Тут должна была быть реклама...
- Мисс.
С напряжённым выражением лица Рэйнос впервые перебил меня.
- Позже, поговорим потом.
Не думаю, что от этого что-то изменится.
Однако я пыталась уважать мнение принца настолько, насколько это возможно, к тому же наш контракт всё ещё действовал, поэтому я лишь кивнула в ответ.
После этого мы продолжили молчать до конца танца, смотря на собственные ноги.
* * *
*Дзынь, дзынь, дзынь-*
Прозвенел колокол, обозначая закрытие церемонии.
Бал продолжился, но вот сам фестиваль Рубиновой луны подошёл к концу.
- Не уверен, всем ли понравилось……
Император явно хотел забыть этот фестиваль как страшный сон: появление Эпшуллекти, глупость Тириэль, так ещё и ритуал пошёл коту под хвост…
Мне было искренне жаль его светлые волосы, которые поседели лишь за один тот день.
- ……Таким образом, я хочу вручить титул «Летняя звезда» этого года.
- Сиэлла Равиринс, выходи.
Как только император закончил свою речь, обер-камергер, отвечающий за данное мероприятие, подозвал меня к себе.
(п/п: обер-камергер - высший из камергеров; изначально, на заре Средневековья, означал ключника монаршего дворца. Впоследствии камергерский ключ символизировал привилегированный доступ его обладателя в личные покои монарха.)
Я поднялась по ступеням к трону и преклонила колено на мягкую подушку. Император стал поздравлять меня с получением «Летней звезды»:
- Потомок Равиринс, что помог первому императору, Дженосайду Первому, основать империю. Столкнувшись с несправедливостью, ты исправишь положение дел; уви дев коррупцию, без промедления восстановишь справедливость; встретившись с обездоленным, отдашь всё, что у тебя есть……
Всё, что я сделала - это сыграла в «вопрос-ответ», но он так красиво это всё завернул.
- ……Вместе с другими смеётся от счастья и плачет от грусти……
Аа, ноги болят.
Не важно, насколько мягкой была подушка, кровь всё равно перестала циркулировать.
Мысленно я уже посылала сигналы: "Сделайте что угодно, но прекратите это."
Наконец, после длинной скучной речи император взял у прислуги раскрытую бархатную шкатулку. Внутри лежал драгоценный камень «Летняя звезда», который вчера уже показывала императрица.
- ……Я дарую Сиэлле Равиринс титул «Летней звезды» и одноимённый камень.
Титул будет принадлежать мне всего год, а вот камень дарован навсегда. Кроме того, этот камень был с духом.
Конечно, надо сильно постараться, чтобы пробудить спящего духа, но само обладание этим камнем уже даёт преимущес-
- Уря! Наконец-то не Тириэля! Миледи, миледи! Миледи, миледи!
А, что. Он уже проснулся?
Как только я взяла в руки драгоценность, была сразу же оглушена криками в своей голове.
- Если будешь меня слушаться, сможешь изменить свою жизня! Разве тебе не интересно твоё будущея?! Я расскажу за сто миллионов золотыхя!
Это не дух, а болтун какой-то. Не говорите, что она специально поменяла камень на бракованный, потому что план не сработал.
Я забыла о манерах и посмотрела на императрицу, что сидела рядом с императором. Её Величество лишь улыбалась, да и не похожа она на человека, который будет проворачивать подобное. Она не притворялась, просто действительно без интереса наблюдала со стороны.
Тогда это и правда драгоценный камень с духом, который достался Тириэль в оригинале.
- Десть миллиардов, нет, миллиард, нет, сто миллионовя! Пять минут, лишь пять минут, дай мне немного временя! Миледи, миледи! Миледииииииии! Пять минутя! Ровно пять минууууутя!
……Хм?
- Кхе.
Покашливание обер-камергера привело меня в чувства.
Что ж, дома разберусь.
Я поспешно закрыла коробку и склонила голову.
- Я глубоко благодарна Его Величеству за эту щедрость.
- «Летней звезде» даруется право один раз просить Его Величество выполнить просьбу. Сиэлла Равиринс, Вы уже обдумали, что желаете получить?
- Есть кое-что, что я хотела бы уточнить, прежде чем ответить на Ваш вопрос.
Я склонила голову ещё глубже, и обер-камергер от имени императора дал мне разрешение продолжать.
Я начала воплощать свой план о разделении Рэйноса и Тириэль.
- Могу ли я отдать этот шанс кому-то другому?
- Это искренне?
От неожиданности император заговорил первее своего доверенного лица. Со стороны императрицы послышался шорох: она пыталась ровно сесть обратно.
Всё из-за того, что среди аристократии, возможность попросить о чём-то императора считалась чем-то бесценным, по сравнению с драгоценным камнем «Летняя звезда».