Дальнейший путь стал легким и спокойным.

Лона больше не прятала свою силу: сколько бы некроморфов ни появилось, все превращались в трупы. У Мэну оставалось разве что объяснять особенности новых видов.

За оконным стеклом плавали груды хлама: обломки машин, фрагменты метеоров и куски стен.

Снаружи – проход, и Мэн чесал в затылке: «Как это всё расчистить? Руками, что ли?»

Он щёлкнул по панели; та выдала сообщение: [Проход заблокирован, требуется очистка…]

Он собирался разобраться, но сзади что-то зашуршало.

Они обернулись – из-за угла вышел человек.

Лона нахмурилась: «Что он тут делает?»

А У Мэн после короткого удивления испытал настоящий восторг.

Это же Цзян Линь!

Он пришёл, он несёт оружие, он идёт к ним! Долгожданное подкрепление!

«Братец, добро пожаловать!» – хотелось распеть гимн спасению.

Цзян Линь – значит, спасение.

Цзян Линь – значит, Нечто умрёт.

У Мэн быстро заставил себя не раскрываться – расстояние до Лоны было всего метра десять; заговори он громче, и она без труда свернёт ему шею.

Он шагнул вперёд, стараясь говорить непринуждённо:

— Эй, Линь-ге, как ты здесь оказался?

Одновременно, украдкой, достал припрятанный в белье диктофон и включил запись.

Что бы ни набормотала в него Медуза, он верил: Цзян Линь поймёт сигнал.

«Нечто рядом! Опасность смертельна!»

Только он забыл одну важную деталь.

Очень важную – даже жизненно опасную.

После всех выходок Лоны он был уверен, что именно она – Нечто. Поэтому и не задумался: почему Цзян Линь вообще здесь? И тот ли это Цзян Линь – настоящий ли?

До него оставалось меньше сотни шагов.

Лона открыла рот, чтобы окликнуть, но замерла. Он вдруг ускорил шаг.

«А-а… вот оно что», – на её лице мелькнула улыбка «поняла всё».

Она просто наблюдала, как он идёт к «Цзян Линю».

А тот улыбался ему в ответ, с той самой «доброжелательной» улыбкой.

Пятьдесят шагов между ними.

Из диктофона послышался голос Медузы.

— Кхм, запись идёт? Угу. Ох-хо-хо… — голос Медузы звучал в его ушах как музыка небес.

— Раз уж вы это слушаете, дела, скорее всего, совсем плохи, да?

— Тогда поздравляю~…

— Э-э-э, дай подумать…

— Тс-с, не бойтесь, слушайте…

— Нужно просто… а, к чёрту!

······

— Мм-хм-хм-хм-хм~ – (весёлая мелодия вперемежку со смехом)

······

— Бью! Паралила, транс~…

— Всё, я наложила на вас чудесное заклинание!

— Теперь можете… — спокойненько умереть…

— Эн-хо-хо-хо-хо-хо-хо-хо!!

Запись закончилась.

Лицо У Мэна застыло вместе с улыбкой.

Смех Медузы звенел в ушах, будто свинец катился по черепу. Он даже видел перед собой этот образ – гоготливую, согнутую от смеха ведьму с злорадной гримасой.

«Клик» – диктофон смолк.

У Мэн: «······»

«Медуза, ты, блин, зверюга… вот это уровень комизма!»

Да как вообще так можно! Какой это, к чёрту, «наш последний шанс»?! Это – квест «включи, чтоб сдохнуть»!

Такое впечатление, будто Лю Бэй открыл заветный свиток Чжугэ Ляна, а там – «Сапсруаиз, ма зефак!»

Это хуже, чем пустышка!

На грани жизни и смерти, когда веришь, что нашёл спасение, включаешь запись – а там издевка. Удивлён? А вот и сюрприз!

Он стоял, ошарашенный. «Ты что, ведьма, возненавидела нас так, что решила троллить до самого конца? Если Цзян Линь погибнет, что ты потом делать будешь?!»

Ни добавить, ни убавить – у него опустились руки. Магички, видно, все такие – шальные.

Он был по-настоящему безмолвен.

Может, и хорошо, что он включил её запись заранее. В критический момент и правда можно было отъехать от ярости.

«Не враги убьют, так свои», – горько подумал он.

«Ну и цирк…»

Он повернулся к «Цзян Линю», хотел сказать, но тот продолжал улыбаться.

«Вот это выдержка, дружище! – …хмыкнул У Мэн про себя, – я тут вешаюсь, а ты спокоен, как бетон!»

Хотя… странно. Даже будь ты железный, хоть немного раздражения проявил бы. Женщина дарит тебе «спасение», а там – глумление. Святой бы вспыхнул.

«Неужели он забыл? Или…», – в голове У Мэна впервые мелькнуло ледяное осознание.

— Л… Линь-ге, — он судорожно втянул воздух. — Скажи, это ты, да?

— Что? — «Цзян Линь» улыбался всё так же безмятежно.

— Императорское нефритовое вино? — Спросил У Мэн тихо.

Тишина.

— Старик Чжан едет на Северо-восток~ – пропел Мэн, нервно надеясь на реакцию.

Тишина.

— Ладно… тогда, — голос дрожал, — голубая планета – наш вечный дом, мы ждём…

Ничего. Та же улыбка.

У Мэн чуть не разревелся.

Из-за спины вдруг донёсся голос Лоны:

— Земля пробуждается, свет рассеивает тьму… сердце горит, мы ищем… дальше не помню…

У Мэн убрал диктофон, с кислым лицом посмотрел на Лону.

Она подошла и, не моргнув, вложила гвоздомет ему в руку.

Руки у него дрожали. Он навёл ствол на «Цзян Линя» и почти молил:

— Линь-ге, не шути! Я тебя прошу, не шути! Последний вопрос… твоя искра на пальцах…

«Цзян Линь» неловко почесал затылок и ухмыльнулся:

— Да ладно тебе.

«Ш-ш-ш!»

Синие разряды вонзились в тело «Цзян Линя».

«Ш-ш-ш!» «Ш-ш-ш!» «Ш-ш-ш!»

И ещё, и ещё.

Тот рухнул.

Алая кровь растеклась по холодному полу.

У Мэн сполз, ноги подогнулись. Он только что убил человека.

Пусть до этого и валил зомби – но тот был живым. Настоящим. Говорил. Кровоточил.

И всё же… это оказалось не так уж и тяжело.

Да, сердце билось, дыхание сбилось – но рвоты, паники, ничего такого. Наоборот, где-то внизу щекотал адреналин.

Страх был, но и возбуждение тоже.

«Ха-ха! Всемогущий Линь-ге пал!», – подумал он, устало усмехнувшись. — Пусть и ненастоящий.