Лестрейд казался огорченным тем, что им даже не удалось сохранить место преступления, поэтому его плечи совсем поникли.

— Заметил что-нибудь? — спросил он Шерлока.

Детектив ответил вяло.

— Во-первых, о человеке в комнате… Предположим, что он не сам умер, а был убит. Если брать это за основу, то это либо ножевое, либо огнестрельное ранение. Во-вторых, подозреваемые. Сам собой напрашивается второй беглец. Как мотив, они могли поссориться или один заткнул другого, чтобы тот не выдал его местоположение.

Инспектор задумался над его словами.

— Колотое или огнестрельное ранение, хм. Если первое, злоумышленнику нужно было проникнуть в комнату.

— Да, так что самый вероятный вариант на данный момент — его застрелили через окно.

— Если так, значит это был поджог?

— Вполне вероятно. У нас есть подробное описание обстановки комнаты?

— Спросим у офицера, который сам был свидетелем этой сцены.

Лестрейд сделал странно мрачное выражение лица, затем посмотрел вдаль, подзывая кого-то. Но когда Шерлок увидел его, у него отвисла челюсть.

— Значит, это ты.

— Ага.

Это был помощник инспектора Грегсон. Шерлок потерял дар речи. Грегсон нахмурился и скрестил руки на груди. Он был офицером, дежурившим возле комнаты, когда произошел инцидент, и единственным свидетелем места преступления.

Теперь Холмс наконец понял, почему тот раньше вел себя странно.

— Теперь понятно, почему ты не хотел со мной говорить. Арестованного убили прямо при тебе, — ухмыльнулся детектив, а Грегсон раздраженно ответил.

— Я прекрасно осознаю свою ответственность в этом. А перед тобой не обязан оправдываться.

— Ни в чем тебя не обвиняю. Но, как нам сказали, ты принимал непосредственное участие. Почему ты решил остаться и стоять на страже?

Грегсону, казалось, было трудно произнести это вслух.

— Во время допроса вокруг здания образовалась толпа. Чтобы их успокоить, я хотел собрать всех офицеров. Но надо, чтобы кто-то присматривал за беглецом, и я подумал, что не особо подхожу на роль устранителя беспорядков, поэтому остался… Хотя, если подумать, это было довольно недальновидно.

Грегсон сузил глаза, явно раздосадованный собственной ошибкой, но вмешался Лестрейд.

— Я думаю, это было вполне логичное решение. Тем более, все вы были отправлены сюда по моему приказу. Так что часть вины лежит и на мне.

— Н-нет, вы здесь не виноваты, инспектор. Это все из-за моей невнимательности.

Лестрейд и его подчиненный заспорили, а Шерлок поднял руку, останавливая их.

— Давайте вы потом выясните, кто виноват. На данный момент наш приоритет — информация, не так ли?

Раздраженный словами детектива, которого он так ненавидел, Грегсон повернулся к Лестрейду.

— Хорошо, что бы вы хотели знать, инспектор?

— Обстановку в комнате, пожалуйста.

Взгляд Грегсона скользнул вверх, когда он вспомнил то, что видел тогда.

— В интерьере не было ничего необычного. Комната прямоугольная, с небольшой кроватью, столом и двумя стульями. С северной стороны окно, а напротив — крепкая дверь. Нет ни зеркала, ни ванной.

Лицо Шерлока стало серьезным.

— Значит, это просто временный ночлег. А человек, прикованный к стулу, в какой части комнаты находился?

Грегсон с ненавистью посмотрел на него и ответил колюче.

— Когда я посмотрел в замочную скважину, он лежал на полу напротив. Примерно в шаге от двери. И его спина, точнее, область от спины до поясницы, была в крови.

В этот момент Шерлок задал вопрос.

— Руки жертвы были прикованы наручниками к подлокотникам стула, верно? Если бы он упал в этой позе, стул бы был сверху.

Нахмурив брови, Грегсон скрестил руки на груди.

— В замочную скважину мало что видно, однако стула на нем не было. Возможно, он смог сломать подлокотники и вырваться.

— Неужели стул настолько плох?

— Беглец не особо сопротивлялся, когда мы его арестовали, так что я проявил неосторожность и использовал первое, что было рядом, чтобы удержать его. Если подумать, это упущение с моей стороны.

Услышав Грегсона, Шерлок попытался предугадать точные движения преступника.

— Значит, ему удалось освободиться и передвигаться по комнате со все еще скованными руками. В таком случае разве он не наделал бы шума? Хотя, тогдашние волнения жителей могли его заглушить.

— Не уверен. Если бы раздался звук ломающегося стула, я бы услышал. Но проблема в том, что произошло после того, как начался пожар. Тогда я был в панике, и царил такой шум, что я не обращал внимания на комнату.

Грегсон снова опустил взгляд, но Шерлок продолжил спокойным голосом.

— Значит, арестованный не двигался с места, пока не вспыхнул пожар. Было ли в комнате что-нибудь, что можно использовать в качестве оружия?

— Мы тщательно осмотрели все перед началом допроса. Ведь это комната, которую преступник сам снял, поэтому обыскали ее до самых углов на случай, если он что-нибудь спрятал внутри. Но не нашли ничего, что можно использовать в качестве оружия.

Грегсон сказал это с уверенностью, но Холмс не выглядел убежденным.

— Но были вещи, которыми можно было убить или ранить, не так ли? Если бы он сломал деревянные подлокотники, из кусков можно сделать кол. Если бы он этого не сделал, то мог бы отломать дерево от пола или стены и таким же образом создать оружие.

— Ты считаешь, что он мог воспользоваться шумом от пожара, чтобы совершить самоубийство. Но даже если бы он попытался покончить с собой острым предметом, трудно поверить, что пронзил бы себя с достаточной силой, чтобы оружие прошло сквозь спину.

Грегсон привел разумный аргумент. Шерлок согласился и тут же выдвинул другую точку зрения.

— Ну, допустим, он все же отломил какую-нибудь острую деревяшку от пола или стены. А если бы он, передвигаясь, случайно упал на нее? Неясно, намеренно или непреднамеренно, но это точно смертельная рана.

Шерлока все еще преследовала мысль, что преступник погиб от собственных рук. Услышав это, Грегсон на мгновение забыл о своей враждебности и задумался. Затем он покачал головой в мягком отрицании.

— Не согласен. Если так, в комнате остался бы острый предмет и пятна крови. Но судя по тому, что я увидел в замочную скважину, стены и пол были чистыми, и не ничего похожего на большие пятна крови. Вокруг тела были какие-то крошечные брызги чего-то похожего на кровь, а также маленькие лужицы того же вещества.

— Только это? Если он истек кровью настолько, что его спина окрасилась в красный цвет, то вокруг него должно было быть столько же крови.

Шерлок наклонил голову. Грегсону это тоже показалось странным, и он нахмурил брови.

— Чем больше я думаю об этом, тем страннее оно становится. И оружия в ране нет. Может, у него анемия?

Было неясно, шутил ли Грегсон или это было непреднамеренно. С задумчивым видом Шерлок держал рот на замке.

Лестрейд, который до сих пор внимательно слушал, предложил свою теорию.

— А если он просто притворялся мертвым? Возможно, другой беглец начал поджог в заранее оговоренное время. Затем пойманный человек притворился мертвым и подождал, пока офицер снаружи уйдет. Может быть, он специально рухнул перед дверью, чтобы Грегсон стал свидетелем этого. Что касается крови, то он мог использовать красную краску.

Но Шерлок оспорил эту точку зрения.

— Неплохая теория, но тогда остается вопрос, как ему удалось так разбрызгать краску. Более того, он, вероятно, хотел сбежать из гостиницы, но другие офицеры охраняли территорию вокруг здания, верно?

Грегсон нахмурился.

— Не хочу с тобой соглашаться, но ты прав. Я не получал никаких сообщений о том, что он вышел из комнаты.

Холмс посмотрел на обугленные руины гостиницы.

— Значит, ему не удалось сбежать, так что вероятно, он там сгорел дотла. Просто интересно, были ли в комнате тайные ходы?

Удивленный, Грегсон усмехнулся.

— Откуда? Это же не секретная база. Кроме того, мы тщательно проверили комнату. Если бы был путь к отступлению, мы бы его нашли.

— Если мы говорим о путях отхода, он ведь тоже мог пробить стены или пол, не так ли?

Грегсон на секунду задумался над вопросом Лестрейда, затем мягко покачал головой.

— Гостница, конечно, старая, да и выглядит не очень хорошо. Стены и полы обветшали, и я даже видел крошечные дырочки там, где они прогнили. Если потратить время и силы, думаю, их можно пробить. Но я уверен, что услышал бы звук сдираемых стен или половиц, ведь стоял прямо за дверью. А если бы он начал свою работу сразу после того, как я ушел, то он бы попал в пламя, прежде чем удалось завершить свой побег.

— Понятно. Огонь распространился быстро, и он не смог бы пробить проход сразу, — согласился Лестрейд.

Шерлок хлопнул в ладоши.

— Значит, исключаем теорию о том, что он инсценировал свою смерть и сбежал. Мы не можем быть полностью уверены, пока обломки не будут исследованы. Но это все равно убийство в запертой комнате, да?

Шерлок сопоставил воедино различные источники информации, делая это утверждение, и Лестрейд с ним согласился.

— Тогда, как я и думал, нам придется искать другого беглеца. Но прошло много времени с тех пор, как вспыхнул пожар. Разве он уже не убежал?

— Инспектор, у меня есть одна хорошая новость, — гордо ответил Грегсон. — Мы знаем, что у другого беглеца ожоги на лице. Среди постояльцев, эвакуировавшихся из гостиницы во время пожара, было трое мужчин с такими ранениями.

— Действительно? Но разве они не могли быть обычными людьми, попавшими в огонь?

Лестрейд сомневался. Сразу же ответил Холмс.

— Не обязательно. Никто не входил и не выходил из гостиницы ни до, ни после пожара, так что, естественно, поджигатель должен быть внутри здания. Ты это хотел сказать, господин помощник инспектора?

— Ага.

У Грегсона украли роль обьяснения ситуации, но он, как мог, ответил вежливо.

Помощник инспектора, который ненавидел сыщиков, и сыщик, пользовавшийся этой антипатией. Лестрейд расплылся в кривой улыбке.

— В таком случае, мы должны поговорить с ними.

— Конечно, они собраны в другом месте, так что... Хм?

Как раз когда Грегсон собирался показать дорогу, он внезапно нахмурился. В очередной раз толпа, собравшаяся возле места происшествия, начала поднимать шум.

— Эй вы, дерьмовые копы! Везде сажа, и это заноза в заднице!

— Это, должно быть, ваших рук дело!

— Не думайте, что после всего, что вы здесь наделали, сможете вернуться домой безнаказанными!

Теперь, когда пожар был потушен, казалось, что гнев местных жителей по отношению к Ярду только вырос. Вдруг жители трущоб подняли шум. Пока одна группа ругалась, другая выплескивала разочарование. В мгновение ока Лестрейд и остальные оказались в вихре ярости.

Их вражда вспыхнула неожиданно, и Лестрейд был явно на взводе.

— Это нехорошо. Придется их успокоить и попытаться объяснить, что мы преследуем только преступников.

— Не получится. Они уже были раздражены, когда приехал Ярд, а потом вспыхнул пожар. Более чем достаточно, чтобы их взбесить.

Холмс проанализировал ситуацию, а ответ Грегсона был полон разочарования.

— Тогда что нам делать? Такими темпами здесь начнется потасовка.

Шерлок был невозмутим.

— Ответ прост: продолжим искать настоящего виновника. Как только раскроем причину пожара, они должны успокоиться. Наша работа не изменилась, просто теперь у нас ограничение по времени.

— Значит, у нас есть время, пока их гнев не достигнет точки кипения?

Сразу же Лестрейд понял, что необходимо сделать. Он тяжело вздохнул и привычно нахмурился.

— Грегсон, покажи Холмсу подозреваемых. Я буду работать с остальными, чтобы успокоить толпу. Пока мы держим ситуацию под контролем, хочу, чтобы вы вдвоем раскрыли дело.

— Э-э? — синхронно воскликнули оба.

Посмотрели друг на друга, и Холмс вздохнул.

— И как вообще до этого дошло...

— Эй, ты сам был не очень-то уверенным, когда выдвигал предположения, — Грегсон выглядел раздраженным. Лестрейд положил им руки на плечи.

— Я рассчитываю на вас обоих.

Оставив эти обнадеживающие слова, он галантно удалился к толпе. Красноречиво, инспектор доверил им все расследование, и глаза Шерлока были полны покорности, когда он смотрел, как тот уходит.

— Теперь еще и хлопот не оберешься, — тихо пробормотал он.

Но у Грегсона был острый слух.

— А? Ты про дело или то, что работаем вместе?

— Я имел в виду, что это странная загадка, — дипломатично ответил Холмс.

"Держись, Шерлок!"

Получив в напарники проблемного человека, Холмсу показалось, что в его голове раздаются подбадривания Ватсона.