〈СИСТЕМА〉 Характеристики изменяются в результате «прохождения» Коллеги Джошуа 1 (В-класс).

Сила повышена на 5.

Интеллект повышен на 2.

— Ха, ха. Простите. Я тоже, я тоже хочу кончить. Мисс Мойра.

Другой доктор в углу тяжело дышал. Это был младший сотрудник лаборатории, который уже один раз кончил в штаны.

У него была чувствительная конституция, близкая к преждевременной эякуляции, но по количеству возможных эякуляций и объему спермы он был лучшим. Доктор приблизился к Розэ. Шлеп, шлеп, шлеп. Звук трения ладони о ствол эхом разнесся по лаборатории.

— Хы-ыт, выходит! Выходит, мисс Мойра!

Сперма хлынула так обильно, что ее можно было принять за мочу. Густые комки стекли даже до ануса Розэ.

Вместе с этим влажным ощущением Розэ предчувствовала: она станет еще на шаг ближе к герою.

〈СИСТЕМА〉 Характеристики изменяются в результате «прохождения» Коллеги Джошуа 2 (В-класс).

Общительность повышена на 7.

Хорош же стал мир. Спермой повышают общительность.

— Хы-ыт, а, ха-ы-ыт.

Было бы здорово, если бы на этом рассудок вернулся, но, к сожалению, Розэ все еще была в течке. И не она одна заметила состояние своего тела.

Кадыки четырех мужчин дернулись одновременно. Доминик, который еще не выпустил сперму, заговорил первым.

— Давай перейдем к введению члена, брат. Надо проверить, безопасна ли мазь при половом акте.

— Доминик, не спеши. Сначала обсудим, чьим членом будем экспериментировать.

— Члены у всех одинаковые, какое обсуждение. Я спешу. У меня хуй сейчас взорвется!

Слова о том, что член взорвется, не были ложью: член Доминика раздулся до толщины ствола гигантского гриба мацутакэ. Особенно уродливо распухла средняя часть, вызывая подозрение, не застряло ли там инородное тело.

У Доминика изначально середина ствола была шире и толще, чем у других. В детстве его даже дразнили сверстники. Доминик был еще девственником, но был уверен, что сможет доставить удовольствие нутру Розэ.

— В этом вопросе я тоже не могу уступить. Позвольте мне вставить первым.

Вслед за Домиником нагло заявил коллега-доктор. Тогда другой доктор тоже не отставал и с красным лицом крикнул:

— У меня тоже хуй вот-вот лопнет! У меня тоже есть право засунуть в эту пизду!

Доктор два который всегда был на побегушках из-за молодости, набрался смелости. Джошуа потер лоб, словно у него разболелась голова.

— Тогда как насчет того, чтобы вставить одновременно парами? Если ввести мазь с помощью зеркала, вход расслабится.

П-подождите!

Когда Джошуа, широко раздвигая заляпанное спермой влагалище, предложил это, все закивали. Мнение Розэ нигде не учитывалось.

— Хы-ыт, подождите. Я, я не хочу такого!..

— Вот, простерилизованное зеркало. Доктор Джошуа.

Розэ, с запозданием осознавшая ситуацию, закричала с побелевшим лицом, но эти четверо уже давно были в своем мире.

Пока характеристики росли, все было хорошо. Но вдруг два члена. Какой попаданец захочет провести свой первый опыт в такой странной игре!

— Послушайте меня, хы-ыт, эй! Я не Мойра, а Ро!..

Бах!

В этот момент дверь лаборатории с грохотом распахнулась, и раздался чей-то запыхавшийся голос.

— Мисс Мора!

— Мистер Хиндли!

Впервые в жизни взлохмаченная голова казалась такой мужественной. Откинув голову и увидев Дэйна, она заметила, что он, смертельно бледный, подбежал к ней в один миг.

— Что здесь происходит. Мисс Мора.

Но в этот момент зеркало, похожее на утиный клюв, скользнуло в дырочку Розэ. Почувствовав, как холодный и тяжелый инструмент проникает глубоко во влагалище, Розэ запрокинула голову.

Хы-а-ат!.. Горячее нутро насиловали твердым инструментом. Экспериментальное зеркало с носиком длиннее обычного зафиксировалось там, где заканчивалось влагалище Розэ.

Джошуа раскрыл зеркало. Носик раскрылся вверх и вниз, полностью обнажая красное нутро Розэ. Четверо мужчин жадными глазами уставились на бугристую набухшую слизистую.

— Хы-ыт, а! А-а-ах!

Насколько же близко они придвинули лица, что горячее дыхание мужчин ощущалось внутри дырочки. Щекотало так, что можно было сойти с ума.

Даже если попытаться сжать мышцы и сузить вход, зеркало мешало, и он оставался открытым. Казалось, дыхание касается самой матки. Мысль о том, что они будут разглядывать каждый уголок стенок влагалища, была невыносимо унизительной.

Растерянный Дэйн с опозданием ощупал стену и проверил отверстие. За стеной кто-то был. Вскоре он заметил маленькую дверцу в черной стене.

Щелк.

Открыв дверь, он увидел Джошуа, который раскрывал зеркало до предела и вливал лекарство.

— А ну прекратите немедленно!

Разъяренный до предела Дэйн схватил Джошуа за грудки.

— Дэ, доктор Дэйн? Кх! Что вы делаете!

— Это я должен спрашивать, Джошуа! Что вы творите с моей драгоценной подопытной!

Доминик поспешно схватил Дэйна за руку. Но тот был настолько силен, что не шелохнулся. Действительно ли это тот самый доктор Дэйн Хиндли, который избегает спорта?

Позже присоединились и коллеги-доктора, пытаясь оттащить Дэйна, но он был непоколебим. Трое мужчин, известных своей физической силой, набросились на него, но не смогли даже разжать хватку на воротнике.

— Что за... кх, ваша подопытная. Доктор Дэйн! Мисс Мойра — наша подопытная, согласившаяся на эксперимент с мазью из пастернака...

— Какая еще Мойра! Это мисс Розэ Мора! Розэ Мора из Бистимана!

От этого гневного крика сотрудники третьего кабинета вытаращили глаза. Не «Мойра Уотсон», а «Розэ Мора»?

— Немедленно уберите инструменты!

Только тогда Джошуа вынул зеркало. Сшуух... Глубоко вставленный инструмент вышел наружу.

— Видимо, произошло недоразумение. Доктор Дэйн. Не могли бы вы немного успокоиться и выслушать меня.

Говоря это, Джошуа глазами указал докторам на стену. Мол, освободите Розэ, пока Дэйн не разбушевался еще сильнее.

Доктора расстегнули кожаные ремни, сковывавшие тело Розэ. Освободив ноги, Розэ наконец смогла приподнять верхнюю часть тела.

— Ми, мистер Хиндли. Хы-ыт...

С трудом добравшись до боковой двери, Розэ жалобно позвала Дэйна. Кап... кап... Даже пока она шла это короткое расстояние, смазка капала на пол.

— Мисс Мора. Обопритесь на меня.

Словно забыв, что только что кричал, Дэйн нежно обнял Розэ. При виде их естественного контакта дыхание сотрудников третьего кабинета стало тяжелым. Ревнивые взгляды устремились на Дэйна.

— Вы же знаете, что монополия на подопытных противоречит этике эксперимента. Доктор Дэйн.

Издревле на острове Джарн всегда не хватало подопытных. Из-за этого конкуренция между докторами за получение подопытных обострилась, и Имперская исследовательская ассоциация провозгласила этический принцип, позволяющий делиться подопытными с их согласия.

Так что неважно, Мойра она или Мора. Главное — не упустить ее.

— Я понимаю. Дэйн. Такое идеальное тело — большая редкость. Желать его — естественно для исследователя. Поэтому давайте поделимся. Чтобы все были довольны.

— Вы предлагаете устроить групповую еблю?

— Воздержитесь от таких вульгарных слов. Мы просто предлагаем продолжить тест. В обмен на сотрудничество мы включим имя доктора в научную статью.

Стимулятор эрогенных зон был одним из самых ожидаемых исследований в Империи.

Вдобавок к этому, они получали спонсорскую поддержку от торгового дома Виар, входящего в тройку крупнейших в Империи, так что упоминание имени в статье было бы огромным достижением.

В противовес этому, экстракт Красной гигантской розы был собственным исследованием Дэйна, не получавшим ничьей поддержки.

Прошло уже 10 лет с тех пор, как ксенобиология превратилась в непопулярную специальность после публикации статьи об опасности демонической энергии, содержащейся в монстрах.

Даже Дэйн, которого когда-то называли гением в Академии, мог рухнуть в одночасье, если бы оставался на месте.

— Ну как. При таких условиях это довольно выгодно и для вас...

— Отказываюсь.

Джошуа, который кивал головой, уверенный, что тот согласится, нахмурился.

Дэйн оттолкнул докторов плечом и подхватил Розэ на руки.

— Эта женщина — моя подопытная. А эту вашу этику эксперимента я просто нарушу, и дело с концом.

Дэйн усмехнулся, словно жалея тех, кто остается, и покинул кабинет номер три. В лаборатории между четырьмя оставшимися мужчинами повис холод.

Женщина, нет, подопытная, к которой они впервые в жизни испытали желание, ушла с другим мужчиной.

Хрусть. Флакон с лекарством, который держал Доминик, разлетелся вдребезги в его ладони.