Глава 3 - Юи Юигахама продолжает наблюдать

Покинув комнату школьного совета, я побрёл на выход, с трудом переставляя тяжёлые ноги. Накопившаяся за весь день усталость тяжким грузом давила на плечи и мысли.

Когда я вышел из здания школы, солнце уже село. Холодный ночной ветер сразу охватил всё тело.

Ощутив озноб, я накинул куртку, которую до сих пор тащил в руке. Усталость давила так, что я даже не мог нормально замотать накинутый на шею шарф. Наверно, в таком виде я смахиваю на Кодзи Таканохана [1] в молодости.

Остатки сознания поволокли было меня к стоянке велосипедов, но я вовремя вспомнил, что из-за дождя приехал в школу на монорельсе. И поплёлся к воротам школы.

Выйдя на улицу, я увидел впереди бегущую Ишшики в трепещущей на ветру юбке. Она тоже меня заметила. Не успел я её окликнуть, как она подскочила и ткнула кулачком мне в бок.

— Ай, больно же…

Больно мне не было совсем из-за её мягких перчаток. Но видя, насколько Ишшики недовольна, я счёл за благо притвориться. Хотя она всё равно холодно уставилась на меня:

— Ты совсем дурак, что ли? Зачем было вести себя так конфликтно?

— Нет, послушай. Дело не только во мне, Юкиносита тоже…

Слушать меня Ишшики не стала, фыркнула и зашагала прочь. Я потопал следом.

— Выслушай меня, хорошо? Ты же сама видишь, как упрямо, как супер-пупер проблемно…

— Молодец, отлично себя описываешь.

— Всегда пожа… Стоп, я же не про себя. Хотя и правда сегодня вёл себя так.

Я зашагал быстрее, стараясь догнать Ишшики. Но расстояние между нами и не думало сокращаться.

— Куда ты так бежишь? Будто пытаешься отделаться от назойливого приставалы.

— Больно надо, — негромко бросила она через плечо, не оборачиваясь. Сурово. Подозреваю, она не обернётся, даже если я начну кричать «Супер-супер высокая зарплата» [2]. Так что я просто продолжал шагать следом.

Мы оба молчали. Слышны были лишь шорох сухих листьев, звонки проезжающих велосипедов да завывание ветра.

Ничего удивительного, что Ишшики так расстроена. Разговор с Юкиноситой пошёл до такой степени не так, что мне пришлось прямо себя ей противопоставить. Наверно, Ишшики, ничего не знающая о состязании клуба помощников, была совершенно озадачена. И это после того, как я пообещал ей, что буду разговаривать как положено. Мне правда очень жаль.

Пожалуй, лучше будет извиниться перед ней… Едва эта мысль мелькнула у меня в голове, как Ишшики остановилась. На узкой дорожке по краю парка, под тусклым светом фонарей, возле двух торговых автоматов. И разочарованно вздохнула.

Затем развернулась, молча посмотрела на меня и так же молча ткнула пальцем в сторону автоматов.

Намекает, чтобы я её угостил? Что ж, если это поможет задобрить её, дело того стоит. А если посмотреть с другой стороны, она предлагает мне мировое соглашение всего лишь за купленный напиток. Хороший она человек…

Я сунул в автомат несколько монет и принялся выбирать, что купить. Так, MAX Coffee и… чай с молоком? Нет, пожалуй, лучше бобовый суп… или кукурузный, он тоже ничего. Да без разницы.

Наугад ткнув в кнопки, я нагнулся и достал банки. MAX Coffee в правой руке, бобовый суп в левой. Ишшики посмотрела на них и поморщилась:

— Почему именно эти…

Но отказываться всё-таки не стала и неохотно взяла бобовый суп. Просто удивительно, насколько живущие в Чибе бывают несовместимы с MAX Coffee.

Затем присела на корточки, прислонившись спиной к автомату, сняла перчатки, открыла банку и отхлебнула из неё. Выдохнув облачко белого пара:

— Ну, это, извини.

— За что?

Встав рядом, я открыл свою банку и припал к ней в ожидании. Ироха, кажется, несколько затруднялась с ответом.

— Если бы я не упомянула пром, — негромко пробормотала она, — может и не было бы таких конфликтов.

Прозвучало так неловко и интригующе, что даже показалось забавным и милым. Кажется, я невзначай странно посмотрел на неё, потому что Ишшики буркнула «чего пялишься?», натянув шарф на рот.

Я грустно улыбнулся и покачал головой:

— …Пром тут не причём. На самом деле, возможно, случилось именно то, что нам было нужно.

— А? — озадаченно посмотрела на меня снизу вверх Ишшики.

Мои слова прозвучали куда мягче, чем предполагалось. Из-за сладости и теплоты кофе, что ли? В результате я немного смутился. И поднял лицо к небу:

— Если мы не доведём всё до логического конца, так и застрянем в нынешней ситуации. Нужно направление, цель. Дело не в самом проме, какую бы просьбу мы ни приняли, всё равно всё пошло бы так же, как сейчас.

— Вот… как…

Её вялая реакция заставила меня забеспокоиться, и я обернулся. Ишшики обняла колени и опустила голову, задумавшись о чём-то. Но ей и правда не стоит переживать.

Я, Юкиносита, Юигахама. Мы и сами не успели заметить, как наши взаимоотношения оказались какими-то перекрученными. Но потихоньку они выправлялись, и в какой-то момент времени нам удалось создать комфортное для всех троих пространство.

То, что эта зона комфорта развалилась — моя вина. Пусть в ней есть то, что мне не нравится, что я считаю фальшивым, но с другой стороны мне хотелось, чтобы всё оставалось как есть, чтобы дни шли за днями, позволяя нам прятаться за ничего не значащими словами.

Такое нестабильное состояние могло рухнуть от любого толчка. В данном случае толчком стали пром и вмешательство Харуно Юкиноситы. Ишшики же оказалась просто втянута в наши проблемы. Так что извиняться надо мне.

— Извини, что всё получилось так сумбурно.

— А… да ничего страшного, на самом деле, — равнодушно пожала плечами Ишшики. — Мне главное, чтобы пром прошёл нормально, а как этого добиться, не суть важно.

— Хмф…

Мой не менее равнодушный ответ неожиданно поставил точку в нашем разговоре.

* * *

Тепло из банки в моей руке потихоньку улетучивалось. Но ни я, ни Ишшики не спешили допивать, молча глядя в ночь. Наверно, снова дала о себе знать накопившаяся усталость. А завтра, быть может, нас ждёт ещё более загруженный день.

Мне никогда не хотелось связываться с работой. Но тут и заметить не успел, как сам по уши влез в подготовку прома. На самом деле я с самого начала был против, но не устоял перед энтузиазмом Ишшики. Откуда вообще, чёрт побери, он взялся?

— …Слушай, если честно, почему ты так хочешь провести пром?

Ишшики удивлённо посмотрела на меня и начала потихоньку отодвигаться.

— Ну, то есть, ты никогда не называла настоящую причину.

Тогда она показала нам свою решимость. Точнее, изобразила её. Но поскольку мы уже достаточно хорошо знакомы с Ишшики, этого оказалось достаточно, чтобы принять решение помочь ей.

В клубе она говорила нам, что хочет стать королевой прома. Но скорее всего, в мыслях она держала что-то иное.

Да, порой Ишшики занимается пустозвонством, порой раздувает из мухи слона, порой глупо шутит, бывает, что ляпает первое, что придёт в голову. Но она достаточно умна, чтобы понимать, как всё обстоит на самом деле. Так что у неё наверняка есть собственная причина организовать пром.

— Ну… ты уже в курсе, что Хирацуку увольняют из школы.

— …Ты знала с самого начала?

— Ну да. Как-то зашла в учительскую сдать отчёт и услышала разговор учителей, — небрежно сообщила она. Ну и девчонка. Узнала такие новости и никому ничего не рассказала, лишь принялась организовывать пром.

Я с восхищением посмотрел на неё. Ишшики немного смутилась:

— Тогда я подумала, что если не устрою ей хорошие проводы, не попрощаюсь как следует, потом обязательно об этом пожалею.

— Никогда не думал… что ты так относишься к Хирацуке… хлюп.

Я поспешно захлопнул рот, сдерживая всхлипывания. Бог мой, какой же она замечательный человек. Какая прекрасная любовь ученика к учителю… И это Ишшики, с невозмутимым лицом пропускавшая мимо ушей ежедневные нотации Хирацуки… Госпожа Хирацука, ваша любовь действительно проникла в сердца учеников…

— Ну, это, понимаешь… не до такой степени, знаешь ли, — пробормотала Ишшики, отводя взгляд.

— А? Чего? Что ты сказала?

Опять прозвучало как надуманный предлог, маскирующий истинную причину.

Ишшики кашлянула, мило улыбнулась и дразняще посмотрела на меня:

— А разве семпай не такой же? Человек, который уговаривает себя, что ничего не может сделать, а потом об этом сожалеет?

— Ну да, пожалуй.

Сейчас я и правда сожалел, что придало моему голосу уверенности. Ишшики удовлетворённо кивнула:

— Вот и я, наверно, такая же.

Я с некоторым удивлением посмотрел на неё. Ишшики слегка улыбнулась немного одинокой улыбкой и посмотрела куда-то вдаль:

— Я имею в виду, что на самом деле у меня не так много друзей.

— А со стороны непохоже…

— Хм-м-м-м…

— Извини, продолжай.

Я виновато склонил голову. Ишшики смерила меня холодным взглядом, вздохнула и опустила глаза, играя туфлей с маленьким камушком, подвернувшимся под ноги:

— Только вы, семпаи. Вот почему я хочу хорошо проводить вас, семпай, Юкино-семпай, Юи-семпай, Хаяму… да даже Тобе и ещё многих.

Её прерывистый, но мягкий голос заставил мои губы дрогнуть в улыбке. Боже, какой же невероятный у меня кохай. Если я сейчас не переведу всё в шутку, я и сам не замечу, как расплачусь.

— Хе-хе, и давно ли ты стала таким хорошим человеком?

— Я поступаю так, чтобы потом не сожалеть. Всё ради меня, а не ради тебя, семпай, не переживай.

Ишшики фыркнула, выпячивая грудь. В слабом свете торгового автомата под качнувшимися волосами мелькнули слегка покрасневшие уши. Пожалуй, стоит притвориться, что я ничего не видел.

Оправдывать свои действия исключительно собственной выгодой. Не буду утверждать, что я против такого подхода.

— …Вот почему я хотела провести пром.

Она мечтательно посмотрела на небо.

— Вот так упорно работать над чем-то сложным, напряжённо думать, паниковать, переживать, начать уставать друг от друга… и наконец найти самих себя в покое и умиротворении, отпуская то, что нам было дорого. Разве это не лучший способ попрощаться?

Глядя, как Ишшики вскидывает руки, я наконец понял, о чём она говорит.

Пожалуй, я и сам шёл тем же путём. Смогу ли я бороться до конца, хоть это так неприятно, и принять наше расставание?

— …Что ж, это не так сложно понять.

— Правда? — немного дразняще переспросила Ишшики. Хоть я и понимал, что она шутит, её устремлённые на меня глаза сияли искренностью. Так что я промолчал, лишь слегка улыбнулся в ответ.

— В таком случае…

Она ухватилась за мой шарф, поднимаясь. И обернула его вокруг моей шеи.

— Будь немного серьёзнее.

На её лице играла улыбка, но вот голос был уже далеко не столь шутлив, в нём звучал упрёк. Осознав, что мы настолько близко друг к другу, что можем чувствовать чужое дыхание, и что меня бранит девчонка младше меня, я на секунду застыл.

— И-извини.

Я чуть отодвинулся и поправил шарф. Пряча удивление на лице и краску на щеках.

Ишшики глубоко вздохнула и ухватила уголок шарфа, играя с ним.

— Если ты не начнёшь вести себя серьёзнее, я тоже не смогу заставить себя стать серьёзной. Это проблема, знаешь ли. Это очень раздражает, с этим трудно справиться, и это так хлопотно. Очень-очень хлопотно.

Она натянула шарф, потом аккуратно и плотно свернула его. И стукнула по нему своим кулачком.

— Ай, больно же…

Благодаря свёрнутому шарфу и её мягким перчаткам, больно мне не было совсем. Но ощущение так и осталось в груди.

* * *

Я включил свет в гостиной и пробормотал «я дома».

Но мне никто не ответил. Лишь холодный воздух продолжал кружить по дому.

Родители ещё на работе, Комачи, должно быть, где-то шляется. Так, а где наш любимый кот… Я пораскинул мозгами, приподнял покрывало и заглянул под котацу. Там блеснули два огонька. Мой взгляд встретился со взглядом Камакуры, удобно устроившегося в тёплом местечке.

Камакура не попытался ни мяукнуть, ни заурчать. Просто смотрел в глаза, словно пытаясь передать «Холодно же, закрой поскорее». Вот Комачи почему-то он сразу встречает и приветствует, а меня нет. Недолюбливает он меня, да, не хочет поближе стать?.. Я сообщил ему «я дома» и опустил покрывало. И заодно врубил котацу. А то он всегда выключен, когда дома никого нет. Пусть греется…

Так, о коте позаботился, пора позаботиться и о человеке. Я потянулся к пульту кондиционера и включил обогрев. Ощутил тёплый поток воздуха и наконец-то почувствовал себя комфортно. Развязал обмотанный вокруг шеи шарф и глубоко вздохнул.

Обычно я бы дальше проводил время, валяя дурака. Но сейчас на это нет времени.

Я скинул куртку и плюхнулся на диван. Достал смартфон и приступил к поиску информации. Ключевые слова — «выпускной вечер».

Сам ведь заявил, что обеспечу проведение прома. Хоть мы с Юкиноситой определились, что направление каждый выбирает сам, ни контента, ни ресурсов у меня ещё нет.

В первую очередь мне надо получить как можно больше информации о выпускных, а потом решить, что же я могу сделать.

Найдя очередной материал, я скидывал его на ноутбук, сопровождая своими комментариями и идеями, и лез искать дальше.

Информацию, что я находил, Юкиносита с Ишшики, скорее всего, тоже уже нашли и обсудили. И меня не оставляло чувство, что никакого реального прогресса я не добился. Сколько бы информации я ни нарыл, сложно будет выдвинуть предложение, которое переплюнет предложение Юкиноситы.

Юкиносита не ошибается в том, что надо исправить те проблемы, что вызывают беспокойство попечителей. Но их с Ишшики план тоже ничего не гарантирует. Очередной отказ школы или попечителей, и им всё придётся начинать с нуля… гр-р-р-р… не понимаю… ничего не придумывается… никакого вдохновения… Я изо всех сил напрягал мозги, катаясь по дивану.

До выпускной церемонии остаётся около двух недель. Если учесть время, которое потребуется на подготовку, у меня на поиск решения есть два-три дня. К этому сроку предложения должны быть готовы, дедлайн нарушать нельзя.

Нет, погоди, давай думать более гибко…

Дедлайн и правда нарушать нельзя. Но это же не значит, что его нельзя сдвинуть, так ведь? Ха-ха, вот как надо пользоваться гибкостью редактора! Отлично придумано, боже, да я просто гений.

Увы, жизнь посложнее красивых лозунгов. Наш оппонент не редактор, а запланированное мероприятие с жёстко фиксированной датой, расписание получается куда строже.

Нас загнали в отчаянную ситуацию.

Значит, надо иначе взглянуть на перспективу. То есть, поменять точку зрения.

Напряжённо размышляя, я скатился с дивана и покатился дальше, пока не оказался под тёплым котацу. Наверно, со стороны это выглядит странно. Но история не раз доказала, что те, кто совершает странные поступки, как раз и склонны выдвигать новые идеи. Особенно, когда их не волнует, как они выглядят в глазах окружающих.

Явно шокированный Камакура, к которому я вторгся, постарался отодвинуться подальше. Глядя на меня с выражением «ты что, вообще офонарел?»…

О! Именно то, что мне надо! Сейчас мне даже кошачья лапка помощи не помешает! Проведу её мягкими подушечками по векам, исцелю усталые глаза, дарую мир своей измученной душе и в безмятежном спокойствии поведу нас к миру во всём мире и новым выпускам «Armored Core» [3]!

Я потянулся к Камакуре, прося одолжить мне его лапку. Тот немедленно выскочил из-под котацу.

Высунувшись следом, я встретился взглядом с Комачи. Она стояла прямо передо мной, сурово на меня глядя.

— …Ты что делаешь, братик?

Камакура тут же сунулся к ней и потёрся о ноги. Комачи нагнулась и погладила его, что, впрочем, ничуть не смягчило её суровый взгляд.

— Не валяйся в форме, а то помнёшь и весь в шерсти будешь. Иди переоденься.

— Ладно, ладно…

Я поднялся и потопал в свою комнату, развязывая на ходу галстук. Быстро переоделся в домашнее и вернулся в гостиную. Комачи тоже уже успела переодеться и теперь крутилась на кухне.

— Братик, ты уже обедал?

— Не-а.

— Мама рагу приготовила, пойдёт?

— Да пойдёт… всё равно ведь больше ничего нет.

Я тоже зашёл в кухню, высматривая, нет ли там чего ещё. Но нет, кроме закипающей на плите кастрюли ничего не обнаружилось. А если подумать, так в последнее время только рагу на обед и было. Летний питчер — лапша, зимний — рагу. Привычная уже в этом году битва за звание короля кухни.

Заметив моё недовольство, Комачи подбоченилась и ткнула в мою сторону поварёшкой:

— Не нравится — готовь сам.

— Ладно, ладно…

Судя по всему, она не шутила, так что оставалось лишь послушно кивнуть. Мама, папа, спасибо, что не забываете готовить для нас, несмотря на всю свою занятость, вы такие молодцы.

Впрочем, рагу — это всё-таки не пустая лапша. Там много чего может оказаться, и курица, и карри, и острая капуста, и даже удон. Но напиши такое в твиттере, тут же получишь комментарий типа «Да лапша — это тоже здорово! Приложи чуток усилий, и получишь массу разных вкусов, LOL!». Ага, щаз. В нашей семье стараются не вкус разнообразить, а готовку упростить. Но ответь так, получишь «Для вкусной лапши не нужно ничего, кроме самой лапши! Приходи завтра, покажу, как это делается!». Тоже достаёт, зазывать людей только чтобы доказать такое, как будто у них своих планов на завтра нет. Будут часами рассказывать о разных вкусах, а у самих из всех специй лишь щепотка соли. Все эти поклонники соли, поклонники бульона, поклонники специй, вечно спорящие друг с другом — просто ненормальные.

В общем, когда ешь, тебя нечего не должно отвлекать. Такое ощущение свободы, словно… словно тебе все грехи отпустили! Иначе говоря, лучше всего на свете обедать с Комачи, так ведь? Как всегда говорит один старший брат «лучше бы здесь была только младшая сестра».

Я достал две миски, наложил в них риса и потащил к котацу. Приготовил подставку под кастрюлю, расставил миски под рагу и разложил палочки.

Комачи приволокла кастрюлю и разложила рагу по мискам.

— Вот, какую будешь?

— Будто они не одинаковые…

Вкус-то должен быть один и тот же… да и не спец я по рагу. Но к мискам, поразмыслив, всё же присмотрелся.

В одной чуть больше капусты, в другой — мяса. Невелика разница.

Но выбирать всё же придётся. Как Ишшики недавно пришлось выбирать между MAX Coffee и бобовым супом.

— А-а… э-э… вот, значит, как.

— Что-то не так? — качнула головой Комачи, заметив, что я уставился на миски, поражённый промелькнувшей в голове мыслью.

— Да нет, всё так.

Я потянулся к миске, где побольше мяса. Комачи взяла вторую и сложила руки перед собой:

— Ну тогда приятного аппетита.

— Ага, приятного аппетита.

Вкус бульона как следует пропитал и мясо, и капусту. М-м, и правда неплохо. Парням не пристало жаловаться на еду, если в ней есть мясо, как бы банально это ни прозвучало.

Какое-то время мы ели молча. Камакура тоже молча хрустел в кухне своим кормом.

— Кстати, а ты сегодня что-то рано.

Мы уже давненько не обедали вместе. Пожалуй, с того самого дня, когда отмечали успешную сдачу Комачи вступительных экзаменов. Потом она всё время обедала с подругами, а домой возвращалась только вечером.

— Ну да, с поступления я была сильно занята, — кивнула Комачи, дожёвывая капусту.

— И чем же?

Комачи задумалась, загибая пальцы:

— Так… Вечеринка по поводу сдачи экзаменов, вечеринка по поводу поступления, вечеринка прощания со старыми одноклассниками, вечеринка знакомства с новыми… а ещё…

— Ну у тебя и вечеринок…

И что это ещё за вечеринка знакомства? Первый раз встречаться с незнакомцами… Ей посочувствовать надо? Или восхититься отвагой? Если так, время сказать «прощай» моим слезам [4].

Глянув на мою озадаченную физиономию, закончившая загибать пальцы Комачи улыбнулась и легко ткнула в мою сторону кулаком.

— А раз сегодня никаких вечеринок, получается день братика, верно? Хе-хе, это ж сколько я очков Комачи заработала!

— Да… заработала…

Братик, значит, у тебя по остаточному принципу проходит? Ну и ладно, сойдёт и так. Девчонка она, должен сказать, немного безбашенная. Распланировать столько вечеринок за несколько дней. В ней явно бродит дух той молодёжи, которую хлебом не корми, лишь дай где-нибудь потусить. И как они не устают столько кайфовать… Это ж и на психику нагрузка дикая, и на кошелёк.

— Слишком много друзей — это тоже проблема… — буркнул я, отхлёбывая бульон. Я бы точно такого не выдержал. Но Комачи ничуть по этому поводу не переживала.

— Я не только про одноклассников, у меня и с вашим школьным советом связи есть. Мы даже в соцсетях переписывались.

Ага, вот ты про какие знакомства. Но неужели ты не шутишь? Формировать социальную группу ещё до поступления в школу? Какая-то совсем уж хардкорная игра получается.

— …А потом в школе не будет неловко? Ну, типа сейчас вы дружески общаетесь, а когда реально познакомитесь, окажетесь совершенно чужими друг другу людьми…

Палочки Комачи застыли в воздухе. Она мрачно посмотрела на меня, неловко улыбаясь:

— До чего ж ты любишь говорить подобные гадости, братик…

— Но ведь такое и правда может случиться…

— Ну… может, ты и прав… Но тут уж всё равно ничего не попишешь, верно?

Как сухо… Комачи супер-суха… [5] Она лишь на мгновение задумалась, но тут же улыбнулась и ответила. Какая же у меня непосредственная сестрёнка… Но не успел я ужаснуться, какое яркое её ждёт будущее, как кое-что вспомнил:

— А Тайши тоже был?

Тайши Кавасаки, младший брат Кавы-как-её-там, тоже сдал экзамены в школу Соубу несколько дней назад. И он определённо проявляет интерес к Комачи. Если он тоже присутствовал на вечеринках, мне следует радикально изъять его из её окружения! Но пока я перебирал в воображении самые жестокие варианты, Комачи ответила ещё более жестоко:

— Кто? А, ну да, был, наверно…

Она даже не взглянула на меня, добавляя в миску рагу. Получается, она его вообще воспринимает как отдалённую родню нам, хомо сапиенс? Даже жалко как-то становится, хочется загрузить сохранённую игру… Стоп, что я несу? Этот пацан меня совершенно не волнует!

* * *

Прикончив остатки бульона с рисом, мы набили животы и помыли посуду. Я уселся за котацу, лениво прихлёбывая чай. Комачи взяла Камакуру на колени и принялась его вычёсывать, что-то мурлыкая под нос.

Улёгшись на спину и устроившись поудобнее, я взял свой смартфон и полез в сеть. С направлением ясно, а вот контекста по-прежнему нет. «Пром», «выпускной вечер» и прочие ключевые слова в поиске так и не помогли найти ничего вдохновляющего. Я глубоко вздохнул и перевернулся.

Мой взгляд встретился со взглядом Комачи, сидящей прямо передо мной. Она качнула головой и мило улыбнулась, словно спрашивая, чего я на неё уставился. И я кое-что вспомнил.

— Кстати… у тебя ведь скоро выпуск? — прямо спросил я.

— Угу, — кивнула Комачи.

У нас до сих пор царит атмосфера праздника, потому что Комачи поступила в старшую школу. Но ведь ей ещё предстоит выпуск в её средней школе. Да, средняя школа отличается от старшей, но выпуск — он и в Африке выпуск. И там, и там празднуется новая фаза жизни, в которую вступают выпускники. Может, Комачи чего подскажет насчёт прома?

— А у тебя есть какие-нибудь планы на выпускной?

— Хм-м? Странный вопрос.

Комачи смущённо улыбнулась, но всё же подняла взгляд к потолку и задумалась.

— Выпуск… А, Комачи собирается на выпускную экскурсию, — сообщила она, словно только что вспомнив. Я аж подскочил на месте.

— Ого, впервые слышу. А что насчёт меня?

— Хе, ну разумеется, тебя там не будет. Мы же не с родителями едем и не с твоими друзьями.

— Нет, нет, не-не-не-не, никаких экскурсий с ночёвками! — замахал я рукой. — Я не разре… — и осёкся, стараясь затормозить слова в глотке. Но Комачи, кажется, услышавшая более чем достаточно, холодно посмотрела на меня.

В конце концов, она уже не ребёнок… и братская сверхзаботливость тут, пожалуй, излишня.

— Ещё выпускная вечеринка будет, — с недовольным видом вздохнула Комачи. — Хотя по сути мы все просто соберёмся вместе перекусить.

— Ясно…

Небрежно бросил я, незаметно делая пометки в смартфоне.

Выпускная экскурсия — проблема, но выпускная вечеринка дело обычное. Можно собраться в ближайшем магазине барбекю, поесть, поболтать за едой и так далее. А то и отправиться в место посолиднее, например, в легендарный японский ресторан якинику «Акамон». Для жителей Чибы, пожалуй, «Акамон» — лучший вариант. Те, кто живёт вне пределов Чибы, наверно, выберут что-то вроде «Сенгоку».

…Кстати, когда она говорила «все», она имела в виду всех в буквальном смысле? А то ведь в классе могут оказаться (по моему опыту) один-два человека, которых вообще никуда не приглашают. Отторженцы, я бы сказал. Уж с этим-то явлением я отлично знаком!

Кхе-кхе.

Впрочем, лучше спросить кое о чём другом.

— А ещё какие планы? Какие-нибудь мероприятия?

— Мероприятия?

Комачи озадаченно посмотрела на меня. Но вскоре явно что-то вспомнила.

— …Провожание третьегодок, да? ты про него? Даже и не знаю.

— Провожание третьегодок… а, ты про провожание третьегодок.

Непривычный для меня термин, я даже не сразу понял, что речь о прощании с выпускниками, учениками третьего года обучения.

Если вспомнить среднюю школу, да, было такое мероприятие в довесок к выпускной церемонии. И мне пришлось в нём участвовать, потому что загоняли всех поголовно. И заставляли петь песни. Помню, мальчики в хоре так фальшивили, что аккомпанирующая на пианино девочка разрыдалась и убежала. Оримото побежала за ней. А меня заставили извиняться… нет, лучше не вспоминать.

— И что там происходит? Кажется, там петь надо, да? На соответствующие темы. Всё равно, что кабосу [6] съесть.

— И судачи [7].

— Ну да, и его тоже. Что-то вроде «куда ты, куда ты, наша мать-земля», да?

— Да, такого типа. Ну, на выпускном обычно поют «Славься, земля моя» и кое-что ещё…

Кое-что-ещё, хех… Я порылся в памяти и неожиданно кое-что вспомнил:

— Кое-что… а, типа вот этой, да? Здравствуй, весна~ свет ранней весны~ раз, два, все вместе!

— Раз, два, все вместе! — подхватила Комачи.

— Выпускаемся!

— Выпускаемся!

Мы точно так же разбились на мальчиков и девочек. И даже пауза в два тона получилась как тогда. Наше дурацкое пение заставило меня улыбнуться Комачи.

— …Как-то так?

Комачи улыбнулась в ответ и покачала головой:

— Нет, это совсем другая песня.

— У-у… А я-то пел с таким энтузиазмом…

И почему ты меня тогда не остановила… Я обиженно посмотрел на Комачи.

— К тому же, это не песня, а слоган. Из младшей школы, — добавила она.

— Что, правда? Совершенно не помню. Впрочем, я же всего два раза выпускался, из младшей школы и из средней. Опыт невелик.

Но «провожание третьегодок» в заметки я всё же добавил. Не то, чтобы оно могло бы пригодиться непосредственно, но на мысли навести может. В конце концов, кто знает, что пробудит во мне вдохновение. Так что я продолжал записывать про пение, представления, слоганы и всё прочее.

Чем-то смахивает на мозговой штурм. Как говаривал президент Таманава, не надо спешить с выводами, надо обсудить все варианты…

Я погрузился в ностальгические воспоминания. А Комачи с жалостью посмотрела на меня:

— Что верно, то верно… Братик до сих пор не выпустился из «Precure» и «Aikatsu!».

— Да что ты несёшь? Никакого выпуска быть не может, такому всю жизнь учатся! А кто бросает их смотреть, так те не выпускники, а недоучки! Культурные недоучки!

— Братик, ты в этом плане больше на второгодника смахиваешь…

Комачи не стала спорить, лишь тяжело вздохнула.

О да, это моя Комачи, она правильно меня понимает. Судя по тому, что происходило в прошлом году, и по тому, что я никак не вырос, звание второгодника на удивление хорошо мне подходит. Сам того не понимая, я мрачно усмехнулся.

Она сочувственно покачала головой, но дальше тему развивать не стала.

— А в старшей школе нет провожания третьегодок?

— Да что-то такого не припомню.

Во всяком случае, в прошлом году не видел ничего похожего. Может, потому, что каждый клуб устраивает своё закрытое мероприятие. А я тогда ни в каких клубах не был. Может, поспрошать кого? Недолго думая, я быстренько набил в своих заметках «пообщаться с Тоцукой❤».

Вот так мой одиночный мозговой штурм привёл меня к прекрасному итогу. Я удовлетворённо отложил смартфон и посмотрел на Комачи, прилёгшую на котацу.

— Вот как… Вполне резонно, что старшеклассники такими делами не занимаются.

Кажется, Комачи была разочарована. Она что-то напевала себе под нос, играя с Камакурой. Мотив казался чем-то знакомым. Классическая выпускная песня?

Я закрыл блокнот на смартфоне.

— Ну да, мы ничего такого не делали… но с этого года у нас будет пром.

Открыв браузер, я продемонстрировал Комачи относящиеся к выпускным вечерам страницы, которые успел нарыть. На её лице прорезалось удивление:

— О… Ничего себе, это же круто! Боже, братик… ты действительно собираешься это организовать?

Комачи подняла голову, глаза заблестели ожиданием. Я едва не поморщился, но всё же выдавил из себя улыбку и кивнул. Хоть это и не прямое обещание, но пром таки должен воплотиться в жизнь.

Я не могу привести ей никаких доказательств, что пром действительно состоится. И мы, как ни крути, отстаём от графика. На самом деле я даже не знаю, как нам разобраться с проблемами.

Но пром обязательно будет проведён.

Это единственное, в чём я могу быть уверен.

* * *

Даже утром я по-прежнему чувствовал усталость.

Провалявшись под котацу рядом с Комачи до полуночи, я впал в какое-то полудремотное состояние. Дополз до своей комнаты, упал в постель и мгновенно вырубился.

Когда проснулся, уже настало утро. И пора было собираться в школу. Я позавтракал, натянул форму и вышел на улицу, не чувствуя уверенности, что не опоздаю.

Комачи, похоже, легла спать тогда же, когда и я. Но встала куда более энергичной и успела убежать раньше меня.

По моим прикидкам, я спал столько, сколько и положено среднему человеку. Но сонливость никак не желала уходить. В результате я вяло крутил педали своего велосипеда, чувствуя тяжесть в ногах.

И шестерёнки велосипеда, и шестерёнки в моей голове никак не хотели крутиться. В отличие от шестерёнок в моих наручных часах.

С сегодняшнего дня я должен начать подготовку прома.

Времени осталось не так много, а средства ограничены. Но я всё равно должен разработать план. Не говоря уже о розданных мной обещаниях.

Чем больше я об этом думал, тем сильнее тяжелели ноги. Но приложив все силы, я всё же добрался до ворот школы незадолго до звонка.

Народу вокруг было немало. К тем, кто с утра приходил в свой клуб, добавлялись те, кто едва не опоздал, вроде меня.

В толпе я заметил бегущую девушку с волосами знакомого персикового оттенка. И её рюкзак, и шарф, и даже привычный шарик волос подпрыгивали в такт её шагам.

Вспомнив вчерашнее, я заколебался, стоит ли окликать Юигахаму. Она же тем временем добежала до своего шкафчика и принялась переобуваться.

Увидев меня, она на секунду застыла, но потом слегка улыбнулась и помахала рукой перед грудью.

Мне стало немного неловко. Я покивал в ответ и потопал к своему шкафчику.

— Доброе утро, — негромко пробормотала Юигахама, поглаживая свой шарик волос.

— …Доброе.

Наши взгляды на мгновение встретились, но я тут же отвёл глаза и уставился на лежащие на полу свои школьные туфли. И пока напяливал их, Юигахама молча ждала рядом.

Постучав носком по полу, я дал понять, что можно идти. Она кивнула и пошла впереди, словно указывая путь.

— Ох, едва не опоздали.

Юигахама стащила с себя шарф и свернула его. И её голос, и выражение лица были такими же бодрыми, как всегда. Но именно это, наверно, заставило меня чувствовать себя немного неестественно, так что я лишь кивнул в ответ.

Хоть я и понимал, что что-то тут не то, я подумал, что раз уж она ведёт себя как обычно, лучше не рассказывать о том, что было вчера. Но от одной мысли об этом почувствовал себя обманщиком.

— С тобой вчера всё нормально было? — шёпотом спросил я, убедившись, что рядом никого нет.

— А?

Я что, спросил слишком прямо? Юигахама уставилась на меня, удивлённо качнув головой. Но тут же, кажется, вспомнила вчерашние события и прижала руки к щекам.

— Э-э, хм. Никаких проблем! Извини, мне… хе-хе, мне немного неловко… Да, я же уже говорила, что со мной такое частенько бывает.

На её лице друг друга сменяли беспокойство, застенчивость, смущение, неловкость, но в конце концов она улыбнулась. Я понял её улыбку как сигнал к окончанию разговора, тоже улыбнулся и кивнул в ответ. Даже если что-то кажется странным, не стоит по наивности обращать на это внимание, разрушать его и прогонять. Может, мы не очень долго общаемся, но вполне достаточно для того, чтобы найти удобную для обоих дистанцию.

Мы добрались до лестницы. Юигахама по-прежнему шла впереди, я неспешно топал следом. Никого вокруг нас уже не было. Успели разбежаться по классам?

На площадке между пролётами она вдруг оглянулась на меня:

— А что насчёт Хикки? Как всё дальше было?

— Ну… много чего было. В результате я решил влезть в подготовку прома.

Юигахама облегчённо улыбнулась и зашагала дальше. Я кивнул, глядя ей в спину, и зашевелил непослушными губами:

— Так что сегодня… иди домой без меня.

На самом деле мы не обещали друг другу идти по домам вместе. Я даже ощутил отвращение к себе, подумав, что ляпнул слишком уж самонадеянно. Но Юигахама просто кивнула в ответ:

— Конечно.

— И не только сегодня, на всё время подготовки, — добавил я, чувствуя, что меня словно вытащили из петли.

— …Да, я понимаю. В конце концов, это чтобы помочь Юкинон.

Продолжая подниматься, мы добрались наконец до нашего третьего этажа. Глядя на Юигахаму с расстояния полушага, я вдруг ощутил, что шарф давит мне на горло. Размотал его и покрутил головой, разминая шею.

Лучше поговорить с ней о том, что было вчера. Не знаю, всё ли она поймёт, но поговорить стоит.

— Нет, на самом деле… я ей не помогаю, в итоге оказалось, что я ей противостою.

— Да, коне… Что?!

Юигахама остановилась как вкопанная, развернулась ко мне всем телом и ошарашенно уставилась на меня, разинув рот.Какая бодрящая реакция. Пожалуй, я не зря решил быть честным с ней.

— Н-ну, понимаешь… Она вела себя на редкость упрямо и категорически отказалась от моего предложения помочь. Вот я и решил ей противостоять. Других вариантов влезть в подготовку прома я не нашёл.

— Ха… ха…

По мере того, как она осмысливала услышанное, недоумение на её лице сменялось неприятием:

— Как бы это сказать… Хикки, ты порой действуешь на редкость глупо…

— Наоборот. Я порой очень умный.

Я бодро прошагал мимо Юигахамы, выпятив грудь и демонстрируя самодовольную ухмылку. Та фыркнула, какое-то время колебалась, но потом всё же спросила:

— Ты не пробовал нормально с ней поговорить?

— …И когда нормальные разговоры что-то решали?

Не забывай, что речь про нас с Юкиноситой, мысленно добавил я. Юигахама, судя по всему, поняла и глубоко вздохнула.

Как и следовало ожидать. Она действительно нас понимает.

— Бесполезно. Как бы то ни было, сначала надо провести пром. Иначе мы ничего больше не сможем… ни работать в клубе, ни даже думать о том, как двигаться дальше.

Чем больше я говорил, тем больше вопросов у меня возникало.

Закончится пром, и что дальше? Как быть с клубом помощников, что делать с той атмосферой, которая больше не работает? Как нам думать над нашим будущем?

Пока я размышлял, мы уже дошли до дверей класса.

Шаги Юигахамы звучали тихо и медленно, словно она была в паршивом настроении. Не дойдя до двери, она остановилась. Я оглянулся и увидел, что она напряжённо над чем-то размышляет.

Затем Юигахама подняла голову, серьёзно глядя на меня.

— …Можно я помогу?

Она крепко вцепилась в лямки своего рюкзачка, глаза сияли непоколебимой решимостью. Видно было, что она напряжённо ждёт ответа.

Такому выражению лица я просто не мог отказать.

-----------------------------------------------------------------

Примечания

[1] Борец профессионального сумо, впоследствии арбитр и тренер

[2] Слоган японского рекрутингового сайта

3. Серия игр для PlayStation и смартфонов, меха-шутер от третьего лица.

4. Отсылка к сериалу «Uchū Keiji Gyaban».

5. Отсылка к рекламе пива «Асахи».

6. Фрукт семейства цитрусовых, терпкий и кислый.

7. Ещё один цитрус, ещё более кислый.