— Тёмная скверна очищена, но раны ещё не зажили окончательно, нужен покой.

— Священное Пламя эффективно, но вы ещё слишком юны, не стоит полагаться на него чрезмерно, это истощает потенциал организма.

— В ближайшие два дня ешьте больше мяса, чтобы восполнить силы.

— Если понадобится, попросите Лотти применить Святое Исцеление, это ускорит заживление.

— Лотти — моя ученица. Её навыки исцеления весьма высоки. Хоть она и уступает Каре в силе, её методы куда мягче.

— Ах да, леди Шарлотта, вы когда-нибудь слышали о Святом Исцелении?

Осмотр закончился, и директор Рауль, стоя у кровати с доброй улыбкой, принялся болтать с Шарлоттой.

Поначалу это были обычные врачебные наставления о диете и режиме.

Но стоило речи зайти о магии, как внутри старика словно щелкнул какой-то переключатель. Он превратился в пулемёт, безостановочно сыплющий фактами о божественных искусствах.

От эффективности Святого Исцеления он перешёл к его происхождению, от происхождения — к создателю этого чуда. От создателя плавно перетек к истории Священного двора, а оттуда — к обычаям и географии континента...

Теперь Шарло понял, почему Лотти так любила читать лекции. Оказывается, это у них семейное, от учителя к ученику.

Рауль говорил без умолку.

Шарло послушно слушал.

Иногда он даже изображал любопытного ребёнка, мастерски строя глазки и задавая наводящие вопросы.

Ему действительно нужно было восполнить пробелы в знаниях об этом мире. Память прежней владелицы тела в этом плане была девственно чиста.

Этот мир вовсе не был обычным средневековьем. А причина, по которой Шарло так казалось первые три дня, крылась в том, что покойная бабушка-ведьма никогда не учила внучку ничему, кроме этикета.

Ах, нет.

Этикету учила главная горничная, пока ещё не стала зомби.

Итак, этот мир назывался Мирия. Мир, где существовали боги и сверхъестественные силы.

Боги покровительствовали смертным, формируя веру и церкви. Сверхъестественные существа правили миром, становясь знатью и основывая государства.

Шарло находился на западе континента, в феодальном государстве под названием Королевство Полумесяца.

Титул, который ему предстояло унаследовать — графиня де Кастель. А его сеньором был герцог Бордер, один из девяти герцогов королевства.

Кстати, в прошлом Королевство Полумесяца едва не было уничтожено вампирами, поэтому здесь, от верховной власти до мелких дворян и священников, все относились к кровососам с крайней паранойей.

Аристократы владели сверхъестественной силой, их могущество внушало трепет, но даже они склоняли головы перед верой.

Боги — владыки всего сущего, вера — основа мироздания.

Сила магии исходит от богов, власть королей благословлена богами, и вся слава принадлежит им же.

Священный двор был самой могущественной церковной организацией в мире Мирии. Это была политеистическая религия, где верховным божеством почитался Творец Харал, а ему служил пантеон младших богов.

Шарло внимательно слушал лекцию Рауля. Эти знания были жизненно необходимы для быстрой адаптации.

Впрочем, он не принимал всё за чистую монету. Каждое третье слово Рауля было о «Господе Харале», что явно указывало на профессиональную деформацию.

Хотя в этом мире боги существовали реально, Шарло, изучавший земную историю, прекрасно знал цену религиозным институтам. Слова старого жреца явно прошли через фильтр пропаганды.

Но это неважно, главное — уловить суть.

Рауль рассказал куда больше, чем содержалось в унаследованной памяти. Шарло даже начал подозревать, что прежнюю Шарлотту держали в поместье как канарейку в золотой клетке... Она даже номиналов местных денег не знала!

Когда речь заходила о чём-то интересном, Шарло задавал уточняющие вопросы, отчего глаза Рауля загорались, и он с ещё большим энтузиазмом продолжал рассказ.

Старый священник увлёкся и постепенно перешёл к церковным догматам.

И вот тут начался ад.

В этот момент директор Рауль превратился в занудного старого начётчика. Несмотря на фанатичный блеск в глазах, содержание его речей стало настолько сухим и скучным, что клонило в сон.

Не то чтобы он плохо рассказывал. Просто для Шарло, закоренелого атеиста и циника из другого мира, это было всё равно что разговор курицы с уткой.

Голова начала пухнуть, интерес улетучился.

Но приходилось держаться, изображая почтительное внимание и благоговение.

Ничего не поделаешь. Кто просил его взламывать ритуал и прописывать себе статус «благочестивого верующего»?

Это была пытка.

«Чувствую себя Сунь Укуном, которому надели на голову магический обруч», — с тоской подумал Шарло.

Доброе лицо старого священника начало расплываться, накладываясь на образ мастера Тан Саньцзана из сериалов: высокая шапка превратилась в митру, мантия — в рясу, а посох — в монашеский жезл...

Серьёзно... одно лицо!

Шарло клевал носом, а старик распалялся всё больше.

В конце концов, он схватил Шарло за руку и начал проповедовать прямо на месте, предлагая вступить в церковь и стать послушницей...

— Ну как, леди Шарлотта? Ваша вера столь искренна! Я мог бы стать вашим поручителем и рекомендовать вас в церковную школу.

Шарло мгновенно проснулся.

Слушать проповеди — это одно. А вот реально вступить в орден — это уже русская рулетка.

Слабый, беззащитный новорождённый вампир вступат в организацию, цель которой — истребление нечисти?

Это изощрённый способ самоубийства.

Конечно, на секунду мелькнула мысль: «А что, если согласиться? Можно было бы фармить энергию из их ритуалов нон-стоп...»

Но здравый смысл победил.

Сила «Божественного Противодействия» имеет пределы. Обмануть ритуал и стать настоящей жрицей —совсем разные вещи. Шарло мог взломать Священное Пламя, но не мог сам его призвать.

В окружении могущественных иерархов его маскировка рано или поздно треснет.

К тому же, статус жрицы мог создать проблемы с наследованием титула и земель...

Риск... слишком велик.

Но и отказать в лоб было нельзя — это не вязалось с образом «истинно верующей».

Шарло оказался в тупике.

— Рауль, пора, — равнодушно бросила женщина-рыцарь, взглянув на старика.

Её холодный, безжизненный голос сейчас прозвучал для Шарло как райская музыка.

Директор Рауль осёкся, осознав, что увлёкся.

— Простите, кхе-кхе, я немного потерял чувство времени.

Он покраснел, кашлянул и, вернув себе облик мудрого старца, ласково произнёс:

— Леди Шарлотта, благодарю вас за терпение. Пожалуйста, отдыхайте и хорошенько обдумайте моё предложение. Да пребудет с вами Господь. Желаю скорейшего выздоровления.

Он начертил на груди знак круга и креста и вместе с Карой направился к выходу.

Но, сделав шаг, он снова остановился.

— Ах да, чуть не забыл. Ещё кое-что.

Рауль хлопнул себя по лбу.

Он достал из-за пазухи лист пергамента, развернул его перед Шарлоттой и серьёзно спросил:

— Леди Шарлотта, вы когда-нибудь видели этот символ?

Шарло взглянул на рисунок, и сердце его сжалось.

На пергаменте был изображён узор из переплетённых роз и терновника — тот самый, который он наспех придумал прошлой ночью, перехватывая ритуал.