Юкиносита заварила для гостей свежий чай, его легкий аромат наполнил комнату.

Несмотря на поднимающийся от чайника пар, я ощутил, как охладилась атмосфера в комнате. Вежливая манера Юкиноситы предлагать гостям чай определенно тому способствовала.

Поставив бумажные стаканчики перед Миурой и Эбиной, она вернулась на свое место.

– …Так, что ты имеешь в виду?

В ответ на спокойно заданный вопрос Миура мрачно произнесла:

– Ты же слышала слухи, так ведь?

– А, ты об этом…

Юкиносита устало вздохнула. Ее длинные волосы спали с плеч. Она с некоторым раздражением поправила их и, тут же взяв себя в руки, взглянула на Миуру.

– Наши родители давно знакомы, они деловые партнеры и друзья. Поэтому мы встретились на новогодней вечеринке. У нас не те отношения.

Ее голос звучал совершенно равнодушно, это было простой констатацией фактов. Юигахама смущенно улыбнулась:

– …Ага. А я случайно там оказалась.

Ну, по сути, так оно и есть. Мы просто случайно столкнулись в Чибе 2-го января. Вопрос в том, как Миура воспримет эти факты.

– Хм…

Прищурив глаза, она поочередно пристально посмотрела на Юкиноситу и Юигахаму, словно стараясь разглядеть правду, но неожиданно перевела взгляд в мою сторону.

– Хикио ведь тоже там был?

– Э… А… Ну…

На такой внезапный вопрос у меня получился довольно пространный ответ. Надо ведь было просто подтвердить, а так я лишь добавил подозрений… В итоге Миура, кажется, засомневалась еще больше.

– …Ладно. У меня нет иного выбора, кроме как поверить.

Она тяжело вздохнула. Ее ответ оказался неожиданным. Похоже, она сдалась. У Юкиноситы от удивления расширились глаза. У меня, кажется, тоже.

Возможно, из-за наших недоуменных взглядов, Миуре стало немного не по себе. Накручивая пальцами кончики волос, она тихо пробормотала:

– …И все же, весьма странно, что Хаято рассмеялся. Что-то ему показалось забавным, такого я никогда раньше не видела. Поэтому мне стало любопытно…

Что по мне, так его ржание было больше похоже на издевательскую насмешку, или что-то в этом роде.

Видимо, вспомнив тот момент, Юигахама криво улыбнулась:

– Ага… Я тоже немного удивилась… Но все это неправда.

– Да. Я тоже думаю что все, что говорят про Юи, это неправда.

– Ну да, так и есть.

Миура тут же кивнула, и Эбина довольно улыбнулась. Юигахама тоже улыбнулась, явно смутившись, а Юкиносита недовольно буркнула:

– И про меня…

Миура отстраненно накрутила локон на палец и досадливо прикусила губу.

- Ладно, достаточно, но… Просто раздражает, что эти слухи распространяются, а ты ничего не делаешь. Это как-то безответственно.

Это было похоже на монолог, однако, каждое его слово определенно к кому-то обращалось. Миура глянула на меня и тяжело вздохнула.

- Просто… почему бы тебе не поступить как следует?

В ее голосе чувствовались нотки обиды. Сказав, она тут же отвернулась и, как бы подчеркивая, что добавить нечего, томно переставила ноги, снова занявшись своими локонами.

Я понял, о чем говорит Миура. Хотя она просто озвучила то, что было у нее на уме, это невозможно было не понять. Вернее, я и сам все это знал.

Однако, ее слова оказались слишком расплывчатыми и ни о чем конкретном не говорили. Вот почему я мог ответить что угодно.

– Ты говоришь… Э-э… Так значит, ты пришла к нам, чтобы рассказать, что ты чувствуешь?

– …Ха?

Миура, цыкнув, подняла на меня глаза. Эбина положила руку ей на плечо и криво улыбнулась:

– Юмико тоже беспокоится.

– Беспокоится?

Юкиносита вопросительно наклонила голову. Эбина кивнула и, глядя вниз, сухо произнесла:

– Я думаю, что со слухами, преследующими Хаято, ничего не поделать. До сих пор он, вроде бы, все неплохо контролировал…

Мне не было видно выражения ее лица, но слыша этот холодный голос, я был уверен, что за линзами очков скрывается такой же холодный взгляд.

Возможно, эта жёсткость и есть ее настоящая сущность. То же самое я почувствовал тогда, в школьной поездке.

Эбина, похоже, права. До сих пор у Хаято Хаямы получалось все контролировать. Он следил за собой и был внимателен к своему окружению, стараясь поддерживать определенный имидж.

Но все дало трещину, пусть даже на короткое время, когда по классу разлетелись слухи. Хаяма не смог сдержать эмоций, расхохотавшись у всех на глазах. Хотя это и был единственный эпизод, он, тем не менее, не может не настораживать. Думаю, именно из-за своего безупречного имиджа такой неожиданный поступок в конечном счете грозит привести Хаято Хаяму к реальному краху.

Все зависит от того, что будет делать сам Хаяма, оказавшись в эпицентре слухов. Ситуация всегда может измениться.

Я размышлял об этом, а Эбина приподняла голову и слегка улыбнулась:

– Хаято, похоже, это не сильно волнует, но Юи и Юкиносита-сан, кажется, немного расстроены. Мамочку Юмико это беспокоит, не так ли?

– Эбина, это кто еще "мамочка"?

Миура резко отмахнулась от руки Эбины, дразняще ткнувшей ее пальцем в щеку. Несмотря на такую грубость, Эбина заулыбалась еще шире.

Хех, ясно. Я тоже не смог сдержать улыбки. Звучит прикольно – мамочка Юмико… Когда мне будет за полтинник, я, наверное, мог бы иногда заходить в "Snack Yumiko", каждый раз натыкаясь на грубое обслуживание клиентов, отвечать на вопросы о своем здоровье и получать до жути разбавленные напитки по цене обычных…

Пока я представлял себе такой вариант неопределенного будущего, Эбина наклонилась вперед и, добродушно улыбнувшись, заглянула Миуре в лицо:

– Но ты же беспокоишься, верно?

– Это… ну… Да, я беспокоюсь…

Прерывистый голос Миуры был совсем не похож на привычный и звучал как-то по-детски.

– Понятно… Я рада, что Юмико обо мне заботится, – еле слышно произнесла Юигахама.

– Что еще такое…

Кажется, смутившись услышанного, Миура отвернулась. Ее щеки порозовели. Глядя на это, Юкиносита с улыбкой вздохнула. Миура, услышав вздох, пристально посмотрела на Юкиноситу, однако в ее взгляде уже не было прежней угрозы, скорее это было возмущение из-за возникшей неловкости.

В любом случае, понятно, что Миура заявилась сюда вовсе не для того, чтобы подтвердить свою дружбу с Юигахамой. У нее не было какой-то конкретной просьбы или вопроса, но в целом я догадывался о причинах ее визита.

Кашлянув, я повернулся к ней:

– Короче, другими словами - со слухами необходимо что-то делать, правильно?

– …Ха?

Миура сурово глянула на меня. Та миловидность, что была у нее до сих пор, исчезла, а в ее взгляде снова появилась угроза.

Еще раз кашлянув, я отвел глаза и торопливо проговорил:

– Ладно-ладно… Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы исправить ситуацию.

– Хм… Ну, ладно, если ты так говоришь…

Эбина, кажется, хотела еще что-то добавить, но в итоге просто кивнула, согласившись с Миурой.

В конце-концов, нам таки удалось прийти к единому мнению. Мы постараемся, правда не особо рассчитывая на успех, что-нибудь предпринять, чтобы разрешить эту проблему.

Однако, на данный момент никаких конкретных идей у меня не было.

Эффективных средств против слухов практически не существует. Невозможно унять любопытство огромной массы людей, и заткнуть всем рты тоже не получится.

Похоже, и Юигахама, и Юкиносита это хорошо понимали.

Юигахама растерянно вздохнула:

– Если бы только я могла что-нибудь сделать, но…

– Думаю, стоит просто подождать, пока интерес сам по себе не пропадет.

Девушки, как и я, были весьма озадачены. Даже не знаю, что тут можно сказать. Юкиносита, как всегда, смотрела на ситуацию реально.

– Ну да, пожалуй…

Сорок девять дней или семьдесят пять, не суть. По-любому, сейчас надо хранить молчание, стараясь не подливать масла в огонь, пока интерес к слухам сам не угаснет. Каждое сказанное слово лишь снова привлечет внимание.

Если бы речь шла о какой-нибудь известной личности или компании, то можно было бы поступить иначе. Следуя тенденции последнего времени, необходимо с самого начала опровергать ложные слухи и клевету, а затем принимать юридические меры.

Однако, если говорить о школьном обществе, то здесь самая правильная тактика – вообще никому ничего не рассказывать. С другой стороны, одиночки и так ни с кем не общаются, а значит их личная информация никому не доступна. Разве это не абсолютная защита в информационном обществе? Надёжная броня, гарантированная победа! [Отсылка к игре "Final Fantasy XI"]

Вполне возможно, что причина, по которой в последнее время люди перестали говорить об информационном обществе, заключается в том, что мы действительно уже живем в информационном обществе. Вроде, как-то так говорят "Gospellers"… Хотя, если я буду им подражать, то стану похож на Тацуро Ямаситу. Нет уж… ["Gospellers" – яп. вокальная группа, Хачиман перефразировал строки из их хита "Hitori". Тацуро Ямасита – яп. певец, муз. автор и продюсер]

Пока я размышлял о еще одном преимуществе одиночек, Юигахама что-то бормотала себе под нос.

– Интересно, можно ли что-то изменить, если выяснить, кто все это начал…

– Не думаю…

Ответ Юкиноситы был скептическим. Как от нее и ожидалось. Не могу не согласиться. Она и правда знает обо всем этом не понаслышке. Я глянул на нее с долей восхищения.

Юкиносита коснулась подбородка и посмотрела вдаль.

– Как правило, даже если найти виновника, загнать его в угол и придушить, он сам прикинется жертвой, и проблема только усугубится…

…А? Хм… Таков твой личный опыт? Загнать в угол и придушить…

Похоже, не я один был шокирован.

– …

– …

– …

У Юигахамы не было слов, а на лице Эбины застыла натянутая улыбка. Даже Миура сжала плечи, будто чего-то испугавшись. …Миура? Уж не последствия ли это травмы, полученной в деревне Чиба во время летних каникул, когда Юкиносита загнала тебя в угол и довела до слез?

Юкиносита, кажется, ощутила создавшуюся вокруг атмосферу. Ее щеки слегка покраснели. Она кашлянула.

– В любом случае… Я не думаю, что нам следует предпринимать какие-либо грубые действия.

– Ну да, ты права. Найти источник слухов нереально. Точнее, не имеет смысла.

– Правда?

Я кивнул Юигахаме, которая, кажется, была не слишком убеждена.

Действительно, крайне трудно определить первоисточник слухов среди учеников всей школы.

Никто не обязан тебе помогать, и даже если всех опросить, правду узнать вряд ли получится.

Даже если выяснить, кто все начал, все равно сказанное слово обратно уже не вернешь. Сплетни разносятся моментально. Особенно на скандальные темы, затрагивающие чью-то репутацию. Никто не заботится о достоверности информации, и ничего с этим не поделать.

Просто потому, что это интересно, это весело, и потому, что разоблачение чужих пороков – это справедливость. Всегда найдутся праведники, считающие дозволенным говорить любые гадости в адрес "нехорошего" человека.

Поэтому слухи не исчезнут до тех пор, пока их "чувство справедливости" не будет удовлетворено.

Очень удобно ранить людей стрелами едких слов, находясь в безопасной зоне. Ведь даже если слухи окажутся ложью, тот, кто их распространяет смеха ради, не понесет ответственности.

Потому что зло в самих слухах.

В зависимости от обстоятельств, можно сказать, что и сам стал жертвой обмана. А виноват тот, кто придумал и пустил эти слухи. Или даже тот, чье странное поведение было неправильно понято и стало причиной появления ложной информации.

Гимн самопровозглашенной справедливости звучит на улицах и сегодня. Миру всегда нужна боксерская груша. Удобно, когда можно бить, смеясь и не боясь ответа.

К сожалению, никак невозможно обратить вспять бесконтрольно распространяющиеся слухи. Опровержения, объяснения, доказательство своей правоты – все бесполезно.

– В подобной ситуации, конечно, лучше всего молчать, но…

Я глянул на Миуру. Она смотрела вниз, и выражение ее лица было не понять, но я уверен, что она со мной не согласна.

Понятно.

И правда, почему Хаяма, Юкиносита, Юигахама и даже Миура, которые не сделали ничего плохого, должны страдать из-за чьих-то безответственных слов?

Это абсурд.

– …Мы что-нибудь придумаем.

Я просто не мог так не сказать.

Но, хотя я и сказал так, какого-либо разумного способа решить эту проблему я себе не представлял. Все варианты, что приходили мне в голову, я сразу же отметал. Скорее всего, я так ничего и не придумаю, только мозг свихну.

Но все же, это лучше, чем молча выслушивать дурацкие сплетни, сдерживая тошноту, как при рефлюкс-эзофагите.

Мои слова явно вызвали интерес.

Простите, мне очень жаль, но не стоит возлагать на меня большие надежды. У меня действительно нет никакого плана…

Во взглядах Юкиноситы и Юигахамы читалось сомнение. Еще бы, они ведь знают меня уже довольно долгое время.

– Ты что-нибудь придумал?

– Нет…

Я честно ответил на вопрос Юкиноситы. Она удрученно вздохнула, а Юигахама криво улыбнулась.

– Хех… И что же нам делать?

– Думаю, каков бы ни был наш план, для начала, вероятно, придется поговорить с Хаямой…

Хаято Хаяма безусловно ключевая фигура, находящаяся в центре этих слухов. Хорошо бы узнать, что он собирается предпринять, и, по возможности, добиться с ним сотрудничества.

В таком случае, нам надо выйти на контакт с Хаямой… Я посмотрел на девушек.

Миура отвела взгляд.

– Ну, знаешь… говорить о таком… И что я скажу Хаято…

Она покраснела и принялась накручивать локоны.

Это верно. Я не могу позволить Юмико Йокогаме Йокосуке, девушке, которая балдеет от пасты, услышать в свой адрес: "Что не так с этой девчонкой?" ["Minato no Yoko Yokohama Yokosuka" – песня группы "Down Town Boogie Woogie Band", "Otome Pasta ni Kandō" – сингл проекта "Hello!"]

Юкиносита и Юигахама… Не пойдет. Им обеим сейчас совершенно точно не стоит лишний раз светиться вместе с Хаямой.

В таком случае, остаюсь я и… Эбина сделала испуганное выражение, когда я глянул на нее.

– Нет-нет! Я не могу встать между Хаято и Хикитани! Лучше я прикинусь тенью и буду присматривать за вами… Идет?

– Не… Этого точно не надо…

Эбина, взирающая на меня с мерзкой улыбочкой, кажется, была разочарована.

Что ж, методом исключения других вариантов не осталось.

– …Хорошо, я поговорю.

Я глубоко вздохнул и заметил, как у Эбины потекла слюна.  

                                                                                x x x

В итоге, мы приняли примерный план дальнейших действий, и на том работа клуба помощников на сегодня была завершена.

Миура с Эбиной покинули клуб, мы тоже разошлись. Все бы хорошо, вот только мне навязали неоплачиваемые сверхурочные.

Поговорить с Хаято Хаямой. Такова моя задача.

Конечно, можно было бы воспользоваться смартфоном и все решить одним звонком, но, к сожалению, я не знаю телефона Хаямы. Было бы неплохо, если бы Юигахама связалась с ним, однако, им сейчас лучше лишний раз не общаться, ведь неизвестно, кто может оказаться рядом с Хаямой во время звонка.

В таком случае, самый верный и быстрый способ – сразу пойти к нему в клуб и там подождать, пока он не освободится.

Проблема в том, что Хаяма – президент футбольного клуба. Похоже, ждать мне придется до самого закрытия, и как долго – я понятия не имею. Спортивная площадка нашей школы не такая уж большая, клубы – футбольный, бейсбольный, регби и легкоатлетический – делят ее между собой, регулярно договариваясь о времени и продолжительности занятий, которые каждый раз могут варьироваться.

Тут уж ничего не поделать. Я присел на скамейку, откуда было хорошо видно спортивную площадку.

Холодный ветер раскачивал верхушки растущих во дворе деревьев. Сразу после захода солнца ощутимо похолодало.

Поскольку наша школа расположена на побережье, зимний морской бриз дует здесь свободно, практически не встречая препятствий на своем пути.

Префектура Чиба – самая равнинная и, соответственно, хорошо продуваемая префектура Японии. Кстати, это еще и префектура, где молодежь предпочитает работать дома ["At Home" – риэлторская компания, пропагандирующая традиционные яп. ценности]. Звучит, словно пиар работы в "черной" компании. Неудивительно, что токийский спальный район Чиба превращается в обитель корпоративных рабов!

За 17 лет проживания в Чибе, мой организм адаптировался к холодному пронизывающему ветру. Благодаря этому я привык к суровости окружающего мира.

Тем не менее, поскольку в клубной комнате, откуда я только что вышел, было тепло, такое резкое изменение температуры ощущалось не слишком приятно.

Однако, специально на такое время Бог подарил префектуре Чиба "MAX Coffee"! Какой бы холодной ни была зима, если выпить банку теплой суперсладости, кровь буквально вскипит от зашкалившего уровня глюкозы!

И мне сразу же захочется спать, я засну и замерзну насмерть. Да, Бог порой так жесток…

Ну, главное не засыпать, и все будет в порядке. Я направился к торговому автомату у выхода, чтобы согреться божественным напитком.

Потянулся к кнопке с надписью "Горячий".

Пушистая кошачья лапка с розовыми подушечками нежно перехватила мою руку.

– Вот, если не возражаешь… Это тебе и Хаяме.

Другая кошачья лапка протянула мне пакет с парой банок кофе. Что это за кошка? Прямо как мама, которая сует тебе подарок, когда ты идешь в гости к другу…

Повернувшись и подняв глаза, я увидел Юкиноситу, стоящую с согнутыми перед грудью кошачьими лапами. Так ты носишь эти варежки? Хм…  Что ж, ты кажешься вполне счастливой.

Юигахама, выглядывающая из-за ее спины, похоже, тоже счастлива, что Юкинон пользуется ее подарком. Прям цепочка счастья… Это что, плата вперед? [Отсылка к фильму "Плата вперёд"]

Но сейчас меня больше интересуют не сами варежки, а "MAX Coffee", который они держат.

– Ну, это вовсе не обязательно… Мы же просто поговорим недолго…

Юкиносита подняла ладонь и заявила поучительным тоном:

– Если быть вежливым и проявить внимательность, то вероятнее всего, другой человек ответит тем же, так ведь?

Это типа принцип взаимности? Что ж, даже если предстоящий разговор и не столь уж серьезный, учитывая отношения между мной и Хаямой, думаю, это поможет сгладить атмосферу.

Я все еще колебался, глядя на "MAX Coffee" в кошачьих лапах.

Видя мою нерешительность, Юигахама быстро шагнула вперед и, достав банку кофе, вложила мне в ладонь и крепко обхватила своими руками.

– Вот… Просто возьми…

Легкий жар пробежал по моей коже, и я ощутил начавший обильно проступать пот… От такого я реально опешил.

– …А то замерзнешь, пока ждешь.

Она отпустила мою руку и сделала шаг назад, затем еще шаг, вернувшись на прежнее место, и быстро отвела взгляд, подтянув повыше повязаный вокруг шеи шарф. Ее уши, обдуваемые холодным ветром, покраснели.

– А… Ну… тогда спасибо…

Я неразборчиво пробормотал едва пробивающимся сквозь шарф голосом, запихивая еще теплый кофе в карман в качестве грелки для рук.

– Ладно… Я поговорю с Хаямой, а вы топайте по домам.

– Да, но как-то не слишком хорошо сваливать все на тебя…

Юигахама в сомнении глянула на Юкиноситу. Однако та лишь покачала головой. Все верно. В конце концов, я ведь сам так решил.

– Ни к чему лишний раз давать повод для кривотолков. Так что не переживайте. Лучше сходите в "Маринпию" или сгоняйте в Чибу, короче развлекайтесь, чтобы все видели, что вы хорошие подруги.

Возможно, кто-то изменит свое мнение, если выясниться, что фигурирующие в слухах девушки вполне неплохо ладят друг с другом. Это, конечно, не совсем то, чего хотелось бы, но, в общем, все равно полезнее, чем втроем ждать Хаяму.

Юкиносита задумчиво приложила руку к подбородку, а затем подняла глаза:

– Да… Ты прав. Пожалуй, так мы и сделаем.

– Все-таки жаль оставлять все на Хикки…

– Да нормально… Работа есть работа.

Я постарался ответить как можно более непринужденно. Юкиносита улыбнулась:

– На тебя совсем не похоже.

Это точно. Не удержавшись, я виновато улыбнулся и кивнул. Юигахама, наконец согласившись, быстро закинула рюкзак за спину.

– Тогда до завтра.

– Ага, до завтра.

Проводив их взглядом, я снова повернулся к спортивной площадке.

Похоже, тренировка только что закончилась, ребята из футбольного клуба покидали поле. Я прислонился к стене, наблюдая за ними, и с большим нетерпением ждал их возвращения.

Блин, как же холодно…

Работа работой, но почему я должен мерзнуть, ожидая Хаяму? Разве не проще было бы взять интервью у его духа-хранителя? ["Интервью с духом-хранителем" – серия книг о известных людях]

Мое сердце разбито. От холода руки и ноги совсем задеревенели. Как же долго… До сих пор никто так и не вышел, и я уж начал было думать, что попал в магическое ментальное пространство… [Reality Marble]

Открыв уже подостывший кофе, я принялся пить маленькими глотками.

Когда рука почти перестала ощущать вес банки, наконец появились ребята из футбольного клуба. Однако Хаямы среди них не было.

Странно, почему его нет… Я оторвался от стены и шагнул навстречу. Один из парней, заметив, окликнул меня. По прическе и светло-каштановым волосам Тобе легко узнать даже издалека.

– …О, Хикитани? Чет стряслось?

Он приветливо помахал мне, и я в ответ слегка приподнял руку.

– А где Хаяма?

– Хаято? А… ну, он тут малость занят…

Глаза Тобе забегали туда-сюда. Я поглядел вокруг, но Хаямы нигде видно не было.

– Он разве не с вами?

– Ну, кабы с нами… Но сейчас не тут, а…

Тобе замялся. Так здесь или нет? Блин, что еще за заморочка…

– Ну, раз его нет, значит нет… Тогда я домой.

Обидно, конечно, столько прождать впустую, но раз ничего не вышло, остается только двигать домой. Главное в любой игре – вовремя остановиться, чтобы не потерять все. Но коль жизнь – игра, то к ней это тоже относится. Выходит, моя жизнь – сплошная потеря?

Я махнул Тобе и направился к велосипедной стоянке.

– …Э!

Кажется, Тобе хотел что-то сказать, но я его проигнорировал. И тут увидел Хаяму, стоящего в тени здания школы. Так вот он где… Значит, он пошел по дороге, ведущей к боковым, а не к главным воротам.

…И что мне ему сказать?

Сделав несколько шагов в раздумье, я резко остановился.

В том месте, куда едва проникал оранжевый свет уличного фонаря, кроме Хаямы, я заметил еще одну фигуру.

Недолго думая, я быстро прижался к школьной стене, ощутив спиной холод бетона.

В темноте трудно было разобрать, кто стоял рядом с Хаямой, но по фигуре – точно девушка. А по обрывкам долетевших сквозь ветер слов: "…Извини, что позвонила тебе так внезапно…", было ясно, что она наша одногодка.

На ней было двубортное темно-синее пальто и красный шарф, который она нервно сжимала на груди. Девушка подняла лицо и взглянула на Хаяму.

Даже на расстоянии было заметно, как вздрагивают ее худые плечи. Похоже, она сильно волновалась.

Так вот оно что… Вот почему Тобе так странно себя вел.

Девушка глубоко вздохнула и, видимо набравшись смелости, крепко стиснула воротник пальто.

– Эм… Я слышала от подруги, что ты сейчас с кем-то встречаешься. Это правда?

– Нет, ни с кем.

– Может, тогда со мной…

– …Мне очень жаль, но сейчас я не могу думать об этом.

Голоса были тихими, и я едва мог разобрать, о чем идет речь.

Они замолчали, вероятно, больше не находя слов.

Однако, все и без слов было понятно.

Волнительное, напряженное ожидание и горькая, опустошающая безысходность. Атмосфера, столь созвучная зимнему холоду в окружающей темноте. Та атмосфера, что я уже ощутил однажды.

Это напомнило произошедшее в Дестиниленде между Ирохой Ишшики и Хаято Хаямой во время нашего рождественского посещения…

Они обменялись еще парой слов и, видимо, попрощались. Девушка слабо махнула рукой и, развернувшись на каблуках, пошла прочь. Поникший Хаяма проводил ее взглядом.

Затем, он глубоко вздохнул и поднял голову. И заметил меня.

Он улыбнулся. В этой улыбке не было ни смущения, ни досады, ни уж тем более радости. Лишь смирение.

– Ты застал меня не в самой лучшей ситуации.

– А… Нет, ничего… Извини.

Он заговорил первым, тем самым перехватив инициативу. И теперь я не знал, что сказать. Нет, даже и без этого я не знал бы, как начать разговор. Если бы отвергли его, то можно было бы найти слова утешения, но вот что сказать тому, кто отверг…

Хаяма, похоже, заметил мои колебания и тихо рассмеялся.

– Не переживай.

– …Тяжело, наверно.

По правде, это все, что я мог сказать. Любовные похождения Хаямы меня мало интересуют, и его популярности я не завидую. Хлопнуть его по плечу и подколоть может и было бы неплохо, но у нас совсем не такие отношения.

Лицо Хаямы на мгновение исказилось, словно у него перехватило дыхание от какой-то боли.

Однако он тут же встряхнул головой, сверкнул своей обычной улыбкой и кивнул в сторону велосипедной стоянки. Я направился вслед за ним.

– Ты домой?

– Нет… Поговорить надо…

Услышав это, Хаяма слегка удивлённо наклонил голову:

– Со мной?

Вместо ответа я бросил ему банку "MAX Coffee".

Несмотря на темноту, он ловко ее поймал. Глянул на банку в своей руке и немного поморщился. Так ты не любишь "MAX Coffee"? Что ж, просто выпей, сразу полегчает.

Я кивнул ему, предлагая открыть, но Хаяма лишь пожал плечами и убрал банку в сумку.

Однако, похоже, он был готов меня выслушать, показав взглядом продолжать.

Не слишком уверенно, я спросил:

– …Ты думаешь что-то делать со слухами?

Хаяма устало вздохнул.

– …Ты это серьезно? Думаю, ничего не остается, кроме как не обращать на это внимания. Если что-то предпринять, можно только сделать хуже.

Он будто уже проходил это раньше… Вероятно, это был его эмпирический вывод, сделанный на горьком опыте и ошибках прошлого.

Вот почему Хаяма Хаято ничего не делает.

Что ж, я полностью с ним согласен. Лучшее решение такого рода проблем – ничего не трогать. Активное вмешательство здесь неразумно, или, по крайней мере, бесполезно.

Однако, Хаяма посмотрел на меня с удивлением, как будто прочитав мои мысли:

– А ты что-то задумал?

– Ну… Надеюсь, что смогу сделать хоть что-нибудь… Это ведь, вроде как, моя работа.

Хотя я в качестве оправдания и списал все на работу, Хаяма вдруг улыбнулся, будто видел меня насквозь.

– Разве ты не можешь просто оставить все как есть? Как "парень из другой школы"?

– Что за парень? Я – это я, и я учусь в нашей школе, верно?

Я возразил, но Хаяма в ответ лишь весело рассмеялся. Этот смех был не столь заразительным, как сегодня утром, но сарказма в нем было на порядок больше.

Он и правда злой…

Его плечи слегка задрожали, затем он наконец заставил себя успокоится, откашлялся и сделал серьезное лицо.

– Спасибо за беспокойство, но, прости, я мало что могу сделать… Я и правда ничем не смогу вам помочь.

Взгляд Хаямы потемнел, несмотря на его саркастичное настроение. Возможно, это было проявлением той тьмы, что скрывается в нем. Хотя, после слов благодарности, произнесенных полным бессилия голосом, мне уже не хотелось отвечать на его злобу.

– Нет, все в порядке. Достаточно того, что у нас есть общее мнение, и что ты не будешь делать ничего конкретного.

– Понятно…

После этого, не обменявшись ни словом, мы дошли до велопарковки. Хаяма остановился и показал на боковые ворота:

– Я на поезд.

– А… Ну, тогда…

Я собрался попрощаться, но Хаяма все еще стоял на месте.

Он стоял и смотрел на небо.

Я тоже поднял глаза, гадая, что же там увижу.

Но увидел лишь здание школы с погасшими огнями и отраженный в его окнах свет уличных фонарей. Не было ни луны, ни звезд, только зеркальное отражение искусственного света.

Внезапно Хаяма произнес, будто вспомнив:

– Хотел бы я сделать что-нибудь…

И пошел.

Он уходил во мрак, туда, куда не доставал даже свет уличных фонарей. Хотя я и знал, что он шел к боковым воротам, но меня вдруг на миг охватило сомнение, что я действительно знаю, куда же он идет.

Слова, которые вроде бы должны были быть адресованы тому, кого здесь не было.

Однако, как ни странно, казалось, что они были сказаны вовсе не тому человеку.