Глава 41. Монстр.

Тан Гу понуро сидела в своей комнате, разглядывая изображение в руках, когда раздался громкий стук в дверь.

— Ужин готов, — задался голос матери, с другой стороны.

Поспешно затолкав картину в первый попавшийся под руку ящик стола, девушка встала, распахнула дверь и отрешенно пройдя мимо матери, направилась в столовую. Мать Тан Гу заглянула в пустую комнату, после того, как ее дочь вышла, однако смогла увидеть лишь несколько цветных ручек, разбросанных по всему столу.

Тан Гу была студенткой художественного факультета и была невероятно талантлива в своём деле. В школе, где она училась, проходил творческий конкурс, поучаствовать в котором девушке так и не представилась возможность. Из-за похищения она отсутствовала слишком долго. Но дело было не только в конкурсе, девушка пропустила слишком большое количество занятий из-за чего ей могло грозить скорое отчисление. 

За обеденным столом уже сидел отец девушки, спокойно наслаждающийся своим ужином. Тан Гу села рядом, однако не успев съесть и кусочка, услышала пронзительный крик матери, доносящийся из ее комнаты. 

 —Ты что, сошла с ума? Как ты могла нарисовать такое?

Тан Гу, бросив палочки, со всей возможной скоростью, бросилась в свою комнату. Отец, изумлённо подняв взгляд на убегающую девушку и истошные крики жены, оставил еду и последовал за своей дочерью. 

Как только в комнате оказалась вся семья, мать девушки схватила недавно нарисованный набросок и яростно обратилась к дочери.

— У тебя совсем с головой не в порядке? Как ты могла нарисовать своего насильника, да еще и в такой позе? Тан Гу, ты совсем уже рассудка лишилась?

Тан Гу резко кинулась вперед, стараясь вырвать картину из рук матери, однако та оказалась быстрее. Женщина протяжно кричала, разрывая бумагу на куски:

— Ты вообще знаешь, что он с тобой сделал? Он похитил и насиловал тебя! Почему ты не испытываешь отвращения к тому, кто удерживал тебя так долго? Мы с твоим отцом ненавидим этого человека, за то как он обошелся с нашей дочерью. Была бы моя воля, я взяла бы нож и заколола его насмерть.

Картина была поделена на множество маленьких частей и разбросана по всей комнате.

Отец Тан поднял один из кусков, что упал прямо ему под ноги. На нем четко было видно страстно целующихся мужчину и женщину. Женщиной была его горячо любимая дочь, а вот мужчиной… мужчиной был тот насильник, с которым ему довелось встретиться в полицейском участке. Ярость обуяла все тело мужчины настолько, что ему было просто больно смотреть на свою дочь. Он резко стал выглядеть так, будто постарел на несколько лет, а голос звучал очень слабо. 

— Что ты делаешь? Милая, он же так ужасно с тобой обошелся… Зачем ты рисуешь такие картины?

Тан Гу, не обращая внимание на слова родителей, тихо села на колени и начала подбирать кусочки разорванной бумаги. Собрав всё, что смогла увидеть, девушка подошла к столу и начала складывать их вместе, придавая картине первоначальный облик. 

На изображении был запечатлён момент прямо перед арестом Ю Чибэя, когда они вдвоем целовались на диване. 

Спина девушки с картины была обнажена, а тонкие, бледные руки крепко обнимали шею мужчины, пока губами она тянулась прямо к нему. Мужчина на картине, слегка улыбался, даря ей ответный поцелуй. Тан Гу нежно коснулась губ нарисованного Ю Чибэя, отчего на лице девушки так же мелькнула легкая улыбка.

Глядя на поведение дочери, родители не смогли сдержать свои эмоции. 

Через два дня в их доме вновь появились полицейские. На этот раз они привели с собой психиатра. 

Тан Гу сидела на диване в гостиной. Ее голова была опущена, а сама она сжалась, отчего хрупкая девушка казалась ещё крохотней обычного. Однако, в позе девушки виделась и уверенная строгость.

Тан Гу была чрезвычайно красива. У нее были тонкие темные брови, маленький нос, большие, яркие глаза и вишнево-красные губы. Сегодня она надела белое платье, что подчеркивало её светлую кожу, а длинные черные волосы небрежно спадали на плечи. Девушка выглядела настолько невинно, насколько и привлекательно.

Пришедший психиатр оказался женщиной по имени Лян Юцинь, с достаточно короткими волосами и, по-видимому, сильным характером. Она отличалась от работников полиции, всё её вопросы касались больше Тан Гу, нежели других людей. 

— Что Вы делали, когда были с Ю Чибэем? — был один из вопросов. 

Тан Гу резко покраснела, прикусила нижнюю губу и долго колебалась прежде чем посмотреть на психиатра и дать свой ответ.

— Я не хочу отвечать на этот вопрос. 

Лян Юцинь имела смутное представление о причине загоревшегося лица Тан Гу, поэтому решила аккуратно избежать заданного вопроса и продолжила спрашивать про другие, интересующею её моменты.

Однако родители Тан Гу, так же сидевшие с ними в одном помещении, сразу вспомнили разорванный портрет, нарисованной их дочерью. Они выглядели настолько взволнованными, что казалось, будто их вот-вот вновь сотрясет волна рыданий. 

«Этот монстр… Он вытворял с ней всё эти ужасные вещи каждый день!»

Переводчик: DreamRum

Редактор: 江リアン