— Будь так любезен, объясни мне: с какого перепугу мы тащимся обратно пешком?!

Отказываясь от удобной магии перемещения, мы брели в столицу на своих двоих.

— Захотелось размять ноги и полюбоваться местными красотами. Разве это преступление?

— Какими ещё красотами?! В этом лесу на мили вокруг одни лишь корявые деревья! С помощью Портала перемещения мы бы вернулись за пару секунд!

— Тогда у нас не было бы времени разобрать твоё домашнее задание, глупышка.

Ирис возмущалась уже битый час, и, откровенно говоря, повод у неё имелся. Мы шагали по так называемой «дороге», однако здешние тракты не шли ни в какое сравнение с ровными мощёными путями моего родного мира. По сути, это была просто утоптанная среди пустошей тропа. Что ещё хуже, до столицы нам предстояло топать добрых полдня, пусть расстояние по карте и казалось смешным.

Единственными звуками в этой глуши оставалось лишь бесконечное ворчание Ирис да хруст сухих веток под нашими сапогами. Мир Демонов был заселён куда реже человеческого, и за всё время нам не встретилось ни единой живой души.

— Кроме того, времени у нас предостаточно, — продолжал я. — Кроцелл согласилась помочь, с ритуалом призыва Ундины мы более-менее определились. Да и весточку Шутине уже отправили, помнишь? Если звёзды сойдутся, ритуал можно будет проводить уже через пару дней.

— Вот именно! А значит, сейчас Шутине как никогда нужна моя помощь...

— Вот именно. Ей нужна твоя помощь.

— Ой.

Ирис торопливо зажала рот ладонью.

— Отлично. До тебя наконец дошло, что у нас почти не осталось времени побыть наедине.

Ритуал очищения озера Амиа обещал стать грандиозным предприятием государственного масштаба. Ему требовался руководитель, а официальная версия гласила, что Королева Демонов возвращается из дипломатической поездки уже завтра. С возвращением королевы необходимость в вице-короле отпадала. Наша пешая прогулка до столицы оставалась последним шансом расставить все точки над «i», пока Эхидна якобы не вернулась во дворец.

— И чего ты вдруг притихла? — поддразнил я её. — Куда подевался весь твой запал?

В ответ — гробовая тишина.

— Ну скажи хоть что-нибудь.

Ирис упорно хранила молчание. И, судя по всему, собиралась молчать до самых ворот столицы, если я не возьму инициативу в свои руки. Взвесив все «за» и «против», пока мы шагали по сумеречной тропе Мира Демонов, я решил выложить карты на стол.

— Слушай, Ирис.

— Да?

— Я колебался с самой первой секунды нашей встречи, стоит ли вообще это озвучивать. — Не отрывая взгляда от дороги впереди, я небрежно бросил: — Ты ведь Эхидна, правда?

Ква-а?!

Звук, сорвавшийся с её губ, больше всего напоминал вопль раздавленной жабы. Когда я скосил глаза, она в панике отшатнулась, судорожно шевеля губами в отчаянной попытке состряпать хоть какое-то оправдание.

— С-с чего ты вообще это взял?! — наконец выдавила она.

— Ой, только не надо строить из себя оскорблённую невинность! Актриса из тебя хуже некуда!

— Гх-х!..

— Мне перечислить все доказательства по пунктам или сама признаешься? Поверь, я могу, если настоишь.

По выражению её лица стало ясно: она прекрасно понимает, что я не блефую.

— Я даже дорогу выбрал самую глухую, специально для тебя. Ни деревень поблизости, ни случайных прохожих. Можем орать, драться — никто и ухом не поведёт. Так что если хочешь выговориться, выкладывай.

Ирис лишь жалобно застонала.

Я, конечно, храбрился, но если бы между нами действительно завязалась драка, от окружающего леса остались бы одни щепки. Впрочем, если это единственный способ вернуть прежнюю Эхидну...

Однако после затянувшейся паузы раздался тяжёлый вздох.

Похоже, мордобоя не предвиделось. Ирис замерла прямо перед входом в густую чащу на полпути между академией и столицей. К нашему счастью, корни гигантского векового дерева сплелись у обочины в некое подобие удобной скамьи. Она без сил опустилась на них и едва слышно пробормотала:

— «Маскировка», «Метаморфоза», «Призрачное лицо». Развеять.

Мириады крошечных искорок, похожих на кружащийся в ночи пепел или далёкие звёзды, окутали её силуэт. Её очертания начали медленно меняться — вернее, возвращаться к своему истинному виду.

— Фу-у-ух...

Спустя несколько мгновений сияние угасло, явив миру ту самую Эхидну, которую я знал вдоль и поперёк.