Тут должна была быть реклама...
— Интересно, сколько я ещё проживу?
Приёмная одного из верхних этажей высотки правительства Японии. На элегант ном ковре были роскошные диван и стол. Стены были звуконепроницаемые, а окна способны были сдержать выстрел из винтовки.
Нежный голос нарушил тишину зловещей фразой.
Поражённый Тодо Масато смотрел широко открытыми глазами.
Перед Тодо на диване перед столом сидел молодой человек.
Если бы Тодо не был знаком с ним, то подумал бы, что это девочка.
Черты его лица были мягкими и утончёнными.
При первой встрече довольно сложно было определить его пол. Наверняка многие принимали его за девушку.
Волосы у него были светлые, словно у старика, ему хорошо походило слово «эфемерный».
Ему было всего 15.
Столько же, сколько второй дочери Тодо.
Тодо смотрел на хрупкого мальчика, который не прожил и половины его жизни, злоба разрывала его грудь изнутри.
— Так ты знаешь, Юу-кун.
— Это же моё тело. Я знал, что долго не протяну.
Камимори Юу.
Так звали радостно улыбающегося мальчика, чья смерть была уже близко.
Он должен был рассказать всё Юу, глубоко вздохнув, он решил сделать это коротко и откровенно.
Лицо его было мрачным.
— Исходя из нынешнего положения, полагаю, что всего год. Мы не знаем даже как замедлить развитие. Да и шансы на то, что узнаем, крайне малы.
— Всего год...
Опустив голову, Юу повторил слова Тодо. Что же можно сделать всего за 1 год? Вот что отразилось на его лице.
Тодо заметил это и стиснул зубы.
15 летнему мальчишке жить осталось всего ничего.
С самого своего рождения он не мог жить обычной жизнью.
Все 15 лет его жизни над ним ставили ужасные эксперименты.
И вот он попал в государственное учреждение.
Гнев общества Тодо с коллегами смогли подавить лишь месяц назад.
Они не могли предавать дело общественности и проводили лечение в тайне, чтобы никто не считал его жертвой.
Из тысяч больных детей в живых остался и сохранил рассудок лишь Юу.
Можно сказать, что он становился чудовищем в человеческом обличии.
У него появились способности, не доступные обычным людям.
Но Тодо сомневался, соизмерима ли цена.
Возвращать его к обычной жизни правительству было уже поздно.
В документах в руках у Тодо были изложены все нелицеприятные факты.
Его внутренние органы постепенно отказывали.
Если бы они действовали быстрее, смогли бы они спасти Юу? Его столько раз мучили угрызения совести.
Плечи Юу опустились, по склонённой голове Тодо не мог понять, какие же мысли были на лице мальчика.
Гнев, отчаяние, страх... Вот что могло прийти в голову.
Тодо был готов к тому, что, обезумев, Юу бросится его душить, он ждал ответа.
И вот.
— Здорово. Дольше, чем я думал.
На его лице была улыбка полная облегчения.
Никаких негативных эмоций, как полагал Тодо, лишь безмятежная улыбка. Невероятно, Тодо был просто потрясён.
15 летний мальчишка жил в настоящем аду.
Будь Тодо на его месте, его бы не удовлетворила смерть каждого из них.
Он был лишён будущего, и никто бы здесь не смог бы упрекнуть его за это.
Стараясь сохранить самообладание, Тодо спросил.
— И всё? Ты не злишься? Не затаил обиду? Если тебе есть, что сказать, говори, Юу-кун. У тебя есть право сказать всё, что пожелаешь, на меня же возложена ответственность это принять.
Перед Юу был один из членов правительства, кто забрал его жизнь и будущее.
Он мог накричать, высказать всё, разрыдаться, прося искупления за всё, что было.
Ко всему этому Тодо был готов.
Даже зная лишь то, чтобы было написано о пятнадцати годах жизни Юу в документах, что были у Тодо, было достаточно, чтобы потрясти обычного человека. Для некоторых его коллег сильным потрясением оказалось просто взглянуть на них.
Заглядывая в эти документы, Тодо сам был готов растерзать тех, кто был способен на такое.
То, что Юу был способен продолжать разговор само по себе чудо.
И всё же он принял слова Тодо, и даже растерянно улыбнулся.
— Я не особо понимаю. Но для меня такая жизнь была в порядке вещей. Но теперь я счастлив. Ведь меня не будут больше резать, давить и жечь. Я больше могу не пить серную кислоту? Поэтому я и благодарен вам, Тодо-сан. Большое вам спасибо.
Юу склонил голову в благодарности, а Тодо тяжело вздохнул.
В гостиной послышался звук, как будто кто-то отпил тёплый кофе.
Вероятность того, что отрицательные чувства Камимори Юу, такие как гнев и ненависть, так и не появится, была высока.
Тодо вспомнил доклад психиатра, проводившего консультации Юу.
За 15 лет своей жизни он так и не поддался тёмным чувствам.
Его фамилия Камимори идеально ему подходила, он был благословлён богом, но и это было ещё не всё.
Его имя Юу означало не только спокойную жизнь, но ещё и продолжительную.
— Мы бы хотели сделать для тебя всё возможное. Если у тебя есть какие-то желания, говори.
— Желания...
Обдумывая слова Тодо, Юу прикоснулся к подбородку рукой.
Желания многих людей вполне можно исполнить. Они могут быть реализованы за счёт бюджета.
Если Юу захочется вести распущенную жизнь, то проблем с деньгами не будет.
Юу мучился, мучился, мучился, он никак не мог усидеть спокойно на месте.
Он улыбался, и в его улыбке перемешались тревога и надежда.
— Что-то придумал?
— У меня всегда была мечта. Просто выслушайте, если не получится, то и не важно.
— Говори.
То, о чём он всегда мечтал.
Мечта, что была у него даже в аду.
Как чиновник Японского правительства, как один из ответственных, как взрослый, он должен приложить все силы, чтобы исполнить её.
Хоть ограничения и были, но можно было реализовать очень многое благодаря деньгам и связям.
— Это.
Колеблясь, Юу поднял голову, глядя прямо на Тодо он открыл рот.
Он был слегка взволнован, щёки покрылись слабым румянцем.
Он говорил так, будто сам он был устремлён к своей далёкой мечте.
На лице всё ещё была тревога, сомнение, сможет ли Тодо и его товарищи всё сделать.
Хорошо, всё будет исполнено.
С самого рождения он жил в аду, так что же за мечта была у мальчика, которому осталось жить лишь год?
Наверняка это было нечто необычное.
Тодо затаил дыхание, он был готов услышать его слова.
С девчачьих губ Юу сорвалось его желание.
— Хочу пойти в школу.
* * *
Голубое небо лета, недавно вступившего в свои права.
Высокое здание школы заливало солнечным светом, были слышны голоса тех, кто направлялся в свои клубы. Всюду сновали фигуры мальчишек и девчонок.
Через окна классов была видна весёлая молодёжь.
И в эту трель весёлых голосов, довольных окончанием занятий вмешался крик.
— Эй!
В живот Юу полетел сильный удар.
Его миниатюрное, худое тело упало, а стол и парта, которые он задел, опрокинулись вместе с ним.
От удивления и боли у Юу свело дыхание.
— Ой...
Постанывая и покачиваясь, он поднялся.
За его маленькой фигуркой наблюдал парень.
Светлые волосы и пирсинг, которые совершенно точно были против школьных правил. Но это никого не беспокоило.
Касуя Кёсуке.
Одноклассник Юу.
Своими глазами с узкими зрачками он осмотрел окружавших его одноклассников.
— Эй, Мибу, Сэра... Какие-то проблемы?
— Нет... Никаких.
Мальчишки и девчонки начали отводить глаза.
Кроме Касуи в классе было ещё около 10 учеников.
Но все они закрывали глаза на бесчинства Касуи. Были и те, кто второпях покидал класс.
Был и учитель, проходивший мимо, но стоило ему увидеть Касую, он молча удалялся. И чтобы не рассердить Касую, он кивнул ему.
Учитель посмотрел на одного ученика. Даже зная, что над тем издеваются, он предпочёл не замечать этого. Такова была школьная жизнь.
Семья Касуи вкладывала деньги в школу и имела сильное влияние как в бизнесе, так и в политике. Обладая защитой своей семьи, ему не могли навредить не то, что дети, даже учителя.
Говорят, что противившиеся воли его семьи просто исчезали из города, тирания Касуя Кёсуке господствовала в стенах школы.
И у него на пути оказался Юу.
— Эй, Камимори, ты что сказал?
В голосе Касуи чувствовалось жестокое превосходство, он резко поднял Юу за воротник, он затряс худенькое тело паренька.
— Говорю же, не могу...
Юу получил пощёчину по лице. Звук шлепка разнёсся по классу.
— Повыделываться решил, а?!..
Со дня поступления над Юу начали издеваться. И делали это Касуя Кёсуке и его прихлебатели.
И каждый отказ сопровождался насилием.
Вот и сейчас он в присутствии своих дружков окружил Юу.
— Эй, я же ничего сложного не прошу... Поможешь нам немного «поиграть» с этой девкой. Только это, тебе даже делать ничего толком не придётся, ну что?!
Застилаемые кровью глаза Касуи угрожающе смотрели на Юу.
«Поиграть». Что Касуя собирался сделать с девушкой, было не сложно представить.
И подобное просто нельзя было оправдать.
— Можешь бить меня сколько пожелаешь, но не трогай Аканэ-сан, Касуя-кун... Пожалуйста.
Говоря это Юу притворно улыбался, стараясь смягчить Касую.
Но эффект оказался противоположным. К лицу Касуи моментально прилила кровь.
— Урод белобрысый, указывать мне вздумал!
Его голос становился громче, всякий раз как он бил Юу ногой.
— Ты что делаешь?
Его остановил резкий девичий голос.
А точнее он просто не мог двинуться.
Голос её был действительно пугающим.
Касуя с дружками были словно связаны её пронзительным голосом.
Даже оставшиеся в классе ученики нервно задрожали. Все их взгляды были обращены на обладательницу голоса.
У входа в класс стояла одинокая девушка.
Это была излучавшая силу, миловидная девочка. У неё были длинные красивые волосы, подняв свои симпатичные брови, она оглядела класс.
Юу пробормотал её имя.
— Аканэ-сан...
Тодо Аканэ.
Вторая дочь семьи Тодо, присматривающая за Юу. Они жили и учились вместе. Под «этой девкой» Касуя подразумевал именно её.
— Юу, мы уходим.
Сказав лишь это, она начала подходить. Она прошла мимо Касуи и забрала свою сумку со стола и сумку Юу.
Она даже не взглянула на Касую и остальных. Словно для неё их не существовало.
— Эй, Тодо! Ты чего, игнорировать меня вздумала!
Аканэ молчала. Её недовольные, но хорошенькие губки, были закрыты.
У Касуи на лбу набухли вены. Его рот искривился, он зарычал.
— А ну не мешайся, дрянь...
Свист ветра прервал его слова.
Перед его носом оказалась нога Аканэ.
Невероятно быстрый удар был остановлен прямо перед лицом Касуи.
От давления ветра от удара у Касуи перехватило дыхание. Как и у всех вокруг.
— Благодари, что я тебя просто игнорирую, Касуя. Идём, Юу.
Обронив холодн ый ответ, она взяла Юу за руку и вывела из класса.
* * *
— Прости, Аканэ-сан.
Они шли через торговую улицу по направлении к станции, возвращаясь домой к Тодо.
Юу, ведомый за руку Аканэ, извинился.
Аканэ отпустила его руку и возмущённо посмотрела на него.
— Да что б тебя, Юу. Почему ты такой легкомысленный... Не надоело тряпкой быть?
На Касую и остальных она смотрела не так, но Аканэ точно была зла.
Во всей школе только эта девушка, которую знал Юу, могла противостоять Касуе.
Похоже её по настоящему бесило поведение Юу.
— Если так, почему просто не положиться на моего отца.
Опустив голову, надувшись, пробормотала Аканэ.
— Масато-сан и так очень занят. Дома почти не бывает... Прости.
Виновато ответил Юу.
Тодо Масато не мог знать, как обстоят дела в школе у любимой дочери, слишком он был занят, и в большинстве своём из-за Юу.
Но Аканэ это было неизвестно.
— Но над тобой издеваются, надо же что-то сделать. Ты ведь элита, воспользуйся своими связами.
— Ну, да...
Но Юу понимал. Аканэ не хотела полагаться на семью
Защищали их такие же семьи, как и семья Касуи. Ей не хотелось и самой причинять отцу ещё больше проблем.
Её благородство и доброту Юу очень уважал.
Так ч то он очень хотел сделать для неё хоть что-то. Он грустно улыбнулся и покачал головой.
— Всё в порядке, Аканэ-сан. Не переживай за меня.
— Я и не переживаю.
Аканэ отвернулась и зашагала быстрее.
Юу последовал за ней неуверенной походкой, словно птенец, следующий за мамашей.
Невзначай Аканэ спросила.
— Эй... Тебе нравится ходить в школу при таких обстоятельствах?
— Очень. Я никогда не ходил в школу и не жил обычной жизнью.
Вырвавшись во внешний мир, Юу всегда мечтал пойти в школу.
Ещё недавно для Юу это был далёкий и неведомый мир. Раньше он даже голубого неба не видел.
— Вот как...
Сухо ответила Аканэ и продолжила молча идти. От её спины так и веяло недовольством. Похоже для неё всё это было глупо.
На самом деле школьная жизнь его не устраивала.
Школа была его целью, но мечта всё ещё не исполнилась.
Было ли у него право на то, чтобы иметь свою мечту.
Он продолжал жить за счёт жизней других, Юу плутал в лабиринте собственного разума...
— Тормозишь!
Голос Аканэ вернул его в реальность.
Вдали он слышал голос Аканэ, которая стояла, скрестив руки, и ждала его.
Пока он думал, девушка успела прилично отдалиться.
— Прости, уже иду!
С недовольством на лице, Аканэ ждала Юу.
Красавица, обладающая отличными рефлексами и выдающимся интеллектом, Аканэ была гордостью параллели.
Её отец привёл домой этого иждивенца и попросил Аканэ присматривать за ним.
Связано это было с такими как Касуя. С самого первого дня Юу был под опекой Аканэ. И вот Юу уже в который раз застенчиво поблагодарил.
— Спасибо тебе большое, Аканэ-сан... Постоянно доставляю тебе хлопоты.
— Да ничего. Меня ведь папа попросил за тобой присматривать. Ничего не поделаешь.
Это была её излюбленная фраза.
Она не могла не послушать отца, а он не мог не поблагодарить.
Когда-нибудь он хотел отплатить Аканэ за её доброту. Это было целью Юу.
— Надо ещё за продуктами к ужину зайти... Тебе ничего не надо?
— Нет. Мне скоро ДВД в прокат сдавать. Посмотрим вместе, Аканэ-сан?
— Опять аниме или фильм про героев? Не то, чтобы мне боевики не нравились, но вот к чему нужны все эти названия для ударов, да целые поэмы перед их использованием зачитывать?
— Так ведь это же круто... Не хочешь?
— Да я не против, в принципе. Но ещё надо домашними делами заниматься...
Вот так болтая, они и шли домой.
Именно такие моменты были для Юу самыми дорогими.
Юу думал, что же будет завтра.
Следующий день. Для них он будет судьбоносным.
* * *
— Эй, Юу, просыпайся!
В его ухе раздался резкий голос, он чувствовал, как кто-то толкает его. Сознание всё ещё было расплывчатым, но уже начало обретать форму.
Сфокусировав взгляд, он увидел перед собой лицо девушки.
Она была в школьной форме, в какой он видел её каждый день. У неё были красивые глаза и брови, и своим ротиком она обращалась к Юу.
— Аканэ-сан?..
Он лежал на земле. Должно быть упал, на корточках рядом с ним сидела девушка и трясла его.
Аканэ недовольно фыркнула и поднялась.
— Нашёл место для сна.
Было необычно, в её голосе не было привычной твёрдости, в нём перемешались растерянность и испуг.
— А?..
Юу и сам при коснулся к земле, ощущение было не из приятных.
Он никогда такого не чувствовал, её форма была жутковатой.
Зрение восстановилось, и он наконец увидел.
— Э?..
Его сознание сразу же прояснилось.
Чужой мир. Насколько хватало глаз, перед ним раскинулось бескрайнее пространство.
Всё вокруг было заполнено чернотой.
Всё было черно: спереди и сзади, справа и слева, сверху и снизу, ни единого лучика света.
Однако Юу мог разглядеть нечто в этой тьме. В этой темноте были не только Юу и Аканэ.
— Чёрт... Что это за место... Что за фигня...
— Как, почему...