Шестерка новичков, робко и подобострастно взирая на лидеров, закивала, подтверждая, что все всё поняли.

— Вот и славно! — Гальк потер кольцо на пальце и выудил оттуда моток пеньковой веревки и несколько полотенец. — О, не поймите превратно, это тоже ради вашей безопасности. Свяжем вас одной нитью, чтобы не потерялись, а рты заткнем полотенцами – так вы не издадите лишнего шума. Никаких воплей и криков. Сами знаете, у зомби слух отменный.

Глаза У Мэна азартно блеснули. Пространственное снаряжение? Должно быть, то кольцо и есть пространственный артефакт!

Пока Гальк с благочестивой миной вещал о том, как он заботится об их благе, остальные кривились так, словно проглотили таз с мухами.

Чжан Цзычэн покраснел от ярости, его грудь вздымалась, будто кузнечные мехи:

— Вы… вы… это уже слишком! Смерть лучше позора, мы лучше…

Не успел он договорить, как раздался влажный хлопок. На балкон отеля шмякнулось нечто бесформенное и окровавленное.

А затем под истошный женский визг это кровавое месиво, которое должно было быть трупом, вдруг зашевелилось и начало подниматься!

Когда тварь с размаху впечаталась в стеклянную дверь балкона, к женскому крику присоединился и мужской.

Гальк подошел к двери и сделал вид, что собирается ее открыть.

— Нет! — Не надо! — Только не это, умоляю! — Не открывай! — Постой-постой, не стоит так радикально!

Чжан Цзычэн, не дожидаясь посторонней помощи, сам принялся лихорадочно обматывать веревку вокруг запястья, а затем запихнул полотенце в рот.

— Мы-мы-мы! — Невнятно замычал он, призывая остальных последовать его примеру.

Гальк тем временем щелкнул защелкой стеклянной двери.

Раздался глухой удар. Изуродованное тело прижало ладонь к стеклу, и та медленно поползла вниз, оставляя длинный, смазанный кровавый след.

У Мэн сглотнул. Значит, это и правда зомби…

Толпа с быстротой молнии, не желая уступать друг другу в прыти, принялась вязать руки и кляпиться полотенцами.

Гальк все же распахнул дверь. Шестерка, словно стая напуганных птиц, рванула назад. Кто-то не удержал равновесие, и новички с грохотом повалились на пол кучей-малой.

Гальк выхватил из-за пояса форменный длинный меч и одним точным ударом снес голову зомби, собиравшемуся вползти в номер.

Гнилая, покрытая бурой грязью голова с глухим стуком вкатилась в комнату.

— У-у-у-у! — Из-за кляпов наружу вырывалось лишь жалобное мычание.

Ли Чжаньянь взял со стола телефонный справочник и потыкал им в голову на полу:

— Хм, отсечение головы работает.

Гальк подошел, пронзил череп клинком и, подцепив его, выбросил в окно:

— Но размозжить мозг надежнее.

Ли Чжаньянь пожал плечами:

— Без разницы. Для меня итог один.

Когда опасность миновала, шестерка кое-как поднялась на ноги. У Мэну кто-то успел ощутимо наступить на ступню.

Поскольку Гальк не уточнил, как именно связываться, все по умолчанию обвязали одну руку. Но возникла заминка: кто-то выбрал левую, кто-то правую, и теперь при попытке встать строй превратился в нелепицу – одни тянули вперед, другие пятились.

Гальк и Ли Чжаньянь обменялись взглядами, полными презрения.

Пришлось развязываться и переделывать. На этот раз все единодушно выбрали левую руку.

Снаружи снова послышались влажные шлепки – на балкон приземлились еще несколько кровавых тел.

Гальк лишь слегка качнул головой:

— Проказники.

Он запер стеклянную дверь на щеколду. Ли Чжаньянь уже открыл выход из номера – за дверью чернел длинный коридор, выглядевший чертовски жутко.

— Я пойду первым, — Гальк прошел мимо группы, перехватил конец веревки левой рукой, а правой сжал меч. — Ту-ту-у! Паровозик отправляется!

Стоявший впереди Чжан Цзычэн едва не упал от рывка, но сумел удержаться на ногах и поспешил за лидером.

Все потянулись вслед за Гальком, а Ли Чжаньянь прикрывал тыл.

Электричество в отеле отключили, так что лифты ожидаемо замерли. Ли Чжаньянь выглянул в окно возле лифтового холла. Высоко – этаж примерно двадцать четвертый.

Гальк аккуратно отодвинул брошенную посреди коридора тележку горничной:

— Похоже, придется топать по лестнице.

Они толкнули дверь на лестничную клетку. Был день, и свет, пробивавшийся сквозь окна в пролетах, позволял видеть дорогу.

Спуск прошел без особых приключений. Одиночных зомби, попадавшихся на пути, Гальк хладнокровно закалывал в голову. Практика подтвердила: разрушение мозга действует безотказно – зомби мгновенно превращались в обычные трупы.

Глядя на Галька, который шел впереди, словно могучий дух-хранитель, У Мэн поймал себя на мысли: «А ведь так вполне можно жить».

Впрочем, он тут же осадил себя, анализируя ситуацию. Что, если Гальк делает это намеренно? Эффект подвесного моста в сочетании со стокгольмским синдромом – отличный коктейль, чтобы заставить это пушечное мясо безропотно идти на убой.

«А если и так, то что?», – с горькой усмешкой подумал он. — «Собираешься бунтовать?»

Начитавшись книг в жанре бесконечный поток, он имел общее представление о генном замке. Второй уровень генного замка позволял раскрыть потенциал тела на все сто: мышцы, кровь, нервы и чувства усиливались до предела, появлялся контроль даже над внутренними потоками энергии. Не говоря уже о регенерации и невероятной мощи. Человек на таком уровне мог играючи выкосить сотню спецназовцев.

Эх! Даже попав в мир, где царит Бесконечная реинкарнация, приходится мириться с судьбой.

Жизнь – дерьмовая штука!

Группа выбралась из отеля. Снаружи сияло яркое солнце. Если бы не пара зомби, деловито обгладывающих труп неподалеку, день можно было бы назвать прекрасным.

— У-у-у… — Чжан Цзычэна, Ли Сюэй и Чжан Сюэлунь замутило. Желудки скрутило от ужаса, но кляпы не давали выплеснуть тошноту наружу, что делало их мучения невыносимыми.

У Мэн присмотрелся к мертвецам. Белесые глаза, оскаленные пасти, иссохшая, подгнившая плоть – в точности как в фильмах. Только одежда на них была на удивление целой, а кожа в основном темная.

Глядя на то, с каким аппетитом твари чавкали плотью, У Мэн тоже почувствовал неприятный холодок в животе.

— У-у-у! Мы-мы-мы! — Чжан Цзычэн яростно закивал, указывая руками куда-то в сторону, едва ли не кланяясь.

У Мэн догадался: он просит транспорт.

Гальк быстро окинул взглядом окрестности:

— Кажется, нам нужна машина.

Чжан Цзычэн закивал еще усерднее, мол, именно об этом я и толкую, и даже показал Гальку большой палец. Но тот не оборачивался.

— У! — Ли Сюэй ткнула пальцем в сторону, привлекая внимание.

У Мэн проследил за ее жестом: на клумбе застрял большой автобус.

— У-у-у! — Ли Сюэй продолжала тыкать пальцем, издавая настойчивое мычание.

Пока Гальк вертел головой, Ли Чжаньянь не выдержал:

— На пять часов.

Гальк увидел автобус и нахмурился:

— Эта колымага не пойдет. У меня категория в правах не та.

Ли Чжаньянь закатил глаза:

— Можно подумать, он вообще заведется в таком виде… Гляди, вон там должна быть парковка!

До Галька наконец дошло:

— О, точно-точно. Парковка.

Они обогнули клумбу и автобус. Перед ними предстал неработающий фонтан с парой ангелочков и хаотично брошенные автомобили. А между ними бесцельно бродили зомби.

— Глоть, — все дружно сглотнули слюну.

Тварей было не меньше двадцати. Они стояли группами, замерев, словно в наказании, лишь изредка дергаясь в жутких конвульсиях.

Гальк закинул меч на плечо. Число небольшое, но они трутся прямо у машин. А машины, как известно, имеют свойство орать сигнализацией, если их задеть…

И, конечно, именно это и случилось. Один из зомби, покачнувшись, задел кузов. Раздался пронзительный визг сирены.

Мертвецы, до того напоминавшие статуи, мгновенно «ожили».

— Черт! — Гальк выругался. — Бегом! Все бегом!

Дважды повторять не пришлось. Группа рванула вперед на пределе сил. Гальк первым запрыгнул в синий джип с открытым верхом. Остальные посыпались следом, втискиваясь на заднее сиденье так плотно, что кости затрещали.

— Пью! Пью! — Ли Чжаньянь из пистолета с глушителем снял пару ближайших зомби и, ухватившись за дверь, вскочил на подножку.

Гальк вдавил педаль газа. Синий джип с грохотом отшвырнул преградившую путь легковушку и с ревом умчался прочь.

Шестерка сзади спрессовалась в единый ком. Сейчас было не до приличий и случайных касаний – сердца колотились в горле, все испуганно оглядывались назад.

У Мэн заметил странность: одни зомби бежали быстро, другие едва волочили ноги. Кажется, это зависело от состояния кожи. Те, у кого она была гладкой, развивали приличную скорость, а сморщенные и дряхлые заметно отставали.

«Точно, это оно», – У Мэн окончательно убедился. Если его догадка верна, этот мир знаком ему вдоль и поперек.