«Не волнуйся. Это пустяки..»

Я поспешно отмахнулась. [Не могла же я сказать Айзеку, что эти следы оставил на мне Рено.]

«Вот здесь. И здесь.»

Айзек коснулся моего колена, затем его ладонь скользнула ниже по спине. В отличие от синяков, рассыпанных по телу, это были ссадины, следы от трения о землю, которые только начинали заживать.

«Когда это случилось?»

«Кажется…около пяти дней назад.»

«Рено причинил вам боль?»

«Ну…»

Я замялась. [Ответить «да» или «нет» было непросто.]

«Это вышло не нарочно. Я тоже виновата. Мы не ожидали, что всё так обернётся.»

[Кто бы мог подумать, что обычная возня на земле оставит такие следы?]

«Мы договорились, что это больше не повторится, но…»

Мой голос дрогнул, когда я посмотрела на Айзека. Его лицо, и без того острое, как клинок, стало ещё холоднее. У меня сжалось внутри.

[Я сказала что-то не так?]

В короткой тишине я мысленно прокрутила каждое своё слово, и вдруг поняла, к какому выводу он мог прийти.

«Ты неправильно понял. Рено никогда бы не стал намеренно причинять мне боль.»

«Тогда позвольте спросить ещё раз, откуда появились эти раны?»

[С его строгим выражением лица уклониться было невозможно. Если я начну уходить от ответа только потому, что мне неловко, Айзек немедленно разыщет Рено и устроит разбирательство.]

[Он был одержим безопасностью моей, нет, Нефели.]

«Прежде всего, это не то, о чём ты думашь. Ничего опасного. Просто…мы были слишком неопытны, и…»

[Плохое начало. Его лицо нисколько не смягчилось.]

[Объяснять это самой было мучительно стыдно, но выбора не оставалось. Если я промолчу, Рено точно достанется.]

Я глубоко вдохнула и решительно произнесла:

«Я не знала, что кровать настолько важна.»

Айзек едва заметно вздрогнул. [По его озадаченному взгляду стало ясно, что он не понял. Слишком расплывчато?]

«Я имею в виду…мы не знали, что не стоит…делать это в других местах. Поэтому я и поранилась.»

[Достаточно ясно? Пожалуйста, пусть будет достаточно.]

[Сколько бы он ни знал, я не хотела вдаваться в подробности. И уж тем более, обсуждать близость, которую разделила с другим.]

Я подняла на него взгляд, молча молясь, чтобы он понял.

После короткой паузы жёсткость в его лице исчезла, уступив привычному спокойствию.

«Понимаю.»

Облегчение разлилось по телу.

Но ненадолго.

Айзек снова коснулся синяка на моей талии и спросил:

«Это тоже из-за Рено?»

«Откуда ты…А.»

Я отреагировала слишком быстро. [Странно, раньше он принял его за рану. Я думала, что он не распознает.]

На мгновение я напряглась, ожидая реакции, но затем расслабилась. [Айзек ведь не станет ревновать. Скорее всего, ему просто любопытно.]

«Есть и другие подобные следы?»

«Наверное, есть, но я не уверена где…Хн!»

Его дыхание коснулось моей шеи. Я не успела ничего понять, как его язык - тёплый и влажный, плотно прижался к ключице. [Туда, где он касался раньше. Туда, где, вероятно, был след Рено.]

[Почему?]

По коже прокатилась волна ощущений. Нажим, скольжение, мягкое посасывание, и наконец лёгкий укус.

«Ах...!»

Стон сорвался сам собой, когда я схватила его за плечи. [Обычно он бы сразу отстранился. Но вместо этого, прикусил сильнее.]

[Это был не тот Айзек, которого я знала.]

«Айзек…Хн…Подожди…»

Я упёрлась ладонями в его грудь, и он остановился, глядя сверху вниз.

Его голубые глаза - спокойные, как гладь воды. Лицо, обрамлённое чуть растрёпанными чёрными волосами, поразительно красивое. Настолько, что я едва не забыла, что только что оттолкнула его.

«Вам это не понравилось?»

«Не в этом дело. Просто…это на тебя не похоже.»

[Я просила Айзека быть мягче - да. Но он никогда не заходил дальше того, о чём я просила. И уж точно не оставлял на мне следов, как Рено.]

[А сейчас…]

[Кожа там, где он целовал и кусал, всё ещё горела.]

[Это…ревность?]

Мысль казалась абсурдной. [Но как иначе объяснить его поведение?]

[Спросить прямо, самый быстрый способ узнать правду. Но ответ был предсказуем.]

[Он всё равно станет отрицать.]

[Предполагать, несправедливо. Но исход казался таким очевидным, что я не решалась задать вопрос. И всё же сделать вид, что ничего не произошло, тоже было невозможно.]

[Что-то подсказывало: если не прояснить это сейчас, позже станет только хуже.]

Пока я колебалась, Айзек заговорил первым.

«Прошу прощения.»

«Что?»

«Вы правы. Я позволил личным чувствам взять верх и поступил неподобающим образом.»

«Личным чувствам?»

«Это недостойные мысли. Вашему Высочеству не следует обременять себя ими.»

Его голос был окончательным, лицо - непроницаемым. [Если бы это случилось в начале нашего знакомства, я бы отступила, подавленная.]

[Но теперь всё звучало иначе.]

[Это был Айзек. Человек, который когда-то казался бездушным механизмом, существующим лишь для исполнения приказов. И вот он говорит о чувствах.]

От этого неожиданного проблеска человечности в груди что-то дрогнуло.

«Как я могу решить, стоит ли мне волноваться, если ты ничего не объясняешь? Скажи прямо. Почему ты так поступил?»

«Я…»

Его взгляд дрогнул. Видеть его таким – растерянным, странным образом согревало.

[Я уже чувствовала это раньше…Когда? В тот первый раз, когда прикоснулась к нему?]

«Я - ваш Хранитель.»

«…»

«Защищать и служить вам, мой долг и моя обязанность.»

[Неужели я ошиблась?]

Моё затаённое волнение начало гаснуть.

«Я всегда думал, что сохранять эту дистанцию будет легко. Что это никогда не изменится.»

Его слова были туманны - ни признание, ни отрицание.

«Я…»

Он замолчал, затем тихо продолжил:

«Осмелился…пожелать равенства с вами.»

[Равенство? Между людьми это естественно.]

[Но это, мой взгляд.]

Я вспомнила порядок этого мира, его жёсткую иерархию, гордость титулами и происхождением.

[Айзек Харсен, герцог Харсен, добровольно стал моим рыцарем, сознательно поставив себя ниже. Для него даже такие слова, должно быть, были тяжёлым признанием.]

[И всё же время его слов смущало меня. После такого явного собственничества, разговор о равенстве?]

[Он вкладывает в это иной смысл?]

[Если Рено говорил о чувствах прямо, то Айзек был другим - прямолинейным, но при этом трудным для понимания.]

«Простите.»

[Опять.]

[За что он извиняется?]

«Я совершил нечто, подобное греху, по отношению к вам, Ваше Высочество…»

«Айзек.»

Я поймала его за руку, когда он попытался отстраниться.