Комната была маленькой и тёмной, почти как тюремная камера.

"...Ну и мрачное место." — Первая мысль, которая пришла в голову Бенетиму Леопулу.

— Разве меня не должны поставить перед этим помпезным «покровом истины» на суде?

Он рассчитывал вывернуться из этой передряги с помощью слов — прямо перед судьями и исповедником.

"Я совру так, что эта ложь войдёт в историю." — Таков был его план. Но, похоже, всё пошло не по сценарию.

В комнате находились только трое.

За столом напротив него сидел молодой человек с чрезмерно жизнерадостной улыбкой, а позади него стояла женщина в простом белом одеянии - типичной одежде священнослужителей. Она скрестила руки и смотрела на него сонными, бесстрастными глазами.

"Что-то тут не так."

Неспроста у Бенетима возникло такое ощущение. Всё происходящее совершенно не походило на суд, о котором он слышал. Никаких присяжных, даже клятву говорить правду с него не потребовали.

"Это скорее похоже на допрос, а не на суд... Может, они хотят вытянуть из меня ещё какую-то информацию?"

Бенетим уже рассказал им всё - ложь, правду, ложь в которую успел поверить сам.

— Прошу прощения, Бенетим Леопул, — сказал молодой человек, опираясь локтями на грубый деревянный стол и сцепляя пальцы, словно собирался молиться. В его голосе сквозила фальшь. — Мне бы очень хотелось побеседовать с вами в более приятном месте, но что поделать. Я давно хотел встретиться с вами. Глубоко вас уважаю.

— О-о… Правда? — Бенетим кивнул неуверенно.

Он не был человеком, который тщательно подбирает слова перед тем, как заговорить. Когда люди слышали, что он мошенник, они представляли совсем не того, кем он был на самом деле. Бенетим не отличался холодным расчётом или выдающимся красноречием. Таких талантов у него не было. Даже когда он кого-то обманывал, он просто говорил первое, что приходило в голову.

Этот раз не был исключением.

— Что именно вы имеете в виду? — спросил Бенетим, испытывая серьёзные сомнения. — Вы собирались зарабатывать на жизнь мошенничеством? Если так, то вам не стоит брать пример у таких, как я. В конце концов, меня ведь поймали.

— Да, в этом вы правы, — усмехнулся молодой человек. Он улыбался, но в его смехе было нечто зловещее. Он напоминал шипение змеи.

— Пожалуй, я в этот раз перегнул палку, — признался Бенетим. — Попытка продать королевский замок цирку — это было немного…

— На самом деле, это почти не имеет значения, — прервал его собеседник. — Хотя, признаю, получилось довольно забавно.

Мужчина взмахнул рукой, и женщина в одежде священника бесшумно двинулась вперёд. Она начала выкладывать на стол стопки бумаг одну за другой. Это были записи о преступлениях Бенетима.

— Ваши махинации беспрецедентны. Честно говоря, я удивлён, что кто-то может быть настолько безрассудным, — снова раздался его змеиный смешок. Его взгляд скользил по документам. — Сперва вы заключили договор о продаже земли цирку, который хотел выступить в столице. Ради этого вы подделали целый план переноса королевского дворца… Надо признать, впечатляет.

Бенетим помнил всё так, словно это произошло вчера.

Эта афера вышла из-под контроля, прежде чем он успел что-либо понять.

Изначально он просто планировал провернуть сделку с продажей земли, получить аванс и исчезнуть, как обычно. Но чем больше он говорил, тем сложнее всё становилось. Вскоре речь уже шла о плане переноса дворца, демонтаже построек и продаже оставшегося камня и железа. Ему пришлось врать самым разным подрядчикам, чтобы поддерживать иллюзию.

Я словно шёл по канату. Дела наваливались одно за другим…

Он составлял сметы, искал первоначальные инвестиции, даже подделал доверенность от имени канцлера, всё это закрутилось в нечто, выходящее за рамки его воображения. К моменту, когда цирковая труппа наконец прибыла, на месте уже толпились плотники, строительные подрядчики и даже протестующие. Получился настоящий бардак.

Бенетим избегал появления на публике, дожидаясь удобного момента, чтобы покинуть столицу. Но уйти незамеченным ему не удалось, его схватили почти сразу.

— Это далеко не всё, что вы натворили. Инвестиционные махинации, подделка антиквариата, мошенничество с лотереями, незаконное финансирование… Против вас подано более ста исков только от корпорации «Веркл».

— Мне жаль… Я искренне раскаиваюсь в содеянном.

— Не стоит. Это уже неважно. Меня интересует другое. Зачем? Какая у вас была мотивация?

«Это уже неважно»… В этих словах Бенетим уловил что-то зловещее.

— …Я не люблю видеть разочарованных людей. Ненавижу это с детства.

Эту историю он рассказывал бесчисленное количество раз, но детали всегда менялись. И чем больше он размышлял об этом, тем больше убеждался - всё это было правдой. И в то же время ложью.

— Я всегда придумывал любую ложь, лишь бы не разочаровывать людей. А потом пытался сделать так, чтобы все мои слова не противоречили друг другу.

— Это требовало огромных усилий. Поддерживать эту аферу с цирком в рамках одной легенды было крайне сложно. Но вам это удалось.

— Ну… — Бенетим лишь неопределённо пожал плечами. Куда больше его беспокоило, кто этот человек перед ним и что его ждёт дальше.

— Эм… Значит, меня ждёт смертная казнь?

— Хм? О, нет, к сожалению, нет. — Мужчина подался вперёд. — На самом деле, вас судят не за мошенничество.

— …Не за мошенничество? Тогда за что—

— Вот это и стало вашей настоящей ошибкой.

На стол шлёпнулась ещё одна стопка бумаг. На этот раз Бенетим узнал их. Это была газета — Ливио Хроникл. Не самая престижная публикация. В действительности, она находилась на самом дне даже среди третьесортных изданий. В ней регулярно появлялись сомнительные сенсации про оккультизм, заговоры, скандалы и самопридуманные сплетни о Демонической Скверне.

Последний год Бенетим работал там журналистом. Он умел придумывать фальшивые истории лучше всех.

— Эм… — Он наклонил голову в недоумении. — И зачем вы мне это показываете?

— Это статья, которую вы написали. — Мужчина слегка постучал пальцем по заголовку. — «Тайное вторжение королей демонов», «Шпионы, заражённые Демонической Скверной, уже среди нас и выдают себя за людей», «Храм, Галтюиль и даже королевская семья давно скомпрометированы».

Бенетим вспомнил эту статью. Тогда у редакции закончились идеи для сенсаций о рыцарях и богинях, а нового компромата на королевскую семью не появилось, так что его попросили написать что-нибудь, что напугает народ. И он справился.

"Ну да… Наверное, у него есть причины так на меня смотреть…"

Возможно, в историях Бенетима была доля правды.

— И ты ещё имена указал! Верховный жрец Марлен Кивия, генерал Дельф и даже генерал-губернатор Симурид. Впечатляет. Фантазия у тебя что надо… Скажу прямо - мне плевать на мошенничество, скандалы, теории заговоров. Но вот это… — Он рассмеялся, хрипло и зловеще. — Истина не должна выйти наружу.

— Чего? — Бенетим моргнул, не понимая.

— Особенно из уст такого лжеца, как ты, который умеет убеждать людей лучше всех. Ты и нас почти убедил.

Бенетим почувствовал, что это уже слишком.

— Подождите. Я никогда—

Он попытался подняться, но не смог. Женщина в одежде священника внезапно оказалась рядом и сжала его плечи так сильно, что по всему телу пронеслась острая боль. Бенетим взвыл.

— Ты едва не разрушил всё, над чем мы так долго работали... Поэтому у меня есть для тебя подарок. Особая печать, которая гарантирует, что ты никогда больше не сможешь говорить об этом.

Мужчина щёлкнул пальцами, словно фокусник.

И только теперь Бенетим заметил, какой жестокой стала его улыбка. Это было выражение человека, которому доставляет удовольствие страх на лице жертвы.

— К несчастью для тебя, тебе уготована участь куда хуже смерти.

Его ухмылка стала ещё шире.

— Бенетим Леопул, ты приговариваешься к службе… в качестве героя.

* * *

Спасибо, что прочитали главу! Если вам понравился тайтл, поставьте ему оценку или напишите какой-нибудь коммент. Так я пойму, что мой перевод кому-то нужен и усилия не проходят даром.

Если где-то заметили ошибки, дайте знать.