…"Ширли Темпл", "Золушка", "Дева Мария". А также безалкогольные версии таких классических коктейлей, как "Шанди Гафф" и "Мохито".

В кафе, где подрабатывает Оримото, представлен весьма широкий ассортимент моктейлей.

Пока я просматривал отправленный мне на смартфон PDF, лениво пролетел шестой урок.

Марафон состоится всего через несколько дней. Это значит, что до банкета осталось совсем мало времени.

Мы договорились, что в целях экономии бюджета в качестве обслуживающего персонала в кафе будут работать члены школьного совета и клуба помощников.

Отлично. С этим все ясно.

Проблема в том, что приготовление напитков, в том числе коктейлей, тоже входит в обязанности обслуживающего персонала. Если вспомнить мою подработку в пабе, то и там было также.

Так кто же должен быть барменом? Это весьма серьезная проблема.

Есть три основных навыка, которыми должен обладать бармен, особенно при системе заказов по принципу номиходай [Nomihoudai – "пей, сколько сможешь"].

Во-первых, это скорость. Надо своевременно обрабатывать непрерывно поступающие заказы и быстро готовить большое количество коктейлей.

Во-вторых, адекватность. Важно знать основные ингредиенты, где надо добавить "10 мл сиропа гренадина", "20 мл лимонного сока" или "один нарезанный лайм" и делать все на глаз. Если каждый раз читать рецепт и отмерять нужное количество, то успеть будет просто невозможно. Кроме того, неплохо уметь гибко реагировать на ситуацию, типа: "У меня нет нарезанных лаймов… Ничего страшного, использую нарезанные лимоны…"

И, наконец, умение сдаться. "Я чуть ошибся, но… Нет проблем, попробуйте и это тоже! Ведь пить можно сколько угодно!" Подобное расположение к клиентам – неотъемлемое качество бармена.

Эти три навыка позволят работать в баре без дополнительного обучения и гарантируют попадание в стартовую ротацию [Смена питчера после определенного кол-ва бросков].

В конце концов, при высокой загруженности, даже не в свою смену, можно взять на себя роль запасного питчера, а в случае, если банкет, выйдя из-под контроля, вот-вот превратится в пьянку, выступить в качестве стоппера, намеренно затягивая подачу алкогольных напитков.

Однако, зарплата при этом остается прежней, и об изменении контракта речь не идет… Разве вы не слышали известное выражение, что искренность – это не слова, а деньги? [Отсылка к яп. бейсб. Косуке Фукудоме] В итоге, как всегда в трудный момент, приходится отступать в поисках ментальной защиты дома. Проще говоря – уволиться. Ну да, я из тех, кто постоянно сбегает с работы.

Исходя из вышесказанного, я пришел к выводу, что отвечать за напитки должен я.

Юкиносита, учитывая ее характер, скорее всего будет стараться в точности следовать рецептам, так что ей больше подойдет присматривать за залом. Ишшики вполне могла бы, намешав на глаз какой-нибудь отравы, показать язык и сказать: "Ошибочка вышла… ☆хе-хе☆", но, как президенту школьного совета, ей придется толкать приветственные речи и заниматься прочими формальностями. Юигахаме лучше сосредоточиться на обслуживании клиентов в зале, поскольку заказов наверняка будет чрезмерно много. В принципе, Оримото могла бы помочь, но, думаю, было бы эффективнее, если бы она выполняла свою привычную работу.

Таким образом, пока я тыкал по смартфону, изучая рецепты и заодно обдумывая кадровую расстановку, занятия закончились.

В классе почти никого не осталось. Все разбрелись, кто в клуб, кто домой. Сунув руки в рукава куртки и повесив сумку на плечо, я вслед за остальными тоже собрался поплыть по течению.

Тут меня похлопали по плечу сзади. Я обернулся и увидел Юигахаму. Она уже была в пальто.

– Хикки…

– …А?

Я вопросительно наклонил голову. Юигахама на мгновение задумалась и подтянула свой шарф.

– Эм… у меня сегодня дела…

Она уткнулась лицом в шарф и медленно опустила взгляд, словно раздумывая, что сказать.

Однако, это было лишь на мгновение, она тут же подняла глаза и заговорила своим обычным бодрым голосом:

– Ты опоздаешь в клуб, так что иди.

– …А, ясно.

Ну, никто из нас вроде и не давал обещания каждый раз ходить вместе.

Я кивнул. Юигахама в ответ как-то устало улыбнулась и понуро потопала к выходу. Интересно, к стоматологу что ли…

Эта беспомощная улыбка вызвала у меня некоторое беспокойство, однако, вмешиваться в ее личные дела мне не хотелось.

Проводив взглядом сгорбленную спину Юигахамы, я тоже покинул класс и направился в клуб.

Неплохо бы распечатать присланный файл…

Для работы бумажная версия подходит лучше. Конечно, писать и рисовать можно и на смартфоне, но на маленьком экране это не слишком-то удобно. Кроме того, я придерживаюсь сильного стиля Сёва и чувствую, что бумага мне ближе.

…Интересно, можно ли распечатать где-нибудь по пути в клуб?

Пр входе в библиотеку стоит простой копировальный аппарат, но вряд ли он способен читать данные со смартфона. Можно попроситься в компьютерный класс, но это слишком хлопотно… В комнате школьного совета должен быть принтер, но за это наверняка потом придется отрабатывать.

В таком случае, быстрее будет выйти на улицу и зайти в ближайший магазин.

Решив так, я направился на велостоянку.

Можно, кстати, заодно что-нибудь прикупить – сладости к чаю, да и надо бы расплатиться за кофе, что на днях мне вручили девушки.

                                                                                     × × ×

Поигравшись со смартфоном, я нажал кнопку на принтере. Затем, слегка постучав, выровнял свежераспечатанные листы и вложил в прозрачный файлик, пихнув его в папку к куче других документов.

Побродив по магазину, я купил, помимо "MAXcoffee", еще пару банок с другими напитками, пирожные к чаю и, наконец, вышел на улицу.

Небо на западе уже стало розоветь. Хотя я и управился со всем довольно быстро, зимой солнце заходит в мгновение ока.

С наступлением вечера похолодало. Поежившись, я сел на велосипед и покатил обратно тем же путем, что и приехал, бросая вызов встречному ветру.

Когда я вернулся в школу, в холодном воздухе эхом разносились крики спортивного клуба.

Школьники в большинстве уже разошлись по домам. Велосипедная стоянка была почти пуста, так что я быстро пристроил свой велосипед, прикрыл дверцу и, шурша пакетом из магазина, направился ко входной лестнице.

Тут краем глаза я заметил за углом школьного здания знакомую "булочку". Персиково-каштановые волосы блеснули в отсветах заката.

…Юигахама?

Так она уже закончила свои дела?

Ну, раз я иду в клуб, надо бы сказать ей пару слов… Я повернул и направился к ней. Но, сделав несколько шагов, резко остановился. Ничего другого мне просто не оставалось.

В приглушенном свете заходящего солнца я заметил фигуру, стоящую напротив нее.

Недолго думая, я быстро спрятался за стеной школы.

Прижавшись спиной к бетону, я не почувствовал холода, однако мое сдавленное дыхание стало до жути ледяным.

Все, что я видел – лишь краткий миг наступающих сумерек. Я не знаю, кто стоял перед ней. У меня не было времени его рассмотреть, однако и со спины было ясно, что это парень.

Он был выше нее, у него были черные вьющиеся волосы и жилистые руки, крепко сжимавшие подол куртки цвета хаки.

От волнения у меня затряслись ноги. Казалось, я слышу звук мнущегося под подошвами песка.

Я не собирался подглядывать. Мне вообще не хотелось на это смотреть. Спрятавшись за стеной, я затаил дыхание.

Сцена показалась очень знакомой…

Нет, я никогда прежде не видел именно эту сцену. Место действия, персонажи, композиция, перспектива, ракурс – все было другим.

Однако атмосфера совпадала один в один – в Дестиниленде на Рождество и тогда, в темноте за зданием школы.

Понятно…

Их голоса не доносились до меня, но что-либо слышать не было ни желания, ни необходимости. О чем речь и так можно догадаться.

Хотя они стояли достаточно далеко, я чуть дышал. Было боязно шевельнуть даже песчинку.

Стараясь не шуметь и не споткнуться, я начал осторожно отступать.

Сделав пару шагов, я медленно отстранился от стены и, развернувшись на каблуках, повернулся к ним спиной…

                                                                                     × × ×

Время, необходимое на переобувание, показалось мне неоправданно долгим, потому я поплелся по коридору, сминая задники.

Мне не хотелось идти в клуб в таком состоянии.

Даже не представляю, какое у меня будет лицо, когда мы встретимся. По крайней мере, стоит немного подождать. Возможно чуть погодя, я смогу вести себя как ни в чем не бывало.

Ноги сами привели меня в переход, соединяющий главное здание школы и спецкорпус. Причина, по которой я пошел не своим обычным путем, а мимо учительской, находящейся по другую сторону от класса, вероятно, заключалась в том, что мне хотелось сделать как можно больший крюк.

Сев на скамейку у окна, я уставился в потолок. Вздохнул, прогоняя накопившееся глубоко в груди оцепенение, и бессознательно прикрыл веки.

Однако закрывать глаза смысла нет.

Я был твердо уверен, что уже привык не замечать, не обращать внимания и пропускать мимо, но то, что я увидел всего лишь на мгновение, запечатлелось в моем сознании и никак не хотело его покидать.

Солнечные лучи уже не грели спину. Яркость проникающего сквозь веки света постепенно уменьшалась, говоря о том, что время продолжает идти.

…Интересно, она закончила дела?

Я глубоко и протяжно вздохнул. И услышал звук шагов по линолеуму. В тот момент, когда я хотел было посмотреть, кто идет, раздался воинственный возглас:

– Ха!

– Какого черта…

Тупая боль пронзила голову. Я поднял глаза, потирая ушибленное место, и увидел ухмыляющуюся Хирацуку. В одной руке она держала большую картонную коробку.

– Чего это ты бездельничаешь? Как же клуб?

– А, да…

Я попытался найти слова, чтобы оправдаться, но так и не смог придумать никаких веских причин, так что оставалось только глупо улыбнуться.

Хирацука подозрительно нахмурилась, но в итоге просто тихо вздохнула, видимо признав, что ничего с этим не поделать.

– Что ж, как раз вовремя… Будь добр, помоги мне.

Она указала подбородком, предлагая идти за ней. Отказаться я не мог, поскольку в данный момент ничем не был занят.

Я послушно встал. Хирацука удовлетворенно кивнула и сунула мне ту большую коробку, что была у нее.

– Вот, понеси.

– А, ага…

Поскольку Хирацука держала ее одной рукой, я решил, что она легкая, но коробка оказалась на удивление увесистой. Интересно, что в ней?

Пока я смотрел на коробку полузакрытыми глазами, Хирацука сама ответила на этот вопрос:

– Только что было совещание по профориентации. Это материалы.

– Вы и этим занимаетесь…

– Приходится… Ишшики хоть и хнычет, но очень старается.

Она довольно улыбнулась. Ну да, помнится, Ишшики что-то такое упоминала, когда мы были в кафе… Возможно, Хирацука хочет об этом поговорить…

Понятно, почему она улыбается. Как сэмпай и как учитель, рекомендовавшие Ишшики на пост президента, мы счастливы и гордимся, что она возглавила школьный совет и усердно самостоятельно работает, но это также и немного грустно… Правильно? Это ведь такая улыбка? А вовсе не та, что намекает, что ты должен время от времени получать хорошую взбучку, верно? А? Учитель?

Пока я колебался, стоит ли выяснять истинные намерения Хирацуки, мы дошли до учительской. Открыв дверь, она поманила меня. Похоже, коробку следует занести внутрь. Негромко пробормотав "Прошу прощения…" и поклонившись кивком головы, я последовал за Хирацукой.

– Положи на мой стол.

– Ладно…

К этому столу меня уже не единожды вызывали. Однако, сейчас он являл собой совершенно незнакомое зрелище.

Вместо привычного завала из документов, банок из-под кофе и бонусных фигурок, сегодня меня встретили чистота и порядок. Единственными вещами на нем были блокнот в черной обложке с ремешком и шариковая ручка.

Мне даже на краткий миг показалось, что это чей-то чужой стол. Хотя вращающееся кресло было развернуто спинкой вперед, что было типично для Хирацуки.

– …Сюда, правильно?

Слегка растерявшись, я обернулся. Хирацука нахмурилась:

– Что ты имеешь в виду…

– Ну, тут так красиво…

Она прищурилась и посмотрела на свой убранный стол.

– …А, ну да. Уборка конца года немного затянулась… Нужно было многое привести в порядок.

Она устало обняла меня за плечо и похлопала. Ну, я бы тоже наверное выдохся, если бы за раз навел порядок на этом ужасном столе… Что ж, тогда поставлю коробку на освобожденное с таким трудом место.

– Хм… Ладно, подожди там. Я сейчас буду.

Хирацука указала на отделенный перегородкой угол учительской – место для переговоров, где мы обычно беседовали.

Кивнув, я потопал туда и уселся на диван, чувствуя, как проминается кожа, и пружины со скрипом продавливаются все ниже и ниже. Устроившись поудобнее, я зевнул…

Тут что-то холодное коснулось моей щеки, блокируя выдох. Я обернулся. Это Хирацука, подкравшись сзади, прижала к моей щеке банку холодного "MAX Coffee". Подразнив таким образом, она бросила банку мне.

– Хватай.

– Спасибо…

…Просто дать было нельзя?

Хирацука присела на диван напротив и взглядом предложила выпить. Ну, раз угощают… Я кивнул в ответ и потянул за ключ. Звук открывающейся банки совпал со скрежетом колесика зажигалки.

Небольшой мерцающий огонек медленно превращал в пепел табак и бумагу, источая резкий запах смолы. Хирацука глубоко затянулась и неспешно выпустила длинную тонкую струю сизого дыма.

Взяв с низкого столика пепельницу, она стряхнула сигарету и посмотрела на меня:

– Ты уже выбрал?

Я ощутил, как от этих слов тело мгновенно напряглось…

Этот внезапный вопрос был очень похож на тот, заданный Каори Оримото ночью по дороге домой.

Как и тогда, слова словно застряли у меня в глотке.

…Что? Чего? О чем вообще речь? Это было весьма неожиданно… Не надо спрашивать так внезапно…

В принципе, не так уж важно, что ответить. Нужно просто поскорее свернуть эту тему.

Не в силах ничего увидеть дальше поднимающегося дыма, мой взгляд упал в глубь пепельницы. Эх, хотелось бы мне хорошенько затянуться…

Глотнув приторно-сладкий кофе, я, как всегда в таких случаях, криво улыбнулся:

– …Что?

Мне казалось, что я улыбаюсь, но, интересно, как же я выглядел на самом деле…

Хирацука, сделав еще одну затяжку, пристально посмотрела на меня, выпустила клуб дыма и тоже улыбнулась:

– Между гуманитарным и естественным направлениями. Анкету раздавали вместе с анкетой о профессиональных предпочтениях.

– Ха… Ха-ха…

Я был настолько обескуражен, что ответ вышел весьма глупым.

Ну да, точно, эти анкеты нам раздавали в первый день нового семестра. Из-за слухов и суеты с банкетом я совершенно про них забыл.

Все оказалось не так, как я себе навоображал. Силы покинули меня. Я чуть было не сполз с дивана, но вовремя спохватился и быстренько уселся поровнее, сделав вид, что пью кофе.

– Угу, было такое…

– Ни одну из анкет ты еще не сдал. Я думаю, тебя это должно беспокоить…

Учительница улыбнулась. Ее добрые глаза, казалось, спрашивали: "Может, есть еще какая проблема?"

На самом деле, было ощущение, что она видит меня насквозь. Ведь она – одна из тех, кто постоянно заботится о нас, учениках. Трудно представить, чтобы Хирацука не слышала про все эти слухи. Думаю, она просто не стала об этом упоминать.

Словно желая спрятаться от ее заботливого взгляда, я полез в сумку и вытащил папку с кучей файлов.

– Просто забыл… Сейчас заполню.

Я порылся в папке, но найти нужное оказалось не так-то просто из-за того, что там был полный бардак. В итоге пришлось вынимать все.

Наконец, я нашел анкеты и принялся их заполнять. Хирацука заинтересовалась.

– Эм… так писать трудно…

Я прикрыл лист рукой и скорчил кислую мину. Хирацука криво улыбнулась:

– Нет, мне просто любопытно… Могу я увидеть?

– К-хе, а разве что-то не так? Я просто перечисляю по порядку те места, куда, как мне кажется, смогу поступить при выборе гуманитарного направления.

– Ладно-ладно, покажи…

Хирацука наклонилась вперед. Несмотря на озорной тон, ее взгляд был наполнен искренней добротой.

– …Хочу взглянуть на это.

Она добавила тихо и спокойно. В знакомых чертах ее лица вдруг проступило какое-то внутреннее, глубокое одиночество. Наверное, такое выражение бывает только у взрослых. Я, засмотревшись, притих.

Может от того, что я молчал, или заметив мой взгляд, Хирацука вдруг подняла голову и красиво, по-актерски улыбнулась:

– Уверена – ты пишешь про домохозяина.

Я усмехнулся и кивнул. Учительница, помимо прочего, отвечает за профориентацию и, разумеется, ее интересует мой выбор. Собственно, никакой тайны здесь нет – как и сказал, я просто записывал частные гуманитарные факультеты, подходящие моему уровню знаний. Хирацука, прищурясь, наблюдала за мной.

– …Ну, примерно так.

– Хм… Благодарю.

Я закончил писать, и она, подняв глаза, весело глянула на меня.

От ее благодарности мне стало как-то немного неловко. Я пробормотал: "Да нет… Не за что" и принялся собирать в папку разложенные бумаги, чтобы скрыть смущение.

Тут Хирацука, явно заинтересовавшись, подцепила кончиками пальцев и вытянула файлик с распечатанными в магазине рецептами.

– …Коктейли?

– Это моктейли.

– Хм…

…Зачем мне рецепты? Хирацука вопросительно наклонила голову.

– Я буду работать в кафе на вечеринке после марафона.

Хирацука строго посмотрела на меня:

– Разве не запрещено подрабатывать без разрешения?

– Это клубная деятельность.

Иначе говоря – бесплатная работа. Я слегка пренебрежительно пожал плечами.

– Понятно. Если так, то ладно.

Хирацука усмехнулась. Она явно впечатлилась, листая страницы:

– Надо сказать, нынешние школьники такие стильные. Они пьют такое на вечеринках? Разве это не напоминает настоящие коктейли?

– Это просто имитация. К тому же, как дилетант, вряд ли я смогу сделать так красиво…

Моктейли хоть и выглядят в точности, как настоящие коктейли, но сколько их не пей, опьянеть не получится.

Делай их профессионал, колорит и соответствующая атмосфера, вероятно, могли бы поднять настроение, но с моими навыками это довольно проблематично – я и трезвым-то выгляжу неважно и вряд ли буду хорошо смотреться в образе бармена. Хирацуке, любительнице выпить, такое точно придется не по душе…

Я так считал, но она, к удивлению, отозвалась весьма положительно:

– Это же здорово – создать приятную атмосферу. В подобных вещах настроение – самое главное.

Она достала еще одну сигарету и закурила, выпустив клуб дыма.

– Я вам завидую. Вы можете весело проводить время и без алкоголя. Я же представить себе не могу вечеринку без спиртного. Если не будешь пить, окружающие тебя просто не поймут…

– Ну да, у взрослых так принято…

Я согласился, и Хирацука утвердительно кивнула. В выражении ее лица чувствовалась усталость. Наверное, вечеринки на работе – это довольно тяжело…

Не могу говорить уверенно, но создается впечатление, что взрослые, особенно старшее поколение сильного стиля Сёва, готовы напиться по любому поводу, лишь бы он был. Новый год – значит Новый год… Какое-нибудь мероприятие, типа дня рождения или встречи друзей, само собой подразумевает выпивку. Наверное, после такого пить безалкогольные напитки просто невозможно.

– Я тоже не прочь выпить…

Хирацука со вздохом выпустила дым. Фиолетовое облако, на мгновение зависнув, тут же улетучилось в окно. Хирацука взглядом проследила за ним. Я тоже глянул в окно, гадая, что же там увижу. Но увидел только сумеречное небо и школьный двор. Ничего примечательного. Уверен, это совсем не то, на что смотрела учительница.

– …Вот почему я чувствую ​​ностальгию.

Тихо промолвив, она расплылась в мягкой и в то же время такой одинокой улыбке.

– Даже без алкоголя нам не было скучно. Мы гуляли и веселились всю ночь до утра. Мы могли подолгу болтать, просто попивая чай из пластиковых бутылок…

Она словно смотрела в те далекие, безвозвратно ушедшие дни. Отсюда, из нынешней пустыни одиночества они кажутся чудесными, их нельзя вернуть, но о них радостно вспоминать.

– …Посреди ночи, в парке, у торговых автоматов, постоянно в школьной форме. Никто не гнал меня домой, я просто возвращалась, набегавшись, и тут же без памяти засыпала…

Я с интересом всматривался в ее лицо, в эту грустную улыбку. Можно сказать, я был по-настоящему очарован. Мне всегда хотелось услышать истории из ее прошлого.

Наверное, мой взгляд был слишком бестактным. Хирацука поморщилась и откашлялась, прогоняя возникшую неловкость.

– …Когда-то мне тоже было семнадцать.

Она чуть застенчиво улыбнулась. Ее смущенное лицо выглядело моложе, чем обычно, позволяя представить ее девушкой тех лет.

– Хотел бы я встретиться с Вами, семнадцатилетней…

Хирацука весело рассмеялась:

– Ха-ха! Если бы мы тогда встретились, у тебя бы были большие проблемы. Я была весьма красивой девушкой и пользовалась огромной популярностью. Ты был бы моментально отшит.

– Хм… Разве не странно полагать, что я бы Вам признался? Отшить меня, даже не спросив… Хотя, думаю, так бы и было.

– …Ха?

Хирацука открыла рот и часто заморгала, однако тут же пришла в себя, глубоко вздохнула и потерла лоб, после чего снова затянулась.

– О нет… Если бы я встретила тебя в семнадцать, то ты бы сам тут же сбежал.

– Может и нет…

Какой же ты была, Шизука Хирацука, в 17 лет? Я бы очень хотел тебя увидеть. Сейчас ты такая крутая, а что же тогда?

Вместо того, чтобы сказать, что пошутила, учительница выпустила короткую струю дыма и неторопливо вдавила сигарету в пепельницу. Затем распрямилась, ее нежный девичий взгляд снова стал взрослым.

– Хикигая. У тебя тоже есть твои семнадцать.

– Ну да… в настоящий момент…

Видя мое некоторое замешательство, Хирацука кивнула:

– Правильно. Тебе семнадцать лет. И есть то, что тебе дозволено сейчас.

Ее назидательный тон невольно заставил меня выпрямиться.

Она взяла с низкого столика распечатку рецептов.

– Что касается моктейлей, то я – взрослый человек, поэтому мне такое не по вкусу, для меня это просто подделка…

Хирацука неторопливо пробежала глазами по каждому из рецептов. В них нет ни слова про джин, водку или ликер. Но во всем остальном они похожи на оригинальные коктейли.

Ну да, грубо говоря, можно назвать это подделкой, имитацией настоящего.

– …Но для вас, школьников, это не подделка. На самом деле, это нечто более честное, потому что вас это не пытается обмануть, притворяясь алкоголем.

Хирацука протянула мне листы с рецептами.

– Все дело в чувствах. И если они есть, то любой невзрачный моктейль будет лучше всякой дешевой выпивки.

Рецепты подделок порхнули перед глазами.

Однако…

Если бы только мы могли распознать подделку, которая даже не является притворством.

Даже если чувства незрелы, если им позволить проявиться…

Или, быть может, это что-то другое…

Я потянулся за протянутыми листами и сжал их так, что они слегка смялись. Но даже если бы они разорвались, я успел зачитать их настолько, что уверен, проблем бы не возникло.

Вернув рецепты, Хирацука добродушно улыбнулась. В ответ я саркастично ухмыльнулся:

– Хотелось бы сделать, чтобы они хотя бы выглядели красиво, но… я не уверен во вкусе.

– Неважно, сладкие они, горькие или кислые, все хороши.

– Не очень-то хорошо, если будут жалобы, верно?

Мы вместе рассмеялись.

Разговор сейчас шел о моктейлях, но ее слова явно были о другом, пусть она и не уточнила, о чем же.

Хотя, я и так все прекрасно понял.

Нет, я это знал. Знал, но ничего не мог сделать. Меня всегда подталкивали.

– Я пойду в клуб.

Я сунул прозрачный файлик в сумку и встал с дивана.

– Хм. Ну, дерзай.

Хирацука последовала за мной, провожая. Я уже собирался выйти, когда за спиной раздался голос:

– И еще.

Я обернулся, гадая, чего же. Хирацука угрожающе боксировала с тенью. И что это значит…

– Я не против вечеринки, но не слишком увлекайтесь. Если будете пить алкоголь, вас отстранят от школы.

– Я не собираюсь пить на подобном мероприятии…

Хирацука резко вмазала кулаком невидимому противнику. Я вздохнул, усмехнулся и развернулся на каблуках.

– Я уже решил, с кем выпью в первый раз.

Не спрашивая согласия, я сделал бронь на три года вперед.

                                                                                     × × ×

Идти в клуб стало чуть легче. По пустому коридору спецкорпуса разносилось эхо моих шагов. Шаги были чаще, чем обычно, словно кто-то меня подгонял.

В конце концов я оказался возле клубной комнаты. Постояв немного перед дверью, я глубоко вздохнул, затем собрался с духом и коснулся пальцами дверной ручки. Достаточно потянуть за нее, и дверь откроется без особых усилий…

…Легкий аромат черного чая. Тихий шум обогревателя.

Юкиносита и Юигахама удивленно глянули на меня.

– Привет.

– О, Хикки, ты опоздал.

В клубной комнате все было таким же, как и всегда. Юкиносита, изящно держащая чашку чая, и Юигахама, уминающая сладости. Все как обычно.

Казалось, будто сцены, увиденной за школьным зданием, и не было вовсе. А я, возможно, просто чего-то недопонимаю и тороплюсь с выводами.

Однако, главная цель у меня оставалась прежней.

– Эм… Спасибо за труд.

Зайдя в комнату, я поприветствовал девушек, но не направился сразу к своему привычному месту, а остался стоять перед ними. Юкиносита вопросительно посмотрела на меня, а Юигахама уставилась на пакет в моей руке, гадая, что в нем.

– Я только пришел, но… можно сегодня уйти пораньше?

– …Что?

Они почти одновременно, словно семейка сов, наклонили головы.

– Мне нужно поговорить с Ишшики про банкет.

– Ясно…

– Нам тоже пойти?

– Нет, все нормально. Я решил, что буду барменом. Так что…

Я вытащил из пакета пару банок "MAX Coffee" и поставил перед девушками.

– Хочу предложить сделать моктейли из кофе. Да, кстати, это вам за прошлый раз.

Я придумал это на ходу, но, кажется, получилось куда убедительней, чем я полагал.

Юкиносита взялась пальцами за виски, словно от головной боли, и обескураженно вздохнула. Юигахама тоже явно растерялась.

– Хм…

– Хикки, ты слишком любишь "MAX Coffee"…

– Да так… ничего особенного…

Хотя реакция девушек была неоднозначной, похоже, их удалось убедить. Они вместе кивнули, словно сдавшись. Что ж, объяснять кратко бывает полезно, но все же это довольно сложно…

Однако, одобрение получено, так что простите, я вас прямо сейчас и покину.

– Ну, тогда на сегодня всё. Хорошо поработали.

Я подхватил пакет и с извиняющимся видом быстро направился к выходу.

– А, да… Спасибо за усердие.

– Ага, увидимся завтра…

Они слабо помахали руками, все еще находясь в смятении. Я слегка кивнул в ответ и осторожно прикрыл за собой дверь.

Теперь пора перейти к следующему пункту назначения.

Возвращаясь тем же путем, что и пришел, я быстро миновал коридор спецкорпуса и направился в комнату школьного совета.

Конечно же, моей целью была вовсе не презентация Ишшики кофейных моктейлей.

Сейчас у меня была только одна цель – положить конец мерзким слухам…

Для этого, прежде всего, необходимо достичь взаимодействия с Хаято Хаямой, ключевой фигурой, находящейся в центре всех этих слухов. К сожалению, у меня нет контактов Хаямы, так что остается только либо связаться с ним через кого-нибудь, либо непосредственно где-нибудь его подловить.

Вот тут-то и вступает в игру Ироха Ишшики, президент школьного совета и менеджер футбольного клуба.

В любом случае, придется дожидаться, когда у Хаямы закончатся клубные мероприятия. Только вместо того, чтобы торчать на холоде, я решил напроситься к Ишшики и подождать в комнате школьного совета. Уверен – на Ирохасу можно положиться.

В темпе пройдясь по коридорам, я оказался перед комнатой школьного совета.

Открыв пакет, я еще раз проверил его содержимое. Несколько банок с напитками и сладости – в качестве презента в самый раз. Думаю, вполне можно рассчитывать на ответную благосклонность. В подарках есть такое волшебство. Назвать это принципом взаимности, возможно, будет несколько натянуто, но не стоит сейчас об этом беспокоиться. На самом деле, когда мне предлагают нечто подобное, я сразу думаю: "Ничего хорошего… Скорее всего, мне придется работать… Не хочу…"

Вообщем, надеюсь, Ирохасу будет довольна, и мы придем к взаимопониманию и сотрудничеству относительно комнаты школьного совета!

Я решительно постучал в дверь.

– Да-да…

Из-за двери донесся слегка удивленный голос, за ним последовали торопливые шаги, затем ручка осторожно повернулась, и дверь со скрипом приоткрылась. Оттуда выглянула миленькая девушка в очках и с косичками и робко спросила:

– А… эм-м… тебе что-то нужно?

Скорее всего, эта девушка секретарь. В ее глазах, кажется, читалось: "Ой… я тебя не знаю… мне страшно…", хотя, возможно, это всего лишь мое воображение.

Однако, характер у меня волевой. Я решил идти напролом и сделал вид, будто мы знакомы. Открыв дверь наполовину, я приподнял пакет:

– Ага, привет. Вот, держи.

– А… э… спасибо… Большое спасибо…

Не спрашивая, я сунул пакет ей в руки, так, что у нее не оставалось иного выбора, кроме как взять его, поблагодарив. Вообще-то, не стоит так доверчиво принимать подарки от незнакомцев…

– Э… президент, нам тут гостинцы принесли…

Не зная, что делать, она позвала Ишшики. Та, подойдя, заглянула в пакет, и ее глаза заблестели.

– О, какой ты щедрый, семпай… Огромное спасибо!

Она потянула за ручку, закрывая дверь. …Нет! Ирохасу совсем не понимает принципа взаимности!

Я перехватил дверь и протиснулся в щель, скривившись и здорово напоминая Джека Николсона в "Сиянии".

– Погоди… Не так быстро… Ты что, решила просто взять и сразу уйти?

Ишшики склонила голову набок:

– …Ха? Тебе что-то нужно? У меня ничего нет.

Вот те раз, Ирохасу. Я что, не могу прийти, если мне ничего не нужно? Ну, вообщем-то, я бы и не пришел, будь оно так. Но в данном случае у меня есть цель.

– Ишшики, я займу вашу комнату.

– …А?

Ишшики склонила голову на другой бок.