... но я никак не ожидал, что всё обернётся так.
Её длинные эльфийские уши слегка подрагивали, и от головы, лежащей на моём плече, передавалось тепло её тела.
Зиг на некоторое время закрыла глаза и доверчиво прижалась ко мне всем весом.
Когда такая красавица, как Зиг, делает подобное, я, разумеется, не могу оставаться спокойным, и сердце с начинает биться всё сильнее.
«Кайто, вы всегда общались со мной».
— М?
Пока я сидел, не в силах пошевелиться, перед моим лицом появилась записка. Я даже не заметил, когда она успела её написать.
«Я не могу говорить, и, может быть, из-за высокого роста я кажусь страшной, поэтому со мной не часто заводят разговор».
— Д-да, я сам поначалу думал, что Зиг холодна.
Рост Зиг около ста семидесяти сантиметров, что для женщины довольно много. В сочетании с очень красивыми чертами лица и спокойной атмосферой, при первой встрече я тоже был уверен, что она холодная и суровая.
«Но вы часто со мной говорили. И никогда не считали меня, не способную даже нормально ответить, лишней. Это было очень радостно».
— Просто мне самому было приятно разговаривать с вами, Зиг. Да, поначалу я решил, что вы холодная... но, поговорив с вами, я понял, что на самом деле вы очень добрая, заботливая и приятная в общении.
«Спасибо».
Услышав мои слова, Зиг слегка смущённо улыбнулась, а затем снова закрыла глаза и прижалась ко мне.
Наступившая тишина была вовсе не тягостной, наоборот, тёплой и уютной.
Так мы и сидели... отдаваясь временами налетавшему ночному ветру и наслаждаясь спокойным течением времени, пока Зиг медленно не подняла голову с моего плеча и тихо не встала.
«Если засидимся допоздна, завтра будет тяжело. Давай уже возвращаться».
— Хорошо.
Следуя её словам, я тоже поднялся со скамейки.
И в тот момент, когда мы собирались пойти обратно той же дорогой, Зиг как ни в чём не бывало взяла меня за левую руку.
— А?!
— ...
— Зиг?
— ...
Я удивился, но Зиг, не отвечая, пошла вперёд.
Она шла на полшага впереди, мягко сжимая мою руку своей тонкой тёплой ладонью, и, хотя, может быть, это была игра света, её щёки казались едва заметно порозовевшими.
У входа в гостиницу мы с Зиг попрощались, и я вернулся в свою комнату.
Всё ещё будто в полусне после недавнего, я собрался лечь в постель, и тут заметил кое-что.
Незаметно в карман моей одежды была вложена маленькая записка. Я взял её, несомненно, написанную Зиг, и прочитал при свете комнатного осветительного артефакта.
«Мне очень нравится прямой и добрый Кайто. Пожалуйста, оставайтесь и впредь таким же добрым. У меня, похоже, будет много соперниц, но я тоже намерена постараться, так что, если можно, иногда смотрите и в мою сторону».
— ...
Глядя на записку с неким подтекстом, я склонил голову.
Наверное, это значит, что она ко мне хорошо относится, но что за «соперницы»? Насколько я помню, Зиг и остальные не участвуют в завтрашнем празднике урожая, так что речь не о соревновании с другими участниками...
Написано так, будто это любовное письмо... Да нет, не может быть...
Хм-м. Понять трудно, но по крайней мере я ей не противен.
Сколько бы я ни размышлял, ответа не находилось, поэтому я убрал записку в магическую шкатулку, погасил свет и лёг в кровать.
До этого мне не спалось, но теперь, благодаря Зиг, я чувствовал, что смогу крепко уснуть.
◇◇◇
Примечание переводчика:
¹猫の手も借りたい/Хочется одолжить даже кошачью лапу — японская идиома, выражающая крайнюю нехватку рабочих рук, времени и т. п., поэтому говорящий готов принять помощь едва ли не от чего угодно.
²Здесь к фамилии добавлено «-сан», что намекает на то, что говорящий это Кусуноки, ибо Юдзуки обращается к Кайто иначе, а Аой именно таким образом)
³Здесь к фамилии добавлено «-сэмпай». Это говорила Хина.