— Значит, выбрали безопасный путь.

Когда Иллион, проснувшийся к ужину, проверил выбор Розэ, он провел рукой по подбородку. Розэ почувствовала укол совести и, потирая шею, ответила:

— Сначала надо выжить.

На самом деле, чтобы быстро заработать на связь, следовало рискнуть, но Розэ не была из числа отважных.

Еще вчера она была обычной офисной работницей — как можно ожидать, что ее в чужом теле вдруг станет авантюристкой?

Поэтому она решила для начала поработать горничной, а потом посоветоваться с Иллионом насчет остальных путей. К счастью, он поддержал ее выбор.

— Мудрое решение. Хотя, конечно, в роли подопытного или аукционного раба временами можно заработать и больше ста пятидесяти шилл, но... сложность задач...

— А почему ты только сейчас мне об этом говоришь?!

Сто пятьдесят шилл?! Этой суммы бы с лихвой хватило на оплату связи. Знала бы заранее — выбрала бы одно из них! Черт побери!

— Но вы же сами только что говорили, что хотите остаться в живых...

— Это ж сто пятьдесят шилл!

Розэ никак не могла избавиться от чувства досады. Перед глазами стояло, как мимо пролетает целых сто пятьдесят серебряных монет.

Она сжала кулаки, закрыла глаза и медленно выдохнула.

Ладно, выбора нет. Хоть десять серебряных монет заработаю.

— В следующий раз точно пойду подопытной!

Или аукционной рабыней!

Иллион не стал озвучивать то, что крутилось у него на языке. Он знал, что написано в инструкции о том, через что обычно проходят подопытные, и было бы интересно увидеть реакцию Розэ, но все же решил, что лучше умолчать.

В конце концов, ему тоже было выгодно, чтобы Розэ поскорее расплатилась с долгами и избавилась от подработки.

Он не показывал этого, но совмещать обязанности дворецкого с шахтерским трудом было... мягко говоря, утомительно.

Так, сдержавшись, Иллион отправился выполнять изначальную цель — спустился на кухню готовить ужин.

Оставшаяся одна Розэ уселась на шаткий стул, который, казалось, вот-вот треснет под ней, и закатила глаза. Может, тут где-то спрятана заначка? — подумала она, но быстро отбросила мысль: в этом дряхлом доме такому взяться было просто неоткуда.

Иллион вернулся в столовую спустя полчаса. Розэ, которая уже теряла концентрацию и чуть не уткнулась лбом в стол, услышав шаги, поспешно выпрямилась.

— О, мясо?

На удивление, на столе оказался идеально поджаренный стейк. Как человек с совестью и интеллектом, Розэ попыталась сделать вид, что не замечает говядины, и с опаской наблюдала за Иллионом.

Интересно, когда он успел купить говядину, если только вчера весь день провел в шахте?

Для Розэ, которая днем наскоро перекусила сэндвичем из хлеба и тонко нарезанной ветчины, найденных на кухне, это было настоящим шоком.

— В подземном хранилище остался последний кусок. Завтра вам на работу — надо хорошо подкрепиться.

— Иллион...

В глазах, еще недавно наполненных раздражением, вспыхнуло теплое, глубокое сияние. Розэ смотрела на него с искренней благодарностью.

Казалось бы, его должно было напрячь такое пылкое внимание, но Иллион не выказал ни малейшей реакции. Он просто разлил по бокалам вино, подходящее к стейку.

— Завтра в восемь утра прибудет маршрутная повозка. Ее и возьмете до места работы.

— Повозка? Разве это не дорого?

Розэ нахмурилась, но Иллион поспешил успокоить ее:

— Маршрутная повозка в Бистимане вмещает шестерых и доставляет всех до нужного пункта, так что выходит недорого. К тому же, вы ведь награжденная гражданка Империи — для вас бесплатно.

— Фух...

Оказывается, я еще и награжденная гражданка... Розэ облегченно выдохнула.

Вчера она едва не впала в отчаяние, увидев, насколько мизерна ее пенсия. Но раз уж на проезд тратиться не нужно — стало хоть немного легче.

И, успокоившись, она отрезала щедрый кусок говядины и отправила его в рот. Вот что значит — тает во рту.

От удовольствия Розэ театрально вздрогнула всем телом, и Иллион, заметив это, сдержанно откашлялся. Затем, увидев, что у нее на губе остался след от соуса, протянул ей свой носовой платок.

Конечно, на кухне имелась тканевая салфетка, но она уже несколько дней валялась в пыли без присмотра — предлагать такое не хотелось.

Однако сам жест Иллиона Розэ истолковала немного иначе.

Почему он так обо мне заботится?..

Легкий румянец проступил на ее щеках, и она с застенчивой улыбкой взглянула на Иллиона. В тот самый момент у него слегка дернулась одна из аккуратно очерченных бровей.

— Гость.

Розэ удивленно вскинула брови. Ни звонка, ни шагов за окном она не слышала.

— Мы ждали гостей, Иллион?

— Сейчас проверю.

Он вышел к парадной двери, и лишь спустя довольно долгое время вернулся в сопровождении мужчины в потрепанном облачении священника.

Хотя технически это была ряса, на ней виднелись пятна и грязь, будто он осквернял ее всеми возможными способами. Тем не менее мужчина решил обозначить свой статус, встав в позу для молитвы и обратился к Розэ:

— Я священник Ормите, служивший в бывшем Великом храме Бистимана. Благодарю, что приняли столь поздним вечером.

“Бывшем” храме?

Розэ автоматически поклонилась в ответ, а затем вопросительно взглянула на Иллиона. Он, уловив ее недоумение, наклонился к ней и прошептал:

— Из-за антирелигиозной политики Империи все храмы в подконтрольных провинциях были закрыты. Этот священник раньше служил в упраздненном храме Бистимана.

А, точно... В голове Розэ всплыли обрывки имперской истории, которые она узнала благодаря завещанию.

Суть истории была такова:

Во время первых открытий врат некоторые храмы начали устраивать охоту на ведьм.

Людей, в которых пробудились способности для борьбы с чудовищами — так называемых одаренных, — священники ошибочно принимали за ведьм.

В результате массовых казней, количество одаренных резко сократилось, а вместе с тем начало стремительно расти и количество врат.

Невыносимо наблюдая за этим ужасом, предыдущий император провел радикальную антирелигиозную кампанию, распорядившись закрыть все храмы в пределах Кислода.

Затем он основал Орден Голубых Рыцарей — в него входили дети ведьм, то есть потомки одаренных. Именно им поручили зачистку врат.

Со временем в Империи восстановился порядок.

Однако вместе с виновными пострадали и те, кто не имел отношения к инквизиции: невинных жрецов и прихожан бросали в лагеря, пытали и казнили. Так многовековая религиозная система была разрушена до основания.

И именно вдохновившись этим прецедентом, нынешний император без всякого повода вторгся в королевство Моир, давно мозолившее ему глаза своей "святостью".

В итоге из-за поступков горстки фанатиков само понятие религии исчезло с лица Империи.

— Присаживайтесь, святой отец.

Поняв, в чем дело, Розэ потеплела и отодвинула для Ормите один из плесневелых стульев.

Но тот категорически отказался, вместо этого положив на стол небольшую сумку, которую держал в руках.

Несмотря на все, что ему, очевидно, пришлось пережить, от него все еще веяло какой-то почти святой аурой.

Розэ, тронутая его скромностью, сложила ладони, словно истинная верующая. До тех пор, пока он не открыл сумку.

— Эм… святой отец, это что?..

Из расстеленной кожи показались всевозможные вещи, одна чуднее другой. Ни одна из них не выглядела обыденно.

С той самой благостной, святой улыбкой Ормите посмотрел на Розэ и без стеснения произнес:

— Посмотрите, сестра. Все — отменные товары.

Что, прости? Он торгует? Розэ в полном ступоре уставилась на Иллиона.

А тот, стоя позади Ормите, лишь медленно покачал головой с закрытыми глазами. Видимо, в Бистимане это было в порядке вещей.

Гонения, доведшие священников до торговли с рук. Розэ почувствовала на себе весь холод власти.

— Не торопитесь, сестра, — с тем же теплым выражением на лице мягко подбодрил ее Ормите.

Хотя у нее за душой были одни долги, отказаться сразу было как-то неловко.

〈СИСТЕМА〉 Торговец «Ормите» предлагает следующие товары. Хотите что-нибудь купить?

Система тоже называет его торговцем?!

Потрясенная таким цинизмом системы, Розэ все же стала разглядывать товар, и ее глаза сузились.

Деревянный дилдо с благословением … 3 шилла

Полное собрание Камасутры от Красного Дракона … 6 шилл

Древнее платье хеттов … 10 шилл

Испачканное белье с семенем огра … 15 шилл

Феромоны суккуба … 20 шилл

Ормите … 40 шилл

Нет, спасибо!

Чуть не вырвавшаяся наружу реплика, полная возмущения, была поспешно подавлена: Розэ зажала рот рукой. Ормите, похоже, принял ее реакцию за слезы благодарности и заулыбался еще шире.

— Достал дорого, продаю дешево. Для первой покупательницы — особая скидка.

Стоило ему это сказать, как надпись в системном окне изменилась.

〈СИСТЕМА〉 Торговец «Ормите» снизил цены на товары. Хотите что-нибудь приобрести?

Деревянный дилдо с благословением … 2 шилла

Полное собрание Камасутры от Красного Дракона … 5 шилл

Древнее платье хеттов … 8 шилл

Испачканное белье с семенем огра … 12 шилл

Феромоны суккуба … 16 шилл

Ормите … 30 шилл

— Как вам, сестра?

Розэ, обливаясь холодным потом, чувствовала на себе слишком настойчивый взгляд Ормите. Ладно, допустим, все остальное еще можно представить как товар... Но последняя позиция — это что вообще?!

— Ах да, — с видом заговорщика наклонился он и прошептал прямо ей в ухо, — Это наш новый продукт. Если купите сегодня — станете моей первой.

— Ыйя!

Так я и знала! Он правда продает себя!

Она в панике метнула взгляд на Иллиона, умоляя спасти, но тот остался каменным изваянием, как будто вообще был не при делах.

Ормите по-прежнему смотрел на нее с блаженной, почти божественной улыбкой, словно надеялся, что Розэ купит самое дорогое: его девственность.

Но у меня нет ни денег, ни желания!

Она судорожно сглотнула и с трудом разомкнула скованные страхом губы:

— Святой отец… честно говоря… у меня совсем нет денег…

Розэ лишь глупо улыбнулась, не в силах напрямую отказать священнику. Впрочем, вряд ли ему нужно было объяснять — она и так была одета в платье, которое носила вот уже десятый год, с обтрепанными рукавами.

Да, в родной деревне это считалось нарядом на выход, но в городском Бистимане и служанка бы постеснялась в таком выйти.

Но вопреки ожиданиям, Ормите не отступил. Его безупречная улыбка скрывала пугающее упорство.

— Иногда, как и вы, сестра, люди не имеют свободных средств. Именно для них у нас есть партнерская программа с лавкой Трианы.

Он достал из-за пазухи плотный лист бумаги и протянул ей.

Глаза Розэ распахнулись все шире по мере прочтения:

〈СИСТЕМА〉 Торговец «Ормите» предлагает беспроцентную рассрочку на 3 месяца. Хотите что-нибудь приобрести?

Розэ в смущении замахала руками:

— Эм… даже с рассрочкой… у меня все равно нет на это средств…

— Бывает, — понимающе кивнул Ормите. — Для таких редких случаев мы предлагаем и другой вариант.

〈СИСТЕМА〉 Торговец «Ормите» предлагает рассрочку на 6 месяцев с низкой процентной ставкой. Хотите что-нибудь приобрести?

Даже после этого Розэ продолжала выглядеть растерянной, и тут Ормите достал свое главное оружие.

Промокший слезами носовой платок.

Он аккуратно коснулся им уголков глаз и надломленным голосом сказал:

— В руинах бывшего храма, в холоде и голоде, меня ждут братья. Прошу, сестра… ради их спасения… ради будущего святого дела…

Назад пути нет. Розэ не могла осилить такую волну фальшивой жалости — ее харизма была равна нулю, чтобы устоять перед этим жалобным спектаклем.

И потому, с почти слезами на глазах и натянутой улыбкой, она протянула руку и взяла первый товар:

Деревянный дилдо с благословением … 20 донов (в рассрочку на 6 месяцев)

Он хотя бы самый дешевый. Самый, блядь, дешевый.

Ормите, будто только и ждал этого момента, тут же протянул обновленный контракт.

— Сумму в 20 донов просто перечисляйте каждый месяц, в течение шести месяцев, по этому адресу.

В нижней части контракта значился адрес торгового дома Триана. Розэ взяла протянутый ей карандаш, подписала договор и получила долгожданную... деревянную покупку.

— Благодарю за приобретение. Пусть свет Арамиста освещает ваш путь, сестра.

Ормите вновь принял облик благочестивого священника и, благословив Розэ, поспешно начал собирать свои пожитки. Та, неожиданно оказавшаяся в рассрочке на полгода, провожала его натянутой улыбкой.

Когда он ушел, в притихшей гостиной Розэ обратилась к Иллиону:

— Иллион… я ведь, кажется, только что была идеальной жертвой, да?

— Шесть месяцев по двадцать донов... выходит два шилла и двадцать донов. С учетом того, что изначальная цена была два шилла — да, слегка переплатили.

Взгляд Розэ, полный укоризны, впился в Иллиона. Мол, почему ты меня не спас? Но вместо ответа он указал на экран:

— Откройте хранилище… то есть инвентарь, миледи.

Инвентарь? Розэ пожала плечами, но все же открыла.

Перед глазами раскинулся экран с множеством ячеек. В самом центре лежал… деревянный дилдо размером с предплечье.

Розэ поморщилась, словно увидела нечто отвратительное, и нажала на ячейку. Система немедленно выдала описание:

Деревянный дилдо с благословением (Класс D)

Изготовлен из тысячелетнего дерева, что ранее росло в Великом храме Бистимана.

При введении во влажную вагину активируется однократный эффект, дарующий силу бога Арамиста.

Эффект: Сила ++

Прочность: 1/1

Кто вообще додумался срубить тысячелетнее дерево, чтобы сделать из него... это?

И сила Арамиста через дилдо? Это что еще за извращенный бог такой…

— Торговцы, как правило, поставляют товары специально для тех, кто оказался здесь не по своей воле. Было бы лучше, если бы вы купили что-то подороже, но… сегодня, увы, не вышло.

— Иллион, вообще-то он святой отец.

— Ах да. Святой отец и по совместительству торговец.

Иллион не собирался отказываться от слова «торговец». И Розэ начинала понимать, почему. Священник, предлагающий себя в прайс-листе — такое не забывается.

— В любом случае, мне это не пригодится, — буркнула она и вернула деревянное орудие в инвентарь.

После чего вернулась к столу и с ожесточением принялась жевать мясо.

Да ну. Ну неужели мне придется это использовать…

На тот момент Розэ еще не знала, что в историях о попаданцах слово «неужели» — самое могущественное заклинание.

* * *

Розэ до самого утра не могла вырваться из кошмара, в котором за ее задницей гнался деревянный дилдо.

Вся насквозь она была мокрая от липкого холодного пота, а внизу почему-то тоже оказалось влажно. И тут вдруг послышался какой-то подозрительный звук.

Скрип… скрежет…

— У-у-у…

Металлический писк раздался снова. Он доносился из-за окна спальни, куда уже проникал солнечный свет.

Розэ с трудом поднялась, все еще разбитая после кошмарной ночи, и посмотрела наружу. Кто-то обрезал ветки с дерева.

Деревянный дилд… черт. Это, наверное, садовник?

Но разве не говорили, что других слуг здесь нет?

Розэ подошла ближе к окну. Дерево, на котором не выросло ни одного листа даже весной, выглядело так же старо и утомленно, как и этот разваливающийся особняк.

И вдруг прямо на ее глазах еще одна ветка отвалилась с сухим треском. Розэ отпрянула в испуге, и в этот момент человек на дереве наклонился и заговорил:

— А, вы проснулись, мисс.

— Иллион?

— Да.

— Ты теперь и садовником подрабатываешь?

Иллион промолчал. А Розэ не стала переспрашивать. Достаточно было взглянуть на его штаны, все в пятнах от земли, чтобы понять, сколько ему пришлось повозиться.

После этой печальной сцены Розэ поспешила на работу. Раз уж даже управляющий вкалывает без гроша в кармане, то ей, утопающей в долгах, тем более нечего прохлаждаться.

Как и думала. Управляющий — вечно голодная профессия, где бы ты ни был.

Стало тоскливо от воспоминаний о тех трех годах, когда она держалась на минималке. Даже эту маленькую, но такую нужную зарплату она сможет получить только после того, как покинет это место. Черт бы все побрал.

Так или иначе, пора. Розэ взяла сумку и вышла к воротам. Неспешно шли две гнедые лошади, а за ними катился шестиместный экипаж.

Кучер, завидев ее, остановил повозку. На нем была темно-синяя фуражка с полями, обычная льняная рубашка и черные штаны — мужчина выглядел на сорок с лишним.

— Садитесь.

Он едва удостоил взглядом ее удостоверение «Заслуженного гражданина Империи» и просто кивнул, приглашая девушку внутрь. Видимо, уже слышал, откуда она.

Синяя Скала. Особняк, пожалованный герою самим императором — второй по величине во всем Бистимане. Сейчас же это было жалкое подобие развалин, ставшее в деревне символом падения некогда великого воина.

Так что несложно было догадаться, что женщина, садящаяся в экипаж оттуда, и есть та самая дочь героя.

Через пару минут карета с Розэ тронулась с места. Грохот! Угрюмое небо взорвалось раскатом грома.

Серые тучи плотно затянули небосвод, и казалось, дождь вот-вот хлынет. Все волнение и предвкушение моментально испарились — вместо этого Розэ почувствовала, как горло сжала тревога.

〈СИСТЕМА〉 Вы получили титул «Низшая служанка».

Выносливость понижена.

Соблазнительность понижена.

Харизма понижена.

Как только Розэ вышла из кареты, перед глазами внезапно всплыло системное окно. Понижена? Серьезно? Здесь что, система, в которой характеристики падают от самой работы?

Да чтоб вас всех, выжиматели последних соков из нищих.

Как и следовало ожидать, дурное предчувствие не подвело.

— Ты и есть Розэ?

Позади послышался голос старшей горничной. К ней подошла Сиелла. В ее обращении, лишенном всякого уважения, ясно сквозила презрительная надменность.

Сиелла носила аккуратное платье с белым фартуком поверх — с первого взгляда было ясно, что она давно работает в этом особняке.

Она с откровенным недоумением уставилась на Розэ, все еще гордо державшую голову. Лишь спустя секунду Розэ осознала ее неприязнь и поспешно поклонилась.

— Я… я Розэ, начинаю сегодня работать.

Сиелла смерила ее пристальным взглядом с головы до ног. Нет, не просто окинула — оценила, точно рассматривая товар.

— Думаю, ты здесь только благодаря своей рекомендации. Чтобы в поместье его светлости приволокли такую деревенщину…

Цокнув, она резко развернулась и махнула рукой «иди за мной», даже не удосужившись сказать это вслух.

Розэ на миг застыла с отсутствующим выражением — слово деревенщина больно резануло. Но тут же она опомнилась и поспешила за ней.

Я ведь… единственная дочь героя…

Отрицая эту жестокую реальность, Розэ с размаху пнула камешек под ногами.

* * *

Прим. пер: На этом кончается первая глава, в основной истории их всего 46, объем разный. Например, в 4 главе где-то 75 страниц. Я на этой славной ноте ливаю, потому что новелла хоть и забавная, но мне вообще не понравились сцены секса (первый 18+ как раз в 4 главе происходит) и то, кем в итоге оказался дворецкий. Всем пока!